Паранойя

      Карпов устало ворочался в постели, пытаясь уснуть, боясь признаться самому себе, что это бесполезная трата времени. Он не уснëт, и он это прекрасно знает. Сколько раз он пытался за эти ночи? Раз пять? Нет, на самом деле, гораздо больше.       После последнего инцидента с новыми суперсолдатами прошло три дня. И за это время у Карпова развилась настоящая паранойя. Сначала он не воспринимал эту ситуацию всерьёз. Разумеется, ему было страшно, ведь эти животные, не люди, находились всего лишь в пару шагах от него и непременно разорвали бы его на части, если бы не отвлеклись на других. И если бы Солдат его не вывел. Но всë это закончилось. Благо, этих безумных зверей удалось усмирить с помощью Солдата. Василий не беспокоился на счёт них. «Всë под контролем» – говорил он сам себе, пока не начал осознавать, что буквально находится в одном здании с самыми лучшими убийцами Союза с усовершенствованием всех органов и чувств. И если им ради развлечения захочется вырвать ему глотку, они сделают это мгновенно. Если они готовы были напасть на него тогда, то почему бы им не сделать это сегодня? Завтра? Через несколько часов или прямо сейчас?       Эти мысли сводили Карпова с ума. Постоянно думая о этом, он совсем лишился сна. Он просил успокоительное в медчасти, заваривал себе крепкий зелёный чай, курил, пил, но ничего не помогало. По нескольку раз за ночь Василий вставал с кровати, подходил к двери и «дежурил» в коридоре. Как только эти приступы проходили, и он убеждался, что никто не собирается убивать его, он возвращался в постель, но всё равно не засыпал. Он молча лежал, прислушиваясь к каждому шороху и если слышал хоть один подозрительный, то вновь вставал и шёл к двери.       Так проходила каждая ночь, засыпать удавалось только под утро, и то часа два-три, не больше.       Карпов боялся признаться самому себе в том, что невероятно боится и от страха и ужаса просто не может расслабиться и немного отдохнуть. О, это было ужаснейшее чувство: чувствовать себя беспомощным и слабым.       Промучавшись так ещё минут сорок, его нервная система не выдержала, и Карпов снова встал. Но на этот раз он не собирался просто стоять в коридоре.       Василий вышел и направился в подвал. К тому, кто мог обеспечить ему хотя бы минимальную безопасность.       Стараясь даже не смотреть в сторону других камер, чтобы удостовериться, что всё действительно под контролем, он молча подошёл к комнате Солдата и с помощью карты-ключа открыл дверь. Солдат мирно дремал на твёрдой кровати, свернувшись клубочком от продирающего до костей холода. Проснулся он от скрипа только после десяти-пятнадцати секунд.       С явным удивлением и беспокойством, смотря на Карпова, он потянул руку, чтобы отдать честь, но тот махнул, мол, не нужно. – Вставай. – коротко и ясно было сказано ему. – Вставай и иди за мной.       Солдат без лишних вопросов поднялся, выполняя приказ. Его сознание всё ещё было смутным от резкой побудки и он совершенно не понимал, зачем он среди ночи понадобился куратору. Но естественно, он не собирался ничего расспрашивать.       Сам Карпов тоже не спешил просвещать Солдата во все подробности на протяжении всего пути. Он молча шёл, прислушиваясь к каждому шороху и звуку, ожидая опасности.       Когда они подошли к его комнате, Василий остановил Солдата: – Будешь стоять здесь и дежурить. Смотри в оба, чтобы никто не подошёл к этой двери до утра. Задание понятно?       Солдат кивнул. – Если заметишь... – Карпов замялся, ведь он даже представлять этот вариант не хотел, – Потенциальную угрозу... Атакуй. Защищай эту дверь и не отходи от неё ни на шаг.       Солдат во второй раз мотнул головой, хотя я ему не совсем, то есть совсем не был понятен приказ. Какой смысл охранять одну комнату, посреди ночи на собственной базе? Но спорить Солдат не посмел.       Василий оставил его и зашёл внутрь. Он буквально рухнул на кровать от усталости, причëм и от физической, и от моральной. Солдат будет охранять его комнату ценой собственной жизни, Карпов точно знал это. Он сделает что угодно, лишь бы выполнить приказ. Тревога и параноические мысли постепенно начали отступать, хотя всë равно оставались. Наконец-то наступили несколько минут спокойствия и тишины.       Но это длилось недолго. Как только он начал проваливаться в сон, в его голове снова появились смутные мысли: «А что, если они убьют Солдата?» Эта мысль и правда казалась очень правдоподобной. Приказы приказами, но надо здраво оценивать свои возможности. Всë-таки, их пять, а он один. «Нет, это глупо» – сказал он сам себе. Величайшее оружие не может погибнуть вот так. Было бы логичнее, если бы они уговорили Солдата стать с ними за одно. И тут Карпов просто похолодел от ужаса. Естественно, он был в здравом уме и понимал, что Солдат никогда не пойдёт против своего куратора. Или пойдёт??? Откуда ему знать, что у него в голове? Вдруг Солдат только и ждёт удобного момента, чтобы напасть и развалить всю Гидру? Нет, нет, этого просто не может быть... Карпов пытался убедить сам себя в этом, ведь прекрасно понимал, что виной всему его паранойя. Но она никого не щадит, и Василий на полном серьёзе задумался, не хочет ли Солдат убить его.       Он пытался уснуть, правда пытался, но так и не смог.       Он вновь встал, подошёл к двери и открыл её. Так, чтобы он мог видеть Солдата. Он не знал, как это поможет, если тот действительно решит напасть, но это внушало хоть какую-то иллюзию безопасности.       Солдат удивлëнно обернулся, не понимая, что произошло. – Я открою дверь. – сказал Василий, стараясь не смотреть ему в глаза. – В мою комнату не заходи.       Тот кивнул и развернулся к стене. Он не понимал, что происходит с его куратором и почему тот так обеспокоен. Солдат чувствовал, как голос полковника дрожал, когда он говорил, а когда они шли, его ладони были сжаты в кулаки. Это могло означать лишь то, что его куратор очень сильно напряжëн.       Карпов с тяжёлым вздохом лёг в кровать, надеясь, что в этот раз ему удасться заснуть. В этот раз действительно удалось.       Ему не пришлось долго мучаться. После того, как он закрыл глаза, то практически сразу задремал. Видимо, усталость и несколько дней бессоницы дали о себе знать. В первые минуты сна всё было в порядке, даже почти спокойно. Но идиллия длилась не долго.       Пока его вновь не настигли кошмары.       Крики, кровь, удары – он видел всё. Чувствовал запах мяса, слышал, как ломаются чужие кости. Он видел тот день, когда всë началось, когда Солдат вывел его, однако во сне он поступил по-другому. Он захотел убить его. Медленно приближаясь и доставая нож, он подносил его всё ближе и ближе. Лезвие входило тому в горло как в масло, кровь начала хлестать как из фонтана, а ручка уже была готова выйти с другой стороны...       Карпов очнулся в холодном поту, пытаясь осознать и этим же успокоить себя, что это был всего лишь сон. Но чëрт. Сердце колотилось, как под веществами, а сам он, кажется дрожал, и не от холода. Пытаясь отдышаться, Карпов ни сразу заметил чёрное пятно в темноте, находящиеся в пару метрах от его кровати. Это был Солдат. Он собирался убить его. Хотел вонзить нож ему в горло...       С ужасом пришло осознание и тот не задумываясь потянулся к пистолету на тумбе, а после направляя его на Солдата. Он не был уверен в том, что сейчас делает, но, наверное, это был инстинкт самосохранения. Солдат, поняв, что находится на мушке, остановился. Затем послышался грохот – пистолет выпал из дрожащих рук и с шумом ударился о пол. Всё, теперь это точно конец... К горлу подступил ком тошноты, а в глазах потемнело, и казалось, что сейчас он потеряет сознание от ужаса и шока. Солдат, тем временем, наклонился и медленно поднял оружие, возвращая его на тумбу. Это действие не было похоже на замах, но он подумал, что это именно он, и просто закрыл глаза, моля, чтобы всë прошло быстро.       Но вместо быстрой смерти он почувствовал тёплое прикосновения к своему бедру. Проклиная всё на свете, он всё же открыл глаза и замер от шока и страха.       Солдат стоял перед ним на коленях, положив свою голову тому на ноги и аккуратно, почти ласково потираясь ей о жëсткую ткань штанов. Его руки совсем немного помогали ему, стараясь обнять часть от лодыжки до голеня. Карпов молчал, не смея нарушить эту тишину. Это была привычная поза подчинения для них, ну точнее, для Солдата. Он вставал в неё довольно редко, когда именно было на его усмотрение. В душе, на миссии, в кабинете – ему было абсолютно всё равно. Этим, как считал Василий, он показывал свою преданность и готовность подчиняться. До него Солдат никогда не показывал свои эмоции и выполнял только то, что скажут. И сейчас, это казалось довольно приятным, ведь таким верным и открытым Солдат становился только с Карповым.       Вот и сейчас Солдат встал в эту позу. Но тот был так измучен и помешан на своих параноических мыслях, что ему казалось, что наверное Солдат просто так прощается с ним. Сейчас он задушит его или свернёт шею без капли сожаления. Сейчас. Уже сейчас...       Но Солдат лишь продолжал свои действия. Через непродолжительное количество времени Солдат осторожно взял куратора за руку и положил его ладонь к себе на щëку, начиная медленно водить ею по своей коже. Наверное, он старался успокоить его. Наверное. – Вам плохо?.. – почти шёпотом спросил он, прикрывая глаза от видимого прилива нежности.       Карпов молчал, всё ещё не решаясь ничего ответить, и попытался отдëрнуть свою ладонь, опасаясь, что Солдат сейчас проткнëт её ножом, но тот держал его достаточно крепко, так просто не выберешься. – Вы нервничаете. – констактировал Солдат. – Это от переутомления на работе?       Тот покачал головой, а Солдат поднял на него свои синие ясные глаза. От этого, стало быть, спокойного взгляда, Василию стало не по себе, и его дрожь перешла во всё тело.       Солдат почувствовал это, конечно, и крепче сжал его ноги, по-своему стараясь успокоить. – Вам страшно, – продолжал он перебирать разные варианты, – почему?       Карпов молчал. Ему было неприятно признаваться самому себе, что он боится не только этих животных, но и своего Солдата, который никогда не давал поводов для этого.       Солдат заметил, что своими вопросами ещё больше нервирует куратора и не стал настаивать на ответах. Он сам начал понимать, в чëм дело. – Вы можете не бояться. – тихо прошептал Солдат, аккуратно сжимая его ладонь. – Я защищу вас. От всего, что может вам навредить.       Почему-то эти простые слова хоть на немного успокоили Карпова, и он криво усмехнулся, положив свободную руку на волосы Солдата и начиная их плавно поглаживать. Они были жёсткие, но такие приятные. Он медленно пропускал локоны между пальцев, постепенно успокаиваясь. Когда его сердце стало работать в нормальном ритме, Солдат снова стал задавать вопросы, но уже более осторожнее. – Это... – тише шёпота начал он, – Это ведь из-за них?..       Василий нервно сглотнул. Его Солдат всегда был таким умным, конечно, он догадался. Карпов не хотел этого признать, ведь что сделает Солдат, когда узнает, что причина мучений его куратора это те, кого он так ненавидит? Разумеется, Солдат тщательно старался это скрыть, но Василий слишком хорошо его знал, чтобы не заметить изменений в его поведении.       Солдату не понравилось всё это с самого начала, когда куратор поручил ему достать сыворотку суперсолдат. Он, вероятно, знал, чем это обернëтся и переживал, что его могут заменить. Впрочем, он и сейчас неспокоен на этот счёт, сколько бы Карпов не пытался до него донести, что он несомненно нужен Гидре.       С тех пор, как они появились, Солдат не испытывал к ним ровно никакого интереса, лишь тупую злость и ненависть. По-большому счëту он мозгами-то понимал, что вряд-ли они виноваты в том, что не нравятся ему, но он всё равно не отступал от своего мнения. Он ненавидел их буквально за то что они вообще существуют. Он не видел в них коллег, да и не пытался, ему это не было нужно. Солдат воспринимал их исключительно как соперников, как повод быть лучше их. Но он и не завидовал. Солдат всегда знал, что полковник любит его больше, а к этим относится как к тупым животным. Если бы было можно, он бы вообще оставил только его. По крайней мере, Солдат так искренне считал.       Карпов замешкался, но по взгляду Солдат понял, что мыслит правильно. Он тихо вздохнул, опуская взгляд, полный злобы. – Вам нечего бояться. – вновь повторил он. – Они и дотронуться до вас не посмеют. Я защищу вас. Я не позволю... – последнюю фразу Солдат прошептал сквозь зубы.       Что ж, на другой ответ Василий и не надеялся. – Только давай без глупостей. – он слегка улыбнулся, на этот раз искренние, приподнимая Солдата за подбородок.       Тот молча кивнул, теперь полностью уложив свою голову на чужие колени. – Какие глупости, – он усмехнулся, но всë ещё чувствуя дрожь. Солдат понимал, что его обещания, скорее всего, не особо помогли куратору, но он сделал всë, чтобы постораться помочь. – Вам нужно что-нибудь? Чай? Таблетки? Вода?       Тот покачал головой, но несмотря на это Солдат понял, что должен хоть что-то сделать. Он заметил, как куратор нервно поглядывает на приоткрытую дверь, встал и закрыл её. Наверное, так Карпов будет чувствовать себя в минимальной безопасности.       На этот раз Солдат сел уже на кровать, совершенно не соблюдая супродинацию и забывая «своё место». Что ж, видимо он не считал именно это нужным сейчас. Он осторожно взял куратора за руку и крепко сжал, желая согреть его ладонь. Тот перевёл на него взгляд полный удивления, непонимания и чего-то ещё. Страха? Боли? Или, может быть, благодарности? – Вы можете спокойно поспать. Я посижу здесь до утра и прослежу, чтобы сюда никто не зашёл и не навредил вам.       Василий всё ещё продолжал в растерянности пялиться на него, не зная, что ответить. И он до сих пор время от времени посматривал на дверь.       Солдат заметил это: – Я защищу вас. Вам нечего бояться.       Карпов наконец кивнул и медленно лëг, держа зрительный контакт с Солдатом, будто опасаясь. – Хотите, я могу держать вас за руку, чтобы вам было легче расслабиться, – начал Солдат, но куратор тут же перебил его: – Нет, – почти резко сказал он, – нет, Солдат, этого не нужно. – Но увидев, что плдчинëнный от этих слов слегка расстроился, продолжил уже более спокойным голосом: – Просто... Просто будь рядом. Солдат кивнул, принимая эту фразу за приказ и обещая про себя, что выполнит его на отлично. Впрочем, как и всегда.       Он молча сидел, прислушиваясь к каждому шороху, дожидаясь, пока куратор уснëт. Когда он услышал тихое сопение, то немного расслабился. Солдат понимал, что, конечно, никто не придëт убивать Карпова, им просто не нужно это. Но от этой мысли ему становилось только приятнее охранять его – как от какой-то невидимой угрозы. Но несмотря на это Солдат не переставал быть начеку, в глубине души всë-таки представляя разные варианты развития событий. Одно он знал точно – он защитит полковника, чего бы ему это не стоило.       Солдат совсем расслабился и позволил задремать себе уже под утро на пару часов. Он лежал на краю кровати, мягко обнимая куратора за плечи.