Осколки прошлого

Напарники Теперь они работали вместе. Питер и Ванда стали напарниками, и хотя поначалу их отношения были натянутыми, со временем между ними возникло доверие. Ванда быстро вписалась в новую жизнь. Она не говорила много, но работала на пределе своих возможностей, сжимая кулаки в решимости. Организация, к которой она присоединилась, действительно делала всё, чтобы предотвратить новый хаос, и она чувствовала, что её усилия имеют значение. Питер был полной противоположностью её холодности. Даже после всего, что произошло, он оставался тем же Питером — оптимистичным и заботливым, порой даже слишком добрым. Его улыбка светила в темноте, когда Ванда пыталась уйти от разговора. Он заботился о ней, даже если она не просила об этом. Сначала это раздражало её. Как мог он оставаться таким безмятежным, когда вокруг царил хаос? Но однажды, во время очередной миссии, всё изменилось. Они сражались с остатками армии Таноса. Сначала всё шло неплохо — Ванда разрывала противников на части с яростью, которая напоминала бурю, а Питер метался между ними, используя паутину и ловкость, как акробат на цирковой арене. Но затем появился один из бывших генералов Таноса — огромный воин в чёрных доспехах с двуручным мечом, его глаза сверкают жаждой крови. — Человек-паук, — прорычал он. — Ведьма. Питер даже не успел среагировать, как клинок рассёк воздух в миллиметре от его головы. Он отпрыгнул, но враг уже был на нём, как тень, не оставляющая шансов. — Ванда! Она взмахнула рукой, посылая волну энергии, но воин выставил меч перед собой — и поток силы погас, словно её и не было. — Ха. Магия… слабость, — ухмыльнулся он, и в его голосе была такая самодовольная злоба. Питер бросился вперёд, уклоняясь от каждого удара, но противник двигался слишком быстро. Внезапно клинок рассёк воздух — Питер своим чутьём почувствовал опасность для своей жизни. Он почти увернулся, но его задело. Кровь. Он упал на одно колено, хватаясь за рану, его сердце колотилось в груди. — Паркер! — в голосе Ванды было что-то незнакомое. Тревога, как будто она только что осознала, что он ей не безразличен. Она взметнулась в воздух, её глаза вспыхнули красным, и сама атмосфера вокруг неё изменилась. — Ты ошибся, — прошептала она, её голос звучал, как грозы, готовые разразиться. — Магия — это не слабость... Она подняла руки, и вдруг тело генерала скрутилось в воздухе. Он закричал, его броня треснула, а затем… разорвалась, словно бумага, разлетаясь в разные стороны. Тело рухнуло на землю, как ненужный груз. Ванда подлетела к Питеру и опустилась на колени, её лицо было искажено беспокойством. — Держись, — сказала она, прижимая ладони к ране. Её магия окутала его, и боль начала отступать. — Ты… спасибо, — прошептал Питер, глядя в её глаза, и увидел в них море беспокойства. Она ничего не ответила, только крепче сжала его руку. В тот момент Ванда начала осознавать, что, несмотря на её холодность, Питер всегда относился к ней с добротой. И это что-то значило... больше, чем она могла себе представить.