Бедра

Ручка быстро и громко царапала бумагу, оставляя на ней след чернил. Очки чуть сползли на кончик носа, носок завернулся, шорты чуть приподнялись оттого, как юноша каждый раз натягивал резинку на животе, но Аарон словно не замечал всех неудобств, упорно записывая материал. Кевин наклонил голову, наблюдая за ним со стороны. Никто не обращал на них внимания, будто красота Аарона ослепляла только Дея и никого больше, будто только он видел в нем греческое божество. Светлые пряди падали ему на лицо, и Кевин каждый раз боролся с желанием убрать их с его лица, но чаще всего вокруг них полно людей, особенно членов его семьи. Порой это раздражало, и единственное, чего хотел мужчина, — это остаться хотя бы ненадолго наедине со своим возлюбленным. Но каждый раз кто-то их прерывал, отчего Кевин недовольно рычал, а Аарон смеялся, будто ему приносило удовольствие дразнить его, даже если это получалось случайно. Бедра Миньярда мягко подпрыгивали при каждом невольном движении. Они были упругими, толстыми, Кевину хотелось схватить их, сжать, увидеть, как его пальцы утопают в коже, оставляя следы от рук на них. Дей знал, как Аарону нравилось рассматривать их по утрам в зеркале, хотя вслух он никогда этого не скажет. Кевин таял каждый раз, как Миньярд проходил мимо в коротких шортах. Это было похабно, пошло, так незрело, но он ничего не мог с собой поделать. Бедра Аарона сводили его с ума. — Хей, ты меня вообще слушаешь? — нахмурившись, прошипел Нил. Он с недовольством глядел на друга, не понимая, что могло отвлечь его сильнее, чем матч по экзи. Кевин пожал плечами, отрывая взгляд от возлюбленного и, наконец, обращая внимание на Джостена. Тот, в свою очередь, насупился и отодвинулся от Дея, как капризный щенок. — Нет, не слушал, повторишь? Нил издал протяжный вой, но вернулся на прежнее место, встрепенулся, как сойка, готовая сорваться с ветви, и вновь начал свой рассказ. Оживлённый разговор отвлекал Аарона от учебника, он снова и снова возвращался к прежним строчкам, но все никак не мог запомнить. Фыркнув, обернулся посмотреть, что происходит, намереваясь сказать Нилу замолчать или быть тише: никому не интересно, что команда «Броненосцев» имеет прореху в линии защиты. Но тут его глаза зацепились за Кевина. Его левая рука очерчивала круги в воздухе, а пальцы указывали то ли на количество, то ли на отношение Дея к игре команды. Аарон тихо наблюдал, как Кевин отвечал Нилу не столько от желания, сколько от нужды, сам при этом находясь где-то глубоко в своём сознании, казалось, он даже не осознавал то, о чем говорил Джостен. Если бы вы спросили Миньярда о том, что же всё-таки занимает мысли его любовника, он бы с большей вероятностью сказал, чтобы вы катились к черту, и показал средний палец, ведь он не может признать того факта, что и сам не знает, о чем же думает его парень. О бедрах. Грязно. Очень грязно, но Кевин не мог остановиться. Краем глаза он заметил, что Аарон смотрит на него, но старался делать вид, что не замечает любопытного взгляда. Он просто не мог признать, что хотел бы, чтобы эти ноги сжали его шею, лицо, перекрыли кислород, укутали в свои бархатные объятья. Можно утверждать, что они твёрдые от постоянных тренировок, но Кевин знает, какие они мягкие под его грубыми руками. Хотелось оставить на них багровые кровоподтёки, отпечатки своих ладоней, царапины от ногтей, где они впивались в кожу. Каждый раз, как Кевин сжимал ягодицы Аарона, надавливая на них ногтями, юноша в его руках дрожал и поскуливал, прижимаясь всем телом к нему и безмолвно просил ещё. И кто же он такой, чтобы отказать своему возлюбленному в этом удовольствии? Аарон — потрясающий. Плевать, что люди думают о нем как об угрюмом и ворчливом человеке. Да, он такой, но он так же нежен и ласков, как преданная собака, он старается помочь всем, кто нуждается в помощи. Он откладывает свои проблемы, стараясь решить чужие. Кевин ненавидел это. Может, он и эгоист, но он ставил Аарона выше нужд и потребностей других людей. Если он что-то просил, Дей готов был принести это. Поток мыслей нёсся так стремительно быстро, что Кевину казалось, что он вот-вот задохнётся, отчего выдохнул и не заметил, как перевел свой взгляд от экрана к юноше за столом. Опершись на спинку стула, Аарон сложил руки и уложил на них голову, лениво переводя взгляд то на Кевина, то на Нила. Дей вздохнул и слегка кивнул головой, привлекая внимание Аарона. Приподняв бровь, тот выжидающе посмотрел. Нападающий мог пожалеть о содеянном после, но не сейчас. Он послал едва заметный воздушный поцелуй, всего лишь приложив кончики пальцев к губам и изобразил, будто сдул с них что-то. Но этого хватило, чтобы кончики ушей Аарона покраснели, и он сделал вид, что поймал поцелуй. И прежде чем отвернуться, послал ответный. Кевин победно улыбнулся, ловя поцелуй и прикладывая ладонь к губам, вернулся к Нилу. Тот, казалось, совсем не замечал происходящего, полностью погрузившись в игру и время от времени выкрикивая ругательства. *** Дверь тихо скрипнула, впуская в комнату незваного гостя. Аарон не услышал ни стука в дверь, ни скрипа. Лежа на кровати, он погрузился в свой маленький научный мирок, тихо подпевая песням из своего mp3-плеера. Болтая ногами из стороны в стороны, он тихо щёлкал пальцами, быстро пробегая глазами по строчкам. Кевин с нежностью поглядел на него и, тихо подойдя, аккуратно забрался на кровать, обхватил ладонями голени юноши, резко раздвинул его ноги. От неожиданности Аарон взвизгнул и обернулся, намереваясь накричать на того, кто посмел его тронуть. На мгновение слова застряли в глотке, стоило только увидеть эти зеленые щенячьи глазки, но Миньярд быстро пришел в себя и зашипел. — Какого хрена ты творишь?! Кевин мягко улыбнулся, наблюдая, как румянец расползается по лицу и шее Аарона. Он так очарователен. Мужчина нежно провел пальцами по икрам возлюбленного, слегка сжал их и медленно перешел к бедрам, хватая их сильнее, чем нужно, покачивая их из стороны в сторону, наблюдая, как кожа под его руками мягко перекатывается. Они как две большие зефирки. Подумал Кевин и улыбнулся. Это выглядело бы забавно, если бы не так горячо. Почему Миньярд все еще ему это позволял? И перейдя к конечной точке, схватил ягодицы и резко шлёпнул по одной, а вторую сжал настолько, что Аарон зашипел, прикусывая губу. — Извини, но ты слишком красиво лежал, чтобы я не мог тебя не побеспокоить. Аарон усмехнулся, приподнимая бровь и с любопытством поглядел на Кевина. — Красиво лежал? — Именно. Юноша издал причудливый звук, отчего испугались оба. Он хихикнул. Неужели Аарон Майкл Миньярд только что хихикнул? Дей придвинулся ближе к его лицу, словно проверяя, точно ли это его мальчик. Он знал, на какие звуки способен Аарон, но такого он никогда не слышал. Такой мягкий, как лепесток первого весеннего цветка. Он хочет услышать его еще раз. Двинувшись ближе Кевин ласково поцеловал его. Аарон охотно ответил, довольно промычал, мазнув языком по нижней губе Дея, отстранился. — Отвали, ты мешаешь мне. Хмыкнул Аарон и отвернулся, но красные уши выдавали его. Кевин тихо рассмеялся, но ещё раз провел руками по ногам, но теперь уже от ягодиц к ступням и слегка пощекотал их, вызывая у Миньярда тихое лисье фырканье, чем-то отдалённо напоминающее смех. — Я просто полежу здесь и почитаю, — Дей поднялся, взял свой учебник по истории древнего Рима и вернулся на место, укладываясь между ног своего парня, кладя голову на ягодицы и повернулся так, чтобы время от времени целовать внутреннюю часть бёдер. — Ты же не против? Кевин не видел его лица, но потому, как вздрагивало его тело от любого прикосновения, мог догадаться, что ему это очень нравилось. — Придурок, — и немного погодя шепотом добавил, — Оставайся. Мужчина не знал, в какой момент это началось, но он не жалел, что полюбил этого человека. Чувства в груди кричали, словно пожар, они сжигали его изнутри, и из-за этого хотелось кричать все громче и громче. Сейчас Кевину казалось, что он мог все, даже завоевать Олимпийскую медаль, лишь бы Аарон Майкл Миньярд освещал его жизнь. Устроившись поудобнее, Кевин просунул руку под левой ногой Аарона и мягко поглаживал её, пока читал о походах полководца Марка Юния Брута.