Marry Christmas!

Конец декабря. В поместье Олетус царила предновогодняя суета, которая несомненно доставляла удовольствие почти каждому человеку, проживающему здесь. Да, даже в этом богом забытом месте люди хотели сполна отпраздновать Новый год. За короткий промежуток времени здание преобразилось до неузнаваемости и совершенно не походило на себя прежнего. Повсюду, где это только было возможно, висели гирлянды, излучающие тёплый свет, создающий уютную атмосферу. Над дверьми красовались зелёные венки, украшенные пышными бантами, гроздьями ярко-красной рябины, симпатичными лентами красных и белых оттенков. В общем, на любой вкус и цвет! И – что самое интересное, – каждый из этих венков по-своему уникален, ведь он был сделан по предпочтениям того, кто проживал за дверью. Ах, благодаря всей этой суете многие позабыли о тех проблемах, что ранее беспокоили их, но даже среди всех этих весельчаков обязательно найдётся тот, кто по-прежнему останется чем-то недоволен и не сможет в полной мере насладиться атмосферой долгожданного праздника. Орфей. Ну конечно это должен был быть именно он. Но у него на то имелась весомая причина…               . . .              – Агх! Ничего в голову не приходит! – раздосадованного простонал Орфей, вперив ненавистный взгляд в страницу своего личного дневника.       Мужчина сидела за своим письменным деревянным столом, подперев одной рукой свою голову, и крепко держал пальцами свою ручку, несколько раз обводя написанные им слова, а затем беспощадно зачёркивая их. Он битый час сидел над своим дневником, словно пребывал в философских раздумьях, но всё вновь оказалось без толку. Орфей в очередной раз потратил своё время впустую, а ведь мог бы заняться чем-то полезным. И последняя мысль больше всего сжирала его изнутри. Орфей от досады уткнулся головой в дневник. А-а-а, ну за что вдохновение с ним так?! Почему, когда он свободен от матчей, его мозг отказывается работать и даёт сбой? Почему у остальных творцов выходит что-то творить в праздничную неделю, а у него, словно у изгоя, – нет? Орфей считал, что это нечестно, но он ведь не будет об этом жаловаться, как маленький ребёнок, которому дали один леденец, вместо двух, верно? Он ведь у нас взрослый мужчина. Правда, это напоминание ничего не меняло, и ему по-прежнему было досадно, что на него, словно снег с крыши, свалился творческий ступор… Мужчина провёл пальцами по своим слегка взъерошенным волосам цвета каштана и посмотрел в слегка замёрзшее окно. На улице хлопьями валил пушистый снег, покрывающий абсолютно всё своим белоснежным полотном: и деревья, и землю, и крышу поместья Олетус. Орфей невольно вздохнул, наслаждаясь видом. Внезапно что-то двинуло им, и он встал со стула, подошёл к окну и попытался отворить его. Ему, видите ли, захотелось впустить немного свежести в свою душную комнату. Но, похоже, писатель недооценил силу зимнего ветра… Стоило ему чуточку приоткрыть окно, как оно тут же распахнулось настежь. В его комнату мгновенно ворвался сильный порыв ветра, принёсший с собой кучу снега и мороза. Орфей, не подготовленный к такому повороту, встал на месте, словно вкопанный. Порывы оказались настолько сильными, что стали грубо перелистывать страницы его дневника, почти срывая их. Его ручке повезло меньше – из-за ветра она покатилась к краю письменного стола и грохнулась на деревянный пол с бренчащим звуком. На удивление, она не сломалась после такого полёта… Внезапно в дверь Орфея постучали. “Как вовремя…” – подумал писатель, покосившись на дверь.       Писатель, вместо того чтобы отворить пришедшему человеку дверь и попросить его помочь, решил сделать всё сам. Однако порывы были настолько сильными, что необходимо было приложить не мало усилий, чтобы в дальнейшем комната не превратилась в морг. Орфей не планировал помирать в канун Нового года.       – Орфей! Орфей, ты выйдешь сегодня из своей конуры? Мы тут просто собирались выбраться на зимнюю карту да повеселиться как следует! – по ту сторону двери послышался грубоватый низкий голос. Уже по одной манере общения романист догадался, кто же там стоял.       Нортон. Что могло быть хуже, чем этот назойливый шахтёр? Пожалуй, только окно, которое ни в какую не хотело закрываться! Орфей и так и сяк пытался закрыть дверцы, но всё было тщетно.       А тем временем у Нортона уже иссякало терпение. Ему не хотелось, словно дурак, простоять перед дверью писателя и по итогу так и не дождаться ответа. Шахтёр тяжело вздохнул и постучал по двери ещё раз, но чуточку сильнее.       – Орфей, ты в спячку впал? – с небольшой издёвкой в голове спросил Нортон, хмыкнув. В какой-то момент он ощутил, что по его ногам прошёлся сквозняк, от которого по коже пробегали мурашки. Стало ясно, что он исходил из комнаты того, к кому с таким нетерпением стучался шахтёр. Романисту абы как удалось закрыть ненавистное им окно, чему он был несметно рад. Какое же счастье, что у него, наконец, хоть что-то вышло сделать! Вот теперь мужчина точно мог пойти к шахтёру да ответить на интересующий его вопрос. Вытерев со лба выступившую испарину, Орфей пошёл открывать Нортону дверь, попутно приглаживая свои каштановые волосы и поправляя свой серебристый монокль на правом глазу. Стоило писателю выйти к Нортону, как второй тут же стал недовольно бурчать: – Ой, да неужели! Ты вышел! Я думал, что сдохну, пока тебя дождусь! Ты чего так долго? – грубо спросил Нортон. Ах, ему явно стоило бы пожелать побольше терпения и умения общаться с людьми в следующем году. Очень важные и полезные вещи, между прочим. Орфей хотел было ответить на его вопрос, но чёртово окно вновь дало о себе знать. Оно вновь отворилось нараспашку! Холодный воздух тут же стал заполнять комнату по новой, из-за чего Орфей невольно затрясся, несмотря на свой белый пиджак с длинными рукавами, которые, по идее, могли бы и защитить своего хозяина от мороза. Хотя, когда дело касается зимы, здесь навряд ли поможет подобная одежда… Нортон тут же отреагировал на звук распахнувшегося окна и обратил на него своё внимание. Он тут же догадался, почему Орфей так долго не выходил из своей комнаты и ничего ему не отвечал. Шахтёр усмехнулся и стал переводить взгляд с писателя на окно, повторяя одно и то же действие головой несколько раз. – Пф, так ты с этим окном так долго возился? – спросил Нортон, сдерживаясь, чтобы не улыбнуться во все 32 зуба. Его позабавило, что романист не в состоянии полностью закрыть окно, но говорить об этом он вслух, конечно же, не будет. Не хотелось потом получить от Орфея огромный снежок размером с голову. Орфей некоторое время молчал, смотря на Нортона недовольным взглядом, от которого становилось немного не по себе. Шахтёр даже на секунду словил себя на мысли, что, возможно, он ошибся, но, к счастью, романист больше не стал тянуть время попусту. Из-за открытого окна ему становилось всё холоднее и холоднее. Если они ничего с этим не сделают, Орфей определённо заболеет! – Не мог бы ты помочь? – сквозь стиснутые зубы спросил Орфей, не веря собственным ушам, что он просит помощи у… шахтёра. Второй небось сейчас ликует, что писатель в коем-то веке попросил помощи у того, кого не совсем на дух переносит. – Пф, спрашиваешь ещё? Конечно да, – с широкой улыбкой на лице сказал Нортон и, распрямив плечи, прошёл в комнату романиста, дабы закрыть это окно. Конечно же, стоило шахтёру приложить совсем немного усилий, как в комнату романиста перестал поступать морозный воздух. – Готово! – Спасибо… – сказал Орфей, тяжело вздохнув. – Обращайся! – ответил Нортон и подошёл к Орфею, выглядевшему расстроенно. Совсем не то настроение, которое ожидаешь увидеть в день Нового года. – Но я тут пришёл с вопросом, на который так и не получил ответа. Так ты пойдёшь с нами на зимнюю карту, м? Романист с некоторым сомнением относился ко всем этим общим картам. Ему всегда казалось, что это пустая трата времени. Он очень редко туда ходил, поскольку предпочитал проводить время в более спокойных местах, где не будет суеты, где он сможет уединиться с собой и своими мыслями… Нортон, словно заранее зная ответ, который получит, решил выбросить секретное оружие, всегда работающее в таких случаях. – Кстати, с нами будет Алиса… – сделав яркий акцент на имени девушки, сказал Нортон. Его улыбка тут же стала ещё больше, как только он заметил изменения в лице и в поведении романиста.       – Алиса тоже там будет?! – воскликнул удивлённо романист, густо покрасневший в один миг. Однако осознав, насколько глупо это выглядело со стороны, он тут же откашлялся и притворился, что ничего не было. – Кхм... То есть Алиса тоже пойдёт на зимнюю карту?       Ах, сердце Орфея не находило себе места, когда он влюбился в очаровательную блондинку и стал с ней встречаться. Любое упоминание его любимой пробуждало в нём бурю эмоций. Он становился сам на себя не похож! Орфей из самодовольно писателя, которого, как некоторые думали, ничего не интересовало, превращался в нежного мужчину, дарящего своей любимой девушке всё своё внимание и заботу. Правда, он также становился робким и неуверенным. Забавно, что даже после стольких месяцев отношений Орфей по-прежнему стеснялся своей дамы сердца. Но сегодня ему было необходимо перешагнуть через это мешающее, словно колющая мишура, чувство, ведь он планировал сделать очень важный шаг в их отношениях...       Орфей посмотрел на свой карман, из которого выглядывала небольшая красная коробочка, приукрашенная очаровательным зелёным бантиком. Мужчина немного повозился над своим новогодним подарком, который планировал подарить девушке уже этим вечером. Он хотел, чтобы этот сюрприз Алиса запомнила навсегда. А она запомнит, точно запомнит, ведь предложение руки и сердца делают не каждый день...       – Да-да, Алиса пойдёт с нами. Собственно, она и попросила меня вытащить тебя из комнаты. Ну так что, теперь-то ты пойдёшь с нами? У тебя ведь имеется подарочек для неё, не так ли? – поинтересовался Нортон, сложив руки на груди и немного поиграв бровями. Он всем своим видом намекал на ту самую красную коробочку с кольцом. Улыбка не спадала с его губ. Она, кажется, становилась только шире.        – Д-да, имеется... – промямлил нервно Орфей, дрожащей рукой запихивая коробочку поглубже в карман. Бедному писателю было страшно представить, как сегодня он встанет перед своей возлюбленной на одно колено, достанет из кармана небольшую красную коробочку и... На этом моменте ему мгновенно становилось плохо. Ему было страшно думать о тех самых заветных словах, которые раз и навсегда изменят их жизнь.       Нортон заметил беспокойство писателя и не мог промолчать на этот счёт. Шахтёру захотелось немного приободрить его, ведь он догадывался, какое волнение в данные минуты испытывал Орфей.       – Эй, не парься ты так. Всё пройдёт хорошо, я уверен! Ты ведь знаешь, что Алиса сама не раз намекала на это, а значит, она действительно ожидает от тебя предложения! – сказал Нортон, похлопав романиста по спине.       – Хах, быть может, ты прав... – ответил Орфей, слегка улыбнувшись и посмотрев с благодарностью на Нортона. Его сильно удивило, что шахтёр ни с того ни с сего решил поддержать его в такой нелёгкой ситуации.       – Пф, конечно же я прав! А теперь, оденься потеплее и выбирайся из своей конуры! Мы идём на зимнюю карту! – задорно сказал Нортон и побежал к ребятам, дабы уйти вместе с ними на зимнюю карту и поведать чудную новость, что ему удалось в коем-то веке убедить писателя присоединиться к их прогулке.       – Хорошо-хорошо! Я скоро к вам приду! – пообещал Орфей и зашёл обратно в свою комнату, чтобы – как посоветовал Нортон, – одеться потеплее.       Мужчина подошёл к своему небольшому гардеробу и быстро взял оттуда свою белую длинную шубу, без которой не мог обойтись в жгучий мороз. Когда Орфей надевал её, он чувствовал себя в разы увереннее. Сейчас, как вы могли догадаться, выбор пал на эту шубу не случайно. Романист надеялся, что сегодня она поможет ему, когда настанет момент делать предложение руки и сердца Алисе.       С тяжёлым вздохом Орфей надел на себя шубу и убрал коробочку с обручальным кольцом в её карман, который, к счастью, был более глубоким. Фух! Теперь он мог не переживать за то, что его сюрприз раскроется раньше нужного часа.       Перед тем как выйти из своей комнаты и пойти к остальным, Орфей не забыл посмотреть на себя в зеркало. Ему необходимо выглядеть на все 100 из 100, дабы в очередной раз покорить сердце своей любимой девушки. Думаю, романист мог не беспокоиться по поводу своей красоты. Как и всегда, мужчина выглядел шикарно: его волосы теперь были расчёсаны и приглажены, монокль был прикреплён как надо и больше не было нужды поправлять его из раза в раз, под глазами не виднелись надоедливые синяки, обычно появляющиеся по причине бессонных ночей, чему Орфей не мог не радоваться. Он постоянно с этим боролся и ему всегда становилось совестно, когда в очередной раз Алиса замечала это и начинала беспокоиться. Самое главное, чтобы сегодня она не подумала волноваться за него, иначе весь боевой дух Орфея падёт, и он снова превратится в смущённого, но любимого журналисткой мужчину. А ему необходимо продемонстрировать себя со стороны сильного и уверенного в себе партнёра, который точно не постесняется сделать предложение своей возлюбленной! И он сделает это во что бы то ни стало! Даже если будет находиться на грани потери сознания, он всё равно сделает это предложение!       С таким боевым настроем Орфей вышел из своей комнаты, закрыл её на ключ и на всех парах помчался на зимнюю карту к остальным, широко улыбаясь…              . . .              Оказавшись на зимней карте, Орфей тут же уловил лёгкую мелодию, ласкающую слух. Она казалась такой нежной и воздушной, что мгновенно хотелось присоединиться к выжившим и охотникам, танцующим на небольшой площадке, застеленной красным ковром, на котором кое-где скопились небольшие горки снега. Правда, не все пребывающие люди на этой карте рвались в пляс. Некоторые предпочли посидеть на скамейке, дабы насладиться приятной музыкой и падающим на них снегом, покрывающим их волосы и одежду. Находилась и другая категория людей. Это были неугомонные по своей природе выжившие, которые вели себя как дети и на Новый год хотели резвиться. Рядом с зоной для танцев находилась светящаяся карусель, медленно крутящаяся по часовой оси. Кто-то слишком весёлый забрался на неё и катался в своё удовольствие, держась одной рукой за поручень, а другой указывая куда-то вдаль. Кстати, на карусели катался Майк Мортон вместе с Нортоном Кемпбеллом. В принципе, неудивительно, почему они выбрали для себя такое развлечение. Небось потом, когда им эта карусель наскучит, они отправятся покорять американскую горку и визжать, конечно же, от радости.       Но они сейчас мало интересовали Орфея. Глаза писателя бегали из стороны в сторону в поисках Алисы, которой поблизости, к сожалению, нигде не наблюдалось. Эх, а ведь он пришёл сюда только ради неё…       – Орфи! – послышался родной Орфею женский голос, который он так сильно желал услышать.       Алиса. Его любимая девушка набросилась на него с объятиями, почти сбивая Орфея с ног. Благо, романист сумел устоять на своих двоих и не упасть на холодную землю. Мужчина положил свои руки на тонкую талию девушки и притянуть в свои объятия. Стоило отметить, что журналистка выглядела ничуть не хуже Орфея: синее пальто, обшитое белым мехом, кожаные сапожки на невысоком каблучке и голубой шарфик в клетку.       – Мм, ты так соскучилась, пташка моя? – нежно спросил Орфей, влюблённо смотря на Алису.       – Ах, да… Ты даже не представляешь насколько… – прошептала прямо на ушко журналистка, обвила руки вокруг шеи романиста и нежно поцеловала его в щёку.       Орфей мгновенно расплылся в глупой улыбке, его щёки приобрели яркий румянец, коленки слегка подкосились, но вот руки по-прежнему держали Алису за талию, словно та была куклой, к которой необходимо проявлять чрезвычайную осторожность. Блондинку, в свою очередь, позабавила реакция романиста, и она решила вознаградить очередным поцелуем, но на сей раз в кончик носа.       – Ах, я тоже по тебе скучал, – промямлил смущённо Орфей, решив подарить девушке ответный поцелуй в щёку.       Та покрылась лёгким румянцем, немного похихикала и посмотрела на любимого с прищуром       – Милый, мне кажется, что ты слишком нервный. Что-то не так? – осторожно спросила Алиса, нахмурив брови и сощурив свои глаза ещё сильнее.       О, чёрт. Неужели она что-то заподозрила? Орфею срочно надо что-то придумать! Э-э… Рассказать ей про сегодняшнюю ситуацию с окном? Нет, глупо! Она прекрасно поймёт, что это не главная причина для его беспокойства!       – Так-так, а кого я это здесь вижу? Неужто Орфей собственной персоной!       Внезапно раздался задорный голос, явно принадлежащий парню. Ну конечно это был Майк Мортон!       Акробат решил продемонстрировать свои умения на публику и прыгнул с карусели не без помощи своих шаров. Сделав кувырок, он умело приземлился на землю рядом с парочкой. Через пару секунд Майка нагнал Нортон, заметивший присутствие Орфея на зимней карте. Поскольку шахтёр был прекрасно осведомлён о планах романиста, он заранее ввёл акробата в курс дела и попросил того вовремя среагировать, если писатель окажется в не совсем выгодном для себя положении.       – Алиса, прошу меня простить, но можно мы ненадолго заберём Орфея? Нам необходимо кое-что обсудить! Это очень важно! – добавив немного драмы, попросил Майк, посматривая в сторону писателя. Он даже умудрился подмигнуть Орфею, намекая на тему грядущего разговора.       – Что ж, раз такое дело, то отпускаю его. Но пообещайте, что ненадолго. Мне бы ещё хотелось провести с ним время… – промолвила нежно блондинка, поцеловала Орфея напоследок в щёку и убежала к остальным девушкам. Её светлые волосы, завязанные в высокий хвост, забавно подскакивали при каждом шаге, сделанном Алисой.       – Хорошо-хорошо! Обязательно вернём его в срок! – задорно ответил Майк и, как только Алиса оказалась вдали от них, обратил свой взор на писателя. – А теперь разберёмся-ка с тобой…       После этих слов Майк быстренько утащил Орфея в угол карты, где проезжал маленький паровозик, развозивший бомбы с грязью, и серьёзно посмотрел на писателя. Романисту на секунду показалось, что у них назревает не разговор, а – драка. По крайне мере, если судить по серьёзности акробата и шахтёра…       – Мне тут Нортон рассказал, что ты планируешь сделать предложение Алисе, так? – спросил в лоб Майк и, получив в ответ простой кивок головой, продолжил, тыкнув пальцем прямо в грудь Орфея. – Мой тебе совет: сделай предложение после бала. Это будет самый подходящий момент для этого! Другого такого момента не будет, запомни!       – Я полностью согласен с Майком. Тебе стоит взять все свои силы в кулак и сделать это предложение как настоящий мужчина, – сказал серьёзно Нортон, смотря на сжавшегося писателя, который испытывал такой сильный стресс, что у него голова ходила кругом.       – Л-ладно… – нервно пробормотал Орфей, положив похолодевшую от страха и холода ладонь на свой лоб, пытаясь успокоить себя.       Майк и Нортон заметили это, подошли к через чур обеспокоенному романисту и, приобняв его за плечи, в один голос пообещали:       – Не беспокойся, мы будем рядом с тобой!       – Спасибо… Стоп, а в каком смысле “рядом с тобой” ?..                     А в таком, мой дорогой Орфей, что они будет следовать за тобой попятам на протяжение всего вечера. Куда бы романист не пошёл вместе со своей девушкой, эти два гения целенаправленно ходили за ними, прикидываясь, что это просто совпадение, стоило Алисе заметить их. М-да, от их “слежки” явно лучше не становилось. Орфей лишь сильнее нервничал, поскольку боялся, что из-за их попытки помочь весь его сюрприз пойдёт прахом… Но всё-таки он не мог не поблагодарить их за приложенные усилия, направленные на его поддержку… Они даже умудрились развеселить Орфея и Алису.       Это случилось, когда Орфей предложил Алисе покататься на коньках. Всё шло как нельзя лучше: парочка наслаждалась времяпрепровождением на льду, обнимая друг друга и исполняя простенькие трюки, которые мог сделать любой желающий. Ну и, естественно, Майк и Нортон не заставили себя долго ждать. Уже через пару минут они прибежали на каток, по-быстрому нацепили коньки и отправились нарезать круги, внимательно наблюдая за парочкой.       Алиса, уже не в первый раз замечавшая этих двоих неподалёку, посмотрела на них, выгнув бровь. Орфей заметно напрягся, когда всё внимание журналистки переключилось на Майка с Нортоном. Не отводя от них взгляда, девушка спросила:       – Почему они весь вечер так наблюдают за нами? – она слегка прищурила глаза, сталкиваясь взглядом с акробатом.       Писатель собирался было ответить, но тут-то и произошла забавная ситуация, заставившая Орфея и Алису рассмеяться.       Акробат, сильно увлечённый парой, не заметил катящийся к нему снежный ком и по итогу оказался пленён ним. К сожалению, его напарника, Нортона, постигла та же участь. Они оба превратились, так сказать, в снеговиков. Им для полного образа не хватало только морковку вставить да шарфик намотать, чтоб не так холодно было.       Собственно, это и заставило Алису позабыть о ранее заданном вопросе, что не могло не обрадовать Орфея. Он подумал, что теперь может выдохнуть спокойно, но как только его глаза переместились на часы, то напряжение вновь вернулось и, похоже, только усилилось. До бала оставалось 10 минут! А после этого он должен будет сделать предложение Алисе…       Орфей робко посмотрел на блондинку, а затем на свой карман, в котором лежала коробочка с обручальным кольцом. Все его внутренности сжались от страха, вновь рухнувшего на него, словно лавина. Но, на удивление, на сей раз писатель сумел противостоять этому чувству. Он посмотрел на Алису, пригладил свои каштановые волосы, покрывшиеся снежком, и спросил у неё:       – Милая, а как тебе идея пойти со мной на бал, м? – прошептал он ей на ушко своим бархатным голосом.       – Я согласна! На самом деле я хотела тебе изначально предложить пойти на бал, но ты оказался быстрее, – призналась Алиса, подъехавшая к небольшому участку, на котором она быстро сняла свои коньки и побежала на площадь, где до сих пор танцевали выжившие и охотники.       Орфей поспешил за своей любимой, пару раз случайно спотыкаясь об каменную дорожку. Краем глаза романист заметил, как его верные наблюдатели, покрытые снегом с головы до ног, уже бежали следом за ним, отряхиваясь. Выглядело это, бесспорно, забавно, но не настолько, чтобы успокоить Орфея, в чьей душе бушевало волнение…       Добравшись до площади, романист тут же подошёл к Алисе и встал подле неё, выпрямив свою спину и убрав назад руку. Он всегда следил за своей осанкой, поскольку хотел показать себя со стороны того самого уверенного в себе писателя, которого в нём привыкли видеть. Правда, знали бы все эти выжившие да охотники, что в данный момент романист лишь притворяется. Мол, с ним всё в порядке, ничего в его поведении не изменилось…       – О, скоро начнётся бал! – восторженно сказала Алиса, указывая на часы, которые вот-вот пробьют ровно 11 часов вечера.       Глаз Орфея дёргался вместе со стрелкой, которая медленно, но верно передвигалась по часовой оси. Казалось, ещё секунда и романист потеряет сознание. Его сердце билось как бешенное, будто он пару минут назад выпил крепкий кофе. Тело пробрало до мелкой дрожи, явно вызванной не из-за холода. Вот настолько сильно Орфей боялся…       Алиса заметила состояние любимого и, взяв его трясущиеся руки в свои, пообещала, что всё пройдёт хорошо. Знала бы она, что её ждёт после бала, поняла бы, что далеко не в танце дело…       – Не волнуйся, я рядом с тобой… – прошептала нежно она, утягивая за собой Орфея.        Пара приняла нужную для вальса позицию: Орфей осторожно положил свою левую руку на талию Алисы, которая, в свою очередь, разместила правую ладонь на плече писателя. Перед началом танца они встретились взглядами и неловко посмеялись…       Стоило вальсу начаться, как Орфей без всякого замедления стал вести танец. Движения пары были плавными и изящными, словно они заранее репетировали их. Орфей поддерживал Алису в нужные моменты, особенно когда кружил её вокруг себя. Он крепко держал её руку, дабы у неё случайно не пошла кругом голова, и она не упала. Романист был очень предусмотрителен. Наверное, причина тому его стремление к идеальному вечеру.       Но, несмотря на всю серьёзность к этому вечеру, та самая искра любви между Орфеем и Алисой никуда не исчезла. Во время вальса они смотрели друг на друга с такой любовью, с такой нежностью, которой некоторые парочки могут завидовать. И каждый раз, как их взгляды сталкивались, они дарили друг другу улыбку. Искреннюю улыбку, от которой сердце наполнялось внеземной радостью и начинало трепетать.       А пока они кружились в этом лёгком вальсе, на них с неба продолжал падать пушистый снежок, дополняя изящности к их танцу. Ветер тоже не остался в стороне и решил немного поиграться с их волосами.       В один миг Алиса прильнулся к груди Орфея, словно ей стало очень холодно, и посмотрела прямо на его губы. Она явно намекала на поцелуй… Ну а писатель и не был против!       Орфей нежно наклонил Алису и соприкоснулся своими холодными губами с её тёплыми. Поцелуй вышел нежным, без всякой страсти, из-за чего журналистка не смогла сдержать невинный смешок.       Вальс подошёл к концу. Вот и настал тот самый важный момент, который с нетерпением ждала, помимо Орфея, группа поддержки писателя: Майк и Нортон. Они наблюдали за танцем сладкой парочки всё это время, не сводя с них своих внимательных взглядов. А уж когда наступил тот самый подходящий момент для предложения, так они и вовсе позабыли как дышать и теперь уставились на Орфея и Алису не моргающими глазами.       Поставив девушку на ноги, Орфей сглотнул вставший в горле ком. Да, он вновь задрожал, но не изменил своих намерений. Он сделает это предложение. Сделает прямо сейчас.       – Алиса… – едва слышно промолвил Орфея, даря Алисе тёплую улыбку и вставая на одно колено.       Блондинка, явно не ожидавшая такого поворота событий, ахнула от удивления. Её голубые глаза, подобные двум чистым озёрам, распахнулись. Алиса ожидала любого исхода этого вечера, но ни за что бы не предположила, что будет именно такой!       – Алиса… Я тебя очень сильно люблю и хочу провести с тобой всю свою жизнь, а потому задам тебе вопрос... Алиса, ты выйдешь за меня?       С этими словами Орфей достал из кармана красную коробочку и открыл её, демонстрируя обручальное золотое кольцо, заблестевшее в свете огней.       Алиса, ещё не отошедшая от шока, едва слышно прошептала заветный ответ:       – Да…       По её щеке скатилась сначала одна слеза радости, затем вторая, а уже после девушка не смогла сдерживаться и расплакалась, стоило кольцу оказаться на её безымянном пальце. Она крепко обняла Орфея, прижавшись к его груди.       Романисту стало так тепло на душе, так спокойно. Теперь он мог смело звать Алису своей невестой…       Внезапно в воздух взлетел салют, распавшийся на множество искр. Все вокруг охнули, обратив внимание на него. Лишь Алиса, Орфей да Нортон с Майком были сконцентрированы совершенно на другом событии…       Думаю, после такого у нашего писателя обязательно появится вдохновение. Хех. Давайте пожелаем нашей прекрасной парочке хорошо встретить Новый год!