Проклятая

Ни Лили, ни Каледония не стали старостами. Старостами вот уже второй год были семикурсники – Вульф и Датч. Тогда, на далеком первом курсе, когда шестикурсники Кристофер Гвенди и Гвендолин Кристи рассказывали им об их новом факультете, староста мальчиков просто пошутил. До первачков тогда и не дошло, что с политикой Флитвика в назначении старост у них просто изначально не было шанса стать этими самыми старостами. Декан всегда назначал старост на шестом курсе. Но лишь в четный год, так как служили избранные на эту должность по два года. А Лили и компания поступили в Хогвартс в 1971! Не то чтоб кому-то из их банды сильно хотелось взвалить на себя эту ответственность. Лили точно не хотела. А вот Каледония, возможно, была бы и не против. Вот только видеть Стеббинса или Гампа на роли старосты мальчиков не хотел ни один из мужской части их компании. Честно, так было даже лучше. Друзья могли немного расслабиться на шестом курсе и заняться дальнейшим воспитанием Локхарта, а Лили – сконцентрироваться на учебе у Флитвика. Декан был очень требовательным учителем. Мастер говорил, что чаще всего обучение на подмастерье занимает два-три года. Правда, некоторым альтернативно-одаренным требовались полноценные четыре. Но декан верил, что даже с дополнительной нагрузкой в виде остальных школьных предметов его новая ученица осилит всё за два. Главное, что в это верила и сама Эванс. Нет, Флитвик на двух годах не настаивал. Настаивала сама Лили. У девушки были планы и было бы глупостью их менять. К концу 1978 года она была обязана уехать из Британии. По всем расчетам, в старушке Англии к тому времени должна была твориться полная хрень. Мафиозные разборки двух группировок. Ордена рыцарей смерти и Ордена паладинов света. Так было в каноне. И, кажется, все шло к тому, чтобы так все сложилось и в этом мире. С поправкой на полгода в ту или иную сторону. И немного другой, чуточку неканоничный Волдеморт никак на это не повлиял. Как-то раньше Лили думала, что став личной ученицей Флитвика, обретет какую-никакую защиту. Что сказать? Да, защита была. Эванс на самой себе почувствовала, как буквально в одно мгновение после того, как по Хогвартсу разнеслась весть об ее ученичестве стала неприкосновенна для всех. Грязнокровка внезапно приобрела ощутимый статус. Как будто ее добавили в пресловутую красную книгу с пометкой «особь находится под охраной государства». Тут, естественно, Министерство присутствовало только косвенно. Основную роль все же играл сам мастер чар Филиус Флитвик. Причем, именно в своей второй ипостаси – в роли лучшего дуэлянта мира. Но Лилина новообретенная неприкосновенность была не единственной гранью ее нового статуса. Девушка неожиданно для самой себя обзавелась еще и странной… привлекательностью. Не внешней, естественно. Колечко-то не снималось. Скорее, она стала привлекательна с точки зрения связей и потенциала. Ее заманивали, ей льстили, ее тянули в посиделки, в кружки, в политические движения, в… Теперь ее хотели, нет, жаждали, видеть везде. Как будто она выиграла в лотерею. Хотя да, выиграла. Так что, Лили здраво предполагала, что в момент, когда она выпустится из Хогвартса, при этом еще не имея титула подмастерья чар, ей тут же поступит предложение, от которого она не сможет отказаться. Все будет обставлено очень аккуратно и в лучших традициях аристократов. С помпой, с бесконечным уважением и с дарами. Не потому, что она такая прекрасная сама по себе. А потому, что будет единственным «свободным» недо-подмастерьем на просторах Англии. Флитвик-то все еще будет в Хогвартсе. А вот она – уже нет. Да и как вообще, сложись такая ситуация, она бы заканчивала обучение? Ежедневно встречалась бы с профессором в Хогсмиде? Вот-вот. Поэтому Лили собиралась костьми лечь, но одновременно получить заветный титул и сдать ЖАБА. И, кстати, теперь министерские экзамены ей можно было сдавать по минимуму. Они ей были даже не нужны. Отныне, никто никогда не запросит ни одного из ее аттестатов. Ну после того, как она получит в свои загребущие ручки кольцо подмастерья чар. Так что, учеба, учеба и еще раз учеба. А ведь еще были друзья, Локхарт и немного кураторства в клубе ворожбы! Без последнего было никак. Ведь не могла же личная ученица декана не ходить в его же кружок? Тут дело было даже не в поддержке мастера. Просто… просто темы, поднимаемые Флитвиком на собраниях этого кружка очень хорошо дополняли ее обучение. А вот ведение личного проекта в кружке теперь было необязательным. Профессор сам так сказал. Лили даже не успела обрадоваться. Один личный проект, на собственное усмотрение, в кружке ворожбы тут же заменился на многочисленные обязательные проекты, выдаваемые ежемесячно ее требовательным мастером. Вот такие метаморфозы. Раньше, когда юная волшебница изучала вопрос своего будущего обучения, она с интересом штудировала брошюрки различных университетов. Ей были интересны темы, которые зачитывались в учебных заведениях для соискателей титула подмастерья в чарах. Цветные броские рекламки пестрели разным - «углубленным изучением пространственной магии», «зачарованием портальных артефактов», «начальной фортификацией фамильного дома» и так далее… Возможно, на теоретических курсах в университетах и учили подобному. Вот только ее личный мастер, Флитвик, предпочитал более практический подход. - Мисс Эванс, скажите, каким вы видите свое будущее? Я знаю, что мы это уже пару раз обсуждали, но хотелось бы уточнить. - В принципе, в моих планах ничего не изменилось. После выпуска из Хогвартса, и, надеюсь, одновременного становления подмастерьем, я планирую пойти работать в гильдию. Вероятнее всего, в Америке… - на последней фразе Лили внимательно посмотрела на декана, но тот лишь согласно кивнул, не выказав при этом никакого беспокойства. - Там я собираюсь провести лет пять, набираясь опыта. Ну и по возможности, занимаясь собственными изысканиями и разработкой заклинаний, которые позже представлю на суд мировой коллегии чароведов в попытке получить звание мастера. - Ага! Вижу, что вы все еще намерены идти путем практика, а не теоретика. Хотя, могу с уверенностью предположить, что вы могли бы сделать очень неплохую научную карьеру в сфере изучения и продвижения чар. - Да, мастер, я понимаю. Но мне все же хочется ежедневно пользоваться магией, решать практические задачи, а не сидеть в лаборатории, - а про себя Лили добавила еще три слова - «в этой жизни». - Мне импонирует выбранный вами подход. Да и в университет вас всегда возьмут и позже. Особенно после блистательной карьеры в гильдии и защиты титула мастера в конклаве. - Да, мне тоже так показалось. Я понимаю, что путь на вершину чароведения через гильдию более тернист, но ничего не могу с собой поделать. - Но, мне бы хотелось прояснить еще один момент, мисс Эванс, вы планируете вернуться на родину? - Обязательно, профессор. У нас с Каледонией и ребятами большие планы. Не хочу пока вдаваться в подробности, но их выполнение зависит от нас всех… - Хм… Как же, как же… Помню я про заявление мисс Гастингс на первом курсе… Будет интересно посмотреть, чем все закончится и чего вы сможете добиться, - хитро прищурился Флитвик. - Кхм… кхм… тогда я немного откорректирую планы на ваше обучение… И… как вы смотрите на то, чтоб на лето остаться в замке? - Мастер! Я не знала, что это возможно! Я… я бы с радостью! – Лили в своем восторге чуть не вскочила с места. - Хо! Да будет вам известно, мисс Эванс, что у меня даже невозможное возможно! – горделиво приосанился этот тролль. - Но лишь ассистентам профессоров. Придется вас оформить и на эту должность. Как думаете, потяните дополнительную нагрузку? - Потяну. А какова ставка ассистента? – тут же приняла деловой тон равенкловка. - Вижу, как у вас загорелись глаза. Зря, кстати. За должность ассистента в Хогвартсе платят всего лишь семь галлеонов в месяц. Но проживание и питание в замке летом абсолютно бесплатно! - Да вы что! – выпучила глаза Лили. - Такие "большие" деньги – и почти никакой работы! - Ага! Сарказм! Я рад, что вы не теряете своего чувства юмора… Оно вам пригодится. Я вас щадить не буду. Но, позвольте узнать, как же ваши друзья? Времени-то общаться у вас почти и не останется. - Они поймут. Мы же Равенкло! Да никто в нашей компании вообще не ожидал, что у нас будет аж два дополнительных года вместе… - и уже тише Лили добавила, - я-то уж точно. А затем профессор рассказал, как конкретно и чему собирался обучать Лили. Они в деталях разобрали, чем же отличался титул подмастерья от обычного «превосходно» по чарам в дипломе Хогвартса. Многим. Очень и очень многим. Лучше всего это объяснялось самим значением слова «подмастерье». Дословно - «работающий под началом мастера». В команде с мастером. Именно в команде. Да, подмастерья прежде всего были членами команды. У личного мастера. В гильдии. При выполнении сложных заказов. Они просто обязаны были уметь работать в паре, в тройке, в четверке и так далее. Казалось бы, в чем проблема? Проблема заключалась в том, что ученики Хогвартса семь лет учились колдовать индивидуально. В одиночку. Маги вообще предпочитали полагаться только на себя. Именно вокруг этой аксиомы и было построено всё обучение в школах магии. И лишь на четвертом курсе на уроках ЗОТИ единожды учениками английской волшебной школы изучалось заклинание для работы в паре. Заклинание орбис закапывало противника живьем под землю. Оно действовало при том условии, если союзник заклинателя левитировал цель в момент произнесения заклинания. Как результат, противник заключался в шар и исчезал под землей. Все. Лили в свое время очень невзлюбила это заклинание, так как ей пришлось исполнять его в паре со Стеббинсом. В понимании мастера чар Флитвика, полноценный титулованный подмастерье должен был уметь великолепно исполнять всего лишь три вещи. Ну и худо-бедно уметь изучать новые заклинания самостоятельно. Но «три кита» для подмастерья были важнее! Первое: он должен был уметь делиться силой и в случае нужды подпитывать напарников. Второе: подмастерье должен был уметь исполнять совместные плетения – причем, как плести свое собственное заклинание, пока другие члены команды «поют» совсем другие ноты, так и колдовать в унисон те же самые чары, что и другие. Одновременно. И третье, так сказать, истинный тест на профпригодность подмастерья - закончивший обучение ученик должен был виртуозно уметь подхватывать добровольно передаваемые ему плетения. Буквально на полуслове. Самым трудным в обучении для Лили, как и для большинства будущих подмастерьев, оказался именно первый пункт. Казалась бы, все просто. Выпусти немного своей магии и передай ее другому. Угу. Вот только волшебникам интуитивно претила сама мысль передачи собственной силы другому магу. Слить магическую силу в заклинание? Проще простого. Зачаровать предмет? Без проблем! Устроить стихийный выброс? Тоже возможно. Целенаправленно передать другому магу тончайшую ниточку подпитки? Ни за что! Только через ее труп. Учиться передаче сил нужно было долго и нудно, ломая укоренившиеся привычки и врожденные инстинкты. Лучше всего в обучении этому трудному моменту помогала техника «реверсивной напитки». Это когда мастер начинал подпитывать ученика, а тот намеренно сопротивлялся подпитке, толкая поток в обратном направлении. Тут мастер начинал отступать, отступать, отступать, пока не отступал так далеко, что ученик и не замечал, как начинал уже не просто толкать энергию назад, а добавлять свою и давить, давить, давить. В итоге, начиная делиться собственной магической энергией. К сожалению, чтобы хотя бы для начала почувствовать подпитку, нужен был едва ли не полностью опустошенный резерв. По-другому почувствовать приток магии мастера не получалось. У Лили так точно. Поэтому девушка провела долгие три месяца, ежедневно опустошая резерв на практику невербалки и беспалочковой магии, а потом под вечер приходила к Флитвику на персональный урок. Ведьма, истощенная чуть ли не в ноль, начинала учиться чувствовать подпитку, а затем и сопротивляться ей. Это было нереально тяжело. Нудно, долго и больно. Лили Эванс, урожденная чистокровная Боунс, с теперь уже очищенной кровью была неимоверно сильной ведьмой. Для нее опустошить свой немаленький резерв было той еще морокой. А уж заставить себя отдавать свою магию… Причем, не важно кому – хоть декану Флитвику, которому юная волшебница безмерно доверяла, хоть Мерлину… Это все равно было проблемно. Из-за неожиданных трудностей расписание занятий с мастером поначалу было особенно плотным. Друзья не видели Эванс вплоть до зимних каникул шестого курса, за исключением редких празднований магических совершеннолетий. Осенью праздников было два. Первый – у Кассиуса в конце октября. Второй – у Гая, в начале декабря. Сумки-артефакты зашли парням на ура. Еще бы! Заготовка из ткани и натуральной кожи была выше всяких похвал, а каскад чар… чары, наложенные Лили, одобрил даже Гай! Эванс после их совместного проекта на четвертом курсе прекрасно знала, что это была очень высокая оценка ее умениям… Из-за загруженности Лили впервые не смогла отлучиться на зимние каникулы к Каледонии. Ей надо было не только учиться, но и помогать профессору с проверкой эссе и заготовкой вспомогательных предметов для уроков чар для первого по пятый курс – ну там, перья, ананасы, и всё такое. Ей все же платили за это какие-никакие деньги. Эванс уж было подумала, что Гастингс расстроится из-за ее отказа ехать к ней на каникулы, но тут оказалось, что к подруге в этом году ехал Кассиус. Так что все сложилось оптимально. Никто не обиделся, что Лили не смогла присоединиться. Две недели каникул в почти пустынном Хогвартсе были необычно тихими. Студентов, не поехавших домой, было немного. Так, человек пятнадцать. Не больше. В основном это были выходцы из малоимущих семей, если судить по потрепанным мантиям, и полукровки из неблагополучных смешанных семей. Такие как Снейп. Носатый слизеринец тоже проводил праздники в замке. И при этом даже не был единственным слизеринцем, решившим не уезжать домой. С Равенкло в замке осталось трое – сама Эванс и еще пара пацанов. Один первачок и третьекурсник. Правда, пересекалась с ними всеми Лили лишь на приемах пищи в Большом Зале. Пришел январь и Хогвартс вновь загудел, как растревоженный улей. Отдохнувшие и переполненные энергией студенты сновали туда-сюда, как пчелки. А Лили наконец добралась до второй ступени обучения на подмастерье, успешно сдав мини-экзамен Флитвику по подпитке. Следующие пять месяцев ведьмочка должна была учиться плести чары в унисон с мастером. Начали они с давно знакомых чар. Левиоса. Первый курс. И оказалось, что у Лили ничего… абсолютно ничего не получалось! Мастер откровенно изгалялся над ней. Менял ритм, интонацию, скорость движения… Все это надо было отслеживать, компенсировать и подправлять. Лили металась, злилась на себя и Флитвика, пыталась расширить свою сферу восприятия… - Мастер, я не понимаю! – в один день в полном отчаянии взмолилась Лили. – Как? Как я должна знать, в какой момент вы решите что-то изменить в заклинании? - Мисс Эванс, не расстраивайтесь! У вас очень неплохой прогресс. Вы просто еще не успели… нащупать... да, именно нащупать момент, когда все меняется. Это придет со временем. - Ну, хорошо, вот я досконально изучу ВАС, и что дальше? Ведь другой волшебник будет колдовать чуть иначе. Это же просто не имеет смысла… слаживание команд в гильдии не может занимать так много времени! А ведь еще есть невербальное колдовство! И беспалочковое! И из других школ магии! Как там можно хоть что-то отслеживать? - Вы правы, вы правы… Что ж, раз вы уже предвосхищаете заранее эту проблему… То я вам отвечу, что имел в виду совсем другое под словом «момент» … - и хитрый полугоблин с ожиданием уставился на свою ученицу. - Эм... вы… вы… говорите о чувстве магии? – пришло к Лили озарение, - как на прорицаниях? - Да! Да! Да! Я знал, что у вас очень острый ум! Давайте, развивайте мысль дальше… - Так… выходит… выходит, что мне необходимо прислушиваться не конкретно к вам. Не следить за палочкой или произношением… Я должна… Да, я должна расширить восприятие и… Мне надо слушать магию. Да! Как говорила на самом первом уроке прорицаний профессор Рэкхем, приводя пример об интуитивном понимании, что изучаемые чары будут работать. Да! Точно! Я просто должна войти в необходимый транс. В определенное состояние. И тогда все станет просто. - Ну… не просто, но да. Проще. Хочу сказать, что вы уже были очень близки к нужному уровню восприятия. Вам мешала лишь некоторая зацикленность на мне. Поверьте, это тоже необходимая стадия обучения. Сначала начать копировать одного волшебника. Затем понять, что этот метод, если его чуть-чуть подкорректировать, подойдет и для других членов команды. А дальше… дальше только тренировки! - Да, мастер. Я поняла. Продолжим? - Ну, если вы еще не слишком устали… Устала… Да. Она устала. Всего за первый месяц второго полугодия устала так, как не уставала никогда. Поэтому, когда пришло время справлять свое собственное магическое совершеннолетие, Лили решила оторваться по полной. Именинница закатила полноценное пиршество, благо теперь это не было чем-то трудным. Домовики были ей в помощь! А еще она впервые не пожалела галлеонов на канонно-фанонный торт от Фортескью. И на пару бутылочек вина. Торт оказался выше всяких похвал. Вино простеньким, но приятным. Компания теплая, а подарки… Подарки были великолепны. Все началось еще утром этого воскресного дня. Урок с Флитвиком оказался тем еще сюрпризом. Мастер подарил Лили знания об одной из его личных разработок. В свое время профессор сохранил информацию об именно этих, изобретенных им чарах в секрете от конклава чароведов. Услышав объяснения о заклинании арресто темпус Лили поняла, как именно сумел выиграть все эти дуэлинговые турниры маленький и, казалось бы, немного неповоротливый полугоблин. Это фирменное заклинание мастера делало ничто иное как, притормаживало течение времени, давая колдующему его волшебнику дополнительную пару секунд для принятия решения в трудной или опасной ситуации! Такое… такое и жизнь могло спасти! Не забыл мастер взять с Лили и клятву о неразглашении об этом даре. Это было понятно. Воскресное утро пара чароведов провела за изучением и отработкой этого нового для одного из них заклинания. Позже Лили еще очень долго училась невербальной и беспалочковой формуле этих чар. Уж если и кастовать нечто подобное, то со всей возможной секретностью! Исподтишка. Этакий козырь в рукаве. Остальные подарки хоть и были попроще, но тоже заставили Лили глупо и счастливо улыбаться. Кассиус преподнес ей пару билетов в магловский театр на парочку разных летних представлений. Парень явно запомнил Лилины стенания об отсутствии у нее культурного досуга, задействовав связи своей мамы для покупки подарка. За что был чуть не задушен в объятиях оживившейся Лили. Каледония преподнесла собственноручно сделанный рунный амулет защиты. Чего только туда не понапихала подруга! Кажется, Гастингс решила, что Лили во время будущей работы на гильдию понадобится нехилая такая защита. Интересно, как долго создавала этот непростой артефакт ее соседка? Адриан, кочующий каким-то непонятным образом каждое лето по всем уголкам мира, отдарился стареньким фолиантом «Магия Америк – от индейских шаманов до жертвоприношений ацтеков». Лили тут же спрятала явно запрещенную в Англии книжицу подальше. Не хватало еще, чтобы ее увидел чаевничающий с ними Локхарт. С того станется изучить все запрещенные темные заклинания! Естественно, в подготовке к битве с будущими Темными Лордами. Гай придумал просто шикарный подарок. Сначала Лили даже не поняла, что означала бумажка у нее в руках. Это оказался купон на официальный министерский портал до США! Все, что ей в будущем потребуется сделать – это заявиться в Министерство, предоставить эту квитанцию и… фьють… она уже в Министерстве магии в Нью Йорке. Этот подарок решал для Лили один из важнейших вопросов! Гай тоже был немилосердно затискан, от чего аж зарделся. Локхарт, уже плотно закрепившийся как полноценный член их банды, преподнес Лили собственноручно сваренный бальзам для ухода за кожей лица. Ах да… Гилдерой же не знал о ее настоящей внешности. Впрочем, из парней не знал никто. Лишь Каледония была в курсе дела. Так или иначе, подарок Лили понравился. Это зелье не преподавали в Хогвартсе, поэтому было приятно вдвойне, что Локи задумался о его изучении ради подарка для нее. После магического совершеннолетия события шестого курса понеслись вскачь. Хотя были и другие подобные дни рождений. В феврале у Каледонии и в апреле у Адриана. Тогда их банда тоже оторвалась по полной. Колдовать Лили стало легче. Семнадцатилетие действительно оказалось этакой магической чертой, после которой уже не было никаких ограничений. Девушка уже не так сильно уставала. Да и научилась она уже совмещать все свои многочисленные обязанности. Научилась Эванс и трансгрессии. Стоимость курса в двенадцать галлеонов оплатил ее мастер. Поход летом в театр по подаренным билетам обещал стать хорошим таким испытанием для ее новых навыков. Добираться из окрестностей Хогвартса до Лондона лучше было именно аппарацией. Но самое главное, что поняла Лили после целого года, проведенного в ученичестве у Флитвика, это в чем именно была разница между титулами подмастерья и мастера. И нет, теперь она считала, что мастерство проявлялось не в изобретении заклинаний, а в виртуозном владении этими самыми заклинаниями. Мастер мог одновременно накладывать сразу несколько чар! Складывалось ощущение, что Флитвик колдовал обеими руками одновременно. А может даже и не руками. А лишь силой мысли. Лили сразу вспомнился тот самый первый урок чар на первом курсе – когда декан воронов одновременно парил, падал, отскакивал, создавал цветы и запускал фейерверки. То представление было настоящим проявлением его мастерства. Все заклинания переплетались настолько гармонично, что не удавалось понять, где заканчивалось одно и начиналось другое. Как если бы мастер плел не просто косичку из трех прядей, а полноценный ковер из множества нитей! Теперь Лили понимала, что пока подмастерья работали в команде, мастер сам по себе БЫЛ той самой командой. Осознать различия в требуемых уровнях силы и умений было просто. Но как же сложно будет перепрыгнуть с одной ступеньки на другую! Волшебница тут же поклялась себе, что обязательно этого добьется. Экзамены были сданы и друзья собирались разъезжаться на лето. А Лили… Лили оставалась в замке.