Вдова

Земля чувствовала себя чужой в этом доме. Она делала всё, чтобы оставаться незаметной: убиралась, мыла посуду, старалась избегать детей, особенно Ганимеда и Европу. Но каждый день ощущала себя всё более загнанной. Луна страдал. Она видела, как он вздрагивает, когда Ганимед проходит мимо. Как его пальцы сжимаются, когда Европа бросает насмешливый взгляд. Как он цепляется за Ио, как осторожно смотрит на Каллисто, пытаясь понять, друг она ему или нет. Как он ищет её взгляд, надеясь, что мать всё исправит. Но она не могла. И это убивало её. Но помимо этого было ещё кое-что. Юпитер. Он изменился. Раньше их разговоры были сухими, деловыми. Но теперь он задерживал на ней взгляд. Не резко, не явно. Но достаточно, чтобы она это заметила. Когда она проходила мимо, он мог слегка коснуться её руки, будто случайно. Когда она что-то спрашивала, он отвечал медленнее, чем нужно, как будто прислушивался не только к словам, но и к её голосу.И когда она входила в комнату, он сразу смотрел на неё. Она не понимала, что это значит. Не хотела понимать. Она не могла позволить себе ещё одну ошибку. Но этот дом с каждым днём становился всё более опасным местом. Для неё. Для ее сына. И теперь… ещё и из-за пятого. Терра старалась держаться подальше от Зевса. Но это не всегда получалось. Он был везде. Когда она мыла посуду, он мог появиться на кухне, взять кружку, но не уходить сразу. — Ты выглядишь уставшей-однажды заметил он, рассматривая её лицо. Она не знала, что ответить. — Всё в порядке-привычно солгала она. Он не поверил. Она это поняла по тому, как сжал губы. Когда она убиралась в библиотеке, газовый внезапно вошёл и закрыл за собой дверь. Просто чтобы спросить: — Как тебе у нас? Земля замерла, крепче сжав тряпку в руке. — Хорошо-опять солгала. Юпитер кивнул, но в его взгляде было что-то странное. И самое страшное Гайя не могла понять, что именно. Очкастый был серьёзным, добрым, но... Она видела, как он смотрит. Не так, как смотрел Ирис, перед тем как сорваться. Не так, как смотрел Венера, когда хотел её для себя. Старший смотрел иначе. Глубже. Он изучал её. Как будто пытался понять, что у неё внутри. И это пугало. Потому что если он поймёт… То увидит то, что она так отчаянно скрывала. Третия чувствовала, что трещины, которые она так долго заделывала, снова начинают расходиться. Пятый не давил. Не задавал вопросов напрямую. Но от этого было только хуже. Он просто наблюдал. Когда она нервно поправляла волосы. Когда вздрагивала от громких звуков. Когда её рука чуть подрагивала, если она подносила чашку чая ко рту. Юпитер видел всё. И Земля это знала. Она не хотела ни с кем сближаться. Но он… Он будто нарочно.. Он был слишком заботлив. Мог предложить присесть, отдохнуть. Она отказывалась. Но однажды он просто взял её за руку и усадил. — Ты всё время на ногах-сказал он спокойно, без давления. Но этот жест. Этот голос. Он не был похож на приказ Ириса. Не был похож на уговаривания Венеры. Юпитер просто заботился. И это ломало её изнутри. Она не заслуживала этого. Она не имела права. Если бы он знал, кого впустил в свой дом… Если бы он знал, что она сделала… Но он ничего не знал. И продолжал смотреть на неё так, как никто никогда не смотрел. Терра чувствовала себя неуютно. Пятый становился всё ближе, но не физически морально. И это было куда страшнее. Он не давил, не требовал, не пытался её контролировать. Но именно это и сбивало с толку. После Ириса она привыкла, что мужчины либо подавляют, либо требуют, либо мучают. А Юпитер... просто был рядом. Он мог невзначай спросить: — Как ты спала? Мог оставить для неё чашку кофе по утрам, даже если она не просила. Или просто молча находиться в одной комнате, создавая ощущение защищённости, которого она не испытывала уже много лет. Но Земля не могла расслабиться. Она боялась, что если позволит себе поверить в его доброту, то рано или поздно он тоже обернётся монстром. Как Ирис. Как Венера, в каком-то смысле. Как все. Но самым страшным было то, что сердце предательски начинало биться быстрее, когда Юпитер случайно касался её руки. Когда он смотрел слишком долго. Когда говорил её имя особым, тихим голосом. Земля пыталась убедить себя, что ей всё это кажется. Что Юпитер не уделяет ей слишком много внимания. Что он просто ведёт себя так, как и должен-заботится о своих людях. Но почему тогда он не смотрит так на других? Почему только на неё? Она пыталась не замечать. Но его взгляд... внимательный, оценивающий, но при этом… тёплый.. преследовал её даже тогда, когда его не было рядом. Юпитер не задавал вопросов, но молчаливое присутствие давило сильнее, чем могли бы любые слова. И самое страшное: Земле нравилось. Нравилось, что он замечает, когда она устала. Нравилось, что он оставляет ей чашку кофе, хотя она ни разу не просила. Нравилось, что в его голосе нет ни упрёка, ни приказа, ни притворства. Но позволить себе это было нельзя. Она знала, к чему приведёт любая привязанность. Сначала тепло. Потом боль. Потом смерть. Юпитер не мог знать, что она сделала. Не мог догадываться, что каждый его жест доброты сжигает её изнутри. Что его внимание ей не нужно. Что она не заслуживает быть рядом с ним.

***

Этот день был странным. Юпитер всегда был спокоен, серьёзен, но в тот раз… что-то изменилось. Он был слишком мягким. Слишком внимательным. Как будто позволил себе переступить какую-то границу, которую раньше строго соблюдал. Когда Земля убиралась в библиотеке, он вошёл без стука как обычно, но вместо того, чтобы просто пройти мимо, остановился. — Тебе не нужно так надрываться-его голос звучал тепло. Она не подняла глаз. Но когда он подошёл ближе, она почувствовала его запах — лёгкий, дорогой, совсем не резкий, не давящий, но отчего-то заставляющий сердце сжаться. — Я справлюсь-тихо ответила Земля. — Я знаю-Юпитер улыбнулся. Но что-то в его улыбке было неправильным. Не опасным. Слишком… личным. Когда она пошла на кухню, он снова был там. — Ты ничего не ела- заметил он. Земля машинально опустила взгляд. — Я не голодна. Юпитер вздохнул, но не стал спорить. Он просто поставил перед ней тарелку с тостами и ушёл, ничего не говоря. Но самое странное произошло вечером. Когда Земля устало вымыла руки и направилась в коридор, Юпитер вдруг оказался слишком близко. Она даже не услышала, как он подошёл. А потом лёгкое прикосновение. Его пальцы осторожно убрали прядь волос у неё за ухо. Она застыла. Не смея дышать. Не зная, что делать. — Ты ведь не боишься меня, правда?- его голос был слишком тихим. Слишком тёплым. Слишком опасным. Земля не знала, что сказать. Она смотрела в его глаза, и там не было ни угрозы, ни давления. Только что-то, что она не могла позволить себе понять. Юпитер ждал. А потом вдруг опустил глаза и тихо выдохнул. — Прости. Я не хотел…- он сделал шаг назад, но Земля почему-то осталась на месте. Он всегда держал дистанцию. Но сегодня был не таким, как всегда. — Я давно хотел сказать тебе…- он замолчал, словно собираясь с духом. — Земля, я знаю, что у тебя было тяжёлое прошлое. Я не спрашиваю, что случилось. Ты скажешь, если захочешь. Но я не могу больше делать вид, что ничего не чувствую. Её сердце замерло. Юпитер… чувствует? — Ты не просто работница в моём доме.-он смотрел на неё так, что становилось страшно. — Ты мне дорога. Воздуха не хватало. — Я не прошу ничего взамем..- его голос был твёрд, но мягок. — Я просто хочу, чтобы ты знала. Земля сжала кулаки. Нет. Он не должен так говорить. Не должен смотреть на неё так. — Мне… мне пора- выдавила она и резко отвернулась. Она не знала, куда идёт. Просто хотела сбежать. Потому что если она задержится, то сделает что-то непоправимое. Как уже делала раньше. Земля закрылась в своей комнате, заперла дверь, прислонилась к ней спиной и медленно сползла вниз. Юпитер не должен был так говорить. Не должен был так смотреть. Не должен был делать её слабой. Она обхватила себя руками, пытаясь унять дрожь. Его слова… они звучали слишком правильно. Но ведь так не бывает. Не должно быть. После всего, что она сделала, после всего, что она пережила, Земля не имела права на это. Она разрушила свою жизнь. Юпитер не знал, кто перед ним на самом деле. Он видел в ней кого-то другого. Ту, кем она была когда-то. Но той Земли больше не существовало. — Ты мне дорога. Сердце сжалось. Её всю затопило паникой, ужасом. Она не могла себе этого позволить. Нельзя, нельзя, нельзя. Она уйдёт. Уйдёт, пока не поздно. Она не может допустить, чтобы он узнал правду. Но… почему так больно? Земля думала, что не уснёт этой ночью. Но сон всё-таки накрыл её тревожный, рваный, полный теней и чужих голосов. Она проснулась резко, в холодном поту. На секунду ей показалось, что рядом кто-то есть, но в комнате было тихо. Только Луна сопел в своей кроватке. Земля с трудом выдохнула, провела рукой по лицу. Юпитер… "Ты мне дорога." Эти слова не уходили из головы, как бы она ни пыталась их вытеснить. Она думала, что привыкла жить в страхе. Что сможет его контролировать. Но почему тогда её тянуло к нему? Почему его голос всё ещё звучал в её ушах? Она не знала, сколько так просидела, прежде чем решилась выйти. Только чай. Она просто выпьет чай и вернётся. Тихо, осторожно, чтобы никто не услышал. Но когда она вошла на кухню, он уже был там. Юпитер сидел за столом, задумчиво глядя в одну точку. В руке кружка с остывшим кофе. Она замерла, но он тут же поднял голову. — Не спится?-голос был низким, мягким. Земля хотела отвернуться, уйти, но не смогла. Он выглядел… уставшим. Слишком спокойным. Слишком настоящим. — Да-тихо призналась она. Юпитер жестом указал на соседний стул. Она колебалась. Но всё же подошла. Между ними было всего ничего пара сантиметров воздуха. — Я не хотел тебя пугать-сказал он после долгого молчания. Земля опустила глаза. — Я не испугалась. Ложь. Она боялась до дрожи. Не Юпитера. Себя. Того, что он правда мог быть другим. — Я не хочу, чтобы ты уходила-его голос звучал так, будто каждое слово давалось с трудом. — Но если решишь, я не стану тебя останавливать. Земля стиснула пальцы. Он должен злиться. Должен требовать, настаивать, как делали другие. Но нет. Он просто… принимал. — Почему?-вдруг вырвалось у неё. Юпитер посмотрел на неё долгим, внимательным взглядом. — Потому что я хочу, чтобы ты сама решала, где тебе быть. Это было неправильно. Она не привыкла к этому. К свободе. К тому, что кто-то не хочет её сломать, подчинить, забрать себе. Именно это было страшнее всего. — Я…- она осеклась, чувствуя, как внутри снова что-то рушится. Юпитер ждал. Не давил. Не торопил. Просто сидел рядом. Как будто он никуда не торопится. Как будто готов ждать столько, сколько нужно. Она не выдержала. Вскочила, отступила на шаг, потом ещё. — Я не могу-прошептала она. — Прости. Юпитер не остановил её. Не бросился за ней. Просто смотрел. А Земля почти побежала обратно в свою комнату, задыхаясь, будто бежала от чего-то неизбежного. Она должна уйти. Должна сбежать, пока не поздно. Но почему-то пальцы сжались в кулак, как будто она хотела удержаться здесь ещё хотя бы на немного.