Отель "Онфан"

Было около десяти вечера. В допросной комнате уже час горел свет. В окнах мелькали многочисленные тени. Они вскакивали, активно жестикулировали, что-то доказывая, ходили из стороны в сторону. Дотторе, связанный по рукам и ногам, сидел на железном стуле с опущенной на грудь головой. Напротив него сидела Яэ Мико. Её лисьи глаза пытались ухватить хотя бы что-то в словах, жестах или мимике доктора, но ничего не выходило: на все вопросы он отвечал односложно и уклончиво. Возле двери из допросной, опираясь на стену спиной, стояла Кокоми в форме. В руках она вертела дубинку. Яэ отодвинулась от стола с глубоким вздохом: — Я не могу с ним. Давай ты попробуешь. Девушка встала со стула и уступила место матери. Дотторе слегка поднял голову с неявным интересом. Кокоми не стала садиться. Она зашла со спины к доктору и наклонилась, шепча: — Ты можешь пойти на сотрудничество, сократив себе срок. Дотторе молчал как рыба. Через полминуты тишины тяжёлая металлическая дубинка с силой опустилась на спину мужчины, заставив его прогнуться и вскинуть голову с ярым хрипом. —Будем говорить?!— Криком обратилась Кокоми к доктору. Мужчина пару секунд тяжело дышал, кашляя, но потом выпалил: — Будем. Записывайте. В апреле прошлого года Арлекино только взяла в свои руки бизнес мужа, старалась встать на ноги. В это же время Дотторе под видом учёного заселился в один из номеров. Увидев упадок отеля, он предложил сотрудничество с формулировкой "во благо науки". За круглую сумму Арлекино согласилась. Её задачей было заселять детей в отдельные номера под предлогом отдыха родителей. Далее Муалани, посредник между владелицей отеля и доктором, подкладывала игрушку с камерой в номер ребёнка. Зачастую, это были плюшевые мишки, иногда зайчики или собачки. Суть была одна: через камеру отслеживалась активность подопытного. Когда он засыпал, приходили люди, вкалывали сильное снотворное и уносили безвольное тело в подвальное помещение. Доза снотворного была едина для всех детей: это был очень большой риск. Маленькие дети могли не проснуться, а старшие наоборот — слишком быстро. Что происходило с детьми дальше, знала только Муалани и сам доктор. Разве что девушке позволяли только вкалывать препараты. После фактического признания Дотторе было открыто дело на Арлекино и Муалани. Доказательства нашли быстро, и суд признал всех трёх виновными. С Кли оказалось всё хорошо. Её отдали к психологу, который вскоре помог справиться ей с пережитым. Отряд штурма ФСБ приставили к наградам. Побывав в настоящем пекле, испытав страх за заложников, Яэ Мико и Чун Юнь подали в отставку. Дилюка и Кокоми объединили в одну группу, и они успешно завершили ещё несколько дел, но под давлением семьи оба ушли из ФСБ.