Боль потом Любовь

Пролог

Сидя в оранжерее, я смотрела на ночное небо. Как каждую ночь. Я любила звёзды. Любила луну. Они приносили мне покой, словно обнимали теплом в прохладе ночи. – Красиво, как всегда… – прошептала я, улыбаясь уголками губ. – Да, ты права, как всегда… – раздался за спиной знакомый голос. Я повернула голову. Андрей. Он подошёл, поставил на столик поднос с двумя чашками кофе и сел рядом, обняв меня. Его рука привычно скользнула по моему плечу, но… что-то было не так. Я чувствовала напряжение в его теле. Обычно его прикосновения были тёплыми, но сегодня – словно скованные невидимыми цепями. Я посмотрела в его глаза. В них застыла грусть. Глубокая. Непроглядная. – Андрей… Что-то случилось? – спросила я осторожно. Он долго молчал, словно боролся с собой. Затем тихо выдохнул: – Звёздочка моя, я должен тебе кое-что рассказать. Я напряглась. Меня насторожило это обращение. Обычно он звал меня Крис. Или Кристина. – Я… Я не тот, кем ты меня считаешь, – его голос был тихим, но в нём звучала какая-то пугающая неизбежность. – Моё настоящее имя не Андрей. И… я даже не человек. Ночь вокруг словно стала тише. Я моргнула, пытаясь осмыслить сказанное. А потом рассмеялась. – Ха-ха-ха… Не человек? Ну да, конечно! Скажи ещё, что ты вампир! Я ждала, что он тоже улыбнётся. Что скажет: „Да, конечно, шучу!“ Но он не шутил. В его глазах не было ни тени насмешки. Только печаль. И какая-то… обречённость. – Нет. И хватит смеяться. Я должен сказать тебе правду. Где-то внутри меня что-то сжалось. – Хорошо… – я сглотнула. – Прости. Я больше не буду смеяться. Говори. Он глубоко вдохнул и посмотрел мне прямо в глаза. – Моё настоящее имя – Бальтазар. А ещё… я демон. Я замерла. Смех застрял в горле, не успев сорваться с губ. Он выглядел таким… серьёзным. „Это… бред. Просто плохая шутка…“ – говорила логика. Но сердце… сердце шептало совсем другое. – Всё хорошо? – его голос был полон беспокойства. – Скажи хоть что-нибудь… Я стиснула зубы. – Хорошо. Допустим. Но разве демоны не… жестокие? Не красные, с крыльями, рогами и хвостами? Я пыталась улыбнуться, но уголки губ дрожали. Он тихо вздохнул. – Хочешь доказательств? Я не ответила сразу. А потом сжала кулаки. – Докажи. Он кивнул. И в следующее мгновение преобразился. Я ахнула и попятилась. Передо мной всё ещё стоял Андрей… но он был другим. Глаза – алые, как застывшие капли крови. Крылья – огромные, чёрные с золотистыми прожилками, переливающимися в свете луны. Одежда сменилась: теперь он был в чёрных брюках и тёмно-красной майке. А ещё… он стал выше. Гораздо выше. Я не могла отвести взгляда. Он был… красив. Невозможно, нечеловечески красив. Красив так, что от этого становилось страшно. Он шагнул ко мне, протянув руку. Я отшатнулась. – Не подходи! – выкрикнула я. Он остановился. – Прости… Я не хотел тебя пугать. Его голос дрожал. И в следующее мгновение он вновь стал прежним. Я смотрела на него, чувствуя, как бешено колотится сердце. – Прости, – тихо повторил он. Я покачала головой. – Ты… Ты лгал мне с самого начала. Ты не мой Андрей. Ты – демон Бальтазар. В груди было пусто. Шок. Страх. Гнев. Боль. Всё смешалось в один ком, который я не могла разобрать. Я отвернулась. – Мне нужно… подумать. – Подожди! Я не всё сказал! – Я не хочу ничего слышать. Я сделала шаг вперёд. Потом ещё один. Не оборачиваясь. Если бы я остановилась хотя бы на секунду… Если бы посмотрела назад… Я бы увидела, как по его щеке скатилась одинокая слеза. Я бы услышала, как он прошептал: – Прости меня за всё… и прощай.

.Прости меня за все и Прощай.

Глава 1

Кристина.

Я выбежала из дома из дома Андрея... или, вернее, Бальтазара. Вот его настоящее имя. Сердце бешено колотилось в груди, ноги несли меня вперед, но разум метался в хаосе мыслей. Разве демоны не уроды? Не бездушные создания, жаждущие боли и разрушения? А он... он не такой. Нет. Достаточно. Он обманывал меня. Всё это время. Но разве не ради меня? Разве если бы он сразу открыл мне всю правду, я бы не испугалась и не сбежала? Он всегда что-то скрывал, но в его взгляде было нечто, чего я не могла понять. Он готовил меня... но к чему? Я резко остановилась. Страх ещё сковывал меня, но вместе с ним росло и осознание. Я любила его. Люблю. Кем бы он ни был. И я должна узнать всё. — Надо возвращаться... — прошептала я и побежала назад. Когда я оказалась у дверей его дома, моя рука уже поднялась, чтобы постучать, но внезапный грохот внутри заставил меня замереть. Сердце пропустило удар. Плохое предчувствие, липким ужасом охватившее меня, заставило отбросить всякие сомнения. Я распахнула дверь и крикнула: — Бальтазар?! Ответа не было. Только спустя мгновение в дверях гостиной появился он. Его лицо было напряжённым, взгляд — полным тревоги. — Что ты здесь делаешь? Возвращайся домой. Немедленно! — голос звучал жёстко, но в нём сквозила паника. — Я... — слова путались. — Я хотела сказать, что... прости, что убежала. И... что я люблю тебя. Кем бы ты ни был. Я просто хочу понять... Но я замолчала. Позади Бальтазара стояло... существо. Белые волосы, белые глаза, белая кожа... словно мертвец, одетый в сияющий свет. Его крылья были ослепительно белыми, и от него исходило сияние, на которое невозможно было смотреть — глаза начинали жечь. Но самое страшное — это чувство. Волна холода, пробежавшая по коже. Этот страх был первобытным, невыносимым. Я едва успела осознать, как Бальтазар шагнул вперёд, в одно мгновение приняв свой истинный облик. Его глаза вспыхнули огнём, за спиной раскинулись демонические крылья, а в руке появился чёрный клинок. Я невольно попятилась. — Уходи отсюда. Быстро! — его голос был резким, приказным. Существо рассмеялось. Холодно. Безжизненно. — Она никуда не пойдёт. Барьер уже возведён. Ей не сбежать. Я судорожно сглотнула. — Кто... кто ты? — Я? — он усмехнулся. — Ангел. Это не могло быть правдой. Я взглянула на Бальтазара, и он покачал головой. — Стой здесь и не двигайся, — сказал он мне, шепча какие-то слова. В следующее мгновение вокруг меня вспыхнул купол, светящийся, как ночное небо. — Думаешь, сможешь защитить её? — белое существо ухмыльнулось. — Ты первый. Я хочу посмотреть, как она будет кричать, когда ты умирать будешь. А потом... её очередь. И того отродья, что она носит. Я замерла. Что? О чём он говорит? Ребёнок?.. Бальтазар зарычал. — Я не позволю. И бой начался. Я не могла отвести взгляда. Клинки вспыхивали, удары разрывали воздух, но Бальтазар... он терял силы. Он был весь в крови. — Нет... — я шептала, в отчаянии бьясь о стенки купола. — Нет, нет, нет! И вдруг он рухнул. Белое чудовище наступило ему на грудь и приставило свой клинок к его сердцу. — Прощай, демон. — Нет!!! — я закричала, но в тот же миг увидела, как Бальтазар... улыбнулся мне. — Прости, Крис. Будь счастлива. И... ты скоро встретишь свою истинную любовь. Заботься о нём. Будь сильной. Клинок пронзил его сердце. Я закричала. Мир рухнул. — Нет!!! Не-е-е-ет!!! — я бросилась к нему, рухнув на колени, хватаясь за его окровавленное тело. Сердце болело так, словно его разрывали на куски. — Бальтазар! Очнись! Очнись, прошу тебя! Не оставляй меня одну! Я не хочу быть одна! — Кто сказал, что ты будешь жить? — голос существа прозвучал над головой. — Ты скоро отправишься за ним. Вместе с этим... отродьем. Или, как вы, люди, это называете? Ах да... ребёнком. Гадкое слово. Я замерла. Ребёнок. Мой ребёнок. Ребёнок Бальтазара. Я не позволю этому случиться. Но что я могу сделать? Я слаба. Бальтазар был силён, но даже он не смог победить. А я... Я уткнулась лицом в его грудь и разрыдалась. — Прости, что не смогла защитить нашего ребёнка... Прости, малыш, что тебе досталась такая слабая мать... Я не хочу умирать. Помогите... кто-нибудь... — ПОМОГИТЕ!!! — я закричала из последних сил. И в тот же миг... тьму разорвало ослепительное золотое сияние. Я подняла взгляд. Из света шагнул мужчина. Его золотые крылья сияли, в глазах отражалась бесконечная глубина печали. Он посмотрел на меня, затем на Бальтазара... и боль в его глазах была сильнее, чем моя. Я собрала остатки сил. — Помоги... пожалуйста... мне... и моему ребёнку... Золотистые глаза расширились от удивления. И в следующий миг я провалилась в спасительную темноту.

Люцифер

Я сидел у себя в кабинете, наслаждаясь ароматом горячего кофе, и лениво перелистывал страницы своей любимой книги. Спокойствие было обманчивым. Как только я потянулся, чтобы поставить чашку на стол, раздался треск — фарфор раскололся пополам. Сердце пропустило удар. Внезапная тревога сжала грудь, и мысли о Бальтазаре пронзили сознание. Что-то должно было случиться. Что-то ужасное. Я попытался отогнать дурные предчувствия, но они лишь крепче вцепились в разум.

Я сделал глубокий вдох, принял решение и, только тогда успокоившись, вернулся к книге. Но сначала позвал черта, чтобы тот навел порядок.

— Черт!!! — мой голос эхом разнесся по кабинету.

Прошло всего несколько секунд, и появился маленький чертик, ростом не более метра. Красная кожа, хвост с кисточкой, крошечные крылья, похожие на летучие, и забавные рожки — он выглядел скорее комично, чем пугающе. Он тут же пал на одно колено, склонил голову и произнес:

— Чего желает мой повелитель?

— Убери здесь, — бросил я, не отрывая взгляда от книги.

Чертик тут же принялся за работу. Через мгновение он вновь предстал передо мной.

— Я закончил, повелитель. Еще что-нибудь?

— Нет, можешь идти… Хотя, постой. Позови ко мне Енлиля.

— Будет исполнено, повелитель.

Как только черт исчез, я невольно расхохотался. Смех вырвался неожиданно, гулко разнесся по комнате. Я даже не заметил, как в кабинет вошел Енлиль.

— Привет, Люцифер. Знаешь, если бы тебя сейчас кто-то увидел, он бы не поверил своим глазам, — ухмыльнулся он.

И он был прав. Я давно так не смеялся. С того самого времени…

Но прошлое всегда причиняет боль. Я стряхнул воспоминания, поднял взгляд на друга и сразу почувствовал тревогу. Он выглядел разбитым: одежда порвана, лицо усталое. Внутри вспыхнула ярость.

— Енлиль! Что случилось? Кто посмел сделать это с тобой?!

— Успокойся, Люцифер, — вздохнул он, опускаясь на диван. — Это снова Изабелла.

— Опять?!

— Ты даже не представляешь… Она не спала всю ночь, лишь бы мучить меня. "Принеси это, сделай то". А когда я спросил, почему она сама не может, она залилась слезами и закричала, что не может оставить сына одного. Хотя он спал и даже не проснулся бы до утра. Я не смог противостоять её слезам.

Слушая его рассказ, я не выдержал и расхохотался, схватившись за живот. Это было настолько абсурдно и в то же время трогательно, что смех было не остановить.

— Да… Когда мы находим свою Истинную Любовь, мы становимся дураками, — выдохнул я сквозь смех.

— Ты прав… Но скажи, Люцифер, зачем ты меня вызвал? Что-то случилось?

Я мгновенно стал серьезным.

— Да. Я отправляюсь в мир людей. Сегодня у меня появилось жуткое предчувствие насчет Бальтазара, и ты знаешь, что это никогда не сулит ничего хорошего. Последний раз это случилось пять лет назад…

Мрак накрыл комнату. Мы оба знали, о чем идет речь. Тогда мы потеряли Луизу. Она была не просто нашим другом — она была целым миром. Для меня подругой детства, для Енлиля сестрой, а для Бальтазара — Истинной Любовью. Белые убили её. И теперь… теперь я боялся, что история повторится.

— Насколько ты отправляешься? — голос друга звучал приглушенно.

— На два или три дня. Я слышал, что Бальтазару понравилась женщина. Может, она поможет ему.

— Может быть… Но ты же знаешь, что он никогда не забудет Луизу.

— Да. Истинная Любовь бывает только одна за всю нашу долгую жизнь.

Енлиль кивнул, но я заметил в его глазах ту же тревогу, что терзала меня. Мы говорили ещё долго. А потом, спустя два дня, я стоял у дома Бальтазара, снова ощущая этот гнетущий холод в груди.

И вдруг тишину прорезал отчаянный крик:

— ПОМОГИТЕ КТО-НИБУДЬ!!!

Я бросился к двери, но та была запечатана магией Белых. Меня охватила ярость.

— Остается один выход…

Вспышка света, и я снова в истинном облике. Открываю портал и переношусь внутрь. Первое, что вижу — женщина, упавшая на колени, рыдает, сжимая что-то в руках. А затем взгляд падает на Бальтазара. Холод пронзает меня насквозь. Всё внутри переворачивается. Он… мертв.

— Помоги… — женский голос дрожит от отчаяния. — Помоги мне и ребенку, что внутри меня…

Я резко поворачиваюсь. Её глаза — наполненные болью и страхом — ловят мой взгляд. В следующий миг она теряет сознание. Я ловлю её, осторожно опускаю на пол. Но в этот момент мое внимание привлекает другое.

— Михаил… — мои губы сами формируют имя. Гнев разгорается огнем.

Он стоит в тени, держа окровавленный клинок. Когда встречает мой взгляд, его лицо бледнеет.

— Ты… Как ты вошел?! Дверь была запечатана! — он заикается, дрожит. Он боится.

— Как? Ты забыл, кто я?! — мой голос становится раскатистым, пропитанным угрозой. — Я — Повелитель. Всего Живого. Ты и все твои — обречены.

Я выхватываю клинок и уже готов вонзить его в сердце врага, но… Михаил исчезает. Трус.

— Я вас всех найду. И тогда… пожалеете обо всем, — шепчу в пустоту.

Снова перевожу взгляд на женщину, на Бальтазара. По щеке скатывается горячая слеза.

— Почему ты не позвал меня раньше?.. Ты знал, что я бы помог…

Боль становится невыносимой. Я поднимаю тело друга и переношу его в храм. После этого осторожно беру женщину на руки. Она должна выжить. Ради себя. Ради ребёнка. Ради Бальтазара…

Я возвращаюсь в свой дворец. Черту отданы приказы, врача вызывают. Но когда я стою у её кровати, наблюдая за её спокойным лицом, меня пронзает осознание. Её глаза. Её голос. Её губы…

Она — моя Истинная Любовь.

Как так? Почему сейчас? Почему именно она?

Я отступаю назад, охваченный вихрем эмоций.

Бальтазар… Ты знал? Именно поэтому ты меня не позвал?..

2 Глава

.Кристина.

Я лежала на кровати, раскинув руки, и рыдала. Мои плечи содрогались, дыхание сбивалось, грудь сдавливало, словно кто-то сжал мое сердце ледяными пальцами. Казалось, что мир рухнул, и из-под обломков мне не выбраться. Когда я очнулась, все воспоминания обрушились на меня, словно буря. Бальтазар мертв. Я беременна. Меня спас мужчина с золотыми крыльями и глазами, сияющими, как раскаленное солнце. Больше никто не смог бы. Ни люди, ни маги – никто бы не справился с этим чудовищем. Боль жгла меня изнутри, как раскаленное железо. Я снова захлебнулась в слезах. — Хватит, — сорвалось с моих дрожащих губ. — Хватит рыдать. Надо жить… Ради ребенка. Ради себя! Я закрыла глаза, глубоко вдохнула, впуская в себя воздух, наполненный незнакомыми, терпкими ароматами. Лишь когда тело немного расслабилось, я заставила себя встать. Мир не исчез. Я жива. Медленно огляделась. Просторная, богато убранная комната, выдержанная в красных и черных оттенках. Тяжелые шторы, резная мебель, узорчатый ковер, огонь в камине, отбрасывающий золотистые блики на стены. Справа – две двери, слева – одна. Но первым делом я подошла к окну. Когда я заглянула за стекло, сердце замерло. На улицах прогуливались демоны и люди, как будто это было самым обычным делом. Они улыбались, разговаривали, смеялись. Будто мир не был жесток, будто в нем не было боли и потерь. Дома сверкали золотом, чернью и глубоким синим, их крыши тянулись к небу причудливыми шпилями. А вокруг цвели деревья и незнакомые мне цветы – розы, лилии, орхидеи… и какие-то дивные, сияющие, словно их лепестки впитали свет луны. Я не могла отвести глаз. На миг мне показалось, что я больше не в этом кошмаре. Что прошлое – всего лишь дурной сон. — Как… красиво… Но эта иллюзия была слишком хрупкой. Она рассыпалась, как стекло. — Нет! Нельзя так! — я резко развернулась от окна, прижав руку к животу. — Мне нельзя забывать… Я подошла к дверям справа. За первой оказалась ванная – огромная, словно королевские покои. За второй – кабинет, заставленный книгами и свитками. Я пробежала пальцами по корешкам, но задерживаться не стала. Оставалась третья дверь, слева. Открыла ее – и вышла в коридор. Он был огромным. Высокие своды, колонны, резные арки, висящие на стенах факелы, что светились не огнем, а каким-то мягким, бело-голубым сиянием. — Это… дворец? Или просто огромный дом? Я сделала шаг вперед, и вдруг… Из-за двери напротив послышались голоса. Я уже потянулась за ручкой, чтобы узнать, где нахожусь, но в этот момент воздух разорвал пронзительный, полный боли крик… — Кто посмел так нагло войти?!!! Голос, полный ярости и злобы, пронзил воздух, словно удар хлыста. Кто угодно в страхе бы отшатнулся, замер, даже не решившись дышать. Но я… не испугалась. Почему? Я сама не знала ответа. Вместо страха меня захлестнуло любопытство. Кто из этих двоих мужчин издал этот страшный крик? Где я оказалась? Я шагнула вперед. Первый мужчина стоял ближе всего ко мне. Я внимательно осмотрела его: высокое, крепкое телосложение, серебристые волосы, спадающие легкими прядями, глубокие коричневые глаза. Взгляд серьезный, но в нем читалась такая боль, что сердце сжалось. И все же... В его глазах еще оставался огонек. Он имел ради чего жить. Я перевела взгляд на второго — и внезапно ощутила, как перехватило дыхание. Этот мужчина... он был совершенен. Бог. Длинные, черные как ночь волосы, перехваченные в высокий хвост, но несколько прядей мягко падали на его резкие, четкие черты лица. Квадратная, мужественная челюсть, прямой нос, золотые глаза, сверкающие, будто расплавленный металл. Губы… красивые, манящие. Мне даже на миг захотелось узнать, как они ощущаются на коже. Он был одет в кожаные обтягивающие штаны и жилетку с глубокимV-образным вырезом, открывавшим взору его мощный, тренированный торс. Каждое его движение источало силу, аура вокруг него была не просто могущественной — нет, это было что-то древнее, бесконечное, всепоглощающее. Самый красивый. Самый сильный. Самый опасный мужчина, которого я когда-либо видела. Мое сердце на миг замерло, а затем бешено застучало. Но вдруг... стоп. Золотые глаза? Я резко вскинула голову и снова встретилась с этим завораживающим взглядом. Точно… Я видела эти глаза раньше. Эти глаза... Они принадлежали тому, кто спас меня. Но... где крылья? Мне показалось? Или они были реальными? Боль в сердце тут же вернулась, напоминая, что мой мир был разрушен. Я сделала глубокий вдох и заговорила: — Простите, что прервала ваш разговор, но… где я? И кто вы? Он удивился. Это было неожиданно — ему нечасто приходилось удивляться, это было видно. Но я не остановилась. — Вы ведь тоже демоны, да? — Слова лились потоком, как будто я боялась, что если замолчу, этот мир снова поглотит меня. — Я помню эти золотые глаза. А еще... золотые крылья. Это были вы, да? Вы спасли меня? Я сделала шаг вперед, не отрывая взгляда от его глаз. — Если это так… спасибо вам большое. Меня зовут Кристина Звездкова. Мужчина медленно улыбнулся, уголки его губ приподнялись, а в глазах блеснул странный огонь. — А ты сильная, Крис. И фамилия у тебя звучит… как звезды. Он сделал паузу, будто наслаждаясь моментом, а затем добавил: — Да, я спас тебя. Приятно познакомиться. Меня зовут Люцифер. А это Енлиль. — Приятно познакомиться, Кристина, — тихо, но уверенно произнес Енлиль. Я кивнула, но внутри что-то дрогнуло. Люцифер… Что-то знакомое. Где-то я уже слышала это имя. Но где?.. И почему от этого имени по спине пробежал холодок? — И да, мы тоже демоны. — Голос Енлиля звучал спокойно, но в нём скользнуло нечто, похожее на развлечение. — А крыльев теперь нет, потому что мы в помещении. Если бы мы их раскрыли, то разнесли бы тут всё к чертям. Он усмехнулся. Но я едва это заметила. Я снова посмотрела на Люцифера… и меня пронзило, как молнией. Люцифер. Моё сердце замерло, а затем бешено забилось. Люцифер. Сам Дьявол… Нет. Нет, нет, нет! Я сглотнула, чувствуя, как внутри поднимается леденящий ужас. Моё тело замерло, мысли стали рваными, спутанными. Я знала это имя с самого детства. Мне рассказывали о нём. Предупреждали. Запрещали даже думать о нём. Но он стоял прямо передо мной. И не был похож на того монстра, о котором я слышала. Не дыша, я произнесла: — Могу я… могу я задать ещё несколько вопросов? Люцифер и Енлиль переглянулись. Они даже не говорили, но я чувствовала — они всё понимают без слов. Секунда… две… — Да, конечно. — Наконец, Люцифер слегка кивнул. — Но сначала присядь. Я пошатнулась, но подчинилась. Диван оказался мягче, чем я ожидала, но моё тело было напряжено, словно струна, готовая порваться. Люцифер сел напротив и сложил руки, внимательно изучая меня. — Итак, что ты хочешь узнать? Я глубоко вдохнула. Чёрт, с чего начать? — Где я? — Ты в городе под названием Демониум. — Его голос был таким уверенным, будто он говорил о чём-то неоспоримом. — Ты никогда не слышала этого названия, потому что он спрятан. От людей. От вашего мира. Купол защищает нас, не давая реальностям пересечься. Мир, скрытый от людей… Я сжала руки в кулаки, пытаясь удержаться за остатки рассудка. — Понятно… — выдохнула я. Но мне было непонятно. Совсем. Я смотрела на него… на эти золотые глаза. Я помнила их. Помнила, как они смотрели на меня в тот момент, когда я балансировала на грани жизни и смерти. И всё-таки… — Кто ты? — Голос дрогнул, но я не отвела взгляда. Люцифер слегка улыбнулся, но в этот момент вперёд выступил Енлиль. — Он — тот самый Люцифер, которого ты знаешь. — В его голосе прозвучала горечь. — Но тысячу лет назад Библия была украдена. Я моргнула. — Что?.. — Украдена и подделана, — его голос стал холодным, словно лезвие ножа. — Люцифер — не Повелитель Ада. Он — Повелитель Жизни. Сердце заколотилось в груди. — Но… это неправда… я… — Всё, во что ты верила, ложь. Ложь. Это слово эхом разнеслось по моему сознанию, впиваясь в самую душу. — Кто?.. Кто её подделал? — спросила я, не узнавая собственного голоса. — Те, кого ты называешь «ангелами». Но это не ангелы. Настоящих ангелов ты никогда не увидишь. Они лишь наблюдают. И ничего не делают. Я больше не могла дышать. Всё, что я знала. Всё, чему меня учили. Ложь. Мир вокруг словно начал рушиться, оставляя только тьму и бездну. Я судорожно втянула воздух. Что теперь? Во что мне теперь верить? — Хорошо... Последний вопрос: когда я вернусь в свой мир, мир людей? — Мое сердце до сих пор болело. Я не могла остаться здесь, в месте, где жил Бальтазар. Но почему эта пугающая пустота в душе заполняется Люцифером? Мне страшно... страшно забыть Бальтазара. Может, мне лучше уехать в другой город и жить только ради ребенка? Но почему тогда это сомнение жжет меня изнутри? Почему сердце болит так, будто всё должно было сложиться иначе? — Ты не вернешься в мир людей. Ты останешься здесь. В мире людей для тебя теперь слишком опасно... — сказал Люцифер. Его голос был холоден и непреклонен. В нём звучала такая уверенность, что я не смогла ничего возразить. Но внутри меня всё кричало от боли и гнева. Я вскочила. — Я, конечно, благодарна, что ты меня спас... Но я не буду тут сидеть! Ты не имеешь никакого права держать меня здесь! Немедленно верни меня в мир людей! — Я кричала, в голосе дрожал страх, гнев, боль… Люцифер молчал. Его глаза сузились, а челюсти сжались. Он что-то обдумывал, и я видела, как внутри него разгорается буря. И наконец, он посмотрел на меня ледяным взглядом, от которого меня пробрало дрожью. — Слушай сюда. Да как ты смеешь мне указывать, что я должен делать?! Ты забыла, кто я?!! — Его голос гремел, наполняя комнату непреложной силой. — Так вот, я повторю: ты останешься здесь навсегда. И я не потерплю возражений, тебе ясно?! Я спас тебя только потому, что Бальтазар был мне другом… Я не успел спасти его, но ты — ты носишь его ребенка, и я не позволю рисковать им! — В его голосе была ярость. Он не пытался скрыть её, и от этого мне стало ещё страшнее. Я отшатнулась и осела на диван, задыхаясь. Почему моему сердцу так больно? Почему мне так больно слышать это именно от него? Страшно… и в то же время… смешно. Бальтазар умер, а я боюсь собственных чувств. — Люцифер, полегче. Она человек. И она беременна. Не забывай об этом, — произнёс Енлиль. В комнате повисла гнетущая тишина. Но внезапно дверь распахнулась, и вбежал маленький мальчик, лет пяти или шести. Он огляделся, посмотрел сначала на меня, затем на Люцифера, а потом подбежал к Енлилю. — Папа, мама тебя ищет… И ещё… кто эта тётя? Почему она такая грустная? Ей очень больно… — Его голос был тихим, но в этих детских словах было столько искренности, что мне вдруг стало невыносимо тяжело. Я посмотрела на него и улыбнулась сквозь боль. — Привет. Меня зовут Крис. А как тебя зовут? — спросила я, пытаясь казаться сильной. Мальчик внимательно посмотрел на меня, затем подбежал ближе и сел рядом. — Меня зовут Астарот. И мне сегодня шесть лет! — Он улыбнулся, но тут же снова посмотрел на меня серьёзно. — Тётя Крис, я вижу, что тебе больно. Но ты ещё поплачь. Потому что потом всё будет хорошо. Сначала ребёнок, а потом… Истинная Любовь… — Астарот, хватит! Подойди сюда, — резко прервал его Енлиль. Истинная Любовь? Почему опять она? Почему?! Не хочу! Это слово ранит меня глубже, чем меч. Как же больно… Я не заметила, как в кабинет вошла женщина. Она не сразу обратила на меня внимание. — Люцифер, ты вернулся! А где Бальтазар? Ты же обещал, что вы прибудете вместе, и… — Она вдруг осеклась. — Изабелл, помолчи хоть на минуту! — резко бросил Енлиль. Женщина замерла. Её взгляд медленно обвёл комнату, и только тогда она увидела меня. Наши глаза встретились, и вдруг она отшатнулась, будто увидела перед собой чудовище. Потом её взгляд метнулся к Люциферу, затем к Енлилю. — Неужели…? — Голос её сорвался. Но они не ответили. Только молча кивнули. Мне стало невыносимо тяжело дышать. — Я лучше вернусь в комнату... Простите меня... — прошептала я и выбежала. Слёзы застилали глаза. Я рухнула на кровать и свернулась в клубок. Как же больно… Бальтазар… прости… В дверь постучали. Я не ответила, но дверь тихо открылась, и ко мне вошла та женщина — Изабелл. Она села рядом, но я не смотрела на неё. — Давай поговорим, — тихо предложила она. Я молчала. — Люцифер рассказал мне всё… Я знаю, как ты себя чувствуешь, — продолжала она. Я взорвалась: — Нет! Ты не знаешь, каково мне! Ты — демонесса, у тебя есть семья! А я осталась одна! Я должна одна растить ребёнка! — Я посмотрела ей в глаза, ожидая жалости, но её там не было. Только уверенность. — Да, сейчас я демонесса, но когда-то я была человеком… — Она замолчала, потом мягко продолжила. — Ты слышала, как Астарот назвал Енлиля отцом? Но он ему не родной. Его настоящий отец был убит. Я любила того демона… и потеряла его. Люцифер спас меня и передал Енлилю… Сначала я не понимала своих чувств. Я плакала, как и ты сейчас. Но потом поняла… он — моя Истинная Любовь… Без него моя жизнь была пуста… как сейчас твоя. Я не выдержала. Слёзы хлынули с новой силой. Прости меня, Бальтазар… Прости, что я чувствую влечение к другому… Прости меня за всё… Изабелл не пыталась меня утешить. Просто сидела рядом. И за это я была ей благодарна. Когда я успокоилась, я тихо сказала: — Прости меня… Как тебя зовут? Она улыбнулась. — Изабелла Покровицкая. Просто Изабелл. А ты? — Кристина Звёздкова… Просто Крис. Мы посмотрели друг на друга и улыбнулись. И в этот момент дверь приоткрылась. Вошёл Астарот. — Мама… Я хочу спать… Тётя, ты на меня злишься? — Он опустил глаза. — Конечно нет. Заходи, — мягко сказала я. Он забрался к Изабелл на колени, закрыл глаза и пробормотал: — Прости меня, тётя… Не плачь. Всё будет хорошо… А я смотрела на него и вдруг поняла: может быть, он прав? — Хорошо, пойду я уже. Он сегодня набегался, вот и уснул. Ты тоже отдохни. Если хочешь, завтра приду, поговорим ещё. И покажу тебе дворец и сад. — Хорошо, приходи. Буду ждать. — Я кивнула, и Изабелл вышла, оставив меня одну. Я легла, закутавшись в одеяло, но сон не приходил. Мысли роились, чувства разрывали душу, сердце болело. Но усталость взяла верх… Когда я уже начала засыпать, передо мной вспыхнули золотые глаза. Они смотрели на меня с такой нежностью, такой любовью… И тихий, едва слышный голос прошептал одно слово:

— Прости…

Люцифер Я стоял и смотрел, как Крис борется сама с собой. Её руки дрожали, а в глазах вспыхивала боль, становясь всё глубже и пронзительнее. И я знал — отчасти в этом есть и моя вина. Видеть её в таком состоянии было пыткой. Я хотел подойти, обнять, сказать, что всё будет хорошо… но знал, что это ложь. Для неё теперь ничего не будет хорошо. Я даже не заметил, как вошла Изабелл. Она что-то сказала, но я не расслышал. Просто кивнул, продолжая смотреть в пустоту. Когда Крис ушла, я медленно опустился в кресло, закрыв лицо руками. Сердце сжималось от осознания, что я ничем не могу ей помочь. Я поднял взгляд на Изабелл и хрипло выдохнул: — Изабелла… Сходи к ней, поговори. Она переживает то же, что и ты когда-то. Помоги ей. В этот раз я… я не смогу. Пожалуйста. Её комната напротив моего кабинета. — Хорошо, Люцифер… Я пойду… Когда Изабелл ушла, в комнате воцарилась гнетущая тишина. Я не двигался, не думал. Просто сидел, ощущая, как внутри нарастает тяжесть. Минут пять… может, больше. Затем раздался голос: — Чёрт… Может, дать ей время, пускай поиграет с ребёнком? — Будет сделано, господин Энлиль… — прозвучал ответ, и затем удаляющиеся шаги. Я тяжело выдохнул. Энлиль сложил руки на груди, вглядываясь в меня с неодобрением. — Ну и зачем ты так сказал? Да ещё и таким тоном? Не мог мягче объяснить, что она не сможет вернуться в мир людей? Я горько усмехнулся. — А у меня был выбор? Ты же сам знаешь — если она вернётся, Белые сразу её почувствуют. Придут. Убьют. Энлиль нахмурился, но не нашёл, чем возразить. — Да… но что, если она возненавидит тебя за это? — Пусть. Главное — она будет жива. А я… я как-нибудь переживу. Только вот… больно. Слишком больно. Видеть в её синих глазах ненависть будет тяжело. Но лучше пусть ненавидит, чем умрёт. Энлиль нахмурился ещё больше, качая головой. — Ты всегда думаешь только о других. А хоть раз о себе подумал? Она же твоя Истинная Любовь! Я не ответил. Что тут скажешь? Он прав… но это ничего не меняет. Мы так погрузились в мысли, что не сразу заметили, как вернулась Изабелл. В руках она держала спящего Асторота. Лицо её было бледным, взгляд метался. — Энлиль… — её голос дрожал. — Это правда? Крис… Истинная Любовь Люцифера? Это правда?! Энлиль устало провёл рукой по лицу, затем подошёл к ней и осторожно забрал ребёнка. — Да, Изабелл. Это правда. Я закрыл глаза. Из друзей у меня остались только они… Только они. И если Белые доберутся до Крис… я этого не переживу. — Мы пойдём, Люцифер, уже поздно, — мягко сказал Энлиль. — Иди отдохни. Ты и так себя изводишь. А ещё подумай… может, есть другой способ. Завтра загляну. Я не ответил. Лишь кивнул, глядя в одну точку. Они ушли, а я продолжал сидеть в темноте, задумавшись. Есть способ… Но мне нужно всё тщательно обдумать. Спустя час я всё же поднялся и пошёл спать. Тяжёлое, тревожное забытьё окутало меня, но ненадолго. Меня разбудил стук в дверь. Я резко сел, пытаясь прийти в себя. Кто мог прийти в такой час? Опять что-то случилось? Путаясь в простынях, я вырвался из постели и поспешил к двери, вполголоса проклиная всё на свете. Рывком распахнул её… и замер. Передо мной стояла Крис. Я удивлённо нахмурился. — Крис? Что-то случилось? Она не ответила. Лишь смотрела на меня, и я видел, как в её глазах мелькает смущение. Что-то внутри неё боролось, яростно, отчаянно. Я всё-таки на неё действую… Я не смог сдержать лёгкой улыбки. Но улыбка мгновенно угасла, когда я увидел в её глазах что-то новое. Что-то, что заставило меня задержать дыхание. Тень страха. — Крис… — мой голос прозвучал тише, чем я хотел. — Скажи мне, что случилось? Она сжала руки в кулаки, её губы задрожали. — Я… я просто… не смогла… — Заходи, — тихо сказал я. — Прости, что так поздно, но… где тут кухня? Я тут ничего не знаю, потому пришла сюда. — Она отвела глаза, явно смущённая. Я склонил голову набок, чуть прищурившись. — А как ты узнала, где мои комнаты? — Нууу... Когда я была вчера в твоем кабинете, я увидела тут дверь... вот и подумала... что это должно быть твоя комната. — Она подняла взгляд, встретилась со мной глазами и снова опустила их. — Извини, я лучше пойду. — Постой. Я знаю, где кухня. Ты зайдешь или в кабинете подождёшь? — Я внимательно посмотрел на неё. Она удивленно моргнула, а затем покраснела, как варёный рак, прежде чем ответить. — Т-тут... в кабинете. — Быстро развернувшись, она направилась к дивану и села. Я усмехнулся, но всё же поспешил что-то накинуть на себя — похоже, что в одних боксерах я её чересчур смущал. Закончив одеваться, я быстро убрал с лица улыбку и пошёл в кабинет. Когда я вошёл, то увидел, как Крис листает мою любимую книгу, улыбаясь. Чёрт… красивая у неё всё-таки улыбка. Будто почувствовав мой взгляд, она резко обернулась, быстро положила книгу на место и пробормотала: — Извини, что без спроса взяла… Просто я люблю звезды, вот и… — Ничего, — перебил я её. — Если захочешь, можешь взять почитать. Я не против. Я уже её прочитал. Ну что, пойдём? — Я не стал уточнять, сколько раз я перечитывал эту книгу. — Да... Прости… — её голос был еле слышен. Я не стал отвечать. Когда мы пришли на кухню, я показал, где что лежит, и сел, ожидая, пока она поест. — Люцифер!!! — её резкий голос пронзил воздух, как удар грома. Я вздрогнул, резко подняв голову. В её глазах было нечто, от чего у меня похолодело внутри. Страх. Настоящий, неподдельный страх. Будто она только что увидела нечто ужасное. Нечто, что заставило её сердце сжаться, а кровь в жилах застыть. Я напрягся, внутренне готовясь к худшему. — Крис… — мой голос прозвучал глухо. — Что случилось? Она смотрела на меня, её губы чуть приоткрылись, но слова застряли в горле. В груди закололо от нехорошего предчувствия. — Я звала тебя, но ты не отвечал. Всё нормально? — Да, всё в порядке. Что ты хотела? — Покушай со мной... Я не люблю есть одна. — Хорошо. Я сел за стол. Мы ели молча, но в воздухе висело какое-то напряжение. Крис крутила в руках ложку, словно хотела что-то сказать, но колебалась. Я тоже чувствовал себя странно. Когда мы наелись, каждый вернулся в свою комнату, но перед этим Крис остановилась на пороге и тихо сказала: — Спасибо, что показал мне, где кухня, и за компанию. И... извини за вчерашний скандал. Я была не права. Ещё раз прости. Я пойду спать. Спокойной ночи. — Спокойной... Она скрылась за дверью. Я долго смотрел ей вслед, а потом сполз по стене и закрыл лицо руками. Бальтазар... почему ты оставил её сердце раненым? Почему? Я ещё немного сидел так, потом поднялся и отправился спать. Завтра предстояло много дел... Я проснулся в пять утра и сразу занялся документами, пытаясь сосредоточиться. Но мысли не давали покоя. Вчера, когда я объявил о смерти Бальтазара, кто-то плакал, кто-то падал в обморок, а кто-то просто стоял в ступоре. Почему все должны страдать? Крис, Изабелла, Енлиль... даже они. Каждую неделю умирает по десять демонов. Если так пойдёт дальше, нас совсем не останется. Я вспомнил тот день, когда впервые встретил Крис. Её запуганные глаза, тонкие запястья, как она дрожала, оказавшись в этом мире. Тогда я не мог просто отвернуться. Не мог позволить, чтобы её постигла та же участь, что и остальных. Но сейчас... сейчас всё только усложнилось. Я не заметил, как в комнате появился Енлиль. — Люцифер!!! Я резко поднял голову. В глазах друга читалась тревога. — Что случилось? Почему ты так обеспокоен? — Я уже два часа сижу здесь! А ты ни разу не отреагировал! — Прости... задумался. — О чём? Я глубоко вдохнул. — Я знаю, как вернуть Крис в мир людей... и как остановить страдания нашего народа. Нужно уничтожить Главного Белого. Тогда исчезнут все остальные. Енлиль побледнел. — Но... как ты собираешься это сделать? Только не говори, что... — Да. Завтра утром я отправляюсь в путь. Сначала нужно выяснить их местоположение. Пока меня не будет, ты займёшь моё место. — А если с тобой что-то случится?! — Тогда ты станешь Повелителем. Он молчал, сжимая кулаки. Я продолжил: — И пока меня не будет... позаботься о Крис вместе с Изабеллой. И знай: я делаю это не только ради неё. Я устал смотреть, как страдают мои подданные. Я устал от этой войны. — Почему? Почему ты всегда думаешь о других, но никогда о себе?! Ты знаешь, что тебе помогут! Ты не обязан делать это в одиночку! — Нет, обязан, — твёрдо сказал я. — Только я могу справиться с Главным. Я не позволю, чтобы ещё больше моих людей погибло. Это мой долг как правителя... Я отправлюсь на семь месяцев. Потом вернусь на три недели. И снова уйду. Если вообще вернусь... Но Енлилю знать это не обязательно. Я видел, как тяжело ему было, но он сильный. Если что, он справится. — А теперь иди домой. И никому не говори о моих планах. Когда он ушёл, я снова сел за документы. К вечеру я принял душ, переоделся и пошёл к Крис. Восемь вечера, она наверняка ещё не спит... Я подошёл к её комнате и постучал. Вдруг изнутри раздался крик. — Иду... Люцифер? Что-то случилось? — Я улыбнулся, но в памяти резко всплыли события прошлой ночи. Тогда я задал ей тот самый вопрос... и её взгляд, полный растерянности, до сих пор стоял перед глазами. — Нет, всё хорошо. Ты сейчас занята? Можешь пойти со мной? Я хочу показать тебе кое-что. Она на мгновение задумалась, словно оценивая мою просьбу, потом кивнула. — Да, конечно. Только возьму куртку. — Не надо, тут не холодно по вечерам. Пойдём. Она удивлённо посмотрела на меня, но не стала спорить. Что-то в моём голосе, в моих глазах заставило её просто подчиниться. Вышла из комнаты, закрыла за собой дверь, и мы направились в сад. Воздух был наполнен тонким ароматом ночных цветов, а лёгкий ветерок касался кожи, принося странное ощущение тревоги. Когда мы добрались до места, она посмотрела вокруг и, немного растерянно, произнесла: — Днём я уже была здесь с Изабелл... — Но не ночью. Посмотри наверх. Она подняла взгляд, и в её глазах вспыхнуло восхищение, смешанное с детским изумлением. — Как красиво... Эти звёзды... Они совсем другие... не такие, как те, что я видела раньше. Я смотрел на неё, ловя каждое изменение в её выражении лица. Её глаза сияли в отблесках далёких созвездий, губы приоткрылись в лёгкой улыбке. Она выглядела счастливой. Такой я хотел запомнить её навсегда. — Ты права... — Я замолчал, не зная, что сказать. Не хотел разрушать этот момент. Крис стояла, зачарованно глядя на звёзды, а я не мог оторвать взгляда от неё. Как же я мог позволить себе так привязаться? Это неправильно. Это больно. Но я должен был заговорить. — Крис... Слушай, прости меня за всё. Ладно? Я... я... Она повернула голову, её глаза лукаво сверкнули, но в них проскользнуло лёгкое беспокойство. — Что? Ты любишь? Я сглотнул. Ты даже не представляешь, как сильно... — Звёзды... — тихо ответил я, отводя взгляд. — Знаешь, я всегда прихожу сюда, когда у меня есть свободная минутка... Они напоминают мне о том, чего уже никогда не будет. Она смотрела на меня, словно пытаясь разгадать что-то спрятанное за этими словами. Потом глубоко вдохнула, её голос звучал мягко, но с оттенком печали. — Понимаю... А знаешь, когда Бальтазар был жив, он каждую ночь, стоя рядом со мной, говорил: "Люциф это... Люциф то..." Иногда мне это даже надоедало. Но я поняла одно: он был хорошим демоном. Я заметил, как дрогнули её пальцы, когда она произнесла его имя. Прошлое продолжало держать её в своих оковах, даже если она пыталась этого не показывать. — Если тебе больно вспоминать о нём, не надо... — Нет, всё хорошо. Странно, но мне уже не больно. Думаю, я знаю, почему, но мне нужно сначала поговорить с Изабелл. — Она снова улыбнулась, но в её глазах мелькнула тень сомнения. — А ты, Люцифер? Ты ведь не просто так позвал меня смотреть на звёзды? Какая же у неё красивая улыбка... Как же мне больно... — Верно. Не только поэтому. Пойдём. Мы направились в кабинет. Там я достал книгу, которую она рассматривала накануне, и протянул ей. — Держи. Я видел, что она тебе понравилась. Хочу, чтобы она была твоей. И никаких возражений. Она осторожно взяла книгу, провела пальцами по обложке, словно боялась, что она исчезнет в её руках. — Хорошо... спасибо... — Она зевнула. Я взглянул на часы. Три часа ночи. Её глаза слегка покраснели от усталости, но в них ещё светилось что-то тёплое. Что-то, что я уже не имел права забирать с собой. — Спокойной ночи, Крис. И прости меня за всё... Надеюсь, ты будешь счастлива. Она напряглась, её взгляд стал задумчивым. Я видел, как мысли бешено проносились у неё в голове, но она так и не нашла ответа. — Спокойной ночи, Люцифер. До завтра... Она ушла. Я остался один в тишине. Я чувствовал, как что-то разрывается внутри меня. Как будто тысячи острых осколков впивались в грудь. Завтра меня не будет. И она об этом не знает. Я закрыл глаза, запрокинул голову, последний раз всматриваясь в ночное небо. — Прощай, Крис... Прощай, моя истинная любовь... — прошептал я в пустоту. — Надеюсь, я вернусь. И только тогда мы снова увидимся. Завтра меня уже не будет. Я люблю тебя... Когда на горизонте забрезжил рассвет, окрасив небо алыми и золотистыми оттенками, я глубоко вдохнул прохладный утренний воздух. Было шесть утра. Всё вокруг ещё дремало, окутанное лёгкой тишиной, нарушаемой лишь редкими порывами ветра. Я знал, что времени осталось мало. — Прощай, Енлиль, — сказал я, глядя в его глаза, в которых отражалась тревога. — Спасибо за всё. Он лишь кивнул, его губы дрогнули, будто он хотел сказать что-то важное, но так и не решился. Я не стал задерживаться. Развернувшись, я быстрым шагом направился в сторону леса. Каждый шаг отдавался эхом в груди, напоминая, что пути назад уже нет. Я должен найти Белых. Но где они? Как их искать? Ветер дул в спину, словно подгоняя меня, заставляя двигаться вперёд. Где-то вдалеке каркнула ворона, её крик разорвал утреннюю тишину, пробираясь под кожу неприятным холодком. Это было дурным знаком. Чем дальше я уходил, тем сильнее сжималось сердце. Что меня ждёт впереди? Засада? Опасность? Или, может быть, ответы, которых я так долго искал? Шаг. Ещё шаг. Я бросил взгляд назад — Енлиль всё ещё стоял там, вдалеке, его силуэт терялся в утреннем свете. Он не помахал мне на прощание. Просто стоял, словно знал, что это путешествие может стать моим последним. Но мне нельзя было останавливаться. Я затянул капюшон и исчез среди деревьев, погружаясь в неизвестность.

Глава 3

.Кристина.

Я ходила по комнате, изо всех сил пытаясь справиться с тревогой, что разрасталась во мне, словно ядовитая лоза. Внутри всё бушевало: эмоции, воспоминания, непонятная боль, которая не давала мне дышать. Вчера утром всё было прекрасно. Изабелл показала мне дворец, сад, город, рассказывала истории о здешних местах… Я улыбалась, я чувствовала себя спокойно, почти счастливо. А потом она сказала то, что перевернуло всё. "Бальтазар уже нашёл свою Истинную Любовь. Это была Луиза." И в этот момент что-то внутри меня отпустило. Как будто огромный камень, что давил на моё сердце, вдруг исчез. Как будто боль, которую я носила так долго, рассеялась, оставив после себя лишь пустоту. Почему? Почему я почувствовала облегчение? Я не знала. Но теперь я знаю, что это было ложным спокойствием. Стоило мне вспомнить Люцифера, как оно тут же исчезло, сменившись чем-то тёмным, давящим, невыносимым. Его голос. Его взгляд. Эти последние слова в ночной тишине... «Прости меня за всё…» Будто осколок стекла пронзил мою грудь. Будто чьи-то холодные пальцы схватили моё сердце и начали сжимать его с такой силой, что я не могла дышать. Я схватилась за грудь, пошатнулась, едва удержавшись на ногах. Боль. Не просто боль – это было нечто страшное, неизведанное, что разрывало меня изнутри. Словно кто-то пытался вырвать мою душу. Я металась по комнате, не находя себе места. Воздуха не хватало, руки дрожали. Что со мной происходит?! И вдруг… Стук в дверь. Я вздрогнула, резко обернувшись. Дверь открылась, и вошла Изабелл. Её глаза расширились, когда она увидела меня. — Крис?! — тревога в её голосе пронзила меня. — Что с тобой?! Я посмотрела на неё, не в силах сдержать слёзы. — Изабелл… — мой голос дрогнул. — Помоги… Она мгновенно зашла, закрыла дверь и направилась ко мне. — Рассказывай, — её голос был твёрдым. — Всё. От начала до конца. Я закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями. — Когда Бальтазар умирал, — прошептала я, — он сказал мне кое-что… Изабелл внимательно слушала. — Он попросил прощения. Пожелал мне счастья… И сказал, что я скоро найду свою Истинную Любовь. А потом… попросил меня позаботиться о ком-то. Потому что этот человек всегда думает только о других, но никогда — о себе. Изабелл затаила дыхание. — Хорошо. Продолжай, Крис. Говори о своих чувствах. Я глубоко вдохнула. — С первого дня, как Люцифер спас меня… — голос сорвался, но я заставила себя продолжить. — Я чувствовала к нему странное влечение. Оно было настолько сильным, что я пыталась бороться с этим… но мне не всегда удавалось. В груди снова зажглась эта мучительная боль. — А вчера… он показал мне звёзды. В этом мире. Я снова увидела перед собой ночное небо. Бесконечно далёкое, покрытое россыпью звёзд, такими яркими, такими… холодными. Люцифер тогда смотрел на них, но его мысли явно были где-то далеко. — Он был… каким-то странным, — прошептала я. — Когда он заговорил… его голос дрожал. Изабелл напряглась. — Что он сказал? Я сжала пальцы так сильно, что ногти впились в кожу. — Он попросил прощения. Изабелл вздрогнула. — Он пожелал мне счастья… И тогда… Я почувствовала это. Этот момент, когда что-то невидимое сорвалось с цепи и обрушилось на меня с такой силой, что я едва не упала. — С той ночи я не могу найти себе места, — сказала я глухо. — У меня такое чувство, будто кто-то хочет вырвать мою душу… будто сердце хотят разорвать на части. Изабелл резко поднялась. — Крис!!! — её голос сорвался. — Сядь. Я подчинилась, тяжело опускаясь на диван. Моё дыхание было прерывистым. Я ждала. Изабелл смотрела на меня долгим, пристальным взглядом. Её губы чуть дрожали, в глазах мелькнула вспышка осознания. А затем она сказала. Крис... Теперь слушай внимательно. – Голос Изабеллы был мягким, но настойчивым. – Хватит бороться с собой. Люцифер – твоя Истинная Любовь. Ты слишком долго сдерживала эти чувства. Тебя никто не осудит, если ты перестанешь от них бежать. Демоны не стали бы осуждать вас, если бы вы связали узы сразу после смерти Бальтазара. Более того, они знают по собственному опыту – когда находишь Истинную Любовь, противостоять ей невозможно. Ты первая, кто так долго сопротивлялся. Я молчала. Изабелла закончила говорить, а я... Я просто пыталась переварить это. Я уже знала, что Люцифер – моя Истинная Любовь. Поняла это ещё во второй день пребывания здесь. Да, каждый день было сложнее сдерживать эти чувства, но то, что я ощущаю сейчас… Это не просто любовь, не просто принятие неизбежного. Это... что-то другое. Это чувство уже знакомо мне. Но почему?.. Нет!!! Только не это!!! Я судорожно схватила книгу, которую мне когда-то отдал Люцифер. Листая страницы, мои пальцы дрожали, а сердце бешено колотилось в груди. Последняя страница... Там были слова. Слова, от которых я разрыдалась. — Крис, это же книга Люцифера... Почему ты снова плачешь?! Покажи мне! – встревоженно сказала Изабелла и выхватила книгу у меня из ослабевших рук. Она начала читать вслух: — "От Бальтазара и Луизы... Желаю тебе счастья, Люцифер. Передай эту книгу своей Истинной Любви. Более того, я знаю, что она тоже будет любить звезды, как и ты, Люциф. Будьте счастливы. Люцифер❤Кристина." Голос Изабеллы сорвался на последнем слове. Она медленно подняла на меня взгляд. — Значит, у Бальтазара было видение... Он знал. Он всегда знал… Я закрыла лицо ладонями. Мое сердце разрывалось. Изабелла осторожно положила руку мне на плечо. — Крис, всё. Иди к нему. Признайся. Хватит скрываться от самой себя. Ты не должна страдать. И он тоже. Я подняла голову. Она права. Я слишком долго мучила нас обоих. Всё будет в порядке. Всё должно быть в порядке… Я глубоко вздохнула, заставляя себя выбросить дурные предчувствия из головы. — Изабелл, сходи со мной… — Конечно, – она усмехнулась. – Мне всё равно нужно забрать Енлиля, чтобы он вам не мешал. Мы отправились в кабинет Люцифера. Я всё ещё ощущала тревогу, но сжимала кулаки, не давая ей взять надо мной верх. Но когда мы вошли... Его там не было. Только Енлиль. Изабелла нахмурилась. — Где Люцифер? Почему ты тут один? Я посмотрела в глаза Енлилю и… что-то внутри меня сжалось. Я почувствовала ледяную волну страха. За несколько секунд я оказалась перед ним, схватила за одежду и закричала: — Енлиль!!! Где Люцифер!? Скажи мне, пожалуйста! Скажи, что он здесь! Что с ним всё в порядке! Изабелла подбежала и осторожно оттащила меня. — Крис, успокойся… Всё хорошо… Люцифер скоро вернётся… Правда же, Енлиль? – она посмотрела на него, но он молчал. Я тяжело дышала, слёзы текли по моим щекам. — Ты не понимаешь, Изабелла… Это чувство... У меня плохое предчувствие… Енлиль, пожалуйста, скажи мне, где он?! Я осела на пол, закрыла лицо руками и, задыхаясь от слёз, повторяла только одно слово: — Пожалуйста… Енлиль тяжело вздохнул. — Изабелл... Будь рядом с Крис. Поддержи её. Думаю, у неё будет шок… или истерика. Я замерла, ожидая услышать самое страшное. — Люцифер... отправился убить Главного Белого. Наступила тишина. Не было ни крика, ни истерики, ни слёз. Я просто почувствовала, как что-то внутри меня разрывается. Как если бы мою душу и сердце вырвали из груди. Мир потемнел. Я потеряла сознание. Когда я очнулась, я была в своей комнате. Ничего не хотелось. Я не плакала. Не кричала. Не двигалась. Просто смотрела в потолок. Прошло три дня. Изабелла и Асторот приходили ко мне, пытались разговаривать, пытались вывести из этого состояния, но... Всё было бесполезно. На четвёртый день пришёл Енлиль. Он сел рядом с кроватью и, немного помедлив, тихо сказал: — Крис... Может, хватит? Я не ответила. — Да, тебе тяжело, и нам всем тяжело... Я не могу понять, что ты чувствуешь. Прости. Но Люцифер вернётся. Вот увидишь. Он не умер. И не умрёт. По моей щеке скатилась первая за эти дни слеза. — Ты... Ты правда так думаешь?.. Енлиль улыбнулся уголком губ. — Конечно. Его же не просто так называют Повелителем. Он — Повелитель Всего Живого. Он сильный. Он вернётся. А ты будь сильной и жди его. Мои губы дрогнули. Я закрыла лицо руками и разрыдалась. Енлиль обнял меня и молча дал выплакаться. Когда я успокоилась, он заговорил снова: — Переезжай к нам, пока Люцифер не вернётся. Я посмотрела на него. Он действительно волновался. Я заставляю всех переживать… Я виновата… — Хорошо... Но завтра… Сегодня я хочу остаться здесь. Можно?.. — Конечно, Крис. Завтра зайду за тобой. Он встал и уже направился к выходу, но прежде чем уйти, сказал: — Будь сильной. Всё будет хорошо. Когда он ушёл, я медленно поднялась с кровати. Я подошла к зеркалу, посмотрела на своё отражение. Тёмные круги под глазами. Бледная кожа. Пустой взгляд. Я была похожа на призрак самой себя. Медленно положила руку на живот. Сердце сжалось. Этот ребёнок… Не Люцифера.Я не могу позволить себе сломаться. Я не могу позволить себе сдаться. Я должна жить. Я должна быть сильной. Я закрыла глаза и глубоко вдохнула. А когда выдохнула, то почувствовала – впервые за эти дни – что-то похожее на решимость. Может, Люцифер и не рядом сейчас. Но я здесь. Я жива. И внутри меня зарождается новая жизнь. Ради него… Я обязана двигаться дальше. Я провела рукой по животу и, едва слышно, прошептала: – Всё будет хорошо..должно быть хорошо!

.Год спустя.

Я сидела в саду и смотрела, как семилетний Асторот играет с моей дочерью. Луиза залилась смехом, когда он сделал вид, что споткнулся и упал в траву. Её звонкий голос разорвал вечернюю тишину, но я не могла улыбнуться. Прошел год. Целый год, как Люцифера нет. Я потеряла всякую надежду. Сначала я ждала. Потом надеялась. А теперь… Теперь просто живу. Нет смысла. Нет красок. Только серые будни, в которых я ещё дышу благодаря Енлилю, Изабелл, Астороду… И моей дочери. Четыре месяца назад я впервые взяла её на руки. Тёплый, крошечный комочек, который, казалось, вобрал в себя всё, что осталось от моего разбитого сердца. Я назвала её Луизой – в честь той, что когда-то была сестрой Енлиля и Истинной Любовью Бальтазара. Теперь это имя – мой якорь, мой долг. – Крис, ты ещё не передумала идти во дворец Люцифера? – Голос Енлиля нарушил тишину. Я не обернулась. – Нет. Прошёл год. Сегодня – в последний раз. Проститься. Со всем. Со всеми. А потом перееду в дом Бальтазара в Демонюме. – Крис… – В голосе Изабелл дрогнула боль. Я повернулась и увидела, как её глаза блестят от слёз. – Мы предложили тебе этот дом… но ты уверена? Может, ты останешься с нами? Я улыбнулась, но улыбка вышла натянутой. – Изабелл, ну… не плачь. Всё будет хорошо. Нет, не будет. Я устала. Устала от этих ночных кошмаров. От этих золотых глаз, которые преследуют меня. От шёпота в темноте: „Прости… Я люблю тебя…“ Я кричу во сне. Я плачу. Каждую ночь Енлиль и Изабелл приходят, успокаивают меня. Но никто не может изменить правду. Люцифера нет. И я больше не могу жить среди призраков прошлого. – Хорошо, мне пора. – Я поднялась, взяла на руки Луизу. – Енлиль, отправишь нас во дворец? – Конечно. – Тётя Крис… – голос Асторота дрогнул. – Я буду скучать по вам… и по Луизе… Я присела перед ним, мягко провела рукой по его волосам. – Не плачь, малыш. Ты ведь уже большой мальчик… Мы ещё увидимся. Я поднялась, кивнула Изабелл и Енлилю. – Спасибо вам за всё. Перед тем как портал поглотил меня, я услышала их голоса: – До встречи, Крис… меня встретила Жизель – няня Луизы. – Госпожа, вы опять прибыли… Помочь вам с маленькой госпожой? – Нет, Жизель. Я сама. Приготовь мои комнаты. – Будет сделано, госпожа. Я смотрела ей вслед, пока её силуэт не скрылся за поворотом коридора. А потом медленно пошла вверх по лестнице. Перед своей комнатой я замерла. Передо мной была дверь кабинета Люцифера. Она манила меня. Рука дрогнула, пальцы непроизвольно сжались. Как часто я стояла здесь раньше? Ждала, когда он выйдет, обнимет меня, поцелует в лоб. Когда скажет что-то насмешливое, но тёплое. Как часто я слышала его голос за этой дверью? А теперь… Теперь только тишина. „Прости… Я люблю тебя…“ – Прощай, Люцифер… – Голос сорвался. – Я больше не зайду в твой кабинет. Никогда. Я развернулась, вошла в свою комнату. Луиза мирно посапывала у меня на руках. Я покормила её, уложила в колыбель. А потом легла сама. Закрыла глаза. И вдруг… Тишину прорезал звук. Шаги. Где-то в коридоре. Я напряглась. Сердце бешено заколотилось. Но нет. Это невозможно. Я затаила дыхание, силясь расслышать. И тогда… Голос. Тихий, шёпотом. „Прости…“ Я резко открыла глаза. Комната была пуста. Только сердце билось, словно загнанная птица. Только где-то в темноте, в глубине разума, ещё звучало эхо. „Я люблю тебя…“

.Люцифер.

Прошёл год с тех пор, как я покинул дворец и Демонюм. Год. Долгих двенадцать месяцев, наполненных болью, страхами и сомнениями. Я не знал, что увижу, когда вернусь. Не знал, как меня встретят. Но одно я знал точно – мне нужно увидеть её. Крис… Её ребёнку уже должно быть три месяца. Мысли пульсировали в голове, пока я пересекал дворец. Шаги эхом разносились по пустым коридорам. Всё здесь казалось знакомым, но… чужим. Как будто я больше не принадлежал этому месту. И вдруг – голоса. Я узнал их мгновенно. Енлиль. Жизель. Они стояли в главном зале, о чём-то тихо переговариваясь. Я остановился. Но секунду спустя они заметили меня. Время замерло. Жизель ахнула, её глаза расширились от шока. А Енлиль… Он сдвинул брови, его челюсть напряглась, кулаки сжались. За мгновение он оказался передо мной. И врезал мне. Удар был настолько неожиданным, что я потерял равновесие и рухнул на пол. В ушах зазвенело, взгляд потемнел. Я тут же вскочил, ярость взорвалась внутри меня. – ЕНЛИЛЬ! – заорал я. – ЧТО, ЧЁРТ ВОЗЬМИ, ЭТО ЗНАЧИТ?! Он молчал. Только тяжело дышал, его кулаки дрожали. – Ты, конечно, мой лучший друг, но поднимать на меня руку – не слишком ли?!! Я ожидал, что он закричит в ответ. Ожидал, что Жизель бросится между нами, чтобы нас разнять. Но этого не произошло. Вместо этого Енлиль наклонился ближе, его глаза вспыхнули леденящим гневом. – Ты правда осмеливаешься вернуться? После всего? Холод пробежал по моему позвоночнику. Что он имеет в виду? Я взглянул на Жизель, но её лицо было маской боли. В груди зашевелилась тревога. – Где Крис? – спросил я, и мой голос дрогнул. – Ты смеешь спрашивать?! – рявкнул Енлиль. – ГДЕ ТЫ БЫЛ?! Я замер. Не знал, что сказать. Как объяснить то, чего я сам не мог понять? – Это… сложно, – выдохнул я. – Просто скажи мне… Она… в порядке? Вместо ответа он резко схватил меня за ворот. – Ты узнаешь сам, – процедил он. – Посмотрим, хватит ли у тебя смелости заглянуть в её глаза после того, что ты сделал. — Ты знаешь, как мы все волновались?! Ты задержался на пять месяцев! Ты знаешь, как Крис страдала?! — голос Енлиля дрожал от гнева и боли. — Когда ты ушел, в этот же день она наконец признала, что ты её Истинная Любовь... Но было уже поздно. Мы не могли её утешить. Ни я, ни Изабелл. Даже её дочь не могла... Ты знаешь, как нам всем было тяжело?!! Я смотрел на него, поражённый. Он был на грани слёз. Я. Люцифер. Истинная Любовь Крис? Я спас Крис. Я отдал всё, чтобы уберечь её от Белых. Но смог ли я спасти её от боли? Смог ли спасти от одиночества? — Прости, Крис... — едва слышно прошептал я. — Я вернулся... И больше не уйду. И не отпущу тебя в мир людей, как планировал. — Господин Енлиль, Повелитель, я схожу к Госпоже и сообщу, что вы вернулись, — тихо вмешалась Жизель. Я открыл рот, чтобы остановить её, но Енлиль оказался быстрее. — Не надо, Жизель. Она не поверит. Она давно потеряла надежду, что он вернётся. Пусть Люцифер сам скажет. Так будет лучше. — Поняла, господин... Тогда позвольте откланяться, — ответила она, поклонилась и ушла. Я перевёл взгляд на Енлиля: — Значит, Крис здесь? Почему? — Она приходит сюда каждый месяц, — его голос был тихим, но в нём слышалась горечь. — Мы не могли её остановить. Только здесь она может спать спокойно. А в доме... Она каждую ночь просыпалась в слезах. Прости меня, Крис… Я заставил тебя так страдать. — Понятно… — я отвёл взгляд. — Значит, у Крис теперь дочь? Как она её назвала? — Да. Она родила раньше срока… На месяц раньше. Роды были тяжёлыми. Но ты главное не переживай заранее. Дочка родилась здоровой, и с Крис тоже всё нормально было... Не было никаких осложнений. Я знал, что этот ребёнок не мой. Она дочь моего погибшего друга. И всё же я чувствовал, будто этот ребёнок тоже часть меня. Я не мог объяснить, почему. Только одно было ясно — я никогда не позволю, чтобы с Крис или её дочерью что-то случилось. — А ты, Люцифер? Теперь можно не бояться? Всё закончено? — в голосе Енлиля проскользнула тревога. — Нет... — холодно ответил я. — Белые мертвы, но… Это ещё не конец. — Я поднял на него взгляд и добавил: — Зайди потом ко мне в кабинет. Нам нужно поговорить. — Хорошо… Увидимся. Когда он ушёл, я направился к себе, чтобы переодеться и умыться. Но у самой двери меня встретил Габриэль. Моё тело напряглось. Этот человек всегда мне не нравился. И вот теперь он стоит передо мной, улыбаясь той мерзкой ухмылкой, от которой меня передёрнуло. — О, Люцифер! Ты вернулся! Какая радость! Крис будет... очень счастлива, — он усмехнулся. Не улыбнулся, а именно усмехнулся, словно наслаждался каждым своим словом. Гнев вспыхнул мгновенно. Меня затопила волна ярости. — Как ты смеешь ТАК со мной разговаривать?! — мой голос взорвался, эхом разлетевшись по коридору. — Ты случайно не забыл, КТО я?! Позволь напомнить!!! Для тебя я — Повелитель! И Крис скоро будет Повелительницей! Не смей так фамильярничать! Ты — просто мелкая сошка!!! И никогда не забывай этого… Габриэль вздрогнул. Его лицо исказилось от страха, но в глазах всё ещё тлела ненависть. Я прошёл мимо него, бросив лишь одно последнее слово: — Убирайся с глаз моих. – Да… повелитель. – Отойди с дороги! – Он отошел, а я направился в свою комнату, чувствуя, как в груди кипит шторм эмоций. Когда я вошел в кабинет, воздух был пропитан ее присутствием, слабым ароматом знакомых духов. Я провел ладонью по столу, пытаясь уловить хоть частичку тепла, что оставила она, и вдруг заметил книгу. Сердце сжалось. Я узнал ее сразу… Это была та самая книга, которую я когда-то отдал Крис. Медленно, почти боясь, я взял ее в руки. Она казалась тяжелее, чем прежде, словно хранила в себе всю боль, что мы пережили. Я открыл последнюю страницу – и внутри что-то надломилось. На бумаге отчетливо темнели пятна от слез. Ее слез… Я провел пальцами по этим следам, будто надеясь стереть ее боль, хотя знал, что это невозможно. Она плакала, держа эту книгу в руках. Плакала одна, без меня… Глубоко вдохнув, я закрыл книгу и провел пальцами по обложке. «Крис…» – пронеслось у меня в голове, и в груди вспыхнуло непреодолимое желание увидеть ее прямо сейчас. Я быстро умылся, переоделся, привел себя в порядок, хотя внутри меня все было разбито. Затем, не теряя ни секунды, направился к ней. Когда я вошел в ее комнату, тишина накрыла меня, как волна. Первое, что бросилось в глаза, – кроватка у стены, там, где раньше стоял диван. Я осторожно подошел к кровати Крис. Она спала, ее дыхание было ровным, но даже во сне на ее лице отражалась усталость. Я медленно опустился перед ней на колени, вглядываясь в каждую черточку ее лица, и тихо, почти беззвучно прошептал: – Я люблю тебя, Крис… Я вернулся. Больше не уйду и тебя не отпущу. Голос дрогнул, но я не мог сдержать слов. Они рвались наружу, наполненные всей болью разлуки. Я наклонился и осторожно, с трепетом прикоснулся к ее губам. В тот же миг по ее щеке скатилась слеза. Сердце сжалось в болезненной судороге. Я бережно стер эту каплю подушечкой пальца и задержался рядом, наблюдая за каждым движением ее ресниц, каждым вздохом. Еще несколько минут я просто сидел там, в тишине, слушая биение ее сердца, будто это было единственное, что могло вернуть меня к жизни. Потом я встал и подошел к кроватке. Заглянув внутрь, я встретился с самыми удивительными серебряными глазами. Крошечное создание смотрело на меня с таким неподдельным интересом, что мир вокруг просто исчез. Малышка весело перебирала ножками и ручками, издавая тихие, мелодичные звуки. А потом… она улыбнулась. Мое сердце дрогнуло. Эта крохотная улыбка пробралась в самую глубину моей души, разрушая стены, которые я так долго возводил. С замиранием в груди я протянул руки и осторожно взял малышку на руки. Ее тепло, ее маленькие пальчики, сжимающие мой палец, ее легкий, едва ощутимый вес… Я закрыл глаза, прижимая ее к себе. – Привет сокровище… – прошептал я, улыбаясь через пелену эмоций. – Красивая ты... Почти как и твоя мама... Только не обижайся, но мама будет покрасивее. – Я держал малышку на руках, любуясь ее крошечными чертами, ее теплым, живым существом. Она улыбалась, беззаботно шевеля ручками, словно приветствуя меня. Ее серебряные глазки сияли чистой радостью, и я вдруг почувствовал, как внутри меня что-то дрогнуло. Я даже не заметил, как воздух в комнате стал напряженным. Едва уловимое движение за спиной, и вот уже громкий, дрожащий от эмоций голос прорезал тишину: – Ты кто такой?!!! – крикнула Крис. – Положи мою дочь на место!!! Сейчас же!!!! Или я вызову стражу!!!! Я замер, медленно поднимая взгляд на нее. В ее глазах вспыхнул страх, недоверие, паника. Она дышала тяжело, ее руки дрожали, но она стояла твердо, словно готовая защитить свою дочь любой ценой. – Стража против меня тебе не поможет, – ответил я ровным голосом, чувствуя, как внутри поднимается волна боли. Она не узнала меня... Я мягко положил малышку обратно в кроватку, наблюдая, как Крис не сводит с меня напряженного взгляда. Девочка недовольно хмыкнула, но тут же снова занялась своими маленькими ножками, не подозревая, какая буря разыгралась вокруг нее. – Этот... голос... – Крис пошатнулась, и я увидел, как по ее лицу пробежала тень осознания. Ее глаза расширились, губы дрогнули. Я сделал шаг вперед. Она не двинулась. Еще шаг – и вот уже стоит передо мной, замершая, словно боясь поверить. Наши взгляды встретились, и я увидел, как в ее глазах вспыхнули слезы. Она всхлипнула, и я больше не мог сдерживаться. Я притянул ее к себе, обнял крепко, как будто хотел раствориться в этом моменте, стереть годы разлуки. – Люцифер... – Ее голос был слабым, дрожащим, наполненным всей той болью, что она держала в себе. Она разрыдалась, и я почувствовал, как ее пальцы судорожно сжали мою рубашку. – Я вернулся, Крис... – прошептал я в ее волосы, ощущая их знакомый запах. – И больше не уйду. Я люблю тебя. Всегда любил. Всегда скучал... Она вскинула голову, ее глаза, сияющие слезами, встретились с моими. В них было столько боли, но вместе с ней – надежда. Она дрожащими пальцами коснулась моего лица, словно проверяя, настоящий ли я. – Люцифер... Я тоже тебя люблю... – ее голос сорвался. – Не уходи больше... Я думала, что ты больше не вернешься... Мы сидели в обнимку, не замечая времени. Просто ощущая друг друга, дыша друг другом, как будто боялись, что этот момент исчезнет, как сон. – Крис, может, уже отпустишь? – спросил я с улыбкой, поглаживая ее спину. – Нет, не хочу... – она упрямо прижалась ко мне еще сильнее. Я тихо рассмеялся, затем осторожно взял ее лицо в ладони, заглянул в бездонные глаза, в которых плескались океаны чувств. Медленно наклонился, чтобы поцеловать её... Но в этот момент раздался резкий детский плач. Мы замерли, а потом Крис тихо рассмеялась сквозь слезы. Я усмехнулся, покачав головой. – Кажется, у нас есть маленькая ревнивица, – с улыбкой сказал я, вставая и подходя к кроватке. Девочка потянулась ко мне, ее серебряные глазки сияли любопытством. Я осторожно взял ее на руки, и она тут же успокоилась, прижавшись ко мне. Крис смотрела на нас с такой любовью, что у меня защемило в груди. — Ну вот, малышка и расплакалась. — Я взглянул в сторону кроватки и улыбнулся. Крис вскочила, её глаза встретились с моими, и на губах появилась тёплая улыбка. — Луиза... Я дала ей имя Луиза. — Она подошла к кроватке, аккуратно взяла девочку на руки, вернулась, села на кровать и, взяв бутылочку, начала кормить малышку. — Луиза, значит? — Я посмотрел на маленькое личико, крошечные пальчики, и улыбнулся. — Значит, ты узнала всё о Бальтазаре и Луизе? Крис кивнула, взгляд её стал задумчивым. — Да... В тот самый день, когда поняла, что ты — моя Истинная Любовь. Тебе не нравится это имя? — Нет, что ты... Я рад. — Я замолчал на мгновение, наблюдая за тем, как Крис заботливо держит ребёнка. Где-то глубоко внутри меня зрела нерешительность, но я не мог больше откладывать этот разговор. — Слушай, Крис, как думаешь... Я смог бы заменить ей отца? И... согласишься ли ты связать со мной узы? Я напрягся, ожидая ответа. Это было важнее всего. Крис медленно подняла на меня взгляд. В её глазах блестели слёзы, но они не были печальными. Когда она закончила кормить Луизу, аккуратно положила её обратно в кроватку и подошла ко мне. В следующую секунду её тонкие пальцы сжали мою ладонь, а губы задрожали от эмоций. — Да, конечно! — Она кинулась ко мне в объятия, и я ощутил, как её плечи слегка вздрагивают. — Я только рада... Я счастлива! Я улыбнулся, крепче прижал её к себе, зарывшись лицом в её волосы. — Ну всё, перестань плакать… Спасибо тебе, милая. Спасибо за всё. И... спасибо за дочь. Я чуть отстранился, чтобы взглянуть в её лицо, и в следующий миг мягко впился в её губы поцелуем. Сначала Крис замерла, но через секунду ответила, поддаваясь мне. Лёгкий, нежный поцелуй вскоре перерос в страстный, и я осторожно уложил её на кровать. Я чувствовал, что она этого хотела так же, как и я. Тепло её тела, дрожь её губ... Желание росло с каждой секундой. Скинув с себя майку, я потянулся к её одежде, но Крис вдруг прошептала сквозь прерывистое дыхание: — Люцифер... ах... Луиза... Я замер. Словно кто-то окатил меня холодной водой. Осознание ударило мгновенно, и я резко отстранился, встретившись с её затуманенным взглядом. Губы её были припухшими, дыхание сбивчивым, а щеки пылали от жара. — Прости... я... забылся... Я не успел закончить фразу — двери резко распахнулись, и в комнату вошли Енлиль, Изабелл и повзрослевший Астарот. Изабелл, увидев нас, быстро закрыла глаза Астароту ладонью, а он громко возмутился: — Ну, мама, пусти! Я хочу поприветствовать дядю Люцифера и поиграть с Луизой! Ну мам! Енлиль ухмыльнулся: — Подожди, Астарот... Ну и ну, как вам не стыдно при ребёнке-то. Я взглянул на Крис, всю красную от смущения, потом на её разорванную майку, а затем на свою одежду. Недолго думая, я поднял свою майку и натянул её на Крис. Я не хотел, чтобы она оставалась в таком виде при других мужчинах, пусть даже это был мой лучший друг. — Приятно видеть тебя, Крис. — усмехнулся Енлиль. — Но могу я забрать Люцифера на пару часов? Обещаю, верну целым и невредимым. Крис моментально вцепилась в мою руку с такой силой, что костяшки побелели. Я почувствовал, как её пальцы дрожат. Ей было страшно. Она боялась, что я уйду и больше не вернусь. Я глубоко вдохнул и, слегка ослабив её хватку, заглянул ей в глаза: — Крис, мне надо идти. Мне нужно поговорить с Енлилем, узнать, что происходит в Демонюме. Я буду в своём кабинете. Если что — ты всегда можешь прийти ко мне. Я никуда далеко не отправлюсь. Просто... верь мне. Она колебалась. Я видел это. Но, в конце концов, выдохнула и кивнула: — Хорошо... Прости. Я верю тебе. Я наклонился, нежно коснулся губами её лба, затем подошёл к кроватке и поцеловал Луизу. — Пошли, Енлиль, нам нужно поговорить. — Изабелл, останься с Крис, — добавил я, не оборачиваясь. — И да... я вернулся, Изабелл, Астарот. Изабелл посмотрела на меня, её глаза наполнились слезами радости. Она улыбнулась: — С возвращением, Люцифер... Астарот, вырвавшись из рук матери, подбежал ко мне, крепко обнял и, уткнувшись в грудь, прошептал: — С возвращением, дядя Люцифер... Я провёл рукой по его волосам и, бросив последний взгляд на Крис и Луизу, шагнул за порог, следуя за Енлилем. Нам предстояло многое обсудить...

.Кристина.

Когда Люцифер вышел, Кристина осталась сидеть на кровати, всё ещё смущённая. Её сердце билось быстрее обычного, а дыхание было слегка сбито. Она провела пальцами по ткани майки, которую Люцифер заботливо накинул на неё, и на её губах появилась лёгкая улыбка. Изабелла, стоявшая неподалёку, наблюдала за ней с понимающей улыбкой. Она слишком хорошо знала это чувство – смесь счастья, неловкости и какой-то необъяснимой тревоги. Но она не сказала ни слова, давая Кристине время прийти в себя. Тем временем Астарот, которому было не до взрослых разговоров, радостно побежал к кроватке Луизы. Он очень соскучился по малышке и теперь с восторгом заглядывал в её крошечное личико. Девочка слегка пошевелилась, её крохотные пальчики сжались в кулачки, а губы скривились в недовольной гримаске. Но стоило Астароту тихонько заговорить с ней, как она постепенно успокоилась. Кристина наконец подняла глаза на Изабеллу, которая всё ещё улыбалась. — Что? — с лёгким смущением спросила она. — Ничего, просто ты выглядишь... счастливой, — ответила Изабелла и села рядом, мягко положив руку на плечо Кристины. — И я рада за тебя. Кристина опустила взгляд. Она не знала, как выразить всё, что чувствовала. Страх, радость, любовь — всё смешалось внутри неё в один сложный коктейль эмоций. Она уже столько пережила, но теперь, когда Люцифер был рядом, мир казался чуть менее пугающим. Она глубоко вдохнула и выдохнула, словно впервые за долгое время позволила себе расслабиться. Казалось, что до этого момента она жила, сжимая сердце в кулаке, не позволяя себе отпустить боль, не позволяя себе надеяться. Но сейчас... сейчас она могла дышать. — Это странно... — прошептала Кристина, чуть наклоняя голову. — Я столько раз боялась, что это просто сон. Что я проснусь, и его не будет. Что всё исчезнет, как только я закрою глаза... Она сжала руки в замок, чтобы они не дрожали. Её голос дрогнул, и она попыталась взять себя в руки, но Изабелла мягко сжала её ладонь. — Это не сон, Кристина. Он здесь. И ты здесь. Всё настоящее. Кристина кивнула, но тревожное чувство внутри неё не исчезало. Она боялась верить в счастье, боялась, что судьба снова всё отнимет. Но когда её взгляд упал на Луизу, мир вдруг показался чуть более устойчивым. Потому что теперь у неё была дочь. И любовь, которую она не хотела потерять. Изабелла, заметив её сомнение, мягко коснулась её плеча. — Знаешь, если ты так боишься, что это сон, давай просто проверим, — предложила она с улыбкой. — Возьмём детей и пойдём в кабинет Люцифера. Ты увидишь его своими глазами, услышишь его голос, почувствуешь его присутствие. Тогда ты точно поймёшь, что это реальность. Кристина посмотрела на неё с благодарностью. Идея была хорошей. Она кивнула, и они с Изабеллой, взяв детей, направились в кабинет Люцифера. Изабелла, в свою очередь, решила забрать Енлиля и отправиться домой, чтобы оставить Кристину и Люцифера вдвоём. Им нужно было это время — чтобы насладиться друг другом, почувствовать близость, которую судьба так долго отнимала у них. Когда Кристина подошла к кабинету, её сердце забилось быстрее. Она глубоко вдохнула и тихонько толкнула дверь. Люцифер сидел за массивным столом, склонившись над какими-то документами, но как только почувствовал её присутствие, сразу поднял голову. Их взгляды встретились, и на мгновение время остановилось. — Ты пришла, — мягко сказал он, откладывая бумаги. Кристина почувствовала, как по её спине пробежал тёплый озноб. Она сделала пару шагов вперёд, пока не оказалась прямо перед ним. Люцифер встал, обнял её за талию и притянул к себе. — Я просто… Я боялась, что всё это — сон, — прошептала она, уткнувшись в его грудь. Он крепко прижал её к себе, обхватив ладонью затылок. — Это не сон, Крис. Я здесь. И я больше никуда не уйду. Она чувствовала тепло его тела, биение его сердца. И в этот момент страхи начали растворяться. Он легонько смекнул и, оторвавшись от неё, звонко вызвал: — Жизель! В дверях тут же появилась нянечка и забрала у Кристины маленькую Луизу. Девочка сладко потянулась, устроившись у няни на груди. — Присмотри за ней, наша дочь спит, — мягко сказал Люцифер, и Жизель тихо кивнула. Как только они остались вдвоём, Люцифер обнял Кристину, его губы потянулись к её уху. — Теперь ты точно убедишься, что это не сон, — прошептал он. Она почувствовала, как его горячее дыхание обожгло её кожу, пробежавшись сладким жаром по всему телу. Кристина прижалась к нему сильнее, словно стараясь впитать его тепло, его силу, его любовь. Люцифер медленно провёл ладонью по её спине, скользя пальцами вдоль изгибов её тела, наслаждаясь каждым мгновением. Его губы мягко касались её шеи, оставляя за собой дорожку огненных поцелуев. Кристина зажмурилась, ощущая, как дрожь пробегает по её телу. — Я так долго ждала этого, — прошептала она, цепляясь за его плечи. Люцифер наклонился, ловя её губы в долгом, страстном поцелуе, в котором было всё — тоска по разлуке, жгучее желание и обещание вечной любви. Он больше не мог сдерживаться, и ночь, полная огня и нежности, только начиналась…

.Люцифер.

Хватит, Кристину, на руки!" – он переместился в свою комнату, но не в кабинет, чтобы заниматься любовью. Там он продолжил долго ласкать её, плечами изучая каждую частичку её тела. Кристина уже не могла терпеть этих долгих и сладких мучений и прошептала: "Пожалуйста… больше не мучай меня… Он посмотрел на неё, наслаждаясь её трепетом, её горящими глазами, в которых отражалось желание, смешанное с нетерпением. Его губы скользнули по её шее, оставляя за собой огненный след. — Ты такая красивая, Кристина… — прошептал он, ласково проводя ладонью по её изгибам. Она сжалась в его объятиях, чувствуя, как сердце колотится всё сильнее. Её руки скользнули по его спине, притягивая ближе, словно боясь, что этот момент может исчезнуть, раствориться, как сладкий сон. — Тогда возьми меня… — её голос дрожал, но в нём звучала твёрдая решимость. Он больше не мог сдерживаться. Его поцелуи становились всё горячее, прикосновения — настойчивее. Их дыхание смешивалось, пока они не погрузились в вихрь страсти, забывая обо всём, кроме друг друга. Ночь скрывала их тайну, наполняя комнату лишь их шёпотом и биением двух сердец, сплетённых в единое целое. Кристина зажмурилась, наслаждаясь его теплом. Его руки изучали её, будто он хотел запомнить каждую линию, каждый изгиб её тела. Их дыхание сплеталось, сердца билиcь в унисон, и с каждым мгновением границы между ними исчезали. Она выгнулась, отвечая на его ласки, позволяя себе раствориться в этих сладких ощущениях. Казалось, время остановилось, существовал только он – его губы, его прикосновения, его шёпот у самого уха. — Ты моя, — тихо, но уверенно произнёс он, накрывая её своими поцелуями. Она не сопротивлялась – не хотела. Это была не просто страсть, не просто желание – это было что-то большее, глубже. Их души тянулись друг к другу, сливаясь в единое целое. Эта ночь стала для них особенной. Они полностью отдались своим чувствам, позволив эмоциям выйти наружу. Утро после ночи любви Кристина медленно открыла глаза, ощущая приятную усталость. Солнечные лучи мягко пробивались сквозь занавески, наполняя комнату тёплым светом. Она повернула голову и встретилась с его внимательным взглядом. — Ты не спишь? — прошептала она, улыбнувшись. — Нет… Я просто хочу смотреть на тебя, — он провёл пальцами по её щеке, словно проверяя, что она реальна, а не плод его снов. Она почувствовала, как внутри всё наполняется тёплой волной счастья. Но вместе с этим закрался и страх – что будет дальше? Это было всего лишь мгновение или начало чего-то большего? — О чём ты думаешь? — он заметил тень сомнений в её глазах. Кристина прикусила губу, но всё же решилась: — А что теперь? Что будет с нами? Он улыбнулся, но в его глазах мелькнула серьёзность. — Теперь ты моя, Кристина. И я никогда не отпущу тебя. Кристина глубоко вздохнула, ощущая тепло его тела рядом. Она знала, что перемены неизбежны, но была готова ко всему – лишь бы не потерять его снова. Это была её главная боязнь, её единственная слабость. Без Люцифера она больше не справится… но с ним – они смогут преодолеть всё. Она провела пальцами по его щеке, заставляя его взглянуть ей в глаза. — Я не отпущу тебя, — её голос был твёрдым, но в нём звучала нежность. Он улыбнулся краем губ, притягивая её ближе. — Хорошо, потому что я тоже не собираюсь тебя отпускать. Она закрыла глаза, прижимаясь к нему крепче. Они не знали, какие испытания ждут их впереди, но теперь это не имело значения. Главное, что они были вместе. В комнате воцарилась тишина, наполненная биением двух сердец, связанных воедино. Люцифер тяжело вздохнул, когда раздался стук в дверь. Он знал, что этот момент не мог длиться вечно — дела всё ещё оставались нерешёнными, а опасность не исчезла. — Входи, — хрипло произнёс он, неохотно отпуская Кристину. В дверях появился Энлиль, его взгляд был серьёзным. — Нам нужно поговорить, — голос его звучал настойчиво. Люцифер поднялся с кровати, стараясь не смотреть на Кристину, чтобы не дать себе повода передумать. Он знал, что если задержится хоть на секунду дольше, то не сможет заставить себя уйти. — Подожди меня здесь, — сказал он, глядя на неё с нежностью. Но Кристина, уже зная его слишком хорошо, поняла, что он не договаривает. — Люцифер… ты хочешь скрыть от меня что-то? Он замер, чувствуя, как внутри что-то дрогнуло. Конечно, он не хотел её тревожить, но она уже догадалась. — Это не твоя забота, Кристина, — мягко, но твёрдо ответил он. — Я разберусь со всем. Но она не собиралась просто так его отпустить. — Если это касается меня, Луизы и твоих друзей, я должна знать. Я не ребёнок, Люцифер. Он провёл рукой по волосам, злясь не на неё, а на ситуацию. Он знал, что упрямство Кристины не сломить. Энлиль нетерпеливо вздохнул. — У нас мало времени. Враг не будет ждать, пока вы разберётесь между собой. Люцифер взглянул на Кристину, а затем, тяжело вздохнув, кивнул: — Хорошо. Тогда слушай. Но будь готова к тому, что это может изменить всё. Кристина внимательно слушала, не перебивая. Её сердце сжималось с каждым его словом. Люцифер рассказал, как нашёл убежище Белых, как столкнулся с их главным и почему задержался там дольше, чем планировал. — Он сказал, что всё ещё не окончено, — тихо произнёс Люцифер, сжимая кулаки. — Есть кто-то сильнее его… и этот кто-то уже рядом. Кристина вздрогнула, но не отвела взгляда. — Он предупредил меня, — продолжил Люцифер. — Сказал, что этот враг заставит страдать каждого, кто рядом со мной… Он замолчал, напряжённо вглядываясь в её лицо, ожидая испуга, сомнений… Но она просто покачала головой. — Ты думаешь, что я испугаюсь и уйду? — её голос был твёрдым. — Кристина… — Нет. Я уже решила, что бы ни случилось, я останусь с тобой. Люцифер смотрел на неё несколько секунд, а потом тяжело выдохнул и притянул к себе. — Ты не понимаешь, что говоришь… — Понимаю. И знаю, что бы ни случилось, мы справимся. Энлиль хмыкнул, скрестив руки на груди: — Романтично, конечно. Но есть одна проблема — враг действительно рядом, и он не будет ждать, пока вы закончите милые разговоры. Люцифер снова посмотрел на Кристину, его золотые глаза вспыхнули решимостью. — Тогда пришло время встретиться с ним лицом к лицу. Люцифер кивнул, в его глазах вспыхнула ярость. — Да, надо найти этого ублюдка и остановить его… во что бы то ни стало. Энлиль ухмыльнулся, скрестив руки на груди. — Вот теперь ты говоришь как настоящий король. Кристина сжала руку Люцифера, чувствуя, как от него исходит напряжённая энергия. Она знала, что он не позволит этому врагу причинить вред ни ей, ни Луизе, ни своим друзьям. Но что, если цена победы будет слишком высокой? — У тебя есть план? — спросила она. Люцифер кивнул. — Для начала надо выяснить, где он. Главный Белый намекнул, что этот враг ближе, чем мы думаем… — Может, он уже среди нас? — задумчиво произнёс Энлиль. — Это возможно, — Люцифер нахмурился. — Но кто бы он ни был, я его вычислю. Кристина смотрела на него и понимала: теперь пути назад нет. Они вступили в опасную игру, где ставки слишком высоки. И если их враг действительно рядом, то времени у них осталось совсем мало.

.Кристина.

Люцифер продолжал обсуждать план с Энлилем, поэтому я решила удалиться и проведать свою дочь Луизу. Я не видела её всю ночь и ужасно соскучилась. По дороге в комнату Жизель я столкнулась с Гавриилом. Как только наши взгляды встретились, я почувствовала что-то странное. В его глазах мелькнула неприязнь, холодная тень, но почти мгновенно он спрятал её за вежливой улыбкой. Это сбило меня с толку. Раньше, когда рядом не было Люцифера, он не проявлял ко мне ничего подобного. Мы всегда общались нейтрально, даже дружелюбно... Или мне только казалось? Он заговорил первым: — Ну что, Кристина, Люцифер вернулся? Как ты себя чувствуешь? Как Луиза? Его голос звучал мягко, но теперь я уже сомневалась — была ли это искренняя забота или просто пустая формальность? — Всё в порядке, — ответила я осторожно, всё ещё пытаясь разгадать выражение его лица. Я не стала задерживаться и, кивнув, поспешила дальше. Когда я вошла в комнату Луизы, меня тут же окутало тёплое ощущение уюта. В комнате царила приглушённая полутьма — тяжёлые бархатные шторы были лишь слегка раздвинуты, пропуская мягкий утренний свет. Лёгкий аромат лаванды витал в воздухе, успокаивающий и нежный. В центре комнаты стояла белая колыбель, украшенная тонкими кружевами, а рядом на кресле сидела Жизель, держа на руках мою дочь. Луиза... моя маленькая принцесса. Её пухлые щёчки слегка порозовели, длинные реснички дрожали во сне. Я подошла ближе и ощутила, как внутри разливается тепло. — Она спала спокойно? — шёпотом спросила я, присаживаясь рядом. Жизель кивнула с лёгкой улыбкой: — Да, но под утро немного капризничала. Похоже, ей снились сны. Я аккуратно провела пальцами по крохотной ручке Луизы. Ей было всего три месяца, но казалось, что она уже так многое значит для меня. И пусть вокруг бушует война, заговоры и интриги... Здесь, в этой комнате, я чувствовала себя в безопасности. Пока что. Я осторожно погладила Луизу по мягким светлым волосикам. Она чуть шевельнулась во сне, её крошечные пальчики сжались, будто пытаясь что-то ухватить, и я невольно улыбнулась. — Ты скучала по маме, да? — прошептала я, хотя понимала, что она ещё слишком мала, чтобы ответить мне. Жизель наблюдала за мной, и в её взгляде читалась какая-то задумчивость. — Всё хорошо? — спросила я, оборачиваясь к ней. Она на мгновение замешкалась, но потом тихо сказала: — Гавриил заходил ночью. Я напряглась. — Зачем? Жизель взглянула на Луизу, потом снова на меня. — Просто посмотреть на неё. Сказал, что хотел убедиться, что с ребёнком всё в порядке. Что-то внутри меня сжалось. Почему именно Гавриил? Он никогда особо не проявлял интереса к моей дочери. — Ты уверена, что это всё? Он не говорил ничего… странного? Жизель покачала головой. — Нет. Но его взгляд… Не знаю, Кристина, мне показалось, что он смотрел на неё слишком долго. Моя грудь сдавило неприятное предчувствие. Я вспомнила ту холодность, которую уловила в его взгляде. Возможно, я зря накручиваю себя. Возможно, это просто усталость и тревога из-за последних событий… Но всё же. Я решила, что больше не позволю Гавриилу приближаться к Луизе без моей воли. Я наклонилась и поцеловала дочь в лоб. — Я всегда буду тебя защищать, — прошептала я.

Спустя час я покинула комнату, оставив Луизу под присмотром Жизель. В голове крутились мысли о Гаврииле, но мне нужно было привести себя в порядок. Я направилась в свои покои. По дороге коридоры были почти пустыми, лишь редкие стражники и служанки спешили по своим делам. Но стоило мне свернуть за угол, как я снова наткнулась на Гавриила. Он будто ждал меня. — Кристина, — он улыбнулся, но я больше не верила этой улыбке. Я замедлила шаг, сдерживая желание пройти мимо. — Ты выглядишь обеспокоенной, — продолжил он. — Что-то случилось? Я заставила себя смотреть прямо в его глаза. — Просто усталость. Ничего, о чём стоило бы говорить. Он кивнул, будто соглашаясь, но во взгляде мелькнула тень насмешки. — Я понимаю. Всё-таки заботиться о ребёнке — непростая ноша. Особенно когда рядом Люцифер. — Он сделал паузу, будто давая мне возможность что-то сказать, но я молчала. Тогда он добавил с едва заметной усмешкой: — Иногда я задумываюсь, а правда ли он настолько заботливый отец, каким кажется тебе? Я стиснула зубы. — Что ты хочешь сказать? Он прищурился. — Разве не странно, что он был так долго в разлуке с тобой и Луизой? Чем-то важным был занят… или кем-то? В его голосе была ядовитая нотка, но я не дала ему удовольствия увидеть мою реакцию. — Ты теряешь время, Гавриил, — холодно ответила я. — Если ты пытался посеять во мне сомнения, то напрасно. Я шагнула мимо него, чувствуя, как закипает гнев. Но когда я отошла на несколько шагов, он тихо сказал: — Уверена? Я замерла. Но не оглянулась. В моей голове зазвучали тревожные мысли. Что он знает? Или просто играет со мной? И главное… почему? , не говоря ни слова, заключил меня в объятия. Я прижалась к его груди, ощущая его тепло, его силу. — Ты не должна бояться, — тихо сказал он. — Я разберусь с этим. Я кивнула, но внутри меня всё равно оставался страх. Гавриил не просто шпионит. У него есть план. А я не собиралась ждать, пока он его приведёт в действие. Я поспешила обратно к Луизе. Чем быстрее, тем лучше. Коридоры казались длиннее, чем обычно. Воздух будто стал гуще, тяжелее. Когда я добралась до комнаты, сердце уже бешено колотилось. Я толкнула дверь. Жизель сидела у колыбели, покачивая её. Я шагнула вперёд, желая убедиться, что с Луизой всё в порядке, но тут же замерла. Жизель подняла голову. — Кристина… В её голосе было что-то… неправильное. Я замерла, вглядываясь в её лицо. И тогда заметила. На её шее — едва видимый след… будто от тонких пальцев, сжимающих кожу. Кто-то держал её за горло. А на полу, у её ног, лежал белый пергамент. Я медленно подошла и подняла его. На нём всего три слова. «Ты не спасёшь её.» Холод пробежал по моей спине. Луиза… Моя малышка. Я крепче сжала записку. — Кто это оставил? — голос мой был хриплым, будто я произносила слова через туман. Жизель сглотнула. — Я… Я не знаю. Всё было тихо… Потом мне стало страшно, будто кто-то стоял за спиной… И потом это появилось. Мои пальцы задрожали от ярости. Я подняла глаза. Гавриил. Это был он. Я знала это так же отчётливо, как чувствовала бешеный стук своего сердца. Он угрожает мне. Угрожает моей дочери. Кроватка была пуста. Я смотрела на неё, но сознание отказывалось принимать реальность. Нет… Грудь сдавило, дыхание перехватило. Я сделала шаг вперёд, надеясь, что мне просто кажется. Что я просто ошиблась. Что Луиза там, завернутая в своё одеялко, просто спит. Но её не было. Луиза пропала. Нет… Нет, нет, нет! Я почувствовала, как ноги подкашиваются, и упала на колени. Без сил, без возможности пошевелиться. Земля подо мной словно разошлась, поглотив меня в бездну. Как? Как это могло случиться? Я оставила её всего на пять минут. Только пять минут… Но этого оказалось достаточно, чтобы забрал мою дочь. Грудь сдавило такой болью, что я не могла дышать. Руки задрожали, пальцы вцепились в край кроватки, как будто это могло вернуть её назад. Луиза… Я открыла рот, но ни звука не сорвалось с губ. В голове шумело, мир вокруг плыл. Я не слышала, как вошла Изабель, не заметила её до тех пор, пока она не опустилась рядом и не сжала мои плечи. — Кристина! — Её голос был твёрдым, но в нём слышалось беспокойство. — Посмотри на меня! Я не могла. Я не могла оторвать взгляда от пустой кроватки. — Она… Она пропала… — хрипло прошептала я. — Изабель… её нет… — Я знаю. Я уже вызвала Люцифера и Энлиля. Они идут. Она крепче сжала меня, но я не чувствовала ничего, кроме ледяного ужаса. Почему?! Голова шла кругом. В этот момент дверь резко распахнулась. В комнату вошёл Люцифер. Его глаза вспыхнули адским пламенем, а за ним в дверях уже стоял Энлиль, его лицо застыло в каменном выражении. Люцифер посмотрел на меня, на пустую кроватку. И я увидела. Впервые за всё время… Как в его глазах вспыхнул страх. Люцифер молча смотрел на меня. Его лицо было непроницаемым, но я видела – виделась в нём тьма, бушующий огонь, ярость, которая только накапливалась. Я разжала пальцы, и скомканная бумага упала на пол. Энлиль резко наклонился, подобрал её, развернул и пробежался глазами по тексту. Он застыл. — Гавриил… — медленно, словно пробуя это имя на вкус, произнёс он. Люцифер вырвал записку из его рук и сжал так сильно, что бумага хрустнула. Его зрачки превратились в тонкие вертикальные щёлки, вокруг него завибрировала энергия. Гавриил забрал мою дочь. Дыхание сбилось, тело затряслось от ужаса, боли и ярости. — Он… — мой голос дрогнул, но я заставила себя продолжить. — Он заходил к ней ночью… Я чувствовала, что с ним что-то не так! Я посмотрела на Люцифера, надеясь увидеть хоть какой-то намёк на решение. Но его губы растянулись в хищной ухмылке. — Он хочет, чтобы ты сделала выбор, — его голос был тихим, опасным. — Какой выбор? Мои губы дрогнули. — Я… я не знаю… Энлиль глубоко вздохнул, прищурившись. — Мы узнаем. Его голос был полон уверенности. Но мне было не до логики. Я чувствовала, что мне нечем дышать. Моя дочь… моя маленькая девочка в руках врага. Люцифер опустился передо мной на колено, его взгляд впился в меня. — Мы найдём её. Я сжала кулаки. — Я пойду за ней. — Ты никуда не пойдёшь одна! — рявкнул Люцифер, его голос был полон власти. Но я не собиралась сидеть и ждать. Гавриил хочет, чтобы я сделала выбор. Но если он думает, что я смирюсь… Он ошибается.

ЛЮЦИФЕР

Я видел решимость в глазах Кристины. Я видел боль, которая сжигала её изнутри. И это бесило меня до предела. Я только вернулся, только снова почувствовал её рядом, только снова смог коснуться её кожи, вдохнуть её запах… И вот, спустя какие-то часы, нашу дочь украли. Я должен был предвидеть это. Я должен был защитить их обеих. Но я провалился. Гнев закипал во мне, как расплавленный металл, заполняя каждую клетку тела. Гавриил. Я убью его. Не просто убью. Я сотру его из этого мира. Я развернулся резко, почти сбивая со своих плеч клубы адского пламени. — Все сюда! — мой голос был словно раскат грома. В ту же секунду передо мной появились шесть самых сильных демонов. Сверкающие алые глаза. Острые клыки. Тёмные доспехи. Они замерли, склонив головы в знак покорности. — Гавриил похитил мою дочь. — Слова вырывались сквозь стиснутые зубы. — Найдите его. Я сделал шаг вперёд, смерив их взглядом. — Но не вступайте в бой. Ваша задача – найти Луизу, узнать, где он её держит, и доложить мне. Я сам разорву его на куски. Демоны молча поклонились. Они исчезли в мгновение ока, растворившись в тенях. Я сжал кулаки. Дыхание было тяжёлым. В голове пульсировала одна мысль: Я верну Луизу. И Гавриил заплатит за всё. Я стоял посреди зала, сжимая кулаки так сильно, что ногти впивались в кожу, но боль была ничтожной по сравнению с тем, что бурлило внутри. Кристина сидела на кровати, её плечи дрожали, но взгляд оставался твёрдым. Она не плакала. Нет, в её глазах пылало нечто большее. Гнев. Гавриил совершил фатальную ошибку, коснувшись того, что принадлежит мне. Я медленно провёл рукой по волосам, выравнивая дыхание. Энлиль стоял рядом, скрестив руки на груди. — Они уже ищут его, — произнёс он спокойно. Я кивнул. — Нам нужно быть готовыми. Энлиль хмыкнул. — Кристина тоже пойдёт? Я посмотрел на неё. Она встретила мой взгляд без страха. — Это моя дочь. Я медленно вдохнул. — Ты не понимаешь, во что ввязываешься. Кристина поднялась, сделала шаг вперёд и встала прямо передо мной. — Я мать. Мне не нужно понимать. Я чувствую. Мои пальцы дрогнули. Она была такой хрупкой, такой смертной, но в её глазах пылала вечность. — Хорошо, — наконец выдохнул я. — Тогда будем драться вместе. В этот момент воздух задрожал. Один из демонов, мой разведчик, возник из тени. — Мы нашли его, — прохрипел он. Моё сердце замерло. — Где? Демон поднял голову, и на его губах мелькнула зловещая улыбка. — В руинах храма Света. Я зарычал. Как символично. — Значит, мы не заставим его долго ждать. Я развернулся и шагнул в портал, открытый тьмой. Кристина шагнула за мной. Мы идём за нашей дочерью. И никто… никто нас не остановит. Храм Света Тени вокруг дрожали, когда мы шагнули в портал. Я чувствовал, как сердце Кристины бешено колотится, но она держалась. Она молча сжимала кулаки. Мы появились прямо перед разрушенными вратами старого храма. Белые камни, покрытые трещинами. Витражи, через которые когда-то лился свет, теперь разбиты. Здесь было тихо. Слишком тихо. — Он ждёт нас, — прошептал Энлиль, появляясь рядом. Я знал это. Я чувствовал его присутствие. Гавриил. Всё внутри меня кипело. Я шагнул вперёд, и Кристина пошла за мной. Наши шаги эхом разносились по мраморному полу. И вдруг… — Наконец-то вы пришли. Голос Гавриила раздался в пустоте. Перед нами стоял он. Белые одежды, золотые волосы, но в глазах тьма. И на его руках… Луиза. Моя дочь. Моя малышка. Я сжал кулаки, чтобы не наброситься на него сразу. — Пусти её, Гавриил, — голос Кристины дрожал от напряжения. Он усмехнулся. — Всё не так просто, моя дорогая. Я шагнул вперёд, но он поднял руку. — Один шаг — и я исчезну вместе с ней. Я зарычал, но остановился. Кристина шагнула вперёд. — Чего ты хочешь? Гавриил склонил голову. — Тебя, Кристина. Мир вокруг остановился. Я резко повернул голову к ней. — Что?! Гавриил продолжил: — Ты принадлежишь Свету, а не Тьме. Я даю тебе выбор: ты идёшь со мной… или твоя дочь останется в аду. Мир рухнул. Я видел, как Кристина побледнела. Я видел, как дрогнули её губы. Я знал, что она борется с собой. — Ты не сделаешь этого, — прорычал я, глядя на него. — Я разорву тебя на куски. Но Гавриил лишь усмехнулся. — Тогда лучше поторопись, Люцифер. Время уходит. Я видел, как Кристина смотрит на Луизу. Я видел ужас в её глазах. Я должен был что-то придумать. Я должен был спасти их обеих. Во что бы то ни стало. Кристина замерла. Я видел, как её пальцы дрожат, как сжатые кулаки побелели от напряжения. — Ты лжёшь, — её голос был холоден, но в глазах бушевала буря. — Тебе не нужна я. Гавриил лишь усмехнулся. — Ты ведь знаешь, что я не лгу, — он чуть сильнее прижал Луизу к себе. — Девочка слишком мала, чтобы осознать, что происходит. Но ты понимаешь. Кристина напряглась. Я сделал шаг вперёд, но он снова поднял руку. — Не делай этого, Люцифер. Иначе я исчезну, и ты никогда её не найдёшь. Я не мог рисковать. Моя дочь... Моя малышка... Но я не позволю ему сломать нас. — Кристина, не слушай его, — я посмотрел на неё. — Он играет с тобой. Ты не должна делать выбор. Она крепко сжала губы. Я видел, как она борется с собой. Гавриил улыбнулся. — У тебя есть минута, моя дорогая. Минута. Я стиснул зубы. — Ты правда думаешь, что у тебя есть власть здесь, Гавриил? — мой голос был ледяным. Он приподнял бровь, но ничего не сказал. — Ты хотел, чтобы Кристина сделала выбор. Но ты забыл, что я — не тот, кто подчиняется чужим правилам. Тьма внутри меня взорвалась. Я вытянул руку, и в воздухе появились тени — густые, вязкие, как смола. Они были повсюду. Гавриил не ожидал этого. Он крепче схватил Луизу, но я уже двигался. Всё произошло в долю секунды. Тени рванулись вперёд. Гавриил отшатнулся, но было поздно. Его рука разжалась, и Луиза выскользнула. Кристина бросилась вперёд и поймала её. Моя малышка была в безопасности. Гавриил зарычал, но я уже стоял перед ним. — Тебе стоило бежать, пока была возможность, — прорычал я. Мой кулак врезался ему в грудь, и он отлетел назад, врезавшись в колонну. — Теперь ты принадлежишь мне. Он попытался сбежать, но тени уже оплели его. Я посмотрел на Кристину. Она дрожала, но держала Луизу крепко. Наши взгляды встретились. — Всё хорошо, — прошептал я. Она кивнула, но в её глазах всё ещё было слишком много боли. Этот ублюдок заставил её поверить, что выбора нет. Я подошёл к ней, осторожно коснулся её лица. — Никто не заберёт у нас нашу дочь, — пообещал я. Кристина закрыла глаза и прижалась ко мне. Но это было ещё не конец. Гавриил ещё жив. А значит… Он ещё заплатит. Гавриил дёрнулся, но тени уже сковали его по рукам и ногам. Он не мог двигаться. Я шагнул вперёд, моя рука стала когтистой, глаза полыхнули огнём ада. — Ты совершил ошибку, — мой голос звучал мрачно. Он усмехнулся, даже не пытаясь вырваться. — Ошибку? — его губы дрогнули. — А ты уверен, что я проиграл? Я нахмурился. Что-то здесь не так. Кристина крепко прижимала Луизу к себе, её дыхание было сбивчивым. Я видел страх в её глазах, но она держалась. — Гавриил, — прорычал я, — что ты задумал? Он только улыбнулся. — Всё только начинается. Внезапно весь зал содрогнулся. Я почувствовал волну энергии, от которой даже мои тени дрогнули. — Нет! — Кристина крикнула. Я развернулся к ней — и замер. Луиза дрожала, её маленькое тело было охвачено золотым свечением. — Что за…? — я почувствовал, как холод пробежал по спине. Гавриил тихо рассмеялся. — Ты правда думал, что я просто хотел забрать её? Нет, Люцифер. Я хотел пробудить её силу. Кристина побледнела. — Какую силу? Гавриил взглянул на меня с победным блеском в глазах. — Ты ведь никогда не задумывался, почему твоя дочь настолько особенная? Почему она чувствует магию? Почему её аура смешивает Тьму и Свет? Я сжал кулаки. Он что-то знал. Кристина встревоженно посмотрела на меня. — Люцифер… что он имеет в виду? — Ложь, — процедил я сквозь зубы. Гавриил усмехнулся. — О, ты всё знаешь, но боишься признать. Он посмотрел на Луизу, чья аура теперь пульсировала золотыми и чёрными вихрями. — Ваша дочь — дитя Пророчества. Она — баланс Света и Тьмы. И однажды… Его глаза сверкнули. — Она выберет, кто из нас падёт. Тишина. Гнетущая. Холодная. Кристина покачала головой. — Нет… Я ощутил огонь ярости внутри себя. — Ты лжёшь. Гавриил только улыбнулся. — Скоро ты сам это увидишь. Я не сдержался — и мой кулак разорвал воздух. Но в тот же миг вспышка света озарила зал. Гавриил исчез. Он оставил нас с этим знанием. Я развернулся к Кристине, которая дрожала, крепко прижимая Луизу. Моя малышка ещё светилась. Я закрыл глаза. Чёрт возьми. Если это правда… Если Луиза — действительно ключ к балансу… Значит, всё только начинается. Я дрожала, крепко прижимая Луизу к себе. Её маленькое тельце было таким тёплым, таким родным… — Всё хорошо, моя малышка… — прошептала я, чувствуя, как слёзы текут по щекам. Люцифер стоял рядом, его аура всё ещё пылала гневом. — Она в безопасности, — сказал он низким голосом, но я знала… Он не успокоился. Он хотел большего. — Где Гавриил? — спросила я, чувствуя, как внутри всё сжимается от страха. Люцифер усмехнулся. — Пока что… скрывается. Но он не уйдёт далеко. Я сглотнула. Луиза заплакала, я начала покачивать её на руках, стараясь успокоить. Изабель стояла рядом, всё ещё шокированная произошедшим. — Нам нужно уйти отсюда, — сказала она, глядя на Люцифера. Он не ответил сразу. Я видела, как его глаза вспыхнули. — Нет, — произнёс он. — Это ещё не конец. Я поняла, что он имеет в виду. Люцифер не остановится, пока Гавриил не заплатит за содеянное. Но сейчас… Я просто сжимала Луизу в своих руках, чувствуя, как бьётся её маленькое сердечко. Она здесь. Она жива. Но я знала… Война только начинается. Люцифер сжал кулаки, его тёмные глаза сверлили меня взглядом. Он подошёл ближе, опустился на колено передо мной, где я сидела, сжимая Луизу в руках. — Возьми меня, — тихо сказала я, но знала, что он не согласится. Его рука осторожно коснулась моей щеки. — Я должен закончить это, Кристина, — голос его был глубок и решителен. — Я не позволю ему угрожать тебе и нашей дочери. Я понимала, но это не облегчало боли. Люцифер посмотрел на Луизу. Она успокоилась, её маленькие пальчики дёрнулись во сне. — Ты вернёшься ко мне? — прошептала я, поднимая на него полные слёз глаза. Его взгляд стал мягче. — Я обещаю, — его голос был твёрдым, как гранит. — И когда вернусь… Он улыбнулся — редкая, но тёплая улыбка. — …мы сыграем свадьбу, и ты станешь моей женой навсегда. Моё сердце дрогнуло. Он давал мне клятву, но я знала, что путь, который он выбрал, опасен. Я закусила губу, стараясь не заплакать. Люцифер наклонился, его губы коснулись моих, в этом поцелуе было всё: любовь, страсть, обещание… и прощание. Я боялась его отпускать. В груди жгло ощущение, будто меня разрывают на части. Но я знала — так нужно. Люцифер должен покончить с этим, иначе ни я, ни Луиза никогда не будем в безопасности. Он прошептал мне ещё что-то, но я не расслышала — внутри всё кричало от страха и боли. Я плотнее прижала Луизу к себе, её крошечное тёплое тельце успокаивало, напоминая, ради кого я должна быть сильной. Люцифер развернулся и исчез в тенях. Я осталась одна. И хотя я знала, что он вернётся… Люцифер ушёл. А вместе с ним ушла и часть меня. Я смотрела на пустоту перед собой, крепко прижимая Луизу к груди. Внутри всё горело — страх, боль, тревога. Разлука для меня была пыткой. Каждая секунда без него резала по сердцу, но я не могла позволить себе слабость. Я вдохнула поглубже, закрыла глаза, пытаясь успокоиться. — Мы справимся, моя малышка… — прошептала я, целуя Луизу в лобик. Но что, если он не вернётся?.. Нет. Я отбрасываю эту мысль. Люцифер сдержит своё обещание. Но почему тогда мне так страшно?.. Прошло два года, но боль не утихла. Каждое утро я просыпалась с надеждой, что вот-вот он войдёт в дверь, его голос наполнит замок, он прижмёт меня к себе, как раньше… Но этого не происходило. Я старалась не терять себя, держаться ради Луизы. Она росла, наполняя мои дни смыслом, её смех звучал, как музыка. Но пустота внутри меня не исчезала. И вот, в один из дней, когда я вышла в сад, держа Луизу за ручку, ко мне подошла Изабель. — Кристина… — в её глазах читалось сожаление. Я напряглась. — Что случилось? — Я… Я должна рассказать тебе правду. От этих слов моё сердце замерло. — Какую правду? Изабель опустила глаза, будто боялась моей реакции. — Всё это время Люцифер… он жив, но он не может вернуться. Я почувствовала, как холодный страх сжал мою грудь. — Где он? Почему не может? — Он… заточён в ином измерении. Врата были запечатаны. И, Кристина… — она глубоко вдохнула. — Только ты можешь их открыть. Мир передо мной пошатнулся. Два года… Два года одиночества… А он всё это время ждал. Я чувствовала, как внутри меня вспыхнул огонь решимости. — Почему мне никто не сказал?! — мой голос дрожал от смеси гнева и боли. Изабель отвела взгляд. — Мы боялись… Люцифер не хотел, чтобы ты рисковала… — Рисковала?! — я крепче прижала Луизу, которая, почувствовав мой страх, жалобно захныкала. — Он ждал меня два года! Он один, заперт там, и я… я просто жила, ничего не зная?! Моё сердце сжалось от вины. Если бы я знала раньше — я бы пошла за ним без колебаний! — Я должна его спасти. Прямо сейчас! Изабель встревоженно посмотрела на меня. — Это не так просто, Кристина… Врата запечатаны силой, которую может разрушить только кровь его избранной. Я посмотрела на неё, и в тот же миг всё стало ясно. — Моя кровь… Изабель кивнула. — Но тебе нужно быть готовой… Если ты откроешь врата, возможно, ты не сможешь вернуться обратно. Я даже не задумывалась. — Я сделаю всё, что нужно. Я не позволю ему быть там ещё хотя бы секунду. В этот момент я поняла — ничто и никто не остановит меня. Я стояла перед древними вратами, ведущими в заточение Люцифера. Темные цепи оплетали их, источая ледяную энергию, но я не чувствовала страха. — Я иду за тобой… — прошептала я, сжав в руке клинок, который должен был открыть врата. Изабель держала Луизу на руках, наблюдая за мной со смесью тревоги и надежды. — Будь осторожна… Я глубоко вздохнула и разрезала ладонь, позволяя каплям крови упасть на древние печати. В тот же миг мир содрогнулся, раздался гул, и врата распахнулись. Передо мной лежал бесконечный мрак… но в его глубине я увидела его. Люцифер. Ослабленный, скованный цепями, но всё такой же могучий и величественный. — Кристина… — его голос был слабым, но в нем звучало столько эмоций. Я бросилась к нему, разрывая цепи, позволяя нашей энергии слиться воедино. — Я не позволю тебе страдать! Ты обещал вернуться — и теперь мы уходим вместе! Люцифер посмотрел на меня, и его глаза вспыхнули яростным огнем. — Ты моя, и я всегда буду рядом. С последним рывком мы разрушили оковы, и весь мир содрогнулся. — Домой… — прошептала я, чувствуя, как Люцифер обнимает меня, укрывая своими крыльями. Мгновение — и тьма рассеялась. Мы снова были вместе.

Эпилог

Спустя годы испытаний, боли и разлуки, настал долгожданный день. Кристина стояла перед зеркалом, одетая в изысканное платье тёмно-красного цвета, расшитое серебряными нитями. Этот оттенок символизировал её связь с Люцифером – соединение света и тьмы. В её глазах отражались и радость, и лёгкое волнение. Сегодня она выходила замуж за того, кого любила больше жизни, того, ради кого прошла все испытания.

Люцифер, облачённый в элегантный чёрный наряд с огненно-красными узорами, стоял у алтаря, наблюдая за своей возлюбленной. Когда она подошла к нему, он нежно взял её за руки. Они дали клятвы, которые навсегда связали их души. В тот же миг кровь Люцифера, древняя и могущественная, приняла Кристину, делая её полудемоном. Она ощутила в себе новую силу, но её сердце осталось таким же добрым и любящим.

После свадьбы их жизнь наполнилась счастьем. Луиза, их маленькая принцесса, росла весёлым и жизнерадостным ребёнком. Она уже начала проявлять необычные способности – баланс между светом и тьмой. Она могла исцелять, но также была способна защищать себя с невероятной силой. Её воспитывали с осознанием добра и зла, чтобы она могла сделать правильный выбор, когда придёт время.

Год спустя Кристина снова ощутила чудо новой жизни – она забеременела. И не просто одним ребёнком, а близнецами. Когда настал день их рождения, весь мир словно замер. На свет появились две прекрасные дочери и один сын – наследники крови Люцифера. Девочки были нежными, но в их глазах уже читалась скрытая мощь, а мальчик, несмотря на свой юный возраст, излучал силу и решимость.

Люцифер был счастлив, глядя на свою семью. Он нашёл то, о чём так давно мечтал – не только власть и могущество, но и настоящую любовь, преданность, тепло. Кристина, несмотря на все испытания, которые им пришлось пережить, знала, что всё было не напрасно. Теперь у них была вечность, чтобы наслаждаться друг другом и воспитывать своих детей.

Время шло, и их семья оставалась нерушимой. Луиза продолжала развивать свою силу, обучаясь у лучших наставников, а младшие дети росли под защитой любящих родителей. Мир мог меняться, враги могли пытаться разрушить их счастье, но теперь они были вместе.А вместе – они были непобедимы.

Конец.