Я заглажу свою вину | Хёнликсы.

ᅠ: — А если бы ты случайно начал встречаться с вампиром, ты бы убил его? — звучит мягкий голос позади Ёнбока. Родные ладони обнимают плечи Ли и тёплое дыхание начинает нагревать шею. Он даже не подозревал, что на самом деле Хван не просто стоит позади него, а был готов укусить его, чтобы насладиться небольшой порцией крови, только вот нельзя. Хёнджин тут же убьют, если вдруг произойдет подобное. Хван не может содержать свой голод, который был у него на протяжении месяца. Он старался не испивать чужой крови, ведь выдавал себя как охотник на вампиров. Некоторых Хёнджин ловил, но хотел сразу отпускать, только в эти моменты приходили другие охотники и на цепляя ошейники на пойманных уводили их. Если сейчас Ли повернёт голову, то увидит, как клыки Хёнджина готовы впиться в его горло, опустошить от крови и с полным наслаждением искать новые порции. Ёнбок был внимательным, но не применял этого к Хвану, ведь всегда ему доверял, их отношения говорили об этом. — Конечно, что за вопросы? Вампиры это убийцы, им нет места в нашем мире, я бы даже не стал его скрывать, а что? К чему вопрос? — интересуется Ли, отвечая горькую правду, о которой Хван подозревал. Если он начнет оправдываться, то все начнут подозревать Хёнджина. Ему пришлось не просто соврать, но и подставить одного из охотников, которые находятся совсем не далеко. — Слышал, что охотник по имени, как его.. Мин.Ми..Минги!! Встречался с вампиром и прикрывал его, разрешал убивать людей, пить их кровь и даже давал свою. Спрашиваю, чтобы понять, точно ли такое не повторится? — выкручивается старший и отворачивается от Феликса. Запах свежей крови сводил с ума, он начинал себя не контролировать, хотел уже не сдерживаться, а выпить её всю. Только вот Ликса убивать не хочет. Хёнджин действительно любит его и их отношения для него очень ценные, они не просто так начали встречаться, а была очень неприятная ситуация, в которой Ли поддерживал его. Впрочем, Хван ожидал такого ответа от своего молодого человека, ведь Ли охотник на таких существ, как он и ничего с этим не поделаешь. Придётся как и раньше скрываться, стараться прятать свои выступающие вены на лице от чувства крови, которых Хёнджин стеснялся. — К себе лучше пойду, спать уже пора, поздно, — переводит тему Хван и быстро целуя Ёнбока в горячую щёку уходит. На самом деле он ушёл не в свою комнату и даже не спать, а прогуляться по лесу, который был одиноким. Никого в нём не было, ни души. Здесь можно уединиться со своими мыслями, которые так часто навязываются, что не успеваешь их разбирать. Всюду стояла глушь. Деревья изредка покачивались от ветра, листья потихоньку опадали и создавали иллюзию шагов, которые шли как будто очень тихо. Подкрадываясь. Здесь никогда ночью Ян не видел людей, поэтому и подумал, что место будет идеальным, если ему прогуляться здесь. Мыслей было очень много, их все хотелось развеять, чтобы с чистой головой идти спать. Было тяжело сосредоточиться на чём-то одном, когда вокруг его окутывали звуки листьев, внутри всё ныло о том, чтобы найти простого человека и убить. Испить сладкой, молодой крови. Шуршание в лесу не переставало, она с каждым разом становилось громче. Мрачные тучи стали окутывать небо, перекрывая яркую луну и звёзды, что освещали ему дорогу. Сзади раздался треск сухой ветки. Хван быстро обернулся и внимательно всматриваясь вглубь никого не увидел. Зрение вампиров было в несколько раз лучше человеческого, особенно ночь, но сейчас он не видел ничего. Подумав, что это обычная его фантазия он шёл по тропинке дальше, задумываясь о том, чтобы он делал, если бы не скрывался.. Наверное бы исполнил множество своих мечт и проводил время со своей семьёй, которая была бы жива, если бы в один момент он не привёл охотников туда. Снова раздался хруст сухой ветки, а следом настала тишина. Словно этот человек или что-то подобное следило за ним, но наступая на громкие предметы останавливалось, чтобы скрывать себя. Хёнджин принюхался, запах стоял очень сильный, похож на женские духи. Запах смешивался с кровью, которая казалось истекает из этого человека. Хван зная, что может подставить себя, но работая по инстинктам оказался у этого объекта. В лесу был он не один, девушка все это время ходила за ним и следила, только вот не учла момент, что он вампир. Кровь капала с её запястья на землю из сухих листьев, а Хван не спеша наблюдал за этим. Ветки видимо хрустели из-за неё, и все лишние шумы тоже. — Простите, вы не могли бы мне помочь? У меня истекает кровью запястье, а найти выход я не могу.. — начала разговор с вампиром девушка, сама не подозревая этого. Хёнджин, делая вид, что внимательно слушает её, оглядывается по сторонам. Никого нет, совсем никого. Не сдерживая себя он перемещается к ней и хватая запястье выпускает свои острые клыки в кожу руки. Девушка кричит, но Хван не обращает на это внимание, он наслаждается каплями крови и удовлетворяет себя. Кровь потихоньку опустошает тело девицы, клыки Хёнджина впиваются с каждым разом все сильнее и сильнее, алая жидкость стекает на землю, остается на его губах, клыках и конечно же внутри себя. Отпустив бедное и бездыханное тело Хван закусывая губу простанывает от удовольствия, получившее сейчас. Прогулка выдалась замечательной, но теперь нужно было идти спать. Старший решил сначала проведать своего любимого человека, а уже потом идти куда-то. Зайдя в корпус, где находилась комната Ёнбока он прошёл в неё и закрыл за собой дверь. Внутри как и всегда пахло только Феликсом, никто другой не заходил в его комнату, кроме Хёнджина. Ликс тихо сопел, крепко сжимая в ладонях одеяло. Хван опустился на колени рядом с кроватью охотника. В комнате было очень тихо, почти никаких лишних звуков. Пальцы старшего, если судить по его настоящему возрасту вампира, коснулись чужого лица. Нужными и ласкающими движениями он провёл по щекам Ёнбока, а затем коснулся губы. Ликс спал совершенно спокойно и не обращал внимания на чужие действия, он их не чувствовал совсем. Хёнджин грустно глядел на лицо возлюбленного и понимал, что вместе им быть нельзя. „Он охотник на таких как ты” — крутилось в его голове. Это отвергало Хвана от Феликса, но не на долго. Он все равно чувствовал, что никуда не может деться от такого милого и любимого человека. Сердцу не прикажешь любить, оно само выбирает. Вот и выбрало, две противоположности. Пальцы Хёнджина коснулись шеи Ли, запах крови снова ударил ему в нос и притягивал к себе. Хван не хотел кусать и пить кровь своего молодого человека, но мысли переключались и он резко начинал хотеть пить кровь Ёнбока. Джинни пытался держаться, его сила воли было не такой крепкой как казалась, на самом деле она была хуже чем у других вампиров, если так подумать, но возможно это от того, что вырос Хван воспитываясь как охотник. С глаз от безвыходности потекли горячие капли слёз. Они тут же намочили его красивые глаза и густые ресницы. Тонкие, как маленький ручеёк слезы стекали по вискам, щекам и губам. Хван старался смахивать их рукой и не издавать лишних, ненужных звуков, но все пошло под откос. Хёнджин не знал, что ему делать. Он не хочет бросать Ёнбока, но и не хочет убивать. Говорить об этом боится, ведь Ли убьёт его, он сам признался в этом. Всхлипы стали громче, старший совсем пропустил момент когда младший проснулся и стал наблюдать за ним. Ладони Хвана накрыли лицо, вены быстро вернули свою истинную форму и застыли на лице. Повернув голову он увидел удивлённого Ли, который с болью посмотрел на него. Его пальцы хотели коснуться лица вампира и хоть немного успокоить. Абсолютно все было в несколько раз сильнее у вампиров и даже чувства горечи. — Хёнджин, не надо, пожалуйста, — грустно говорит Феликс, который совершенно недавно говорил, что если будет встречаться с вампиром убьёт его, — ложись рядом, зачем же тебе сидеть на полу? Голос Ли был искренним, как и слёзы Хвана. Он просто потерялся в этом мире и уже не знал ничего, хотел только одного, быть охотником, а не вампиром.. Хёнджин слушая любимого и ценного человека для него встал с холодного пола, он сел на кровать, напротив Ёнбока. — Почему ты не сказал, что вампир? Зачем ты соврал мне, Хёнджин? — голос Феликса был всё таким же спокойным, но внутри него было наоборот. Страшно ему не было, ведь он сам легко мог убить вампира, который являлся его молодым человеком.. Внутри него кипела злость, которая нарастала с каждым разом все больше и больше. Ли не любил когда ему лгут и Хёнджин знал это, но все равно соврал.. — Я не хотел чтобы ты меня убивал, я тоже хочу жить.. — отвечает ему старший, все также стараясь ловить и смахивать новые слёзы, — и любить я тоже хочу, но у вас, есть принципы и вы убиваете таких как мы, но ведь вампиры не такие плохие.. Я не убил никого из ваших людей, потому что держался, месяц не пил кровь из-за тебя, потому что ты меня понравился. Чтобы ты не думал, что я вампир, чтобы ты тоже любил меня, Ли, но у меня плохо вышло. Сегодня я уже убил девушку, а теперь хочу и твоей крови. Если бы вы принимали свои чувства и доверяли нам, было бы всё иначе. Контролировать голод можно, а любовь нет, даже есть слова „ради любви готов на все”.. — сказал Хван, он сам не понял, что только что сказал, просто упал на подушку закрывая лицо ладонями. Ему было трудно говорить о своих чувствах к охотнику, но молчать было не дело. В комнате повисла тишина, никто из парней больше ни говорил ни слова. Хван все также прикрывал лицо руками и давал своим эмоциям волю. Ёнбок сдерживался, слова Хёнджина задели его сердце и очень сильно. Клыки Хвана, которые все время скрывались из-за обычного облика человека были сейчас хорошо видны и кровь той девушки тоже. Красные вены под глазами не утихали, они все также хорошо проявлялись, но под ладонями не было видно. — Но Хёнджин..Врать любимому человеку тоже нельзя, а ты это сделал. Раз ты говоришь, что я тебе понравился, почему соврал? Не уверен в моих чувствах? — спрашивает Ли, прерывая их долгую тишину. Пальцы Ёнбока аккуратно касаются горячих ладоней Хвана, которые закрывали ему весь вид на любимого человека. Его ладони ложатся на запястья старшего, аккуратно убирая руки с его лица. Красные от слёз глаза и вены под глазами выглядели устрашающе. Они пугали Ликса, ведь неизвестно, что же может сделать с ним вампир. Его клыки сильно вжимались в свои же пухлые губы, кусая их до крови. — Да, не уверен.. — тихо отвечает Хван. Он опирается на свои руки и приподнимается с кровати, собираясь покинуть эту комнату, чтобы не продолжать их бессмысленный разговор. Ли теперь знает его тайну, а это будет опасно, очень опасно.. Придётся ему покинуть этот дом и искать новый. Слова Хёнджина словно острый, холодный нож провели по сердцу. Он не знал, что ему сделать, лишь Хван поверил во взаимные чувства. Феликс взял запястья вампира и тихо, сквозь страх проговорил : — Если ты не уверен в моих чувствах, то я могу доказать тебе их. Можешь укусить меня и выпить столько крови, сколько потребуется. Я не сдам тебя и не убью, я не смогу, ты сам это поймешь, когда проведешь здесь как минимум неделю, — Ли отпустил запястье Хёнджина. Он ощутил на свой груди ладони, которые надавливали на неё. Ему пришлось прилечь на кровать и повернуть голову в левую сторону. Шея была полностью оголённой, Хван спокойно мог в любой момент впиться своими клыками в неё и выпить всю кровь. Старший уселся на чужие бёдра, на которые до этого он ни разу не садился. Ладони, Хёнджин положил на подушку Ёнбока и легко сжал её. Он был сверху над младшим, слышал тяжёлое дыхание, которое показывало его страх, глаза Ли прикрыл, ему было страшно представить, что именно таким способом приходится доказывать свои чувства, которые были искренними и он действительно любил его. Хван не спеша приблизился к шеи любимого для него человека, носом коснулся кожи и снова почувствовал запах крови. Клыки резко впились в шею и проткнули артерию. Алая жидкость тут же потекла, Хёнджин напивался ею, получая наслаждение и удовлетворение. Ли от резкой боли сжал ладони, которыми он придерживал подушку. Он даже не издал лишнего звука, ведь на него могли прийти люди, которые работают вместе с ним и тогда Хвана могут убить. Безусловно Феликсу хотелось кричать от боли, которая чувствовалась во всем его теле. Руки сильно сжимали подушку, но в какой-то момент стали сжимать спину Хёнджина, клыки ощущались сильнее чем он себе представить, кровь потихоньку утекала из его тела, а Хван даже не думал останавливаться. С каждым разом становилось всё больнее и больнее, страх того, что его сейчас убьют был уже не на главном месте. Ладони стали легко ударять спину любимого вампира, но все же сдерживал свои крики. Хёнджин наконец вынул свои клыки из чужой шеи, кровь медленно продолжала стекать по коже и легко могла запачкать его одежду, но старший слизывал эту жидкость. — Прости, я очень сильно увлёкся.. — тихо сказал Хван и коснулся пальцами чужой шеи, которая побаливала до сих пор. Он стал поглаживать пальцами место укуса и смотрел на лицо Ли, с уголка глаза скатывалась единственная слеза, по которой было видно его боль. Хёнджин не хотел выпивать слишком много крови, но она была настолько вкусной, ещё и свежей, что было невозможно остановиться. — Лучше кровь вытири с губ, а не извиняйся. Увидят тебя в таком виде — убьют, даже разбираться не станут, — ответил ему Ли, прикасаясь к новой ране, которые сразу же окрасились кровью. Ёнбоку было не очень приятно, когда у него было открытая рана, которая в прямом смысле могла убить его. Старший, что сидел на его бёдрах даже не шелохнулся и не прислушался к словам младшего. Он смотрел на лицо любимого и начал изучать его с самого начала. Губы были сжаты между собой, глаза прикрыты от лёгкого чувства боли. Было приятно смотреть на человека, который только что разрешил ему выпить своей крови, лишь бы он поверил ему и доверился. Губы вампира, испачканные в крови, коснулись щеки возлюбленного, оставив следы крови на нежной кожи. Ли поморщился от ощущения влажности на его щеке. — Пойдём заклеим рану, иначе здесь все в крови будет, а потом я заглажу свою вину.. — сказал Хван и слезая с бёдер охотника ладонью упёрся в его орган, но это было совершено случайно, он совсем не планировал трогать чужой член через штаны. Ёнбок закусил губу, но не издал лишнего звука. Младший поднялся следом за вампиром и они оба вышли из комнаты охотника, которая была неприступной крепостью для всех, но не Хвана. Парень, который уже можно сказать был мертвецом шёл впереди и не обращал внимания на свои кровавые губы и клыки, что виделись, упирались в уста. Душевая комната была общей, но именно для одного корпуса, то есть по сути Хвану сюда нельзя. Хотя.. У него есть Ли, который в случае чего может исправить их ситуацию. Коридор был тёмным, освещала его лишь одна маленькая лампочка, которая изредка начинала мигать и издавать ужасающие звуки. На стенах были повешены картины и плакаты, на некоторых были изображены уже умершие напарники, а на других певцы, любимые группы и персонажи из фильмов. Жутковато атмосфера, но для охотников на вампиров привычная, ведь каждую неделю они уходят по несколько людей на очищение территории, а корпуса с их миссии стоят уже давно. Хван завёл Ёнбока в их местную больницу, в которой никого не было, даже врача. Обычно он и ночью сидел, но то что его нет, даже радовало и было очень хорошо. Старший закрыл дверь на ключ изнутри, на всякий случай, вдруг из людей сюда зайдет и увидит их. Ли сел на стул около рабочего стола медсестры, руки положил на свои колени, а взгляд остановил на Хёнджине. Он принялся открывать каждый ящик и старался найти хоть какие-то бутылочки, чтобы обработать укус. Наконец вампир взял какой-то бутылек вместе с ватой и квадратным пластырем. Вампир приблизился к охотнику и наклонив его голову в бок открыл себе вид на истекающую кровью рану. Инстинкты вампира снова пробудились и на лице снова появились дополняющие его образ вены. Ли, что был полностью обезоружен отодвинулся и бедром прижался к столу. — Ты же уже знаешь, что я вампир, значит с тобой я могу не скрыть свою сущность. Кусать я не буду, — успокаивает его Хван и открывает бутылек с раствором. Им он смачивает вату и прикладывает к горячей шее. Ёнбок сжимает пальцы в кулак и сжимает ноги от боли, раствор начинает жечь открытую рану. Охотник закусывает нижнюю губу, закрывает глаза и начинает сжимать вторую руку. Хёнджин старается аккуратно убрать кровь с кожи и меняет вату на другую, абсолютно чистую. Снова смачивает её и вплотную прижимает к укусу. Ли стонет от боли, сдерживаться он уже не может, понимает, что это бессмысленно. Боль была намного сильнее нежели в тот момент когда его кусали. — Почти все, подожди ещё чуть-чуть, — ласково и тихо говорит Хёнджин, он кладёт свою ладонь на сжимающуюся руку Ёнбока. Ли все также чувствует острую боль и слышит, как жидкость, которой вампир обрабатывал рану, начинает шипеть. Шея стала чисткой. Хван выкинул запачканные в крови ватки и наклеил на место укуса пластырь. Ёнбок выдохнул и посмотрел на губы Хёнджина, которые все также были запачканы в его крови. Смотреть не очень приятно, но поцеловать хотелось. Все же не смотря на своё сопротивление внутри он быстро и легко коснулся губ вампира. Этот поцелуй был короткий, что Хван даже не понял. — Теперь пойдем, я буду заглаживать свою вину, — с улыбкой на устах сказал старший и открыл замок на двери. Оба парня вышли, но Ёнбоку никак не давали покоя кровавые губы Хёнджина и их хотелось протереть от этого недоразумения, пока другие парни этого не увидят. Ли резко потянул на себя Хвана и они зашли в душевую комнату, где вампир оказался прижат к холодной, кафельной стене. Охотник открыл кран и намочив салфетку, которая лежала на полке, он прикоснулся ей к устам Джинни. Несколько раз он провёл ею по красным следам. — Так ты заботливый, но дай мне загладить свою вину, — настаивает Хёнджин. Он берёт запястье Ли и крепко сжимая утаскивает его в комнату. Где все и началось. Ёнбок улёгся на свою кровать, которая была не заправлена, одеяло неудобно упиралось ему в спину и ему хотелось изменить свое положение, но Хван уселся на бёдра охотника. Как и в прошлый раз он наклонился к шеи любимого. Феликс упёрся ладонью в чужую грудь, не давая ему возможности прикоснуться к своей коже. — Я не буду тебя кусать, не бойся, — шепчет вампир и чувствует как рука Ликса расслабляется. У Хвана появился полный доступ к нежной и вкусной коже Феликса, которую он уже успел испробовать. Влажные губы коснулись шеи, мягкий и легкий поцелуй от вампира был приятен охотнику. Тело, что находилось под Хёнджином расслабилось, напряжения не ощущалось и это улучшало ситуацию. Старшему хотелось немного закусить кожи младшего, но из-за того, что Ли тут же оттолкнёт не стал делать этого. От губ Хёнджина оставались светло-красные следы, которые вели от его уха и до ключицы. Все эти поцелуи были нежными, в них чувствовалась любовь, которую Хван пытался подарить вновь. Из-за питься крови, ему пришлось извиняться перед возлюбленным, который не злился на него, но старшему самому хотелось загладить вину. Острый и горячий язык вампира прошёл по коже Ли, остановился на кадыке. Губы обхватили его, наслаждение потихоньку нарастало, не только у Ликса, но и у вампира. Ёнбок аккуратно положил свою ладонь на затылок Хёнджина, пальцы сжали волосы от того, что губы снова начали касаться шеи, а горячий и влажный язык прошёлся по коже. Уста старшего поцелуями поднялись к щеке Ликса, но его цель не заключался в поцелуе. Не испытывая стыда он провёл своим языком от скулы, до уха. Влажный след остался на лице Ёнбока. Внутри младшего возникло чувство легкого возбуждения, которое начало нарастать после влажного следа. Его ладони старались аккуратно сжимать волосы любимого, чтобы не принести ему болевые ощущения, которые успел принести Хёнджин. Каждый раз чувствуя поцелуи на своей шеи и открытых ключицах от тихо постанывал. Это слышал только сам Ли. Ладони вампира подняли майку охотника, но преградой стали его руки. Хван хотел открыть торс Ликса полностью и ему пришлось убрать руки любимого со своих волос, которые так полюбились. Хёнджин не спешно снял майку Ли и оставив его верх тела обнажённым припал губами к открым ключицам. Они были хорошо выражены и привлекали старшего. Поцелуи становились намного чувствительнее, Хван уже не стеснялся и оставлял хорошо видные следы. Он старался как можно больше оставить засосов, но от этого становилось больно Феликсу. Когда его начинают как-будто вакуумировать становится очень неприятно. Пальцы, что снова легли в волосы Хвана начали сжиматься сильнее. Вампир осознавал это, но ему нравился этот процесс. Причинить ещё один вред не очень хотелось. Оставив поцелуи, он перешёл к ласканию тела своим языком. Хёнджин стал оставлять сильно влажные следы на коже любимого, от чего тот сжимал одной рукой мягкие волосы старшего, а другой подушку, которая находилась под голой. Становилось до жути приятно, мурашки начали покрывать тело охотника, от того, что горячий язык коснулся его груди. Губы обхватили один из сосков Ли, язык стал ласкать его. Тонкие пальцы Ёнбока сильно сжимали подушку, но старались не сильно сжимать волосы вампира. Несмотря на позднее время и людей, которые жили в соседних комнатах, Ли позволил себе насладиться этими моменты. Особенно зная, что таким образом Хван пытается загладить свою вину. Ощущать горячий язык на теле было приятно, но когда он касался чувствительных частей тела, становилось ещё приятнее. Внизу живота начало нарастать возбуждение и новые поцелуи становились для него намного приятнее. Феликс стал ощущать их чуть сильнее. Язык Хвана все также ласкал тело, но с каждым разом он спускался всё ниже и ниже. Пальцы ухватились за резинку штанов Ли и приспустил их на бёдра. Ёнбок с удивлением посмотрел на вампира, словно стеснялся. Поцелуй, который оставил Хван ну кожи в нижней части живота около довёл охотника до чётко услышанного слона. Спина выгнулась, а пальцы сильно сжимались от удовольствия. Тёплые губы мягко стали касаться низа живота, от этого становилось хорошо. Ликс не смотря на то, что в здании есть ещё люди, выгнув не только спину, но очень слабо шею, застонал. На шеи были видны напряженные от этого вены. Пальцы сжимали волосы так, словно пытались остановить Хёнджина от этих действий. — Мне закончить? Я думаю, я загладил свою вину, — с довольной улыбкой говорит Хван и ладонью поглаживает места поцелуев Ли, которые были близко к паху. Ёнбок безусловно расслабился и такие действия конечно загладят свою вину, но с возбуждением нужно что-то делать, просто так оставить — не дело. Метка : секс. — Да, но мы продолжим заниматься грязными вещами, ты меня возбудил, а в таком состоянии я не усну, — восклицает Ли, но смеётся от своих сказанных слов, — Тебе будет удобно если я попрошу тебя лечь на живот, но чуть приподнять бёдра? Спрашивает Ли, чтобы не составить дискомфорт Хёнджину. Вампир сначала представил в голове, как именно будет выглядеть эта поза, ведь чтобы её выполнить нужно было понять. Хван сидящий на ногах у Ёнбока слезает с них и снимает свою футболку, которая прикрывала рельефный торс вампира. Осталось снять только джинсы, но он хочет, чтобы сделал Ликс, поэтому стоя на коленях на кровати Хён чуть приподнял корпус, а руками упирается в кровать. Глазами показывает охотнику, чтобы это сделал он. Вампира не переубедить, поэтому Ли прикасается пальцами сначала к ремню, затем к чужой ширинке джинс, а следом тянет молнию вниз. Виднеется твёрдый орган старшего и не сдержав любопытство он кладёт ладонь в чужие джинсы, ощущая слабую пульсацию члена и набухшую головку. Хван закусывает губу, но сдерживает стон, который мог сорваться в любой момент. Ёнбок не стал мучить вампира и поэтому вытащил руку, взявшись за края штанов с боксёрами он потянул их вниз. Выступающая кость около паха дополняла весь образ и вид Хёнджина. Рельефный торс — чёткие кубики мышц, ключицы, которые хорошо выражены на теле и слегка выпирающая кость. Светлая кожа и горячие, пухлые губы, тоже дополняли Хвана и делали его только лучше. Вампир не стал тянуть время и по просьбе младшего лёг на живот, но приподнял немного бёдра, слегка сгибая ноги в коленях. Феликсу было сейчас очень удобно пристроиться к Хёнджину и начать весь процесс. Он спустил с себя спортивные штаны и белье, обнажая нижнюю часть. Ёнбок впервые был обнажённым перед вампиром, ведь до этого ему не приходилось с ними встречаться. — У тебя же здесь есть смазка и защита? — спросил Хван и взяв подушку сжал её в руках. От этого ему стало намного удобнее, чем было. Ли сначала промолчал, казалось, что он просто не услышал вопроса и нужно его перезадать, но не пришлось. Охотник на вампиров потянувшись к ближнему ящику сказал : — Есть, но я не планирую одевать защиту, без неё обойдёмся. Лежащий на кровати вампир не стал спорить с Ёнбоком, его не переубедить, поэтому как он сказал, пусть так и будет. Радует, что он от смазки не отказался — были похожие в голове Хвана мысли. Ладонь Феликса легла на талию вампира и стала поглаживать её, вызывая лёгкие, но приятные ощущения. Одной рукой он открыл бутылёк с лубрикантом и надавив на него жидкость полилась на кожу вампира. Пальцами рук Ли распределил смазку по мышечному кольцу и убедившись, что действительно. Не осталось сухого места в интимном месте он не спеша надавил пальцем на вход. Без особых усилий Ёнбок оказался в вампире и чувствовал как его стенки начинают сжимать палец. Мучить Хёнджина он не хотел, но реакция возлюбленного ему нравилось. Он уткнулся лицом в подушку и при движение пальца в себе мычал в неё. Слышно его было очень слабо, но приятно. Ли не стал слишком рано покидать натуру Хвана, поэтому решил добавить второй палец. Также без труда проникнув в Хёнджина послышался глухой стон, который был бы куда звонче, если бы не подушка. Внизу живота начинало тянут у обоих. Член вампира истекал предъякулятом, капли которого оказывались на чужом постельном белье. Два пальца, находившиеся в нём начали двигаться в нём непрерывно и задевать нервы. Стоны становились учащёнными, было слышно, насколько Хван получает удовольствие от этого, но глушение стонов, мешало слышать его лучше. Вынув пальцы из тело Хёнджина, Ли не стесняясь и уже войдя во вкус дела протянул их к губам вампирам. — Оближи их, милый, — ласково шепчет на ухо вампиру охотник, язык легко коснулся чужой мочки и тихое, удовлетворение мычание раздается снова. Хван приоткрыл рот и разрешил пальцам Ли проникнуть в него. Они коснулись его языка и старший сомкнул горячие уста. По просьбе охотника острый язык стал прикасаться к этим двумя пальцам и облизывать их. Лёгкий поцелуй на шеи Хёнджин был оставлен Ёнбоком, послышался лёгкий стон и вампир приоткрыл рот снова. Охотник вынул пальцы их чужого рта и положив ладонь член стал водить по всей длине, касаясь влажной от предъякулята головки. Теперь Ли был готов проникнуть в Хвана и доставить немного удовольствия обоим. Приставив член к анальному входу, Ёнбок стал двигать бёдрами только вперед. Орган легко проскользнул по кольцу мышц и оказался внутри Хвана. Он не сдерживаясь застонал, таких ощущений вампир не испытывал уже давно. Пряди волос резко стали непослушными и падали на лица обоих. Стенки старшего плотно сжимали в себе орган, но давали ему входить ещё глубже. Стоны Хёнджина становились громче и раскрепощённее, он только держался за подушку, но уже не старался утыкаться в неё, чтобы глушить свои удовлетворенные звуки. Ли не стал входить в вампира полностью и как только услышал громкий скорее всего вскрик остановился. Он нашёл ту самую точку, из-за которой Хван начинает получать все больше и больше удовольствия. Ладонь Ёнбок положил на шею Хёнджина и пальцы упирались в его кадык. Охотник старался сжимать её не так сильно, но получилось всегда, иногда у него получилось перекрывать воздух вампиру полностью, но это не особо озадачило его. Толчки, которые совершались в Хвана отвлекали его от всего, он чувствовал только орган в себе и наслаждение. Бёдра охотника стали двигаться быстрее, появились звуки шлепков двух тел и пошлые хлопанья из-за смазки. Свободную ладонь он опустил на талию, начиная упираться в неё. Член стал входить глубже чем в самом начале и бил по простате из-за чего вампир начинал выстанывать его имя. Ладонь Хвана коснулась своё органа, он хотел доставить удовольствие в два раза больше, но Ли успешно это обломал : — Не трогай себя, милый. — ласково произносит тихо постанывающий. — Поменяемся позициями и будешь делать то, что хочешь, а сейчас мои правила. Хван жалобно стонет, но принимает эти правила игры, которые придумал Ли. На лбу вампира появляются испарины, линия волос становится влажной от того, насколько жарко становится в комнате, от резким и грубых толчков в себя и ладони на шеи, которая в любой момент может начать сжимать её. Ли бьётся своим телом о тело вампира и слышит громкие стоны, которые срываются на крики удовольствия. Хван стискивает зубы, начинает закусывать губу, чтобы хоть как-то улучшить эту ситуацию, ведь казалось, что их слышно на весь чертов корпус. Капли пота начинают стекать по вискам и шеи, толчки становятся быстрее. Оба парня наслаждаются этим и стонут. Член Хёнджина начинает пульсировать, он уже готов кончить, но Ли резко останавливается и выходит из вампира. Разочарованный стон слетает с губ и недовольства со стороны Хвана. Кажется кому-то сейчас достанется, ведь настала смена позиций. — Теперь моя очередь играть, — улыбается Хван и легко целует губы Ли, стараясь не акцентировать на этом. — Ложись как тебе удобно, мне без разницы в какой позе мы будем заниматься сексом. — добавил Хван. В его планах не было сильно больших планов, на такие же игры, но все же немного поиграть хотелось, ведь след на шеи виднелся очень четко. Кожа была везде белой, а на коже красные силуэт ладони. Ёнбок устроился у самой спинки кровати и подложил под спину подушку, ему было чуть стыдно перед Хваном из-за удобного положения, но другие казались Ликсу не очень комфортными. Младший развёл ноги в сторону, но ему стало слишком стыдно, что свёл их обратно. Он был в разных позициях и секс у него это не первый, но вот перед Хёнджином стало стыдно, что на щеках появился румянец. — Стыдишься позы что-ли? Брось, по-моему очень даже хорошая, — говорит Хван, кладя ладони на чужие колени. Он начинает поглаживать их, наблюдая за смущением Феликса. Ему было смешно от того, что Ли резко начал стыдиться его, ведь до этого младший буквально вдавливал его в кровать и не давал продыху. Ёнбок чувствуя на своих коленях руки любимого вампира улыбнулся. Пальцы ласкали кожу, ощущение были такие приятные как и весь этот процесс. Ли снова развёл свои ноги. Хёнджин словно ожидая только этого момента аккуратно коснулся губами бедра младшего, пробуя на вкус. Вампир коснулся этого места не только своим горячим поцелуем, но и языком. Каждый раз он не оставлял обычных, сухих поцелуев, всегда увлажнял их. Пальцы Феликса снова впились во влажные волосы Хвана и легко сжали их. Старший не старался сильно уделять внимания поцелуям, но пару засосов хотелось оставить и не сдержавшись Хёнджин прильнул губами к внутренней части бедра. Ли закинул голову назад, с уст донесся стон, а на бедре появилось два красных следа. Теперь Хван был готов. Взяв ту же самую смазку он выдавил её себе на два пальца, средний и безымянный. В момент увиденного Ли понял, почему поза вампира была лучше. — он не видел, что именно собирается делать Ёнбок и особого страха со стеснением не было. Оба пальца Хёнджина коснулись кольца мышц Ликса, он легко выдохнул, приводя себя в норму, а затем почувствовал, как в него входят. С губ сорвался стон, который он издал от не понятных ощущенией. Пальцы, что находились внутри лишь сделали один толчок в него и вышли из натуры Ли. — Знаешь, давай-ка ты тоже не будешь себя трогать, но чтобы этого точно не произошло я тебе их завяжу, — проговорил Хван и сняв ремень со своих джинс обмотал им чужие запястья, крепко стягивая их. Руки Ли теперь не имели возможности возможности касаться чего либо, даже волос любимого, к которым он за эту ночь успел прилипнуть очень много раз. Хван убрал мешающиеся пряди с лица Ёнбока, а затем со своего. На лице охотника была лёгкая улыбка от этих действий. Хёнджин не спеша продвинулся к нему, стоячий член упирался в Феликса, который очень хорошо чувствовал это. Особенно он сильно ощущал влажность чужого органа, которая была создана из-за предъякулята. Бедра Хвана приподнялись, член легко вошёл в Ли и не прерываясь стал двигаться. Он даже не дал привыкнуть ему, а сразу же начал работать своими бёдрами. Орган входил с каждым толчком все глубже, но делал это не спеша, потому что Ёнбок был для него узким и сильно сжимал член своими стенками. — Какой же ты узкий, Ли, — протягивает Хван издавая тихие стоны. Ладони старшего начинают упираться в кровать около талию младшего и тело меняет свое положение. Получается так, что Хёнджин нависает над Ёнбоком, который закусывает губу и прикрывает глаза из-за новых толчков. — А ты слишком нежный, — произносит Феликс, дразня этими словами вампира. На лице Хвана появляется удивление, а затем ухмылка на губах, не предвещающая ничего хорошего. Уложив Ли чуть ниже, он закидывает ноги младшего на свои бёдра, словно разрешает придерживать их. Член входит глубже, Ёнбок открывая рот громко простанывает, но затем ещё раз чувствует как орган касается этой же точки. Становилось приятно до мурашек, он не мог объяснить это, но эти ощущения ему нравились. Хёнджин по тихоньку начал работать бёдрами быстрее и когда происходило какое-то количество резких, но не глубоких толчков он прижимался к заднице Ли, проникая в него полностью. Ёнбоку хотелось ухватиться за что-нибудь или сжать любую ткань, но связанные ремнем руки не позволяли этого. Вампир пальцами упирался в простынь кровати и сжимал её. Чувствуя в себе толчки очень хорошо Ли старался их скрывать, потому что знал, что у парней могут появиться к нему вопросы, но как ему выкручиваться не понятно. В момент резкого толчка Ёнбок оказался совсем близко к уху Хёнджина и понял, что эта отличная возможность поласкать его слух. Бёдра Хвана быстро двигались, темп стал быстрее и толчки стали более резкими. Глубоких проникновений тоже стало больше и стоны Феликса тоже. Сдерживаться было уже невозможно, он отбросил все свои мысли в сторону и стал наслаждаться этим момент. Ли ласкал слух Хвана, стоны срывались с губ прямо около у уха вампира, а его уста находились прям у щеки Ёнбока. Пряди волос падали на волосы Хёнджина и не смотря на связанные запястья Ликс старался убирать их с лица. Стали слышны хлопанья смазки и громкие стоны удовольствия Хвана, его руки уже подкашивались и вены на руках стали более видимыми. Хёнджин резко остановился, с губ доносились только стоны, которые показывали в чем было дело. Вампир излился в Ёнбока, мышцы сжимались от полученного удовлетворения, а вот Ли так и не кончил, хоть и был на пике. Хёнджин снял ремень с рук Ликса и отбросил его в сторону, а сам лёг на кровать рядом с ним. Все же Ёнбоку хотелось закончить недоделанное, поэтому оперевшись на руки он навис над лежащим на прессе Хваном. Не получивший удовлетворения член стал тереться о чужие ягодицы, получая то самое удовольствие, которое ему так хотелось. Стоны продолжали изливаться с уст Ли, а бёдра двигались быстрее. Орган получал хорошее трение. — Ли, не смей пачкать мне спину, кончай куда угодно, но не на неё, — возразил Хван, но было поздно. Малая часть спермы попала ему на спину, а остальная излилась прямо в Хёнджина. Ёнбок слабо двигался в нём, его ноги судорожно сжимались от удовольствия и конечно же ему хотелось сейчас просто уснуть. Удовольствие получили все, но кто-то явно сейчас получит. — Я же сказал не на спину, Ёнбок, — недовольно стонет Хван, а в ответ слышит просто « прости.. » Куда же он денется, понятное дело простит, но убрать это все равно придётся. Ли не хотел сильно заморачиваться, поэтому просто потянулся к ящику тумбы, но Хван ухватил его руку. — Ещё раз и получишь, — Хёнджина коснулись щеки Ёнбока, после чего он убрал свою ладонь с его запястье и положил голову на свои ладони. Ли взял из первого ящика несколько салфеток и взяв их положил на кровать. Сначала он аккуратно протёр его спину, а затем и свой орган. Убедившись, что Хёнджин чистый он лёг рядом с ним. Уснули парни не заметно, оба вымотались настолько, что сон настал куда быстрее чем обычно. Хван во время их первого совместного сна, все время прижимал Ли к себе неосознанно, а Ёнбок утыкался носом либо в его грудь, либо в шею. Утром Феликс проснулся не довольный, рядом Хвана не быдо, а Ёнбоку нужен был их разговор и очень важный. Единственное, что его порадовало, так это то, что Хёнджин аккуратно сложил вещи охотника и убрал весь вчерашний беспорядок, который они ни оставили. Первое, что сделал Ли это быстро оделся во вчерашнюю одежду и хотел действовать по своему дневному плану, но увидив записку на столе он передумал. « Если захочешь сегодня увидится, то приходи на адрес *** , я буду целый день, но до 11:00 здесь. Твой милый Хёнджин. »