Осень

      Тошнота подступает к горлу. Которые день и ночь подряд, я падаю на пол, обнимаясь с унитазом. Изо рта лезет недавний ужин. Так и знала, что не стоило есть сегодня. Два часа ночи, а я здесь... С унитазом. В принципе, меня всё устраивает, кроме тошноты. Во рту всё ещё неприятный вкус. Я учащённо дышу, боясь отойти от белого друга. Он скоро станет мне роднее матери. Будет смешно. Неожиданно раздаётся стук. — Саш? — спрашивает мой муж за дверью. Какого чёрта он встал в два часа ночи?! Это только я такая долбанутая, а он явно давно в харю не получал. Обычно пушкой не разбудишь. Как же не вовремя он появился. — Всё в порядке? — Да. Иди спать. Я сама разберусь. — грубо отвечаю. Наверное стоит потом извиниться. — Котёнок... Когти спрячь... Ты уже третий раз сюда бежишь посреди ночи... — его голос довольно сонный и уставший, возникает желание его обнять. Университет не щадит своих работников осенью. Это самое трудное время для препода. Он часто сильно устаёт. От этих мыслей наворачиваются слёзы. Когда я стала настолько сентиментальной? — я просто... — хочу сказать, что-то хорошее, но получается, как всегда, — ...просто изменяю тебе... С унитазом... Его Павлуша зовут. Он крутой, краш просто. Так что все... Отстань. — нуну.. — ревниво бросает Артём. Мне сразу вспоминается, как он объяснял клею, что не попацански он поступает, когда ко мне клеится. Конечно это было всё в шутку... Но выглядело очень убедительно. — Удачи вам, с Павлушей.       Невольно задумываюсь... А не ждёт ли Павлушу серьёзный разговор? Это было бы смешно. Артем может и такое учинить. В шутку или нет, но может. А если сказать ему, что я ещё на унитазе голой задницей сижу? Хотя нет.. Хана тогда Павлуше. Глубоко вздыхаю и медленно погружаюсь в сон. Меня всё ещё тошнит, поэтому уж лучше я останусь рядом с Павликом. Он хороший мальчик и хороший любовник. И всё же... Спать с туалетом? Как же тупо, но удобно. Ладно, Павлуша тоже не против, хотя может мне это мерещится и я сошла с ума. — черт...       Меня снова тошнит.       ***       На улице пасмурно. Выпал снежок. А ещё в начале октября были прекрасные красные листочки... Люблю осень, но рано начинающаяся зима всё портит. А ещё в конце октября мой день рождение. Я об этом постоянно забываю. Мне уже... 27? Или 28?... Не помню. Не слежу за этим лет с 18 точно. Зато мои друзья из-за того, что пропустили мои предыдущие дни рождения, решили ввести традицию закатывать великий бухич на мое день рождение. Это замена старой традиции попадания в больницу. Начиная с школы я стабильно пропускала свои днюхи на больничных койках. Правда после 23 многое изменилось... В 24 я в больницу не попала, в 25 попала через неделю после дня рождения, в 26 Артем умудрился заставить меня провести весь день в кровати, из-за чего со мной даже дома ничего не случилось, а вот теперь мне 27... И как дело пойдёт на этот раз, я не знаю. Но пока все нормально. Я и Полина идем к ним с Олегом на хату после прогулки. Сейчас у них в квартире только Рита, жена нашего друга Андрея и наша подруга, её сын Александр и дочь Полины... Тоже Александра. Так уж завелось, что в нашей компании все со странностями. И одной из таких странностей является желание называть детей в честь меня. Так что эта двое были обречены на тяжелую судьбу, когда получили свои имена, но это не важно. — как ты это пьёшь... — поморщилась я, чувствуя этот приторный ад во рту, когда я отпила кофе из стакана Полины. — Ещё и эта приторная шоколадка... Господи... Кто ты, чудовище? — от такого количества сахара у меня чуть ли не кружится голова. Я мигом спешу отпить свой двойной эспрессо, но забываю о том, что он слишком горячий. — Вашу мать! — я чуть не проливаю свой райский напиток, чувствуя как жжёт язык из-за кипятка, а в горле сплошная сладкая отрава. — Хоть ещё раз я соглашусь выпить эту гадость... — говорю я и ворочаюсь от супер сладко-адского капучино Полины. Там вообще есть кофе? — М-да... Тебя не перевоспитать. — Полина отпивает из стакана эту сладкую отраву, отправляя в рот шоколад. Меня тянет блевануть. — Я всего лишь добавила двойную порцию сиропа с шоколадом, ещё столько же корицы добавила... И ежевики побольше... Как по мне он вышел даже не достаточно сладкий... — от этих слов меня перекашивает. Я чувствую как мой желудок медленно вешается от содержимого этой адской примеси. — Если я блевану... Убирать придётся тебе. — говорю я. Она закатывает глаза и спешит открыть дверь ключом. Мы заходим в подъезд вместе с подругой. Хотя я сомневаюсь, что могу её так называть, учитывая, что некоторое время назад, она пыталась меня отравить, дав попробовать свой ужасно сладкий капучино. Мне теперь хочется пить, а нам ещё переться на 4 этаж... Какой же Олег идиот, не мог снять квартиру хотя бы на 2-м? — Ещё чего.. — фыркает девушка, допивая свой адский напиток. Она идёт вперёд — поговори мне ещё тут... — я отпиваю чуть остывший эспрессо, топая за ней. Какое блаженство ощущать этот горький привкус во рту. Правда обожжённый язык всё портит.       Мы идем молча, стараясь не нарушать эту идиллию. А если быть точнее, мне просто страшно смотреть в сторону своей подруги, доставшей очередную приторную шоколадку с жидкой манговой начинкой. Меня реально скоро стошнит. Когда мы добираемся до 3 этажа, я уже успеваю мысленно дописать завещание. Мой кофе закончился, как и нервы, а вот сладости у Полины в рюкзачке всё не хотели заканчиваться. Чувствуя, как со мной здоровается недавно съеденный пирожок с капустой, я бросаю подругу и забегаю на нужный этаж, находя квартиру друзей. Затем как можно скорее открываю дверь запасным ключом. Как классно, что Олег с Полиной доверил мне дубликаты ключей от своей квартиры. Я вломилась внутрь и тут же побежала в туалет, чтобы лично поздороваться с их унитазом. Меня всё-таки вывернуло наизнанку. Я нажала на смыв и поднялась на ноги, чувствуя, что меня всё ещё воротит. Так что примерно на полчасика я селюсь в туалете, периодически вступая с унитазом в близкий контакт. Да меня конкретно вывернуло. В это время ко мне пару раз приползает крестница. Саша смотрит с сочувствием на моё положение... Хоть кто-то меня понимает и поддерживает. Рита уже ушла вместе с сыном, так что у нас теперь чисто девчачий коллектив. Две Саши и одна Полина. Что-то на меня странном.       На самом деле, происходящее со мной, это вовсе не отравление и тем более не какая-то случайность. Такое происходит уже 5-й день подряд. Ребята не придают этому значение. Артём говорит, что надо нормально питаться и уже составил мне план завтрака, обеда и ужина, обещая насильно накормить меня. Полина говорит, что во всём виноват алкоголь, а Олег считает, что я просто долбанутая. Максим... И остальные байкеры, просто меня бьют, а ребята с работы советуют посетить хорошего гастроэнтеролога. Родителей я этим не беспокою, у них итак много проблем. В любом случае.. Никто из моих друзей не прав, ставя мне диагноз. Зато я догадываюсь, что могло являться истиной причиной моих проблем... Я смотрю на крестницу, затем на Полину, которая пришла, чтобы протянуть мне активированный уголь и понимаю, что смысла отрицать нету. С вероятностью 90% мои догадки верны. — Полин... — выдыхаю я, — ...у тебя есть тест на... На беременность? — меня передергивает от стыда. — Что блять... — только и может выдавить из себя Полина. — Ясно... Спасибо. — я берусь за телефон и звоню Олегу, пока Полина оседает рядом со мной, переваривая информацию. Дозвонившись, я делаю глубокий вдох. — Олежик... Вы ещё в магазине? — я стараюсь сохранять спокойствие. — Мм да, а что такое? — отзывается Олег. — Артём с тобой рядом? — мой голос кажется дрогнул. Проклятие. — нет, они с Максом сруться около молочного отдела... Я же застрял в алкогольном... Мы же не можем твоё день рождение оставить без алкоголя... Ты нам голову оторвешь. Выбираю самый лучший. — парень усмехнулся. — Отлично... — выдыхаю я, зря он сказал про алкоголь, теперь мне хочется выпить. — Возьми ещё сок... Мой любимый ... Ананасовый ... Три пачки. И... — я сглатываю, пытаясь ровно дышать. — И тест на беременность... — на конце трубки слышится звук падения. — Артем всё это время был рядом... Да?... — но Олег не отвечает, слышатся помехи и недовольное рычание. Там явно происходит что-то страшное. Надо было звонить Максиму, он бы точно назло Артему сделал бы всё по-тихому. — Да, я блять здесь стоял... — неожиданно слышу голос своего парня из трубки. — Ты беременна?... Именно поэтому тебя тошнит? Сука... Как же я не догадался... — Я тебе без теста... Ничего не скажу, — пытаюсь ответить спокойно, но голос дрожит. — Я не Ванга... И узиста личного, ну или на крайняк гинеколога, у меня нет в данную секунду. — я начинаю нервно стучать пальцами по коленке. — Меня просто уже который день выворачивает... Я чувствую, что унитазы скоро станут моими друзьями... Так что... Будь хорошим парнем и принеси мне этот гребанный тест... — я всхлипываю и я уверена, что мой плач слышен в трубку. Какого черта? — Вашу маму... Артём ты... — Ладно.. Я понял... Я идиот. Знаю, люблю целую... Тест куплю. Только не плачь пожалуйста... — с этими словами парень ложит трубку. — Ахуеть... — в очередной раз материться Полина. — Ахуеть... — повторяет моя крестница. Вот же родители ей попались. Материться начала раньше, чем сказала "мама" или "папа". — Папа не косёл, папа пидр.. — о, у ребёнка пополнение в лексиконе. — ... Ещё ничего не известно. — успокаиваю то ли саму себя, то ли подругу, по моим глазам всё ещё катятся предательские слёзы. — Можно я буду крёстной?... — спрашивает Полина, а я думаю о том, что она явно пропускает мимо ушей мои слова. Но из-за неё я впадаю в истерику. И теперь успокаивать приходится меня.       Через некоторое время, в дом вламываются ребята. Это понятно по матам, крикам и щелчку замка, который следовал перед этим. Моя крестница с воодушевлением прислушивается к матам. Кажется её лексикон снова повысился. Думаю к 2 годам Саша уже познает весь мир. Полина закатывает глаза и тащится к входной двери. Некоторое время назад, подруга успокаивала мой неожиданный выплеск эмоций, поэтому мои глаза покраснели, а в руках у меня сейчас была кружка кофе. Чтобы немного успокоиться, я считала плитки на стенах. Это немного помогало, правда не особо эффективно. В следующую секунду дверь в туалет открывается и заходит Артём с тестом в руках. А я всё так сижу рядом с унитазом и кружкой кофе. Моя крёстная уползает через открытую дверь. — я думала я здесь помру.... — я хочу подняться и обнять Артёма, но гордость не позволила. — А быстрее нельзя было?... — спешили как могли. — парень нервно выдохнул и подошёл ко мне, поднимая на ноги. Убедившись, что я стою, он дал мне тест, прижимая к себе. От его объятий стало легче. — я хочу мальчика... — а я хочу одну полоску... — хотя если девочка.. То она будет такой же ахуительно красивой, как и ты, — он поцеловал меня в губы. Я уверена, что плачу. Отстранившись, он усмехается, соприкоснувшись своим лбом к моему. — Блять... Ты же знаешь, как я тебя люблю?... Хотя даже смысла спрашивать нет. Конечно знаешь, — он улыбнулся и начал вытирать мои слезки, целуя меня в щёчки, так мило. — Артем... Ты.. Ты... — я всхлипываю не в силах договорить. — знаю. Я козел, придурок и так далее... Но за это ты меня и любишь.       Ну вот зачем он это сказал? Я плачу ещё сильнее, не в силах остановиться, а этот гад улыбается, как придурок. Он прижимает меня к себе, убаюкивая. Я прижимаюсь к нему всем телом, утыкаясь носом ему в грудь. Мы стоим так долгое время. Я не решаюсь завершить эти секунды. Но... Пора. Я отталкиваю его, в он собака отстраняется, но не до конца. — Всё, давай иди отсюда. Не буду же я при тебе.... — Понял... — парень чмокнул меня в щеку и всё-таки ушёл. — ну вот мы и одни... Кеша. — да именно так я назвала унитаз друзей. Надо же мне было с кем-то общаться. Надеюсь Павлуша не будет ревновать...       Я сделала этот гребанный тест и стала ждать. В голову приходило всякое. От ожидания , я достигла полной стадии сумасшествия и начала жаловаться Иннокентию на Бориса. Так я назвала тест на беременность. Думаю унитаз был со мной согласен, так подсказала моя шиза. И вот, когда пришло время смотреть на результат, я глубоко вздохнула и посмотрела на Бориса... Ну то есть на тест... На беременность. Мне кажется мой Павлуша уже плачет... Туалетными слезами. Мои мысли сменялись одна за другим... Но всё же. Две полоски. Черт. Да, я попала в те "счастливые" 90%... Хотя это неудивительно. Вероятность была слишком высока... Я бы больше удивилась, если бы не попала. Но от этого не легче. Мы не планировали ребёнка. Артём препод. Я вечно пропадаю в морге.. Мы недавно только поженились. А дети? Я не представляю, как мы будем разрываться. Полина очень медленно растёт по карьерной лестнице из-за их с Олегом Сашки. Она даже задумывается уйти с работы на другую. А я? Работа судмедэксперта для меня была самым ценным. Я столько лет пахала, чтобы из-за ребёнка моя жизнь шла под откос? Я боюсь. Я боюсь этого. Мне не хочется даже думать о том, что я могу потерять всё. У меня было столько планов! Я не хочу быть домохозяйкой, не хочу быть матерью. Эта жизнь не для меня. Я выдыхаю. Слишком нервно я восприняла всю ситуацию. Ведь не всё так плохо? Мои родители могли бы помогать нам... Отец Артёма тоже. Я уверена, что они будут только рады. А Артём... Мы же вместе справимся? Всегда справлялись, значит и сейчас получится. Взяв Бориса в руки, прощаюсь с своим отныне лучшим другом Кешей (Павлуша не ревнуй, ты круче, ты мой любовник) и, на свой страх и риск, направляюсь к своим друзьям. Когда я прихожу в зал, чтобы огласить вердикт, вся компания нервно сидит на диванах. За ними даже смешно наблюдать. Особенно за Артёмом. Он то улыбается как идиот, то хмуриться. Вот он, настоящий папаша.       Стоило мне войти, на меня поднимают взгляды. Стало не очень уютно и я крепче сжала Бориса.... За талию? Или что это у него... Не суть. Дождавшись когда все меня заметят... Я сделала глубокий вдох. — ну что дамы и господа... Плачьте от счастья... я беременна. — с этими словами я показываю тест. — Борис... То есть тест показал две полоски... Можете поздравить будущего папашу... Чтоб я ещё хоть раз согласилась на пьяный секс без презерватива... — я всхлипнула. — 9 месяцев без алкоголя... Какая же ты всё-таки тварь Артём... — я заплакала сильнее. — Оо.. Токсикоз... — шокировано выдал Олег. — Ура! Я буду крёстной! — с этими словами Полина подбежала ко мне, крепко обнимая. — Пиздец... У меня будет сын... — Артём заулыбался как ненормальный. — Надеюсь будет дочь... — выдыхает Турбо, он шокирован не меньше моего парня, я уверена. — Иначе с твоими генами... Отбитый сын получится. — фыркнул Макс. Они некогда не поладят. — Да идите вы все... — не выдерживаю я, крепко сжимая Полину в объятиях. Она кряхтит, готовясь умереть в моих руках. — Я без бухла осталась, а вы, даже не сочувствуете... — в следующую секунду я уже рыдаю. И в правду токсикоз. — Котёночек... — усмехнулся Артем, со скоростью света отказавшись рядом, вырывая Полину из моих смертельных объятий, чтобы взять меня на руки, прижимая к своей груди. Я тут же беспомощно прижимаюсь к парню, утыкаясь ему в шею, продолжая реветь. — Ну котёнок, тише... — он улыбается и целует меня.       Если он думает, что я успокоюсь, из-за какого-то поцелуя в губы... Правильно думает. Слезы отходят на второй план. Я поверженно расслабляюсь, а по окончанию поцелуя, прижимаюсь к Артёму. Он же вытирает мои слёзы. — Так... А теперь мы идём домой. — говорит парень. Ох зря он это сделал. Я тут же бросаю на него злой взгляд и впиваюсь в шею зубами. — Сука... Ебанный токсикоз... Блять... Саня! — мы никуда не пойдём. — говорю я, вырываясь из его объятий и вставая на ноги. — Да. — Макс тут же обнимает меня сзади, Артём меняется в лице. — Саня будет с нами. Так что отвали. — он показал ему фак. Придурки. — Ахуели... Саня моя шлю.. Кхм пожружка. — вставляет свои пять копеек Олег. — Вы что там блять... Она со мной останется. Хуй вам, а не Саня. Мы с Полиной конфискуем её. — Да! — выкрикивает Полина и вырывает меня из объятий Турбо. — мы лучше о ней позаботимся. — моя шлюшка... — говорит моя крестница, обнимая меня за ногу. В зале воцаряется молчание. — да идите вы все... — говорю я. — я еду к маме и папе. — с этими словами я вырываюсь из объятий подруги и крестницы. — Но сначала... Где мой сок? И я... Я мороженое хочу...       Ну все. Начались весёлые деньки. Интересное начало осени... Самый сумасшедший день рождения.