Жизненный урок

      Габриэля всё происходящее крайне достало. Жизнь быстрыми темпами разрушалась, а преследующий его Калеб только подливал масло в огонь. Бедняжка Габриэль пережил худшее, что только случалось в его жизни за последнее время. Множество увольнений, преследование, безразличие близких. Парень хоть и не признавал этого, но медленно сходил с ума.       Он не мог ни с кем поделиться происходящим, но душа его изнывала, поэтому выбор на спасение был невелик и не самого хорошего сорта. Наркотики, алкоголь, самоповреждение – целая коллекция «плохого мальчика», из которого Габриэль предпочел напиться в хламину. Взрослый, может себе позволить. Скрываясь от посторонних глаз в каком-то захолустном баре, Габриэль опустошал рюмку за рюмкой.       Дверь со скрипом отворилась. Посторонний шум заглушала приятная музыка, которая подначивала парня пить снова и снова. Габриэль опустошил имеющийся у него кошелёк, а бармен поглядывал на него с некоторой неприязнью, будто желая выгнать обедневшего (отчасти по его же вине) пьянчугу из бара. Габриэль уже совсем не соображал, щёки его раскраснелись, а сам парень сильно нахмурился, поглядывая на бармена из-за бровей скорее игриво, чем злобно. – Ж-жалко что ли...? Н-налей мне е-ещё рюмочку...       Бармен невозмутимо продолжил натирать стаканы, проигнорировал пьяного посетителя. Работник ответил что-то в духе «нет денег – нет выпивки», на что Габриэль лишь сильнее раззадорился, слегка не выдерживая от нахлынувшей агрессии. Он намного хуже контролировал эмоции, будучи пьяным. – Ах ты...       Не успел парень начать свой злоебучий монолог, сзади его схватили за плечи. Габриэль вскочил, убирая с себя руки, теперь все его эмоции перешли на того, кто посмел вмешаться. Парень перед ним расплывался, поэтому Габриэль не мог понять, кто начал с ним разговор. – Мне пришлось зайти в десяток других баров, чтобы найти тебя, – говоривший тяжко вздохнул, хватая Габриэля за запястье, – пойдём, пока не учинил глупостей.       Габриэль шлёпнул парня по руке, отодвигаясь от человека, нагло нарушившего его личные границы. В ответ на это неизвестный грубой хваткой сжал напившегося в хлам парня за плечо. – Габриэль, я знаю, что ты бы предпочёл что угодно, лишь бы не меня, но я правда хочу помочь. – «Хочу помочь», да, «хочу помочь», все Вы так говорите... Но никто всё ещё мне не помог... Разве я... Я...       Ослабнув, пьяный парень едва не упал, свалившись в руки Калеба. Парень вздохнул, наблюдая за сопящим Габриэлем. Он доплатил деньги бармену, попросив замять ситуацию и забыть об их присутствии, и спешно вышел, неся Габриэля на спине.       Уложив уснувшего человека в машину, вскоре Калеб поехал. Он поглядывал на мирно лежащего парня, думая, как стоит поступить. Дорога нервировала, машины буйствовали, а всё было словно вечно идущим соревнованием между водителями. Передвигаясь по трассе, Калеб ехал вперёд, но цель у него была одна. Эту ночь двое парней проведут вдвоём. Искорка возбуждения заиграла в голове, но Калеб отмел это, продолжая поездку.       Оставшийся путь оказался несложным. Совсем немного времени, и уснувший Габриэль уже был на пороге его дома, а вскоре и на кровати. Уложив тушу на кровать, Калеб снял с него ботинки и пошел закрывать дверь. Несмотря на наличие лифта, таскание другого человека требовало немаленькой физической нагрузки. Возвращаясь в спальню, Калеб считал, что сейчас может позволить себе отдых... И может даже обнять спящего Габриэля.       Габриэль в полуспящем состоянии с презрительным взглядом смотрел на проход. По ту сторону стоял Калеб. Рубашка на теле Габриэля слегка спала с плеча, обнажая его ключицы. Парень совсем не соображал, пребывая между алкоголем, сном и реальностью. – Ненавижу... – Знаю, что ненавидишь. Калеб вздохнул, приблизившись к Габриэлю. Он сел около пьяного парня на кровати, смотря в такие манящие, затуманенные глаза. – Во всём виноват ты...       Калеб замолк. На лицо лезла эта нелепая улыбка, но он продолжал молчать. Ему действительно нравилось наблюдать за поведением напившегося Габриэля.       Не выдержав этой насмешливой ухмылки на лице Калеба, Габриэль схватился за чужой воротник и повалил парня на кровать. Он нависнул над парнем. Калеб смотрел скорее с лёгким удивлением, но не сопротивлялся. Его подначивал страх и желание узнать, что будет делать этот сумасшедший пьянчуга.       Габриэль приблизился к губам Калеба. – Безумно бесишь...       И поцеловал.       Внутри Калеба всё перевернулось. Он закрыл глаза, чувствуя нарастающее возбуждение. – Я бы даже сказал, что ненавижу тебя, хочу, чтобы ты сдох, – Габриэль целовал его снова и снова, отстраняясь только для того, чтобы продолжить свою тираду, – но, блять, ещё сильнее я хочу войти в тебя, хочу, чтобы ты скулил подо мной, извивался и умолял меня.       Габриэль сжал дрожащие руки Калеба над его головой. Он не хотел дать парню и капли свободы, отбирая всё у Калеба так, как отобрали всё и у него самого. Не прекращая действовать, после поцелуев их тела сблизились ещё сильнее.       Калеб буквально изнывал от действий Габриэля. Он чувствовал, как его член пульсирует, а голова вскипает от чувств. Габриэль целует его! Будто в ответ на эти мысли, Габриэль прекратил волну целования и начал хвататься за шею, кусая Калеба вполсилы, оставляя некоторые следы. Калеб под ним извивался, подрагивая и хныкая. – Я хочу, чтобы ты плакал, – уши Калеба горели от томного шёпота, а после были жадно искусаны парнем.       Комната пропиталась запахами двух парней. Габриэль начал тереться об Калеба вставшим стояком, и Габриэль, не выдержав, стянул с себя штаны и нижнее, обнажив свой пульсирующий член. Член прикоснулся к чужим штанам, оставив после себя мокрый отпечаток. – Хочу... хочу тебя, – Габриэль прижался к Калебу ещё сильнее, буквально вдавившись в парня своим членом.       Калеб под ним, хрипя от неожиданного перевеса, взмолился. – У-умоляю, постой, – щёки Калеба пылали от возбуждения, а голова туманилась, но он всё ещё старался держать себя в руках, – я не растянут... мне будет б-больно. – А меня ебёт? – ловко парировал Габриэль, грубо сжимая Калеба за плечо, – самому Калебу ведь было до пизды, больно ли мне, когда он множество раз делал мне больно. Почему это мне должно быть не похуй, в говне будет мой член, в крови или ещё в чём?       Калеб снизу задрожал от осознания своего отчаянного положения, пытаясь вырваться. Габриэль прильнул к чужим губам, кусая парня до крови. – Нет, сладкий, терпи, ты ведь так меня хотел, – пьяный запах окружил Калеба, от чего парень скривился, – когда тебе ещё выпадет такой шанс?       Несмотря на потуги Калеба выбраться, напившийся человек оказался сильнее. Удивительно, но алкоголь сильно менял ситуацию. В итоге, Габриэль перевернул парня на живот и стянул с него трусы. Зажимая руки парня сверху, Габриэль свободной рукой начал массировать задний проход Калеба. – Говоришь, что не хочешь, а твой член смазкой истекает, будто молит меня войти.       Габриэль настолько аккуратно, насколько способен пьяный человек, приставил член к анусу Калеба и раздвинул чужие ягодицы. – Перестань, конченный ты уебок, дай мне подмыться или возьми хотя бы смазку... – всхлипывая взмолился Калеб. – Ни за что, – отрезал Габриэль, – ты заслужил испытывать эти страдания за всю ту хуйню, что заставил пережить меня.       Головка медленно погрузилась внутрь. Парень снизу охнул, ноги его ужасно дрожали. – Умоляю, пожалуйста, остановись, – Калеб пытался вырваться, но Габриэль крепко держал того за руки, погружая пенис ещё глубже. – Прекрати вырываться, – Габриэль нахмурился, прижавшись к Калебу своим телом. От этого член проник до яичек, заставив Калеба вскричать. Единственное, что смазывало все действия – предэякулят. Калеб буквально сходил с ума от боли. – Хватит, не делай этого, – Калеб начал плакать, – извини меня, прошу, извини, я был не прав...       Мысли Калеба спутались, но стоило Габриэлю сделать толчок внутри, то парень замолк, сжимая зубы от боли. Вскоре двигаться внутри Габриэлю казалось легче, потому что кровь смешалась с естественной смазкой. Габриэль прижался к Калебу, кусая того за шею.       Движения его были медленными и грубыми рывками, а сам мужчина тяжело дышал. Он слышал, как парень под ним скулит и плачет, но единственное, что действительно волновало Габриэля – желание причинить как можно больше боли Калебу. Верхний прекратил держать трясущегося Калеба за руки. Вместо этого Габриэль обхватил чужую шею, придушивая. – Умоляю, убей меня, – прокряхтел Калеб, слёзы текли из его глаз. – Нет, ты будешь страдать, – прошептал Габриэль, ускоряя свои движения, – ты всю жизнь будешь помнить о том, что сделал со мной. Ты знаешь, что я делаю это с тобой не просто так. Ты заслужил это. Ты уничтожил спокойствие моей жизни — я просто отплачиваю тебе тем же.       Габриэль продолжил грубо втрахивать кабеля в кровать. Эхом отзывались вздохи двух мужчин. Калеб тихонько поскуливал в подушку, удовольствие смешивалось с болью и горечью. Габриэль врывался в чужое тело снова и снова, глухо постанывая в ухо Калеба.       Кончив, даже когда член упал, Габриэль продолжил двигаться внутри чужого обессиленного тела, будто желая продырявить в нём дыру, уничтожить изнутри и не оставить ничего живого. Калеб перестал сопротивляться и как-либо реагировать, только безразлично лежа с закрытыми глазами. Он даже не заметил, как кончил одновременно с Габриэлем. Это всё стало для Калеба неважным.       Вскоре Габриэль прекратил движения. Он лёг рядом с Калебом, всё ещё находясь внутри, и уснул. Калеб проплакал полночи, но так и не смог сомкнуть глаз. Этот урок он усвоил для себя навсегда.