"Секретики".

Джисон бредёт по полупустым улочкам, заглядывает с интересом в разные закоулки, но натыкается лишь на мусор и бродячих животных. На душе грустно и пакостно, да и погода сама по себе ужасная. Бесцельно побродив по району, Хан решил, что с него достаточно бесцельных скитаний, поэтому он решает найти какое-нибудь кафе. Карта высветила какое-то неприметное здание прямо рядом с местом, где стоял парень, поэтому, не обратив внимания на низкий рейтинг заведения, Джисон кинулся по указанному в телефоне маршруту. Завернув за угол, Хан обнаружил лестницу, ведущую вниз. Кафе было на цокольном этаже, поэтому и вход был немного, но на другом уровне. Быстро сбежав по ступенькам вниз, Джисон осмотрел неприглядную дверь и вошёл внутрь. Звякнул колокольчик над головой, оповещая всех о новом госте. Хан вздрогнул от неожиданного звука и закрыл за собой дверь, погружаясь в мягкий полумрак. Кафе было с явной загадкой и давало посетителям возможность погрузиться в мрачноватую атмосферу. В отличии от обстановки, по помещению лилась приятная музыка, которая успокаивала и расслабляла. Джисон прошёл к барной стойке, что была освещена различными неоновыми лентами. Бармен приветливо улыбнулся. – Добрый день, что желаете заказать? – мужчина указал на меню и продолжил натирать стаканы, кивая в такт музыке. – Добрый день, а что можете посоветовать? – Хан уставился на меню, пробегаясь глазами по неизвестным названиям. – Всё. Все напитки нашего заведения, приготовленные мной, вызовут в вас чувство эйфории, – бармен продолжал улыбаться и натирать стакан. В какой-то момент Джисона это насторожило, но он решил заглушить свою тревожность, отвлекаясь на изучение меню. – А что за напиток “Секретики”? – Хан смотрел на странное название и низкую цену. – Секрет, – мужчина ухмыльнулся. – Поймёте, если попробуете. – Странные у вас ответы, – Джисон покосился на бармена. – Давайте тогда этот напиток. – Хорошо, желаете ещё что-нибудь заказать? – бармен принялся быстро готовить напиток. Хан не успевал даже наблюдать за тем, что он берёт и с чем мешает. – Вот ваш напиток. Оплата после пробы. – Спасибо… Нет, я ничего больше не буду. Джисон принял напиток и осторожно отпил. На язык легла сладость клубники, и Хан поморщился, но в ту же секунду удивлённо замычал, почувствовав кислость киви. Вкусы на языке менялись, заставляя удивляться всё сильнее. –Вижу, что вам понравилось, – бармен смеётся приятным бархатистым смехом, и глаза его щурятся, рассматривая Джисона. – А почему такое название? – Хан всё ещё не понимает, но чувствует, как голова начинает тяжелеть. – Каждый вкус напитка является для вас удивлением. Каждый новый вкус - это раскрытый секрет. Мы смотрим на человека по-другому, когда узнаём какую-то тайну о нём, также и с напитком. Мы смотрим на него по-другому, когда он меняет свой вкус. – Ничего себе, оригинально, – вяло отвечает Джисон, и лоб его опускается с глухим стуком на барную стойку. – Уносите его, – проговорил бармен в рацию и перестал улыбаться, осматривая своими лисьими глазами помещение. *** Джисон медленно открыл глаза и промычал что-то невнятное, пытаясь понять где он оказался, а главное как. – Пришёл в себя? – тихо спрашивает парень, сидящий рядом. – Вы кто? – хрипит Хан, смотря на двух парней, что сидят с левой стороны от него. Все они оказываются на стульях. Руки и ноги крепко связаны, и пошевелиться удаётся с трудом. – Я Хо. Рядом со мной - Сынмин. Он немного в отрубе, но это временно, – Хо приятно улыбнулся, и Джисон залюбовался этой кошачьей улыбкой, что напоминала ему кого-то… – Я Хан. Как мы сюда попали? – голова кружилась, а перед глазами периодически плыло. – Я вроде ничего плохого не сделал, да и денег у меня нет, чтобы похищать. – Ты пил напиток “Секретики”? – парень, обозначенный, как Сынмин, поднял голову и посмотрел прямо на Джисона. В глазах его виднелась сонная пелена, а лицо было опухшим. – Пил… – Вот и мы пили, – Сынмин поморщился и тряхнул головой, прогоняя сонливость. – Отлично, теперь, мы хотя бы смогли подтвердить теорию, что попали сюда из-за напитка, – Хо посмотрел на потолок и усмехнулся. – Эй, мы все проснулись уже! Что вам нужно? Джисон тоже посмотрел на потолок и увидел там камеру и громкоговоритель. – Добрый вечер, господа, – голос бармена разлился по небольшому помещению. – Мы рады, что с Вами всё хорошо и Вы очнулись. Надеюсь, что Вы смогли догадаться, что есть деталь, которая объединяет Вас троих, иначе, будет немного грустно, что на этот раз нам попались не очень смышлёные посетители. – Сука! – Сынмин прокричал это и дёрнулся, пытаясь вырваться из верёвок. – Не нужно быть таким грубым, Сынмин-и. Я напомню вам и сообщу новенькому правила игры. Поскольку все вы выпили напиток “Секретики”, то игра наша будет соответствовать названию напитка. Правила игры: Вы обязаны назвать свой секрет, который больше всего гложет вашу душу. Если вы не называете секрет, следует наказание. Напоминаю, что вы должны рассказать секрет, который гложет вашу душу. Начинаем! Сынмин, расскажи свой секрет, – Джисон чувствовал улыбку бармена кожей. – Не буду, пошёл нахуй! – Мин нахально улыбнулся, смотря в камеру. В ту же секунду с его стороны послышался болезненный вздох и шипение. Джисон метнул в его сторону обеспокоенный взгляд и увидел, что парень зажмурился и стиснул зубы. – Что случилось, Сынмин? – Хо обеспокоенно смотрел на соседа, пытаясь понять, что с ним. – Минхо, назови свой секрет, – бармену было похуй, короче говоря, и он продолжил игру. – Иди нахуй, – зло ответил Хо и в ту же секунду болезненно охнул. Джисон со страхом покосился на парней, что замолчали, пытаясь справиться с болью. – Хан-и, милашка, расскажи нам свой секрет, – ласково обратился к нему бармен, а Джисон охуел от смены тона. С чего к нему такие привилегии? – Не буду, – тихо и со страхом ответил Хан. – Как жаль, – бармен грустно вздохнул, и в ту же секунду тело Джисона пронзило иглами. Ток прошёлся по пальцам и рукам, заставляя зажмуриться и просипеть что-то. На глазах выступают слёзы. – Хан, ты в порядке? – шепчет Хо, пришедший в себя. – Мгм, – мычит в ответ Джи и поднимает голову, смотря на злосчастную камеру. – Мы вам игрушки что ли, чтобы так обращаться с нами? Какое вы право имеете заточать нас здесь и бить током? – Милый, меньше вопросов. Итак, Сынмин, расскажи нам свой секрет. Есть время подумать, – бармен фыркнул в микрофон и принялся считать от десяти до одного. Мин молчал, хмурясь и сжимая губы в линию. Капля пота медленно стекла по его виску. –Пиздец, – тихо прошептал Хан и принялся думать о своих секретах, но не мог вспомнить ни одного, что мог бы трогать его душу. – Сынмин, твой ответ? – Пошёл нахуй! – также бойко ответил Мин, после чего не издал ни звука. Только лицо его побледнело и исказилось в гримасе. – Хо, время рассказать свой секрет. Считаю от десяти до одного, – голос бармена стал скучающим. – Ты расскажешь? – тихо спросил Джисон. Почему-то ему было не всё равно на парня с кошачьей улыбкой. Он однозначно напоминал кого-то, но вот кого… Хан не мог вспомнить. – Нет, – спокойно ответил Хо, делая глубокие вдохи и выдохи. – Твой ответ, Хо? – в ответ молчание. – Как жаль. Хо не издал и звука, даже не поморщился. – Хан-и, твой секретик? – бармен весело поинтересовался у Джисона, а Джи вскинул брови от удивления, не понимая, почему интонация так поменялась на нём. Снова. – Мне нечего рассказывать, – взволнованно ответил парень, понимая, что не может ничего вспомнить. – Подумай хорошенько, милашка. А я пока буду считать, – мужчина принялся вести отсчёт, а Хан лихорадочно соображал над тем, что могло быть похоронено где-то на границах сознания под видом тайны. Счёт окончился, а Джисон замер, понимая, что кое-что он всё-таки вспомнил, что-то, что хотел забыть и благополучно справился с этим. – Твой ответ? – Не знаю, что сказать, – тихо ответил Хан и захрипел от тока, ударившего по конечностям. В отличии от Сынмина и Хо, он не мог сдержать в себе эмоций. Слёзы потекли из глаз. Нет, он ни за что не расскажет эту тайну, даже если ему придётся умереть. – Хан-и? – Хо смотрел на парня, что тяжело дышал и ронял слёзы. – Я в норме, – прохрипел Джисон. – Сынмин, ты решил, что расскажешь нам? – бармен снова незаинтересованно поинтересовался. – Пошёл нахуй, – видимо Мин решил говорить только одно. На этот раз отсчёта не было и ток сразу пронзил руки и ноги. – Хо? – Аналогично, – ответил владелец кошачьей улыбки и стиснул зубы, получая наказание. – Хан-и? Вспомнил что-нибудь? – мягкий голосок, почти что нежный, а Джисон кривится. – Не вспомнил. – Очень жаль. *** Они долго играют в игру, держась из последних сил. Все вспотели так, что пот залил глаза, неприятно пощипывая. – Итак, Сынмин, ты всё также выбираешь молчание? – бармен подустал от однотипных вопросов и отсутствия ответов. – Нет, – слабо ответил Мин. – Я расскажу. Джисон и Хо удивлённо повернулись на Сынмина, не веря тому, что он сдался. Но они его слушали, понимали и не осуждали. – Наконец-то, хоть кто-то из вас решился на это. Слушаем тебя, Сынмин-и. – Ты уверен? – спрашивает Хо и морщится, ещё не до конца отойдя от ударов тока, даже спустя двухминутный перерыв. Хан же, еле вязал слова друг с другом, только ворочал головой, реагируя на события вокруг и заливал собственную кофту слезами. – Дело в том… – Мин поморщился. – Меня возбуждают собаки, – в комнате повисло молчание, даже бармен, хрустящий чем-то, прекратил издавать звуки. – Я никогда не хотел переспать с животным, но у меня встаёт, если я вижу, что на меня смотрят собаки, или, если я вижу собаку. Мне не хочется трахнуть животное, но меня возбуждает их вид, – Сынмин поник и закрыл глаза. – Это мой секрет. Точнее, уже не такой уж и секрет. Джисон послушал Сынмина и понял, какой глупый у него был секрет, но рассказывать его было стыдно, и гордость не позволяла сдаться. – Охуеть, – бармен не сдерживал себя в выражениях. – Отлично. Хо? Что ты выберешь? Молчать или ответить? – Я расскажу, – Хо усмехнулся и пристально посмотрел на камеру. – Мой ужасный секрет заключается в том, что мне нравится садиться на бутылки. Я трахаю себя по вечерам бутылками с водой и кончаю от этого. – Охуеть, – Джисон шокировано посмотрел на парней и зажмурился. Нет, свой секрет он точно не расскажет, даже если его убьют током этим, он не сознается. – Отлично! Хан-и, миленький, расскажешь нам свою тайну? Другие уже сознались, ты один тут отмалчиваешься. – Не расскажу, – Джи стиснул зубы и получил разряд тока. Он вымученно улыбнулся и покосился на парней, что уставились на него с ужасом. – Хан, ты так и умереть можешь, – Сынмин выглядел серьёзно, говоря это. – Пожалуйста, скажи свой секрет. – Нет, – стойко ответил тот и получил новый разряд. – Бля! – Хан, сдайся, – Хо смотрел на парня и пытался понять, что же такое можно скрывать, чтобы не сдаться. – Не хочется, чтобы такой симпатяга умер. – Симпатяга? – Джисон со слезами посмотрел на Хо. – Я симпатичный? – И очень милый. Расскажи секрет, пожалуйста, – Хо улыбнулся и подбадривающе подмигнул. – Не могу. Новый разряд тока, а бармен снова хрустит чем-то на фоне. – Ты там кости тех, кто умер от тока, грызёшь? – Сынмин смотрел на камеру так, будто мог видеть, что происходит по ту сторону. – Неа, собак доедаю, чтобы ты импотентом стал, – бармен хихикает, а после резко становится серьёзным. – Хан, ты всё ещё планируешь молчать? Если не расскажешь, то со следующим твоим игнорированием током будут бить твоих соседей. – Э-э-э, с какой стати? – Сынмин возмущённо дёрнулся. – Ладно… Я расскажу, – Джисон всхлипнул и понурил голову, смотря на свои ноги. – Я купил себе на озоне трусы… Это стринги с изображением слоника и у них есть хоботок, ну… тип мешочек для члена… Вот… Это мои любимые трусы. – И это твой секрет? – Хо смотрел на Хана, пытаясь понять шутит ли тот. – Да… – Джисон всхлипывает от стыда. – Я пойму, если вам теперь противно общаться со мной. – Глупый, – Хо улыбнулся. – Теперь, я хочу увидеть эти стринги на тебе. – Правда? – Хан смотрит на соседа, не веря в то, что он говорит правду. – Бля, снимите себе комнату, а потом флиртуйте, – Сынмин пытался вырваться из пут. – Эй, бармен, ты нас освободишь? – Конечно, секунду, – мужчина сказал пару фраз на английском кому-то, и комната погрузился в полумрак. Стены стали медленно сползать, и Джисон в ахуе уставился на всё это. Парни оказались в зале кафе, где за барной стойкой всё также стоял бармен и кушал чипсы, попивая что-то из бокала. – Как вам напиток? – Освободи нас! – Сынмин дёрнулся в путах. – Хёнджин, бля, когда я говорил придумать новый напиток в меню, я не это имел ввиду! – Но эффектно же, правда? – бармен надул губы и почесал родинку под глазом. – Что происходит? – Хо повернулся и в шоке посмотрел на Мина. – А вы не знаете что ли? – Хёнджин поспешил подойти к привязанным парням. – Сынмин мой босс. Он хозяин кафе. – Ты? – Хан в шоке уставился на Сынмина. – Да ты охуел! – Да я сам не знал о том, что происходит, честно, – Сынмин поднял вверх руки, освобождённый Хёнджином. – Это всё он. – Ну, прости меня, Сынмин, – бармен улыбнулся и освободил других парней, что в шоке переглядывались и охуевали от всего. – Дома поговорим, щенок, – Мин тяжело вздохнул. – Так это правда, что тебя собаки возбуждают? – Завались, – Сынмин тяжело поднялся и посмотрел на Джисона и Минхо. – Простите за доставленные неудобства, можете завтра прийти и заказать в нашем заведении всё, что захотите, я оплачу. – Да ладно вам, думаю, что всё-таки это было неплохо, – Хо посмотрел на Джисона. – Определённо в напитке есть смысл. Хан-и, не хочешь показать мне своего слоника? – А ты готов к тому, что внутри тебя будет что-то помимо бутылки? Все дружно переглянулись и загоготали. Хёнджин радостно выключил подсветку на барной стойке и взял Сынмина за руку. – Значит напиток в меню утверждаем? – Утверждаем, – страдальчески ответил Мин.