Объятия луны и пламя солнца

Теплые объятия дарили неизменный покой и чувство удовлетворения моментом. Мидей, хоть и был по характеру колючим и грубым, всегда искренне и бережно хранил в памяти каждый проведённый вместе миг. Пылкая влюбленность прошла еще очень давно, зато сейчас его душу наполняло комфортное ощущение стабильности и заботы, защищенности. Хотя, последнее конечно было наиболее ценно для Фаенона, что ему с радостью давали. Привыкшие к привычкам друг друга, они изучили вдоль и поперек каждый заскок и острый угол, сгладили их по возможности и ужились. Оба были неидеальными, но по прежнему друг для друга оставались сокровищем, которое они ревностно оберегали. Было в этом что-то свое, когда ты смотришь на своего партнёра не сквозь розовые очки, а любишь каждый его недостаток, умиляешься с непонятных тебе привычек. Действительно, в этом был свой уют. Как много людей говорят, что быт убивает, но как же повезло именно им. Мидей был в этом уверен, вспоминая как им не пришлось подстраиваться друг под друга, парни разобрались довольно быстро и поделили все обязанности. А с началом отношений все просто встало на свои места, доверие, казалось, стало еще прочнее. Оно и было бы вполне ожидаемо, учитывая как сильно их тянуло друг к другу. Фаенон, будучи довольно поэтичной натурой и явно умея разговаривать более красноречиво, со всем старанием пытался облачить эмоции в слова, при этом распознавая все невербальные ответы партнера. А Мидей потихоньку учился говорить о своих чувствах и мыслях, понимая как необходимы они блондину. Да, все действительно встало на свои места. Долгие годы понадобились для этого, были и недолгие ссоры и разногласия, они и дрались вначале всерьез, по крайней мере первые пару раз точно. Но каким это незначительным казалось сейчас. Когда они вместе лежали в общей кровати, коты устроились рядом с ними и вылизывали друг друга, а Фаенон щебетал о чем-то, как и всегда, неважном, поглаживая пальцами алые завитки татуировок на сильной мускулистой груди. Что-то меняется, а что-то вечно. И если стабильность никуда не исчезла, то мелкие моменты видоизменялись. Мидей за эти несколько лет успел набить татуировки на большей части тела, оба стали опытнее, блондин тоже набил татуировку, но уже на шее. Коты выросли, стали все более похожими на своих хозяев, парни постепенно возмужали, черты лица становились еще более острыми и резковатыми, особенно у Мидея, да и в росте прибавили. А в душе, иногда, они все еще были влюбленными подростками, устраивая споры ни о чем и стараясь подколоть посмешнее. Знали все друг о друге, но с тихим довольством совершали глупые шалости. Такой контраст иногда удивлял невольных свидетелей, но для них это было не важно. Важно было то, как в данный момент золотые глаза разглядывают сверкающие в полумраке платиновые волосы, как мозолистые пальцы поглаживают покатые плечи, как Фаенон изредка неосознанно протирается о мерно вздымающуюся грудь своей щекой, а его ловкие пальцы продолжают выводить незамысловатые узоры поверх татуировок. Как тихий звучный голос льется по комнате, как хриплый вторит ему в ответ, как раздается тихий смех и оба тянутся навстречу за размеренным, по-настоящему ленивым поцелуем. Таким необходимым в этот момент, вмещающим в себя все уже давно высказанные обещания, что по сей день витают между ними. Важным. Эти мгновения были ценнее самой страстной их близости, ценнее чем глупые споры и подколки. И Мидей и Фаенон прекрасно осознавали значимость друг друга в собственных жизнях, в глазах друг у друга читая ясное и по прежнему яркое «люблю», искреннее как первые лучи солнца и яркий лунный свет. Как блики на стоячей прозрачной воде и блеск капель росы после туманной ночи. Иногда сложно быть друг для друга всем. Сложно видеть как партнер выматывается, загонявшись на учебе или работе, сложно видеть как возлюбленный пытается скрыть свою усталость от всех остальных, сложно иногда терпеть редкие неподконтрольные срывы. Искать компромиссы и разговаривать обо всем что беспокоит. Сложно. Одновременно так важно, и так незначительно, когда ты понимаешь что хочешь провести с этим человеком остаток жизни и делить напополам все эмоции. Просто быть рядом, защищать и заботиться. Продолжать любить, не смотря ни на что. Доверять и верить друг другу, показывать значимость и снова любить, любить-любить-любить. Всегда.  —Фае? Чего замолк?  Блондин чуть вздрогнул от неожиданности, слишком уж погрузился в свои мысли, а потому оторвался от теплой груди и чуть пожал плечами —Ничего такого, задумался —О чем? И что говорить? Он ведь и сам догадывается, может хочет именно услышать? А Фаенону и не сложно, он улыбается и легко проговаривает —О том как любые мелочи что ты делаешь, напоминают мне почему я влюбился в тебя когда-то Мидеймос, тихо хохотнув, понимающе улыбнулся, вплетаясь пальцами в мягкие короткие волосы и поглаживая их. Наблюдать за блондином всегда было увлекательно и успокаивающе, а слышать такие слова по прежнему немного непривычно. Приятно, до шевелений где-то меж ребер, трепетно. И в обожаемом голосе всегда чувствовалось нерушимое доверие и уверенность в завтрашнем дне, это грело душу. Еще ни разу он не пожалел что пошёл на поводу у этого несносного дурака, не пожалел что открылся ему, не жалел что на эмоциях припечатал его к стенке и поцеловал. Все это было правильно. Так, как и должно быть. Все это было бесконечно важно. А сейчас важно лишь то, как Фаенон ложится сверху и нависает, своими искрящимися и до невозможности красивыми глазами разглядывает расслабленное лицо, только после этого наклоняясь чтобы запечатлеть на чуть сухих губах мягкий поцелуй. Такой же мягкий, как чувства глубоко внутри, такой же уверенный. Совсем скоро они оба закончат универ и получат дипломы, Мидей пойдет на курсы тату мастера и пригодится таки его мастерство в рисовании, Фаенон будет работать по специальности, начиная с низов как и все. Будут оба трудится, делится мечтами и планами на эту жизнь, в которых всегда будет иметь главное значение партнер. Совместный быт и спокойствие, важность каждого слова и действия. Приоритеты поменяются, быть может они поставят цель купить свое жилье, может сосредоточатся на саморазвитии в первую очередь, а может решат путешествовать как только появится возможность. Все это будет потом, в будущем, пусть и не таком далеком. Все это может подождать. А сейчас значение имеют только привычная хватка на крепкой талии, запальчивые рваные вздохи и бесконечно долгие поцелуи, разливающие в венах жар, а под кожей вязкое тепло вперемешку с искрами. В конце концов, оба уже признали что в друг друге они уверены полностью и до конца, что нерушимая прочная связь между ними была по настоящему значимой. Главное, что они рядом. Главное, что происходит сейчас, когда оба так безудержно рвутся ближе, в истоме пытаясь раздеть партнера, не торопясь. Главное, что они прошли многое и остались вместе, не потеряв вкус к жизни и друг другу. А остальное не важно. Значимым было только то, что между ними, скрытое от посторонних глаз. И мысль в головах у обоих, возникающая чуть ли не одновременно. «Значимый только он, мое объятие луны и личное пламя солнца». И пусть весь мир подождёт.