Прекрасная Коса

Аж два лайка пад пастом, ета нада праздновать коротенькой работой Коса. Откуда? Кто сделал тебе эту косу? Тот человек? Человек сделал её? Слишком много странных вопросов появлялось в голове Скарлетта. Вопросов, которых быть не должно было. Но они возникали непроизвольно, без желания головы. Когда Скарлетт впервые увидел её, его мозг на секунду выключился. Они с Кроулингом никогда не дружили, хотя и не враждовали. Человеку нравился этот призрак, не способный ходить нормально. А призраку, очевидно, нравился этот человек. Эта взаимность раздражала его. Он был зол всякий раз, как видел касания человека к голове ползущего гада. Впрочем, эта эмоция была направлена не на Кроулинга. Скорее на человека и на сам факт того, что он не проявляет той же заботы к Скарлетту. Это несправедливо и всё тут! Скарлетт искренне не понимал, какого хера человек отталкивает его и игнорирует. А, если не игнорирует, то обязательно пиздит чем-то вроде лома. И происходит это под сочуствующим взглядом Кроулинга. В такие моменты призрак думал о нём, как о ползущем гаде, завоевавшим внимание человека. И, чем дольше человек показывал своё отношение к ползающему, тем больше Скарлетт бесился. Вот человек гладит Кроулинга, вот он мило беседует с ним. Вот человек заплетает, а вот... Скарлетт готов был сломать свой зонт. Чёртов человек! Он первым начал это! Он сам приносил подарки Скарлетту, а теперь игнорирует его?! Это несправедливо! Один только взгляд на косу Кроулинга выводил из себя. Этот человек... Бессовестный, давший надежду, отобравший её... Он должен страдать. Скарлетт сделает всё, чтобы человек пожалел об этом. Решимость заполнила его сердце, существуещее, впрочем, скорее потенциально. Надо было непременно отобрать у этой мрази всё, что может быть ей дорого. Первым под раздачу попал лом. Сломать его так и не вышло, поэтому он был надёжно спрятан в куче мусора где-то среди многочисленных комнат. Скарлетт долго думал, что делать дальше. Следил за человеком, смотрел и наблюдал... И пришёл к единственному выводу. Забрать нужно Кроулинга. План был идеальным. Отличным. Надёжным, как швейцарские, блять, часы! Когда призрак в очередной раз появился перед этой парочкой, человек уже заканчивал плести длинную косу. Кроулинг издал встревоженный звук, больше похожий на писк птенца, и поспешил неуклюже встать. Покачиваясь, он завёл руки за спину, прикрывая так человека. Какой заботливый... – Ты! Снова ты! Уйти! Уйти сейчас! Чужие губы то сжимались в тонкую полоску, то размыкались. Теперь, когда волосы не закрывали лицо Кроулинга, эта своеобразная мимика была хорошо видна. Неуверенная поза, которая, как ни странно, выражала решимость. Вечная улыбка Скарлетта дрогнула, стала какой-то маниакальной. Он покраснел, сжимая зонт сильнее. В мгновение ока призрак оказался рядом, сбоку от воронёнка, обхватывая свободной рукой его талию и пальцами хватая самый кончик косы. Зонт лёг на плечо Кроулинга, закрывая их от, теперь любопытствующего, взгляда смертного. Несмотря на растерянность призрака, Скарлетт пригнулся, чтобы их головы были на примерно одном уровне. – Красивый. Коса... Хорошо. Идёт. Тебе идёт. Скарлетт не совсем понимал, что им двигало - рвение отобрать Кроулинга, или желание быть с ним хорошим. Это, правда, ничего не меняло. Он решил совместить оба варианта, когда обернулся к смертному, одарив того самодовольным взглядом. Возмущение человека, осознавшего начало гонки за сбитого с толку воронёнка... О да, это того стоило. Кроулинг, поняв, что самозванец не собирается вредить человеку, сначала поворчал, но потом успокоился. Поддержка не была лишней, когда он стоял на своих двоих так неуверенно. Кажется, теперь ему придётся терпеть ухаживания с двух сторон. Однако сейчас он этого не понимал. Разумеется, смертный тут же попытался вмешаться в беседу двух столбов, но утерянный лом резко дебаффнул его, не позволяя навредить красножопому никак. А Скарлетт только ниже опустил зонтик, продолжая мирный разговор. – Красивый. Коса. Тебе очень идёт. Ни капли лжи не прозвучало. Это и правда было красиво. То, как Кроулинг поднял своё лицо на него... снова улыбка стала маниакально-натянутой, а рука вцепилась в зонт. Казалось, серая кожа покрывалась красными пятнами. Глаза, всё ещё скрытые под чёрными волосами, не были видны, но приоткрытый рот выдавал чужое недоумение. Рука Скарлетта на талии собеседника сжалась сильнее, что осталось незамеченным. Воронёнок только подумал, что придерживать его в таком положении утомительно. - Спасибо. Человек сделал. Это удобно. Их общение не было враждебным, Скарлетт только иногда поглядывал на того самого человека, ухмыляясь, пока тот не умудрился схватить край зонта и потянул на себя. Призрак растерялся, но второй вовремя ухватился за ручку, задевая кнопку. Тут Скарлетт поплыл конкретно - схватился за плащ в районе сердце, роняя голову на плечо Кроулинга, недоумённо поглаживающего вещицу, которую ранее трогать не доводилось. Продолжать эту встречу было выше сил красной бестии. Он скомкано поблагодарил Кроулинга, осторожно забрал зонт и скрылся. Сбежал, поджав хвост, пока человек ругался на своём языке.