кураторов зимнего солдата

На следующий день, все Мстители собрались в гостиной. Атмосфера была напряженной, все, похоже, чувствовали, что сейчас Питер откроет им что-то важное, то, о чём они долго не могли даже предположить. Питер сидел на диване, смотрел в пол, и его пальцы нервно перебирали край футболки. Он знал, что момент настал. Всё, что произошло в последние дни, — не могло продолжаться в тайне. Тони, сразу вставая, не мог скрыть своего удивления: — Ну, давай, Питер, объясни. Мы все видели, как ты с ним общаешься, но ты нам так ничего и не сказал! Что это было? Как мы все это должны воспринимать? Сэм, чувствуя, что сейчас начнется нечто важное, спрашивает: — Да, ты ни разу не сказал нам, что между вами с Баки больше, чем просто коллеги. Как вообще это возможно? Питер тяжело вздыхает. Он знал, что ему нужно всё рассказать. Друзья не будут понимать, если он не объяснит. Это была его последняя тайна. Тайна, с которой он жил несколько лет. Питер, немного сгорбившись, наконец заговорил: — Всё началось давно, ещё когда я был подростком. Я был с Гидрой. Я был их агентом, и что самое важное — я был куратором для Баки. Это было ещё до того, как его заморозили. Все в комнате резко замерли. Эти слова повергли их в шок. Они не могли поверить, что Питер был связан с Гидрой. Все знают, что Гидра — это организация, ответственная за множество ужасных событий в истории. Сэм, почти не веря своим ушам, не может сдержать вопрос: — Подожди, подожди, ты был с Гидрой? Ты был с ними? Но ты выглядишь, как... как хороший парень. Как ты оказался в этом аду? Питер, покачав головой, объясняет: — Это было не так просто. Я был ещё подростком. Они заставили меня стать куратором Баки. Я не знал, что делать. Но после того, как всё пошло не так, и мне пришлось заморозиться, я оказался в другой реальности. Тони, не веря своим ушам, пытается понять происходящее. — Ты... ты был с Гидрой? А потом ты оказался заморожен? И что? Это не совсем сходится. Питер кивает и продолжает: — После того, как меня разбудил Фьюри, я стал работать на ЩИТ. Я знал, что был частью Гидры, но всё изменилось, когда я понял, что Баки жив. Я не мог просто стоять в стороне, когда узнал, что он вернулся. И я стал работать с ним, чтобы помочь ему вернуться к нормальной жизни. Наташа, которая молчала до этого момента, теперь перебивает. — То есть, ты работал на Гидру, потом стал работать на ЩИТ, а теперь ты... с нами? Это как вообще возможно? Питер, стараясь держать себя в руках, отвечает: — Я знаю, что это звучит странно, но всё это время я был... другим. Не таким, как они меня воспринимали. Но когда Баки вернулся, я понял, что наша связь сильнее всего, что я знал. И да, это всё стало не просто историей о том, как я стал частью этого мира. Я был частью него, и мне было не с кем это обсудить. Наташа с недоумением продолжает: — Спрайс и Айс? Это такие имена? Но почему, чёрт возьми, они звучат как что-то из самых опасных людей, которых ты когда-либо мог встретить? Питер, кивая, продолжает: — Я знаю, как это звучит. Это были не просто имена, а клички, которые мы заслужили на протяжении всей нашей работы. Мы с Баки проходили через многое, и не все из нас пережили это. Но мы работали в команде, и те, кто был с нами, стали настоящими союзниками. Тони, в ужасе, вздыхает: — Мы... мы никогда не работали с такими людьми, как вы. Не с такими агентами. Вы такие... как тени. Даже я не представляю, каково это — быть на месте Спрайса и Айса. Клинт, слегка поднимая бровь, добавляет: — Да уж, и ни разу не попадал под ваш взгляд. Это опасно. Прямо как из какого-то боевика. Сэм, словно пытаясь найти связь, продолжает: — Наташа права. Мы видели вас однажды, когда вы были в полном чёрном, с масками. И весь этот холод... от вас исходил такой страх. Не знаю, как, но теперь я понимаю, почему Фьюри дорожил вами.