Хроники Касаний. Драбблы

— Кто следующий? В очереди создалась заминка: кто-то спешил, кто-то — специально оттягивал момент, чтобы не идти на завтрак, а затем и на длинные пары. Учебный день с недавних пор начинался с проверки здоровья у мадам Помфри и двух специально приглашённых колдомедиков. Бо́льшое число пострадавших студентов в Битве за Хогвартс продолжили учёбу и новый министр магии совместно с директором Макгонагалл разработал программу восстановления для ребят. Впрочем, это мало кого волновало. И мало кому могло бы помочь забыть ужасы последних лет за жалких три месяца. — Гермиона, ты следующая, — Падма кивает подруге, пока та сонно хмурится. Очередная бессонная ночь за подготовкой к СОВ. Но Грейнджер предпочитала спать мало или не спать вовсе, чем столкнуться лицом к лицу во снах с кошмаром. Патил быстро вышла, шатенку осмотрели, выслушали и посоветовали больше дышать воздухом и спать. Какая банальщина. Гермиона поблагодарила колдомедиков и направилась в сторону Большого Зала, где её, вероятнее всего, уже ждали друзья: Рон, Гарри, Джинни, Невилл и Луна. Грейнджер не рассказывала медицинским работникам, что иногда ощущала тревогу из-за дополнительных трудностей. Она словно лишилась части себя: некоторые воспоминания были заблокированы, а некоторые и вовсе исчезли из памяти волшебницы. Все попытки вспомнить при помощи ассоциаций или рассказов других людей терпели крах. Гермиона подозревала, что кто-то мог стереть её память намеренно. Она не могла твердо ответить на вопрос: где и с кем провела восемнадцатый день рождения, прошедший буквально две недели назад. Память расслоилась, вызывая опасения. Шатенка потянула дверь Большого Зала на себя и в этот момент почувствовала, что сзади кто-то стоит. Обернувшись, гриффиндорка удивлённо глянула на... Малфоя.

***

Спокойный, даже равнодушный вид, но без прежней болезненности на лице. Кожа понемногу приобретала здоровый оттенок, а льдинки, которые Гермиона ни раз видела в серебристых глазах соперника сокурсника испарились. Серые глаза внимательно и цепко изучали лицо девушки, а та отвернулась, решая убраться подальше. — Серьёзно? Так ничего и не скажешь? — голос Малфоя звучал насмешливо, но на лице высказалось недоверие. Золотая Девочка повторно обернулась, и, на всякий случай, вытащила из кармана мантии палочку. — Что тебе нужно, Малфой? Хочешь поругаться с утра? Её голос был чересчур обыденным, будто она говорила с кем-то из преподавателей, но никак не с ним. Драко замер. Серые глаза впились в карие, и голос слизеринец понизил до шёпота: — Если это такая игра, то я — «пас». По поводу подарка ты мне не ответила, я уже решил ждать сову с весточкой. Ответом блондину служило шокированное выражение лица Гермионы. — Грейнджер? — голос Драко будто надломился. Парень шагнул вперёд, а шатенка на автомате выставила волшебную палочку перед собой. Ещё шаг — и палочка упёрлась ему в грудь. — Не подходи... — девушка не понимала, о чём говорит слизеринец и к чему ведёт. Но её пугало, что она забыла что-то, связанное с ним. Что ему нужно? Что она ему должна? — Ты вообще спишь? — Малфой, с явным намерением продолжить допрос, сыпал вопросами. Гермиона отступила к самой двери, оказалась возле ручки и потянула ту на себя. — Грейнджер?.. Ему никто не ответил. Гермиона не отозвалась, она предпочла скрыться в Зале, уйдя подальше и оставив блондина в непонятном состоянии. Драко не знал, что должен думать о ней. О ней? О... них? Малфой взъерошил привычно прилизанные волосы, приспустил галстук и сцепил зубы. Он и раньше замечал, что гриффиндорка вела себя не совсем нормально, но это уже было пределом: забыть, что они провели вместе её день рождения; забыть поцелуй на Астрономической Башне пару месяцев назад, и, главное — забыть, что вообще были какие-то они. Вместе. Драко попытался успокоиться, но разум подкидывал неприятные мысли: Грейнджер специально игнорировала его существование, Грейнджер хотела избавиться от чувств к нему, Грейнджер больше не хотела притворяться, что он ей — не противен.

***

Слизеринец последовал примеру гриффиндорки пойдя на завтрак. Сев к друзьям, он получил приветственный шлепок по плечу от Блейза, улыбку от Пэнси и кивок и Нотта. Покопавшись в тарелке, Драко поднял глаза и столкнулся с изучающим взглядом Гермионы. Она смотрела на него в упор, а во взгляде он прочитал испуг. Это было не похоже на Гермиону. На ту Грейнджер, которую он успел узнать. Гриффиндорка нарочито повернулась, оказываясь к Драко боком. Блондин больше не предпринимал попыток наладить зрительный контакт с ней, а решил осторожно поговорить с Полумной, единственной, кто был в курсе их общения.

***

Завтрак закончился, оставляя в душе Малфоя дыру. Его задевало, что с Грейнджер что-то происходило. Он очень хотел узнать подробности и попытаться помочь. В конце концов, он вручил ей на день рождения редкий томик из дальней секции фамильной библиотеки, а Золотая Девочка, испустив радостный стон, повисла на нём. Это было их первым объятием и Малфой мог поклясться, что ждал этого чертовски давно. Драко не хотел верить, что Грейнджер стало наплевать на потепление в отношениях и что она могла запросто избавиться от нескольких общих воспоминаний. Малфой думал, размышлял и искал варианты. Он уже поговорил с Луной и зацепился за некоторые пробелы в памяти у подруги Лавгуд. Оставалось потянуть за ниточки и распутать клубок неожиданностей: маленьких и собранных в одну кучу, непонятных и неприятных, с которыми Драко не собирался смирятся. Он должен был увидеть прежнюю Гермиону Грейнджер и сдержаться, чтобы открыто не заулыбаться, когда у него все получится. Блондин хотел верить, что глубоко внутри он ей не отвратителен.