Объятия луны и пламя солнца

Фаенон был примером отличника и действительно прилежного ученика, он был будто рыцарь, с неизменной улыбкой на лице, вежливостью и состраданием ко всем и каждому. Бледные платиновые волосы, голубые глаза и добрый взгляд, все это так восхищало учителей и учеников, что бесспорно любовались этим прекрасным «рыцарем». Он был из приличной и довольно богатой семьи, всегда был собран и учтив, очень хорошо знал манеры и никогда не зазнавался, став, без сомнений, гордостью своих родителей. Чуть ли не лучший ученик в классе, да что там, в школе, как таким сыном не гордиться?  Но с относительно недавних пор в его классе появился парень, который был полной противоположностью этому «рыцарю». Вспыльчивый, словно взрывное пламя, и довольно грубый, он всегда говорил то, что думает, и не обращал внимания на мнение окружающих. Донельзя прямолинейный и пофигистичный. Мидеймос. С самого начала, с первых же секунд, все ожидали войны и распрей между ними, и первые несколько диалогов вполне можно было списать на это, но потом.. Особо внимательные ученики сразу заметили как эти двое стали сидеть рядом, как частенько обедали вместе и обсуждали что-то не особо важное, даже умудряясь не переубивать друг друга. Только тогда люди поняли, что эти двое не враждовали всерьёз, а скорее просто соревновались, проверяя друг друга на прочность. Да, совсем быстро они стали друзьями. Казалось бы, полярно разные люди, огонь и лед, но так идеально дополняли друг друга. Высокий Мидей, с детства увлекающийся спортом и борьбой, а потому имевший крепкое телосложение, с копной вечно взлохмаченных рыжих волос, с нарочно покрашенными концами и выцветшей макушкой, и по обыкновению собранных в хвост. Привычная немного мятая рубашка с расстегнутым воротом и футболкой под ней, обычные потертые брюки и убитые напрочь кроссовки, из-за постоянных вылазок на заброшки и прогулок на скейте. На шее всегда цепочка с простеньким кулоном, в кармане наушники и такой же убитый телефон, что непонятно как еще был жив. Руки как всегда со сбитыми костяшками и царапинами, синяками, а на одном ухе серьга. Эдакий хулиган и плохой парень, но в него были влюблены многие девушки в старших классах. Грубый и недоступный, он был почти безэмоционален, исключая, разве что, раздражение и злость. Фаенон же был абсолютно другой. Волосы были светлые до ужаса и довольно мягкие, глаза светились жизнью и подчёркивались густыми ресницами, руки были чуть более ухоженные и тонкие, на теле всегда красовалась выглаженная школьная форма, рубашка с подраспущенным галстуком, пиджак и брюки из одного комплекта и кожаный чокер, что изящно подчеркивал шею. Обходительный и с хорошими манерами, он вызывал восхищение и любовь людей вокруг, стремясь помогать и учиться. И никто никогда не знал, что же творится у него на душе и почему у такого солнечного парня иногда был до такой степени убитый взгляд, что становилось жутко и страшно.  И в какой момент все пошло под откос? Наверное, в тот самый миг, когда в юношеском сердце проснулся интерес к этому колючему новенькому, когда завязалась их первая драка, или же в тот самый момент, когда Фаенон весь раскрасневшийся попросил Мидея научить его кататься на скейте. Тот, в свою очередь, залип на долгие мгновения, но все же решил ответить согласием. С того самого времени и началась их история, Фаенон привыкал все больше к своему другу, учился понимать его и принимать, так же как и Мидей, что с каждым днём узнавал своего друга все больше, узнавал о его боли и постоянных переживаниях, давая необходимую молчаливую поддержку.  И уже позже, когда они почти закончили школу, став друг для друга несоизмеримо близкими людьми, а также успев прочно укрепиться в жизни друг друга за эти пару лет, произошел переломный момент. С каждым днем их связь не угасала, иногда лишь играя новыми красками и уже никого вокруг не удивляя своей необычностью и контрастом. Фаенон тонул в привязанности к своему другу, нелепо шутил и как-то с особым рвением выказывал теплые чувства, а Мидеймос с обыкновенно нахмуренными бровями стебал и осаждал его, вызывая у обоих смех и радость. И все же в один из солнечных дней эти двое сидели на школьном дворе, Мидей подставлял лицо жарким лучам солнца и жмурился, а Фаенон снова что-то рассказывал, заглядываясь на рыжие волосы, на играющие по коже лучи, на чуть взмокшую от пота кожу. Еще десять минут назад они валялись на земле и пытались одержать верх в обыкновенной схватке, а уже сейчас сидят и мирно обсуждают какие-то мелочи. Уютно. Пламя соперничества меж ними и впрямь не угасало, даже спустя годы оно разрасталось, сопровождая любой интерес друг к другу. В какой-то момент Фаенон замолк, продолжая в восхищении разглядывать друга. Со временем все сложилось по своим местам, все стало правильным, но по сей день в груди грызло непонятное чувство легкой тоски и переживаний, что всегда сопровождало его уже долгие долгие месяцы. Влюбленность. Было до ужаса трудно и жалко осознавать, что влюбился в собственного лучшего друга, что каждая встреча зажигает глубоко внутри что-то теплое, а один даже взгляд помогает почувствовать все переживания этого человека. Дорогого человека. Любимого человека. Мидеймос, заметив молчание, осторожно приоткрыл один глаз и с выжиданием посмотрел на друга, безмолвно спрашивая о возникшей паузе. Да, хоть и не отвечал, но он всегда слушал Фаенона, искренне и с интересом, всегда запоминал мелочи и помогал чем мог. Просто молчал об этом и никогда открыто не показывал. Все же являясь человеком, проявляющим любовь действиями, он тоже уже давно понял природу своих чувств к этому белокурому «рыцарю», но также и понимал, насколько это нелепо, да и не то чтобы считал себя достойным любви. Тем более от этого человека. Настолько солнечного, что было трудно дышать при взгляде на эти белокурые волосы, на светлую, будто светящуюся кожу и на глаза, пленяющие своими искрами и всплесками, как морская пена на игривых волнах. Фаенон, заметив, что остановился, тут же встряхнул головой и пожал плечами. — Задумался просто, не обращай внимания. Так о чем я? Точно!  И снова полился возбуждённый рассказ, то о какой-то музыкальной группе, то о спорте, то о еще чём-то. Мидей почти сразу расслабился, продолжая слушать друга и прикрыл свои глаза, наслаждаясь жарким солнцем и льющимся приятным голосом, задорным и всегда весёлым, таким родным. Совсем скоро их настиг предупреждающий звонок, пора было снова идти на уроки, но Фаенон, казалось, даже не обращал на это внимание, продолжая болтать. Шаловливая идея в голове не давала рыжеволосому покоя, отчего он резко распахнул глаза и с вызовом прервал болтовню друга. —Интересно, а ты бы смог прогулять оставшиеся уроки? А то ты обычно боишься получить за это, интересно, осмелишься ли?  Фаенон замер, тут же ощущая огонь соперничества в своей груди, что обволакивал кожу и заставлял на плечах и кончиках пальцев ощущать смутные искры. Вот зараза, снова брал его на слабо. Быстро подойдя вплотную к другу, парень с вызовом запрокинул голову и сощурился, с мягкостью и явным подколом проговаривая. —Какой грязный ход, Майди.. Наконец стал думать головой? Мидеймос вскинулся и сощурился в ответ, пожимая плечами и довольно грубо замечая, отвечая на выпад в свою сторону. —Заговариваешь мне зубы, Фаи. Я тебя как облупленного знаю, видимо, тебе все таки слабо?  Оскалившись, Фаенон тихо выматерился и кивнул головой в сторону ограждения позади них, довольно высокого, но преодолимого, при должном упорстве. —Тогда пошли, Майди. И если меня потом убьют это будет только твоя вина! Мидеймос коротко хохотнул на это и, будто только этих слов ожидая, быстро взял друга за руку крепкой хваткой и потащил в сторону ограждения под заливистый громкий смех, а так же несколько криков учеников позади. Не обращая на это никакого внимания, парни быстро добежали до ограды и кое как перебрались на другую сторону, со звонким смехом убегая, почти роняя рюкзаки с плеч, да скейты из рук, следом сразу забираясь на доски и сваливая как можно дальше, прокричав пару матов, когда белокурый чуть ли не свалился со скейтборда. Уже все давно знали, что Фаенон абсолютно теряет голову и воспитанность рядом со своим лучшим другом, рвется вперед к неприятностям и, как многим кажется, только наслаждается этим, ведь его всегда сопровождает Мидей в этих безумиях. Ну и плевать, один раз живут. И наверное поэтому терять такие драгоценные моменты веселья было сродни чему то настолько ужасному, что сердце бы разрывалось. Главное, чтобы они были вместе. А на остальное уж точно плевать.