Идеальный план и идиоты

Спустя неделю после инцидента Амэ-но-годзен. Достоевский величественно стоял посреди разрушенного аэропорта, а короткие волосы развивал ветер. Глаза его выглядели не живыми хитрыми и всезнающим, а заспанными и уставшими. То-ли от того какую усталость и сонливость приносило ему новое тело то-ли от несвойственной ему злости раздражения и осознания тупости других живых существ, в частности, двух которые лежали перед ним в 12.35 и 13.92 метрах от него. Один был одет в полностью разодранные лохмотья. Полу тигром полу маль... нет плаксивой размазней. В один момент бросающейся в драку, а в десять других стоя в ступоре или плача. Второй же выглядел получше, но только потому, что управление тканью это его способность, а значит дырки от ударов он легко мог залатать. Но этот был очень твердолобым и тому было плевать что раз за разом бросался в бой проигрывал пережидал и вновь. Лицо не показывало эмоций что ещё сильнее усугубляло ситуацию для Атсуши который на фоне этого выглядел ещё хуже. Решив попытать уже не свой ум и стратегию, а удачу и надежду что эти двое догадаться. - У вас нету и шанса против четырёхмерного существа. - После чего притворно, но очень убедительно улыбнулся и глянул на Атсуши. - У тебя когти закладки единственный способ сделать его уязвимым, но вот пространством ты не можешь управлять как жаль. - Сказал Достоевский, изображая сарказм, но в реальности сам того делал ведь тогда весь этот цирк закончился бы раньше. После чего перевел взгляд на Акутагаву. - А вот ты можешь управлять пространством, но все равно этого недостаточно чтобы достать до четвертого изменения. Как смешно что у вас способности вместе идеально подошли бы для убийства бога... Мне очень повезло что вы не можете использовать их вместе. - Достоевский уже понимал, что это не поможет, но все же надеялся, что сработает. Это бесило его очень сильно ведь это первый раз, когда он не может что-то спланировать и просчитать и это все из-за двух дураков, которые не могут понять простых намеков, хотя намеком это уже сложно назвать ведь он уже прямо говорит, что делать. И вот он видит, что у Акутагавы что-то блестнуло в глазах и через секунду он опять бросился на бога уже в 138 раз после чего получил несколько ударов катаной после чего он опять упал и из-за остатков вампирских сил он начал регенерировать. После этого он перевел взгляд на Атсуши который просто сидел и сдерживал слезы, и уже хотел в 47 раз впасть в истерику. Увидев все это Дост послал проекцию бога себе за чаем пока второй грозно стоял и пугал двух дураков. Сам же Достоевский сел крайне удобный стул за стол. Оба он установил на третий день и оба украдены с его любимого кафе в Японии там, где его поймал Дазай. Вспомнив о нем, он вспомнил что скоро должен появиться Гоголь с отчётом. К этому моменту бог уже вернулся с чайником чая, а кружка у него уже была со второго дня хоть и грязная, но менять ее он не собирался, а просто обмыл ее кипятком и потом выплеснул его на землю. Этому он научился в Китае, где был 374 года назад. Совмещение китайских традиций питья и японского чая давали непередаваемый вкус чая единственного что удерживало его спокойным так долго. Подождав ровно восемь минут пятьдесят одну секунду, он налил себе чай спустя ещё минуту сорок семь секунд начал пить. За эти семь дней он высчитал время необходимое чтобы чай идеально заварился и остыл. Но сейчас чай помогает не так сильно ведь уже не надо было считать, а просто пить приятный напиток, который уже не помогал. Закончив чашу, он вылил весь оставшийся чай с заваркой на Акутогаву тот, конечно, оскорбился, но как будто Досту было не плевать на этого недоумка раз уж он был тупее чем нож ацтеков, который лежит в музее. Сев обратно он начал считать секунды до прихода Гоголя. И ровно, когда он рассчитал пришел Гоголь и крикнул через портал. - Хей хей привет дружище. Внимание викторина! Вопрос что... - Что сейчас делают Дазай и Чуя да да да знаю. Надеюсь, они летят на всех парах чтобы помочь этим двум, но учитывая все факторы они сидят и спорят. - Эх…. Вот, как всегда, не даёшь мне повеселиться, но да ты прав. Но увы пока не дерутся, а так интересно было бы понаблюдать. - Тогда скажи мне про что они говорят. - Мафию и их встречу. Так скучно.... - Тогда советую поторопиться они начнут драку ровно через двадцать одну минуту. - Ой блин! Мне 15 добираться значит я пошел... А стоп пока не забыл у тебя же проблемы с железом в крови верно? - Да. - Ну тогда вот держи. - после этой фразы Гоголь скинул кусок окровавленной арматуры из портала. - Вот чтобы проблем больше не было! - Ага спасибо. - Ответил Достоевский и брезгливо оттолкнул ее от себя. - Не за что я побежал. - После этого портал закрылся и Дост опять остался единственным разумным существом в этом аэропорту. После этого подождав несколько минут Достоевский поднял виолончель, которую ему принесли на четвертый день и начал играть, полностью уйдя в себя и свои мысли попутно с игрой. "Как поэтично и иронично. Прошлым вместилищем для меня был верующий до мозга костей и из-за этого я вел себя также, но все же я смог перенять немного опыта. Бог смог сотворить мир за семь дней, а я не могу заставить кота и плащ работать вместе. И мне даже нечем их мотивировать... Все их знакомые мертвы кроме застрявших в мире Люси куда я не могу проникнуть, Мори, но он мне нужен для плана ну и Дазая с Чуей, но, а на них все надежда. Эх придумав весь этот план я и не думал, что будет просто скопировать свое сознание в Сигму, а самым трудным будет умереть. Как же хочется спать, но нельзя нельзя ещё рано, рано. Ладно я смог продумать план на несколько десятков лет вперёд значит и тут как-нибудь справлюсь. Черт я чувствую такую беспомощность, но все же это не повод ныть." После этого он открыл глаза и глянул на Атсуши который сидел и плакал. - Я бесполезен от меня одни проблемы! - Говорил он сквозь слезы. "Впервые я тебя понимаю, но не понимаю сам плач. Откуда в нем вообще столько слез? Ладно не суть. Но его слова полностью правдивы от него сплошные проблемы. Может ещё раз намекнуть." - Интересно как ВЫ ВДВОЕМ победили Гончарова? - Силой! - Крикнул Акутогава и опять кинулся на бога даже не полностью восстановившись на что его пригвоздили к земле восемнадцатью пронзаниями катан. Тот не издал не звука может привык, а может просто ему повредили горло, голосовые связки, лёгкие и диафрагму. - сомневаюсь, что силой. Может у вас был какой-то ОСОБЫЙ ПРИЕМ? Что-то объединяющие когти закладки и плащ пространства? В ответ на это Атсуши задумался и его лицо выражало усиленную работу мозга в отличии от Акутогавы которые просто кидал невероятно злой взгляд на Достоевского. И наконец Атсуши смог дать надежду Достоевскому. - Я понял! Акутогава запрыгивай ко мне на спину! - Это фраза разбила кое-как склеенную надежду он решил все же отменить эту попытку приказав богу провернуть то же самое что и с Акутогавой но он смог закричать. То-ли из-за плаксивого характера то-ли от быстрой регенерации. В любом случае ему опять нужно ждать на этот раз он начал слушать музыку по телефону подаренному Брэму хоть и понимал, что там осталось пару последних процентов. "А людишки знают толк в изобретениях. Жаль, что заряда не на долго хватает в отличии от моего кнопочного телефона и радио. Хотя я все равно считаю что личные встречи остаются лучшими особенно если это просто дружественный разговор хоть у меня в жизни таких было всего парочка штук, ведь все остальные были спланированы и продуманы ради того или иного плана но сейчас он был в шаге от того чтобы стать обычным человеком и отринуть натуру демона а потом после смерти всех одаренных он мог бы прожить обычную наполненную смыслом и личными желаниями и единственное что отделяло его от этого это смерть созданного им бога и его сознания в этом теле. И было всего два варианта это осуществить по плану либо Дазай либо эти двое, но его ставка как будто вообще не имела возможности сыграть как сказал бы Сигма. "Ладно нету смысла унывать это ничем не поможет, пожалуй почитаю." После этого он достал книгу уже седьмую хотя читать он начал со второго дня. На этот раз бог принес ему книгу про будущее технологии короче фантастика. С одной стороны ему такие книги нравились ведь интересно было просчитывать, когда примерно изобретут ту или иную технологию, но с другой про некоторые он понимал, что это полнейший бред и это его раздражало. "В любом случае узнаю, что они тут пишут." Так спустя девять часов сорок одну минуту и тридцать семь секунд он закончил чтение. За это время Акутогава попытался атаковать ещё четыре раза. "Книга интересная сюжет тоже продуманный, без клише, но предсказуемый хотя это не делает его хуже. Идея с имплантами очень интересная и реалистичная даже, но то, как их используют это ужас полнейший. Зачем прятать в запястье встроенный пистолет. Это не эффективно дорого не надёжно ещё и целиться невозможно. Тем более зачем его прятать если есть карман. Но вот идея роботизированных ног чтобы усилить прыжок и скорость бега отличная на первый взгляд. Куда легче было бы сделать подобие электророликов с амортизатором и усилителем прыжка. Скорость больше, конструкция легче и дешевле. Меньше похоже на человека, но какая собственно разница, особенно учитывая, что их можно встроить в конструкцию спрятав. Ладно не о том думаю надо раслабиться и еще разок подумать.» После этих слов он послал одного из богов пойти и построить ему камин слава богу кирпичей тут было навалом. А за счет скорости бога он построил его всего за несколько минут после чего Достоевский уже сам подвинул к нему стол со столом пока бог накидал дров и зажег костер при помощи зажигалки, которая была в разрушенной комнате для изъятых вещей. Усевшись н кресло и ожидая пока огонь разгорится он также попросил плед, который нашли в одном из чудом уцелевших чемоданов. Когда огонь разгорелся на полную, а Достоевский лежал под пледом он почувствовал невероятный уют и так спустя пол минуты уснул впервые за эту неделю в то время, как бог одной проекцией бил двух дураков, а второй подкидывал дрова в камин. Проснулся он спустя целый день сна, но не из-за того, что выспался, а из-за того, что-то кто-то сдернул с него плед и коснулся мокрой холодной рукой. Открыв глаза, он увидел Акутагаву, который с трудом до него дополз и схватился одной рукой за рубашку, а второй за низ штанины. Достоевский не смог вытерпеть такой наглости он посмел схватить его, испачкать его одежду кровью так еще и помешать ему спать так что Достоевский со всей силы отпнул его в сторону, но этого ему показалось мало и он хотел приказать богу еще сильнее его искалечить но учитывая его регенерацию он придумал более изящное решение и приказал нанести пепел с камина на клинок и несколько раз проткнуть легкие Акутагавы оставив там кучу золы затрудняя дыхание. «Вроде все так же грубо, но уже интереснее и как будто изящнее. Хотя может это было слишком грубо и стоило просто пнуть его еще раз? Хотя что это я у меня же нет расстройства на садизм как у Гоголя только ненависть к дуракам… В этой ситуации в принципе одно и то же. Эх надо придумать любой способ еще развлечься… Но сначала надо найти одежду получше, а то средневековая одежда в крови, а еще и с порванным плащом мне совсем не идет. Шапку ушанку будет сложно найти в Японии так что отправлю проекцию бога в тюрьму для одаренных забрать мою прошлую одежду.» Сделав это, он обратно улегся на кресло у камина начав придумывать математические уравнения с более чем двадцатью семью корнями и потом быстро их решая до десятого знака после точки. Это быстро наскучило, но он продолжал их решать, чтобы полностью не заскучать и не потерять рассудок. И так спустя часик бог принес его старую одежду, и она увы была в крови, без рукава так еще и маленькая для него. Вздохнув, Достоевский все же послала его во второй раз на этот раз с большим списком задач: забрать рукав, постирать одежду вручную перекисью потом в стиралке и сдать на срочную подшивку ведь он помнил, что эта одежда была ему большеватой и ему нужно было просто ослабить пару застежек и разрезать пару ниток. А вот шапку он сразу ее забрал и одел. «Черт волосы такие грязные как давно этот вампир не мыл голову? А да точно черт надо бы сходить помыться перед тем, как мою шапку одевать.» После чего снял шапку и начал думать, как принять душ. «С одной стороны ему нельзя уходить с аэропорта вдруг их озарит, а с другой как тут блин душ принимать то.» Повернувшись, он заметил, как Атсуши и Акутагава дрались между собой и вздохнув приказал богу построить ему комнату с душем в ней не боясь, что Атсуши с Акутагавой нападут. Спустя пять часов посреди разрушенного аэропорта стояло небольшое здание стены, которого были сделаны из обломков, а по форме напоминало коробку. Зайдя внутрь, Достоевский увидел пустое и скучное помещение, которое занимало три четверых всего здания, а оставшееся пространство занимала ванная комната с душем, умывальником и туалетом все даже подключено. После этого он отправил проекцию, которая строила обратно следить за дураками и начал ждать ту которая ушла за одеждой. Получив ее, он послал ее за шампунем и гелем с мочалкой и полотенцем которые ему принесли всего за пару минут. Приняв горячий душ, он уселся в кресло и опять зажег камин, который удачно оказался встроен в стену этого здания. И теперь камин не просто источал тепло, а наполнял им помещение погружая Доста опять в сон, но все-таки сопротивляясь он позвал бога чтобы тот принес ему мягкую кровать с подушкой и одеялом. Спустя всего пять минут он лежал в мягкой кровати и спал пока те двое все также дрались. Проснулся Достоевский только спустя два дня и опять не по своей воле. Проснулся он от громкого звука выстрела Открыв глаза он увидел Гоголя в его портале, держащего пистолет, нацеленный на него. Повернув свою голову, он увидел отверстие от выстрела в его кровати. - Мимо. – Сказал очень спокойно Достоевский и потянулся. - Никакой не мимо! Я прицелился и немного пошатал свою руку. И тогда либо я разбужу спящую красавицу, либо докажу свою полную свободу выбора убив тебя. – Сказал Гоголь и маниакально посмеялся пару секунду, но потом успокоился. Достоевский уже привык к такому его поведению и использовав способность Брэма полетел вверх к порталу выйдя на крышу его нового дома. – Ну так что как дела дружище? - Пока живой. – Вздохнул Достоевский огорчённо. – Вот был же отличный план. Скопировать свое сознание при помощи сигмы, а потом передать в новое тело, сделать террористический акт со способностями чтобы все начали боятся одарённых, а потом использовать страницу чтобы их всех убить. И так я избавился бы своей способности и всех одаренных, а сам бы продолжил жить. И вот когда все готово эти двое все испортили. - И как же? Вроде же неплохо друг с другом дерутся. - В том то и дело что мне нужно чтобы они убили бога, а они дерутся. Слушай Гоголь дай револьвер. - Зачем? Все же понял преимущества револьвера над пистолетом? – Сказал Гоголь с детской радостью. А Дост взял револьвер из руки Гоголя. - Преимущество что он сейчас под рукой. – После чего Гоголь очень наигранно обиделся а Дост навел револьвер на тех двоих и попал точно в головы положив обоих на землю. - Превосходно! – Сказал Гоголь и наблюдал за мучениями этих двоих со взглядом как ребенок наблюдает за цветастой каруселью. – Внимание викторина! Сколько новых отверстий будет после моих двух выстрелов? Ох лишь бы выиграть с моими шесть …. ОЙ! Опять все проболтал… - Сказал даже немного погрустнев Гоголь. - Знаешь если правда сможешь создать шесть отверстий двумя выстрелами я дам тебе еще их помучать и потешать твой греховный садизм. - Правда!? Спасибо большое дружище! – Сказал Гоголь и обнял Достоевского ну а тому было плевать зная, что все эмоции Гоголя гиперболизированы до предела. Но все же немного улыбнувшись в первые за долгое время и не потому, что ему нравилось объятие, а просто потому, что ему в первые за долгое время не скучно. - Советую не обниматься, а стрелять. – После чего гоголь убрал руки и посмеявшись взял револьвер. - Конечно, конечно, время для фокуса с умножением! – После чего подошел к краю крыши и прицелившись выстрелил точно в голову Акутагаве и создав порталы он сделал так что пуля, вылетавшая с другой стороны, опять влетала и так дважды оставляя Акутагаву с тремя отверстиями. - Браво, но тебе надо сделать то же самое второй раз. – Сказал достоевский отвлекая того от наблюдения за страданиями Акутагавы маниакальной улыбкой. - Прекрасно! Прекрасно! – Бубнел тот себе под нос. - Не увлекайся сильно у тебя еще второй пациент. - Ах да точно прости засмотрелся на прекрасную картину. – После чего навел прицел на Атсуши который также смотрел на тело Акутагавы, но шокировано и немного сильнее начиная паниковать. «Как будто ты такое впервые видишь за эту более чем неделю нытик» Подумал Достоевский и взглянул на Гоголя, который после того, как увидел взгляд на себе сразу же стрельнул, повторив ту же процедуру и с тем же исходом, но на этот раз для Атсуши. - Я победил! – Прокричал Гооголь широко размахивая руками в одной, из которой до сих пор лежал револьвер. – Ты мне обещал дать их помучать. - Конечно они все твои на два часа. – Ответил Достоевский из далека осматривая выстрелы и понимая, что хоть Гоголь и шут, но крайне опасный особенно учитывая его беды с головой. «Стоит признать навыками он не обделен хоть и чуство юмора с пониманием дел совсем отличается. Хотел бы я взглянуть на мир его глазами… Хотя глазами то я и могу взглянуть его, а вот что он думает и как воспринимает нет. Вероятнее всего просто как шутку или какой-то театр…» И тут его размышления прервал Гоголь, который поводил рукой у него перед глазами. – Да? - Ты чего застыл? Я тут, между прочим, шутку рассказывал, а ты стоишь и не реагируешь! – Сказал возмущено и обужено Гоголь. - Ладно рассказывай уже. - А вот нет! Сам виноват, что пропустил. Я пошел с этими двумя играть. – После этой фразы его выражение сменилось с обиженного на маниакальную улыбку и через секунду он уже пропал в портале. «Черт в последнее время я слишком часто стал задумываться и выпадать из реальности, а это совсем не дело. Хотя что еще делать в этой дыре…» И опять его размышления прервали на этот раз чувство метала у его затылка. Успев среагировать, он откинул голову назад. Сдвинув ствол оружия вниз и когда, прозвучал выстрел он не прочистил ему мозги, а просто попал в ногу. После этого схватив пистолет он отвел его в сторону и посмотрел кто это был. Ну и как не удивительно это был Гоголь и, прежде чем Достоевский Гоголь забрал револьвер и спрятал его в карман. - Ну глупо было бы не попробовать. – Сказал он и на удивление мягко и как-бы по-дружески посмеялся Гоголь и закрыл портал. Последнее что увидел Достоевский так это то, как он направился к двум дуракам. Рана на ноге благодаря способности Брэма затянулась крайне быстро. «Шут, дураки и марионетка… отличная конечно у меня компания. Когда Гоголь наиграется попрошу кого-ничуть нормального привести, а то это все вообще не дело. А пока он занят теми двумя у меня есть два свободных бога. Ладно попрошу сделать мне ремонт в этом здании мнее, судя по всему, в нем жить еще долго, а голые кирпичные стены не помогают ментальному здоровью и нервам. Может первое мне не к чему, а вот второе еще пригодиться.» Приказав богам украсить комнату и установить подключенный телевизор, он сам сел на крышу и наблюдая за тем, как Гоголь издевался над Атсуши и Акутагавой и опять погрузился в размышления. «Эх вроде всегда мне нравился Дазай из-за того, что только с ним мне интересно, но также считал его не очень умным ведь он даже умереть нормально не может, а сейчас вот начинаю понимать. Эх и даже в шахматы не с кем поиграть. Надо бы еще компьютер установить может так смогу поиграть.» После чего передал еще одну команду как раз чтобы установить и подключить компьютер. В итоге Достоевский, вообще не обращая внимания на ненавистные ему грязь и холод улёгся на крыше и начал смотреть на небо, которое уже потемнело и на нем появились звезды. - My, mywhatabeautifulnight… - Произнес тот в слух и начал напевать классическую музыку себе под нос чтобы перебить звуки криков и выстрелов. На удивление так ему удалось уснуть. Проснувшись спустя двенадцать часов, он проснулся и заметил, что был укрыт одеялом, а рядом затухал костер. Посмотрев чуть повыше, он увидел Гоголя, который сидел и разбирал бомбу. После чего достав какую-то из частей и бросил ее в костер. С начала Достоевский спросонья испугался, но спустя секунду все же вспомнил что это его бомба на основе с4 а сама с4 без детонатора не взорвется даже в огне, а просто очень хорошо будет гореть. - О уже проснулся? – Сказал Гоголь, выкинув остатки бомбы с крыши. – Как спалось дружище? - На удивление хорошо. - Ага скажешь тоже. Лежал тут и дрожал как Атсуши. Если бы не твой лучший друг так и замерз бы тут. - А почему не убил меня? Отличная возможность же. - Да я монетку подкинул и увы выпала решка так что вот и костёр, и одеяло. - Значит мне сильно повезло ведь не хватало мне еще простыть. - Блин! Ты не представляешь как не приятно когда тебя вообще не воспринимают серьезно и как угрозу… —Сказал Гоголь и надувшись отвернулся. - Так веди себя соответствующе. После этого Гоголь улыбнулся еще шире и немного сжжал свою челюсть сильнее высвечивая зубы после чего подошел к Достоевскому и схватил за воротник. - Вот так достаточно угрожающе? – Спросил Гоголь со слабым хрипом в голосе. - Уже лучше, но я же знаю, что после этого ничего не последует. - Уверен? – После этого уточнения гоголь как-то умудрился поднять Достоевского и поднести к краю крыши. - Это могло бы быть страшно, но во первых тут всего два метра восемьдесят семь сантиметров а во вторых… - После этого он оттолкнул Гоголя и сам сделал шаг назад начиная левитировать в воздухе за счет способности Брэма. После этого Гоголь попростел в лице и на нем появилось возмущение, и он начал размахивать руками в стороны. - ТАК НЕ ЧЕСТНО! - Все частно сам виноват, что не продумал, да и стоить признать я все-таки немного испугался, но только на долю секунды. - Ой спасибо. – Сказал Гоголь, изображая смущение. – Интересно ты сейчас врешь или правду говоришь. А если врешь, то зачем и в чем… Ой сложный ты лень разбираться. - Как будто ты смог бы. - Ты такой злой. – Сказал Гоголь и надулся еще сильнее. - Я все-таки злодей, да и кто бы говорил садист. - Садист и злодей это совсем разное, между прочим. - Не в твоем случае. - Да я добрейшей души человек. - Сколько ты людей убил за последнюю неделю? - Ну… Не уверен, но не менее десяти я думаю… - Мне еще нужно что-либо говорить? - Да! Как я по-другому тебя пойму. - Ой ладно. Пойдем новости посмотрим? Мне тут телевизор поставили недавно. - Конечно давай! – Сказал воодушевленно Гоголь и открыл портал под их ногами и те упали на кровать в очень красивой комнате в классическом стиле с ярко-бежевыми обоями, завивистыми деревяными столами украшенными различными скатертями, а на полке шкафа полноценный чайный сервиз на пятерых. «Мне бы и чашки с чайником хватило, но как декорация пойдет». Гоголь же первым делом подскочил искать и как только включил новости, и первые полчаса не было ни слово про инцидент в аэропорту что немного расстроило Достоевского. И вот наконец ведущая наконец объявила то-то интересное. - Внимание зрители мы смогли получить уникальное хоть и запоздалое интервью с главой Ордена Часовой Башни – Агатой Кристи. Передаю слово нашему журналисту. - Мисс Кристи что вы скажете насчет слухов что вы уже дважды хотели уничтожить Японию. - Прошу не надо так официальна просто Агата, а что насчет этого слухи правда. – Сказала она спокойно как будто это было само собой разумеющиеся. - Можно пожалуйста поподробнее? – Спросил репортер, который немного занервничал, но сохранил профессиональность. - Видите ли в первый раз это было необходимо из-за необычного тумана, который в кротчайшие сроки мог бы привести к почти-что полному уничтожению челночество и единственным способом предотвратить это было уничтожить источник, но к счастью для всех местные спецслужбы смогли справиться с этим без нашего вмешательства. - А что насчет второго? - Официально этот случай все еще под нашим контролем, но мы решили не предпринимать никаких действий кроме пассивных. - Почему именно вы не предпринимаете ничего активного? - Причин несколько. Первая мы решили сначала понаблюдать за ситуацией в аэропорту и на данный момент достаточно сильной угрозы не замечено. Во-вторых, дополнительная информация, полученная от одного человека. - Что же это за человек. – Сказал уже более расслабленно репортер. - Он предпочёл, чтобы мы не упоминали его реальное имя, но разрешил использовать его псевдоним – Суицидальный шахматист. – Услышав это Достоевский моментально выключил телевизор и положив голову на подушку начал думать. - Что такое? – Спросил непонимающе Гоголь. - Дазай… - Что Дазай? - Как Дазай связался с Агатой… Я же точно сломал все средства связи в тюрьме при помощи вампиров, а Чуя новых не приносил… Он должен был остаться без связи и это точно. Как он мог связаться… Он же до сих пор там? - Да как минимум два дня назад был там. Но может вчера сбежал и дал информацию. - Точно нет. Интервью было два дня назад это можно заметить по календарю, да и понятно, что Орден Часов Башни хотели проверить не сказали ли они чего-то лишнего... Стоп! Гоголь что ты сделал с той рацией, которую ты предлагал, как один из подарков? - Ой… - Эх ладно… Ладно. Это все меняет, но не настолько что прям ужас просто создает новые условия. Теперь Орден знает про мою способность а Дазай скорее всего не прийдет сюда… В итоге вся надежда на этих двоих. - Что будешь их вразумлять? - Точно не сегодня сейчас у меня в голове одновременно и слишком пусто и слишком много новой неорганизованной информации так что я пойду спать. - Ну хорошо спокойной ночи, а я пойду обратно к Дазаю с Чуйей. – После чего исчез в очередном портале. Сам же Достоевский лег в кровать и опять уснул. Через два дня его раззудило то, что его толкал в плече Гоголь. -ПРОСЫПАЙСЯ, ПРОСЫПАЙСЯ! - Что такое… - Ты уже два дня спишь, а мне скучно! - Что насчет Дазая и Чуи? - Даже они больше не дерутся, а просто иногда кидаться колкостями. - Понятно после этих слов Достоевский встал, принял душ и пошел к тем двоим. - Что делаешь? - Последняя отчаянная попытка вразумить этих двоих. - Ну удачи. После этого он подошел к Акутагаве и Атсуши. Схватил обоих за шиворот и поднял вверх к своему лицу. - Слушайте меня два идиота. Ты! – Сказал он и посмотрел на Акутагаву. – Можешь дать свой плащ Атсуши и тогда он сможет убить бога! А ты все что должен сделать это ударить своими когтями закладками! – Добавил, смотря на Атсуши. – Поняли?! – На что те немного удивлено кивнули. После этого он поставил их на землю и приказал богам встать перед ними не двигаясь. Они посмотрели дру на другу и с глазами полными решимости… Напали поразень на что Достоевский сделал фейспалм. - Дебилы… - Прошипел он сквозь зубы. - Гоголь иди сюда! – Крикнул Достоевский, который уже совеем отчаялся. - Да дружище? - Помнишь, что ты хотел меня убить? - Да и до сих пор хочу если честно. - Дай мне револьвер я сам все сделаю. - Правда?! – Спросил взволновано и как будто немного грустно Гоголь. - Да. – После этого ответа Гоголь на удивление молча протянул свой револьвер дрожащими руками. – Сколько в нем пуль? – Спросил холодно Достоевский. - Все шесть, а что такое? - Да так хочу сначала исполнить одно обещание, данное тебе. - И какое-же? – Спросил Гоголь, но вместо ответа прозвучал выстрел. Резкая боль и крик Гоголя. Даже его повязка упала с глаза хотя он все еще стоял на ногах, но в глазах появились слезы. – Друг… - Произнес Гоголь тихо и потом прозвучал второй выстрел, и он упал на землю замертво покрывая землю кровью и парой слезинок, которые упали с его глаз, которые все еще выглядели живыми. На лице не было привычной улыбки только удивление, немного шока и не капли страха, а лишь грусть. От такой картины даже Достоевскому стало не по себе, и он нервно сглотнул. Он представлял себе убийство гоголя и планировал его много раз, но он не мог ожидать что после стольких столетий и тысяч убийств одна смерть может довести его до такого состояния. Он чувствовал сомнения, жалость, удивление и даже как будто слышал совесть хоть он и думал, что все это давно утратил. Чтобы больше этого не чувствовать и наконец исполнить свой план он поднес револьвер к голове и нажал на курок…