"Держи друзей близко, а врагов - еще ближе"

Андайн лежала в обнимку с Альфис, пялясь в потолок. Последняя давно сопела и видела, небось, уже десятый сон. Девушка старалась не шевелиться, чтобы не разбудить ее ненароком, поэтому оставалось лишь молча ждать собственного сна. Но спать не хотелось от слова совсем. Андайн даже пробовала считать овец и прочую ерунду, которую советуют в таких случаях — бесполезно. Это ее раздражало, что еще больше не давало уснуть. В итоге девушка сдалась и решила думать обо всем подряд, чтобы было не так скучно. С тех пор, как монстры покинули Подземелье, жизнь начала налаживаться. Их с Альфис отношения крепли с каждым днем, что не могло не радовать, между двумя расами воцарился мир, все ее друзья нашли свое признание… Ничто не могло омрачить череду столь радостных событий. Однако, маленький червь сомнения подъедал яблоко счастья изнутри, давая о себе знать… Взгляд Андайн скользнул по комнате, задержавшись на еле мерцающем в темноте плакате Меттатона. Он ужасно ее бесил тем, что бесстыже пялился прямо на девушку со своей дурацкой усмешкой. Приходилось каждый раз отворачиваться, если нужно было переодеться… Она уже много раз просила его убрать, но все тщетно — Альфис лишь отнекивалась, заявляя, что этот плакат «дорог ее душе». А собственная девушка, значит, не дорога?! И ведь это не в первый раз! Стоило чему-то хорошему произойти, откуда-то вылезал Меттатон и все портил… …Например, они шли на свидание в кинотеатр. Сеанс заканчивался, и Андайн спрашивала: «Ну как, тебе понравилось?». Альфис отвечала: «Конечно/нет, это было ужасно! … (куча слов про сюжет, персонажей и прочую лабуду)… Нужно обязательно спросить у Меттатона, смотрел ли он этот фильм!»… …Или сидели в новом кафе, заказывая всякое. Ничего лишнего, лишь они и аппетитный мир кулинарных изысков… И в самом конце Альфис всегда добавляла: «Стоит рассказать Меттатону про это кафе, у него вышел бы классный обзор!»… И так. Каждый. Раз! К счастью, сам робот из-за образа жизни телезвезды редко виделся с ними лично, но зато ни одна из этих встреч не обходилась без небольшого скандала. Пускай Альфис заранее предупреждала Андайн о визите робота, пускай та изо всех сил старалась не терять самообладание, но все тщетно. Чем любезнее девушка себя вела поначалу, тем громче она возмущалась потом. И даже сейчас этот гламурный придурок продолжает ее терроризировать! Андайн решила, что будет выбивать клин клином — думать о Меттатоне до тех пор, пока он сам не исчезнет. И она стала думать: представлять его внешность во всех подробностях, прокручивать моменты их ссор, его подколы и шутки… Однако, чем больше она это делала, тем больше убеждалась, что дело вовсе не в Меттатоне. Как будто он, наоборот, старался их отношения наладить… …Например, каждый раз, как он приезжает в гости, то привозит какой-нибудь подарок не только Альфис, но и ей. Пусть даже это глупая побрекушка, которая девушке не по нраву — главное ведь внимание… …Или когда он, пытясь влить ее в беседу, говорит какую-нибудь забавную ерунду, которую Андайн легко воспринимает из уст Альфис или Папируса, но не робота… И еще куча других примеров. Андайн сделала для себя неутешительный вывод: она попросту ведет себя с Меттатоном, как стерва. «Значит, заслужил.» — она нахмурилась. Однако даже эта мысль не казалась верной. Она никогда не любила признавать свои ошибки, но несправедливость она тоже не любила… В конце концов, девушка утешила себя тем, что поговорит обо всем этом с Меттатоном лично. Робот как раз должен был приехать вечером — идеальная возможность. Весь следующий день Андайн продолжала думать. Настолько усердно, что Альфис даже запереживала, но девушка отмахнулась, ничего не объяснив. Когда Меттатон пересек порог их дома, неся в руках кучу пакетов, Андайн по привычке недовольно цокнула и ушла на кухню. Пока робот и Альфис обнимались, она пыталась что-то придумать, чтобы остаться с гостем наедине. В голову ничего не шло, и Андайн открыла холодильник. Ее взгляд упал на полупустую коробку яиц… — АЛЬФИС, У НАС ЯЙЦА ЗАКОНЧИЛИСЬ! — Как, — Альфис встревоженно поправила очки, — еще в обед в-ведь были… — Не знаю, — Андайн невозмутимо пожала плечами, — тебе придется идти в магазин. Ты все равно хотела еще с почты что-то забрать — вот, как раз и заглянешь. Ящерица неуверенно перевела взгляд с Меттатона на свою девушку и обратно. — Насчет этого не переживай! — Андайн широко улыбнулась. — У меня все схвачено. — Да? — пробормотала Альфис удивленно. Меттатон лишь поднял бровь. Впрочем, спорить Альфис не стала, и уже через пять минут ушла, оставив их на кухне и попросив не убивать друг друга (хотя бы, пока она не вернется). — Ну и чего ты добиваешься? — робот усмехнулся. — Хочешь выкинуть меня из окна? Или продать меня под видом обогревателя, как в прошлый раз? — Не льсти себе! — огрызнулась Андайн. — Поговорить нужно. — Ого, не знал, что ты способна на мирные переговоры… Ну хорошо, давай поболтаем. Меттатон закинул ногу на ногу, вальяжно облокотившись на спинку стула. Андайн же, напротив, слегка сгорбилась, опираясь руками о стол. — В общем. Это насчет наших с тобой отношений… — Ах, неужели ты была тайно влюблена в меня все это время? Боже, Андайн, ты должна была сказать раньше — я подарил бы тебе Валентинку с разбитым сердцем. — ДА НЕ ТАКИХ ОТНОШЕНИЙ, ИДИОТ, — девушка фыркнула, — дружеских. — А что, мы друзья? — насмешливо удивленным тоном спросил робот. — Вот об этом я и хочу поговорить. Андайн устало потерла переносицу. Затем серьезно посмотрела на собеседника и продолжила: — Слушай, я понимаю — мы с тобой разные. Ну прям ОЧЕНЬ РАЗНЫЕ. Но, даже так… Мы с Альфис тоже! Но каким-то образом уживаемся вместе. Поэтому, я подумала… — Не знал, что ты умеешь думать. Девушка замолчала и около минуты сверлила Меттатона взглядом. — …ТАК ВОТ. Я подумала, что, возможно, нам стоит обсудить это. — И что тут обсуждать? — робот снова поднял бровь. — Тебя что-то не устраивает? Может, мне стоит вообще не контактировать с тобой, ты это имеешь ввиду? — ДА НУ НЕТ ЖЕ! АРГХХХХ, ВОТ ВСЕГДА ТЫ ТАКОЙ… — Андайн прервалась на полуслове. — Какой? Давай, договаривай. — …КЛОУН. Меттатон закатил глаза и снисходительным тоном принялся объяснять: — Ну, во-первых — артист. А, во-вторых — каким образом это влияет на наши отношения? — Таким, что ты слишком несерьезный! Даже сейчас — я пытаюсь решить проблему, а ты… — Проблему? Похоже, ее видишь здесь только ты, — робот усмехнулся. — А то я не знаю! Андайн тяжело вздохнула, собираясь с мыслями. Наконец, она спокойно продолжила: — Я знаю, что проблема во мне. И поэтому хотела поговорить. Я просто хочу разобраться, ПОЧЕМУ это происходит. Не то, чтобы я переживала о твоих чувствах, — девушка ехидно усмехнулась, — но я переживаю за Альфис. Наши с тобой отношения влияют и на нее тоже! Я не хочу, чтобы она страдала от того, что два самых дорогих ей монстра постоянно грызутся, как кошка с собакой. — М, почему-то предыдущие несколько месяцев тебя это не смущало. — А теперь смущает! И вообще, не отходи от темы. — Андайн скрестила руки на груди. — Говори честно, как ты ко мне относишься? Меттатон задумчиво посмотрел в потолок. Он качнул пару раз ногой, почесал в затылке и спросил: — Честно говорить, значит? — Да. Максимально. — Хм, а ты меня за это не будешь бить? — робот недоверчиво прищурился. — Буду. Но я дам тебе фору в пять секунд, вместо одной! Андайн рассмеялась. — Ладно, не ссы — не буду я тебя трогать. По крайней мере, сегодня. — Ну, раз так… — Меттатон выдержал паузу. — Что ж, если говорить откровенно — ты грубая, бестактная, слишком громкая и злая. Так я думал о тебе в самом начале, по крайней мере. Хотя, мое мнение не сильно изменилось… Робот замолчал, вспоминая что-то. — Ты ведь знаешь, что Альфис, ну… Крайне любвеобильная персона. Буквально. Она готова влюбиться в любого, кто проявит к ней хоть толику заботы. И то не факт, ведь ей каким-то образом удается сохнуть по выдуманным персонажам из мультиков, — Меттатон усмехнулся, — я это к тому, что Альфис крайне уязвима в своей любви. Так что, когда она первый раз рассказала мне про тебя, я запереживал. А вдруг тебе это не понравится? Вдруг ты разобьешь ей сердце? Я не мог допустить, чтобы Альфис страдала — тем более из-за кого-то, вроде тебя. Он снова замолчал. Андайн нервно постукивала пальцами по столу. — И, когда я увидел, во что переросла легкая симпатия Альфис к тебе, я испугался. Но, чем больше она рассказывала о ваших посиделках и прочем, тем меньше мой страх становился. Постепенно, я привык к тебе… А после того, как побывал у тебя дома — полностью расслабился. — Меттатон поправил челку. — В общем, сейчас мой вердикт таков — ты все еще грубая, бестактная, слишком громкая и злая, но… В то же время, ты понимающая, сочувствующая, эмпатичная и самоотверженная. И наш разговор сейчас только доказывает это. Робот улыбнулся, делая довольный вид. Андайн удивленно смотрела на него, обрабатывая все, что услышала только что. — Теперь твоя очередь! — заявил Меттатон деловито. — Давай, «будь честной». — ПФ, легко! — девушка усмехнулась. — Вообще-то, ты никогда мне не нравился. Уж извиняй, но контент у тебя на любителя! Да и характер слишком напыщенный и наглый. В общем и целом, ты — ПОЛНЫЙ ОТСТОЙ! Поэтому, когда я узнала, что вы с Альфис дружите, испугалась. И не зря! Потому что, не будь вы знакомы, у меня в комнате не висел бы плакат с твоей физиономией… Андайн фыркнула, откидываясь на спинку стула. Немного помолчав, она продолжила: — Но, Альфис так много мне про тебя рассказывала, что мое мнение начало постепенно меняться. Ну, от «незнакомое высокомерное чмо» до «высокомерное чмо моей девушки». То есть, хоть ты и говнюк, но… родной. Наш. — девушка усмехнулась. — Однако, поорать на тебя — все еще святое дело. Они оба посмотрели друг на друга. — Ну так… — Я тебе вот что предлагаю, — Андайн перегнулась к роботу через весь стол, — давай, наконец, признаем друг друга окончательно. Ради душевного спокойствия Альфис, хотя бы. Девушка протянула собеседнику руку. Робот, недолго думая, крепко пожал ее. Они пожимали руки друг друга какое-то время, пока Андайн не попыталась уложить руку Меттатона на стол. Тот начал сопротивляться, и когда Альфис вернулась, то увидела перевернутый стол и двух идиотов, бегающих вокруг него с воплями…