Узнать тебя заново

      — Ну и как тебе в нашем универе? — поинтересовался Джин, опускаясь напротив Тэхена с Чимином. — Уже нашел отличия между Сеульским и Кембриджским?       Ким Сокджин — самая неординарная личность третьего курса ветеринарного факультета. Начиная от голубых волос, которые он оправдывает любовью к попугаям Ара, и заканчивая тем, что не доверяет тем людям, у которых нет домашних питомцев. Как однажды сказал сам Ким: «Люди, у которых нет домашних питомцев — бесчувственные и эгоистичные по своей натуре, отвечаю». На вопрос Тэхена о том, почему он так в этом уверен, Джин лишь закатил глаза и ответил, что ни один адекватный человек не пройдет мимо бездомного кота или собаки. Сокджин даже не рассматривал тот факт, что не у всех есть возможность содержать питомца. Ну а Тэхен больше не лез с разговорами на эту тему. Не хотелось в какой-нибудь прекрасный момент быть посланным нахуй, так как он «не шарит в теме».       — В общем и целом — мне нравится, — Тэхен растянул губы в приветственной улыбке. — Здесь не такие дотошные преподы и адекватные студенты. Ну, я пока только таких встречал. Да и в целом соскучился по Корее. Так что плюсов, думаю, для меня будет больше, чем минусов.       — Кстати, все время забываю спросить, почему вы вообще решили переехать? — Чимин, который уже успел съесть свой обед, включился в беседу.       — Из-за мамы. Она же переводчик, поэтому часто отправляется в разные командировки. Компания, в которой она работает, планировала выход на мировой рынок, а ее сфера деятельности здесь играла немаловажную роль. И, чтобы не быть долго в отрыве от семьи, они с отцом поговорили и пришли к выводу, что проще переехать всем, так как не знали, как долго это все будет тянуться. Потом папа нашел там работу, все завертелось, закрутилось и только сейчас они решили переехать обратно.       — Я бы, наверное, не захотел возвращаться, — задумчиво протянул Джин. — Все таки в пятнадцать проще отрываться и от друзей, и от партнеров. Ты, по сути, еще ребенок. а когда тебе уже двадцать один, то это звучит так, словно половину жизни там оставляешь.       — Не знаю, с некоторыми знакомыми мы и так поддерживаем связь, последние отношения закончились полгода назад, а новыми я обзавестись не успел, — Тэхен лишь неопределенно пожал плечами. — Мне нравится Кембридж, но не как место постоянного проживания.       — Ну а почему не рассмотрел другие города? — Чимин тоже не понимал, почему тот решил бросить все и вернуться в Сеул.       — Не могу объяснить, Чим. Я просто хотел домой.       — Ладно, мы можем еще долго рассуждать на эту тему, но, — Джин опустил взгляд на экран телефона и засуетился, — Вот черт, пара через десять минут, а мне бежать в другой корпус! Все, не прощаюсь.       Чимин и Тэхен, наблюдая за суетливыми движениями друга, лишь переглянулись, обмениваясь молчаливым пониманием, а затем проводили взглядом его быстро удаляющуюся фигуру. Поняв, что и им пора выдвигаться, Пак и Ким, не говоря ни слова, разошлись в разные стороны, каждый погружённый в свои мысли, но с лёгкой улыбкой, оставшейся после этой мимолетной встречи.       Не смотря на то, что Тэхен вот уже как месяц учится в Сеульском национальном университете, он до сих пор не запомнил всех аудиторий. Нет, ну серьезно, где этот сраный триста двадцать первый кабинет? После триста двадцатого идет двадцать второй. Ким лишь тяжело вздохнул. Он уже проклял и СНУ, и препода по истории литературы девятнадцатого века, и Вальтера Скотта, по которому он должен был подготовить доклад.       Достав телефон из кармана, Тэхен сверился со временем. Еще три минуты до начала занятия. Но не успевает убрать телефон в карман, как на повороте его практически сбивают с ног.       — Смотри куда идешь! — незнакомец ловит Кима за плечи, спасая от встречи с полом и тут же отступая на шаг.       — Извини, — Тэхен чуть морщится от дискомфорта. Вот он вроде носом встретился с человеком, а по ощущениям — со скалой. Нет, это реально больно! — Я пытаюсь найти кабинет, ты не мог бы помочь, пожалуйста? Уже минут пять хожу по этажу.       Подняв взгляд на собеседника, Ким столкнулся с темными глазами напротив, которые рассматривали его, приподняв в удивлении бровь. Парень, с которым Тэхен столкнулся, выглядел как те, кого он встречал на факультетах искусств: широкая футболка, черные штаны карго, кроссовки на высокой подошве. Но если такой набор одежды можно было найти на любой специальности, то полностью забитую татуировками правую руку и пирсинг — нет. Тут либо он реально студент творческого направления, либо отчаянный. Ким уже был свидетелем выговоров за некорректный внешний вид филологов и медиков. Тому же Джину знатно полоскали мозги за яркое окрашивание. Хотя, с другой стороны, пирсинг можно снять, тату скрыть под рубашкой или водолазкой, ну а к смоляным волосам, собранным в небольшой хвост на затылке, в принципе не придерешься. Тэхен еще раз бегло оглядел незнакомца. Красивый.       И пока Ким отгонял от себя мысли о симпатичном парне, тот, в свою очередь, осматривал его самого. Светлые волосы, свободные классические брюки коричневого цвета и белая рубашка, на ногах туфли. И все. Никах тату, проколов и чего-либо еще. Хватит его так пристально рассматривать! Это нервирует.       — Какой кабинет тебе нужен? — заговорил парень, когда Тэхен уже сделал шаг в сторону, решив, что помощи ждать не стоит.       — Триста двадцать первый, — быстро проговорил он и нахмурил брови, услышав смешок. — Я сказал что-то смешное?       — Прости, ты первогодка? Обычно у них всегда путаница с этим кабинетом. Он на втором этаже. Спустишься вниз, повернешь налево и первая дверь — нужная тебе аудитория.       — Я перевелся месяц назад, не успел запомнить. Третий курс филологии, — Тэхен выдохнул от облегчения. — Спасибо!       Уже подходя к лестнице, он не удержался и обернулся. Что-то промелькнуло на краю сознания, словно ускользающая тень, но Ким не успел ухватиться за эту мысль. Черты лица незнакомца будто бы отзывались чем-то давно знакомым, но Тэхен никак не мог вспомнить, кого именно ему напоминает этот студент.       Неожиданно по этажу раздался резкий, противный звук, оповещающий о начале занятий. С тихим, но выразительным «Блять!» он бросился на пару, где следующие полтора часа ему предстояло погрузиться в теорию романтизма и творчество излюбленных классиков. Увы, ни времени, ни сил не оставалось, чтобы вспоминать ту самую милую кроличью улыбку и глаза, похожие на полумесяцы, которые так нравились ему с детства.

***

      Семья Тэхена давно не нуждалась в деньгах. Мать, Ким Миджи, — переводчик в крупной компании «Golden group» и, по совместительству, советник директора, а отец, Ким Дохен, — шеф-повар в ресторане «Flowers». И хоть родители помогали своему ребенку финансами, младший Ким их откладывал и лишний раз старался не лезть в накопительный счет, предпочитал сам зарабатывать деньги на свои нужды. В свободное время Тэхен занимался корректурой текста, но у него еще не было большой клиентской базы, поэтому он подрабатывал бариста в кофейне около университета. «Wings» действительно было красивым местом. Мин Юнги, его владелец, был поклонником минимализма, так что весь интерьер строился на черно-белой цветовой гамме, поэтому:       — Реально зебра, — подытожил Чимин. — Серьезно, почему крылья? На ангельскую обитель не тянет, логотипом должно быть копыто, которое символизирует упрямство и непробиваемость владельца. Ну и его безразличие ко всему живому и не очень.       Вся нелюбовь к господину Мину у Чимина складывалась на том, что тот совершенно не обращал на него внимания. В свои двадцать восемь лет Юнги уделял все внимание своему детищу, которое только год назад обрело популярность. Пак всякий раз, стоило мужчине появиться в главном зале, пытался с ним заговорить, а однажды даже предложил прогуляться, но Мин максимально быстро отшил юного художника со словами: «Меня дети не привлекают». В его оправдание можно сказать лишь то, что Чимин, не смотря на свои полные двадцать один, действительно имел невысокий рост и детские черты лица: всегда светящиеся радостью глаза, небольшие щечки и цветастые волосы. Добавить к этому любовь к розовым толстовкам и свободным спортивным штанам и ему действительно не дашь больше семнадцати лет.       — В тебе философ помер, Чим, — находящийся за кассой Тэхен вовсю потешался над другом. Ему даже стыдно не было, если быть честным. — А как же дуальность личности? Вот представь, черные и белые полосы символизируют взлеты и падения человека, его душевную составляющую. Крылья же — возможность освободиться от противоречий в своем сознании, очистить разум и взлететь, освобождаясь от позитивных и негативных сторон. Стать лучшей версией себя!       — Пары профессора Ли хуево влияют на твое мировоззрение, — заметил Пак, поправляя рыжую челку. — Завязывай.       — Вы дебилы? — Джин с недоумением смотрел то на одного, то на второго. — Тэ, сделай один лавандовый раф.       — Вот так и живем, пробует все, что связано с его крашем он, а дебилы мы, — недовольно пробубнил Чимин. — Ты бы еще ему в штаны залез и посмотрел, какую марку трусов он предпочитает.       — Calvin Klein. — с ничего не выражающим лицом ответил Сокджин.       — Я не хочу знать, откуда у тебя эта информация… — протараторил Пак, страшась узнать подробности. Тэхен был с ним полностью согласен. — Мне как обычно.       Тэхен, стоя за стойкой, с легкой улыбкой наблюдал за друзьями. Чимин, все еще недовольный, развалился на стуле, а Джин, как всегда невозмутимый, листал что-то на телефоне, изредка поглядывая на Тэхена. В кофейне царила уютная атмосфера: мягкий свет падал на черно-белые стены, а из динамиков тихо играла джазовая мелодия. Аромат свежего кофе и выпечки витал в воздухе, смешиваясь с лёгким запахом лаванды.       Тэхен кивнул, давая понять, что он услышал каждого из друзей, и повернулся к кофемашине. Его руки двигались уверенно: он насыпал свежемолотый кофе в холдер, аккуратно утрамбовал его темпером и вставил в машину. Пока эспрессо наливался в чашку, он взял небольшой кувшин, налил туда молоко и добавил несколько капель лавандового сиропа.       — Тэ, — Чимин, все еще ворчливый, подошел к стойке. — Ты уверен, что не хочешь добавить в мой кофе что-нибудь… особенное? Ну, знаешь, чтобы я забыл, как меня унизил этот чёрствый Мин Юн-       — Чимин, — Тэхен прервал его, поднимая руку. — Если я добавлю что-то «особенное», то это будет не кофе, а твой билет в больницу. Так что давай без экспериментов, ладно?       Чимин фыркнул, но отступил, вернувшись к столику. Тэхен, тем временем, взбил молоко в пышную пену и аккуратно вылил его в чашку с эспрессо, создавая идеальный лавандовый раф. Он украсил напиток веточкой сушеной лаванды и поставил его на поднос. Затем он взял вторую чашку и приготовил обычный капучино для Чимина, нарисовав на пенке сердечко шоколадным сиропом.       — Готово, — Тэхен подошел к их столику с подносом в руках. — Лавандовый раф для Джина и капучино для Чимина. И, чтобы ты не ныл, — он поставил перед Чимином еще и кусочек чизкейка. — На, ешь. Может, сладкое улучшит твое настроение.       — Ты лучший, — Чимин сразу же отломил кусочек торта и отправил его в рот. — Но это не значит, что я прощаю тебя за твою философию про крылья.       — А я и не прошу, — Тэхен усмехнулся, глядя, как Джин осторожно пробует свой раф. — Ну как?       — Супер! — Джин кивнул, делая еще один глоток. — Ты действительно мастер своего дела.       — Спасибо, — Тэхен почувствовал легкое тепло на щеках. — Если что-то еще понадобится, зовите.       Он вернулся за стойку, но украдкой поглядывал на друзей. Чимин, кажется, уже забыл о своих обидах и вовсю смеялся над чем-то, что сказал Джин. Тэхен улыбнулся. В такие моменты он особенно любил свою работу — не только за аромат кофе, но и за эти маленькие, теплые моменты, которые она ему дарила.       Несмотря на будний день, ближе к вечеру в кофейне было не протолкнуться. Кто-то шел с учебы, позволяя себе маленькую радость в виде чашечки кофе после тяжелого дня, кто-то отдыхал в компании друзей, обсуждая свежие новости, а кто-то брал заказ с собой и тут же торопился по своим делам. И только к девяти часам людей стало меньше, позволяя выдохнуть и хотя бы на минуту присесть перед закрытием.       Когда последний посетитель покинул заведение, Тэхен не спеша принялся за уборку зала. Он знал, что до конца смены оставалось ещё минут двадцать, и, конечно, могло случиться так, что кто-то заглянет в самый последний момент. Но лучше было протереть большую часть столов сейчас, чем оставаться на лишние полчаса. Ким уже занимался своей рабочей зоной, протирая столешницу влажной тряпкой, когда колокольчик на входной двери звонко оповестил о новом посетителе.       — Добро пожаловать! — автоматически произнес Тэхен, убирая тряпку со столешницы и поднимая глаза. Его взгляд встретился с глазами вошедшего, и он слегка замер. Перед ним стоял тот самый парень, с которым он столкнулся утром в университете. Темные волосы, чуть растрепанные после дня, теплая улыбка и глаза, которые, казалось, светились добротой. Тэхен не смог сдержать легкую улыбку. — О, мы снова встретились.       — Привет, — Чонгук улыбнулся в ответ, подходя к стойке. — Мне капучино с собой, пожалуйста.       — Конечно, — Тэхен кивнул, уже начиная готовить напиток. Его руки автоматически потянулись к кофемашине, но мысли были заняты другим. — Не видел тебя тут раньше, — добавил он, стараясь звучать непринужденно, хотя внутри слегка нервничал.       — Я тут частенько бываю, но, видимо, не в твои смены, — Чонгук расслабленно облокотился на стойку, наблюдая за тем, как Тэхен ловко управляется с кофемашиной. — Ты новенький?       — Чуть меньше месяца работаю, — Тэхен проговорил, поправляя взъерошенные волосы, которые никак не хотели слушаться. Он взял кувшин с молоком и начал взбивать пену, стараясь не отвлекаться. — Как тебя хоть зовут? Я Тэхен. Ким Тэхен.       — Чонгук. Чон Чонгук, — парень улыбнулся шире, и Тэхен заметил, как его глаза слегка сузились, словно от удовольствия. — Приятно познакомиться, Тэхен. Ты, я вижу, уже профессионал.       — Стараюсь, — Тэхен смущённо усмехнулся, наливая готовый капучино в бумажный стаканчик. — Вот, держи.       — Спасибо, — Чонгук взял стакан, их пальцы на мгновение соприкоснулись, и Тэхен почувствовал лёгкое тепло. — Увидимся, Тэхен.       — Увидимся, — Тэхен кивнул, наблюдая, как Чонгук выходит из кофейни.       Он не понимает, почему этот парень кажется ему таким знакомым. Ким не верит в совпадения. Но и не верит в то, что этот Чонтот самый, с которым они провели большую часть детства.       Он стоял за стойкой, машинально вытирая руки о полотенце. Тэхен не мог отделаться от странного чувства, что этот парень кажется ему до боли знакомым. Его лицо, улыбка, даже манера говорить — всё это будто бы отзывалось в памяти чем-то давно забытым, но важным. Однако Тэхен не мог понять, откуда это ощущение.       Он не верил в совпадения. Всё в жизни, как он считал, происходило по какой-то причине, даже если эта причина была скрыта от него. Но сейчас, глядя на Чонгука, он чувствовал себя так, будто пытается собрать пазл, не видя картинки. Его разум отчаянно цеплялся за обрывки воспоминаний, но они ускользали, как песок сквозь пальцы.       «Может, это просто дежавю?» — подумал Тэхен, но тут же отмахнулся от этой мысли. Нет, это было что-то другое. Что-то глубже.       Он вновь вернулся к воспоминаниям из детства. Тёплые дни, проведённые с другом, с которым они были неразлучны. Они делились всем: мечтами, страхами, даже бутербродами, которые мама клала им в школьные ланч-боксы. Но потом что-то пошло не так. Они начали отдаляться, а потом и вовсе перестали общаться. Тэхен даже не помнил, как звали того мальчика.       Или… помнил?       «Чонгук… Чон…» — имя будто бы звенело в его голове, но он не мог связать его с тем мальчишкой из прошлого. Нет, это просто совпадение. Не может быть, чтобы этот уверенный в себе, улыбчивый парень былтем самымЧоном.       Тэхен вздохнул, пытаясь сосредоточиться на работе. Он налил себе стакан воды и сделал несколько глотков, надеясь, что это поможет ему прийти в себя. Но мысли продолжали крутиться вокруг Чонгука.       «Почему он кажется таким знакомым? Почему я не могу просто забыть это?» — Тэхен сжал стакан в руках, чувствуя, как легкая дрожь пробегает по его пальцам. Он не хотел верить, что это может быть тот самый Чон. Ведь если это он, то что тогда? Что он скажет? Что они скажут друг другу после стольких лет?       Но, с другой стороны, если это не он, то почему это имя и это лицо вызывают в нём такие странные, тёплые и одновременно тревожные чувства?       Тэхен поставил стакан на стойку и закрыл глаза на мгновение. «Нет, — подумал он. — Это просто совпадение. Не может быть, чтобы это был он.»       Но где-то глубоко внутри, в самом сердце, он чувствовал, что это не просто совпадение. И это пугало его больше всего.       Он тяжело вздохнул и взъерошил светлые волосы. Голова пухла от роя мыслей. Тэхен не хотел погружаться в прошлое. Пусть он и не помнил того, с кем бок о бок провел свои лучшие годы, но он помнил, как обидно и больно было отпускать близкого человека. А самое главное — ему даже не объяснили, почему все вышло именно так. Никаких ясных причин, только туманные слова, которые оставили его в полном недоумении.       «Мы разные, Ким! Твой мир в корне отличается от того, что вижу и чувствую я. Прости, но я не могу больше с тобой общаться».       Эти слова, как заноза, до сих пор сидели в его памяти. Они всплывали в самые неожиданные моменты, будто бы напоминая о том, что когда-то было важным, а теперь стало лишь болезненным воспоминанием.       После произошедшего Тэхен весь день заливался слезами, не понимая, в чём его вина. Он ещё надеялся, что всё можно исправить, что это просто недоразумение, которое они смогут обсудить. Но уже через четыре дня он сидел в самолете, уставившись пустым взглядом в иллюминатор. Облака за стеклом казались такими же далекими и недосягаемыми, как и его мечты о том, чтобы всё вернулось на круги своя.       Наивный и глупо верящий в чудо Тэхен остался в Сеуле, на спортивной площадке старшей школы. А через шесть долгих лет вернулся. Но некоторые осколки сердца, которое бережно и кропотливо склеивали все это время, так и остались у того, кому он был не нужен.

***

      Когда за Тэхеном захлопнулась дверь, первое, что он услышал, был громкий голос Пака, разносящийся из кухни: — Надеюсь, ты принёс мне что-нибудь из своей забегаловки? — кричал Чимин, явно не заботясь ни о своих голосовых связках, ни о барабанных перепонках Тэхена.       — Ты терпеть не можешь Юнги, но обожаешь его выпечку, — усмехнулся Ким, снимая обувь и направляясь на зов своего личного Ктулху. — Я больше чем уверен, что ты по нему сохнешь. Готов поспорить, что на ближайшей выставке вы будете зажиматься в комнате для персонала.       Тэхен прекрасно изучил характер Пака и неплохо знал своего работодателя. По крайней мере, он замечал те самые «незаметные» заинтересованные взгляды Мина в сторону его лучшего друга, когда они сталкивались. Чимин же был прост до безобразия — если ему кто-то не нравился, он сразу отправлял человека куда подальше, не пытаясь как-то насолить или привлечь внимание. Так что да, Тэхен был уверен, что у них всё взаимно, просто оба любили портить нервы друг другу и окружающим.       — Родной, ты, по-моему, перепутал, — произнес Чимин, смотря на сожителя как на душевнобольного. — Единственное, с чем он может зажиматься на выставке, — это его рука. Не для этой тонны сарказма мама ягодку растила.       Тэхен лишь рассмеялся в ответ. Они явно стоили друг друга. Поставив перед Чимином пакет с выпечкой, остатки которой им разрешали забирать домой, ведь каждое утро привозили свежую, блондин отправился в их комнату. Он достал из шкафа серые спортивные штаны, белую футболку и направился в душ. В такие моменты он был рад, что их общежитие больше напоминало небольшую квартиру. Ему нужно было смыть все напряжение, накопившееся за день. Тэхен стоял под струями воды, температура которой была почти обжигающе горячей. Приятное пощипывание кожи заставило мурашки пробежать по его позвоночнику, и он не смог сдержать тихого, блаженного стона. В голове проносились события последнего месяца: переезд, новые знакомства, университет и, конечно, сегодняшний день. Во многом ему помог Чимин с его открытым и дружелюбным характером. Если бы не сосед, который буквально вытаскивал его из комнаты в свободное время, Тэхен, скорее всего, так и провёл бы свой третий курс в полной изоляции от социума.       Внезапно в голове возник образ Чонгука. Его голос, глубокий и слегка хрипловатый, звучал в голове, будто эхо их разговора в кофейне. Его хотелось слушать снова и снова. А его тело… Оно явно было результатом долгих часов тренировок в зале. Тэхен до сих пор помнил, как случайно влетел в него перед третьей парой. Грудь Чонгука, твёрдая и упругая, будто врезалась в его память. Тёмный, пронзительный взгляд, острые черты лица и та самая милая улыбка, которую так хотелось стереть своими губами. И эти чёрные, слегка вьющиеся волосы. Как бы он хотел запустить в них пальцы, сжать у корней и притянуть ближе. Глубже.       Рука Тэхена сама собой потянулась вниз, скользя от шеи к груди. Он представлял, как проводит языком по тому самому колечку в губе Чонгука, как жадно целует его, но при этом позволяет тому вести. Как язык Чонгука настойчиво проникает в его рот, а руки держат его за затылок и талию, не давая отступить. Тэхен представлял, как трётся своим возбужденным членом о колено, которое Чонгук намеренно просунул между его ног, чтобы лишить его последних остатков контроля.       Он касался воображаемых кубиков пресса Чонгука, представляя, как исследует каждый сантиметр его тела под футболкой. В то же время его пальцы скользили по своему собственному телу, медленно, почти нежно. Тэхен опустил ладони вниз. Большой палец левой руки скользил по головке, в то время как правая скользила по всей длине, и Тэхен всё больше терял себя в своих мыслях.       Он закусил губу, чтобы не застонать слишком громко, но его тело уже дрожало от нарастающего удовольствия. Рука двигалась быстрее, дыхание сбивалось, и когда волна оргазма наконец накрыла его, Тэхен прижал ладонь ко рту, чтобы заглушить стон. Его ноги подкосились, и он едва удержался на ногах, опустив голову и пытаясь отдышаться. Вода продолжала литься на него, смывая напряжение, но в голове всё ещё крутились образы, которые он не мог отпустить.       Сделав глубокий вдох, Тэхен решительно потряс головой из стороны в сторону, окончательно избавляясь от наваждения. У него давно никого не было, поэтому такая реакция тела на, что уж греха таить, горячего парня неудивительна. Теперь дело оставалось за малым. Не сгореть от стыда перед Чоном, если встретятся. А они встретятся. Как минимум оба учатся в одном университете, благо на разных факультетах. Как максимум — Чонгук постоянный клиент «Wings». И если шанс столкнуться в учебное время минимальный, то на двери кофейни можно повесить вывеску — «Чон Чонгукам вход запрещен», но господин Мин явно не будет рад потери того, кто приносит ему деньги в кассу. Вот и получается, что нужно взять свои яйца в кулак и не загоняться. Мужик Ким, все-таки, или нет.       — Бля… — тяжело выдохнул Тэхен, смотря на себя в зеркало, которое висело в их с Чимином комнате.       — Ты так горестно вздыхаешь, что мне даже страшно представить причину твоих душевных терзаний, — Чимин подпирал собой дверной косяк, наблюдая за другом с приподнятыми бровями.       — Пиздец, родной, — проговорил Тэхен, падая на кровать лицом в подушку. Было стыдно. — Я, кажется, влюбился. Нет. Слишком громкие слова. Но он охуеть какой красивый с этим своим накаченным телом и татухами, и милый, когда улыбается. Он меня заинтересовал, да.       — Оу, — хитро улыбнулся Чимин, подходя ближе к своей жертве. Они не так давно друг с другом знакомы, но Пак действительно считал Кима своим близким другом, поэтому не может обойтись без подколов. — Ты поэтому так долго в душе был? Признавайся, дрочил?       Не в бровь, а в глаз. Иногда проницательность этого рыжего засранца просто убивала, и Тэхену частенько хотелось его огреть чем-нибудь тяжелым по голове. И чтобы блондин не ушел, в прямом смысле, от разговора, Чимин решил действовать радикально — просто завалиться на него сверху.       — Эй, ты не пушинка, если что, — закряхтел придавленный к кровати Ким. — И вообще, никто не безгрешен!       — Боже, чужие дети так быстро растут, — Пак утер воображаемую слезу с щеки. — Колись, кто он? Ты так описал этого чувака, что у меня в голове образ Аполлона нарисовался сам собой.       — Ты старше меня на два месяца, не строй из себя деда! — произнес Тэхен, закатывая глаза. — Его зовут Чон Чонгук, ходит с хво-       — Да ладно?! Тот красавчик с факультета бизнеса? — Вдруг оживился Чимин, сползая на бок, чтобы поглядеть на друга. — Хотя тут нечему удивляться, он красавчик всего факультета, да и в твоем вкусе. Они с Джуном часто вместе ошиваются, ну а так как наш Джин-и тащится по этому юристу, мы иногда пересекаемся.       — Да, он сегодня помог мне найти вечно теряющийся кабинет, а вечером заходил в кафе.       — И в чем тогда проблема? — до сих пор не мог понять Пак. — В том, что ты осквернил его светлый облик рукоблудством? Ни за что не поверю, что ты стесняешься, Тэ.       Тэхен взвыл в подушку от отчаяния. Он сам не догонял, в чем причина его состояния. И он действительно не стеснялся того, что сделал. Но блять! Ладно, он подумает над этим как-нибудь потом.

***

      Блодин вышел из злосчастного триста двадцать первого кабинета и направился в столовую, где его уже ждали. Сегодня преподаватель объявил о выставке, которая должна будет состояться через два месяца, — это был первый тревожный звоночек для студентов филологии. Второй же заключался в том, что они должны работать в связке с ребятами с факультета искусств и принять в ней участие. Один предлагает произведение, другой — воплощает идею и атмосферу книги через картину. Все гениально и просто, как сказала Ли Сумин, их преподаватель по истории зарубежки. Поэтому надо было быстро забрать Чимина себе в напарники, пока этого не сделал кто-то другой.       Телефон в заднем кармане оповестил о новом пришедшем сообщении, поэтому пришлось отойти в сторону, чтобы не мешать торопящимся студентам, и открыл общий чат с Джином и Чимином.

(Не)ценитель искусства:

Я задержусь. До меня опять домохался препод. (T_T)

Вы:

Я ТЕБЯ ЗАБИЛ!

Вы:

Там выставка скоро. Работа в паре — филологи/художники. У нас Шекспир. Остальное расскажу в столовой.

В мире животных:

Я валяюсь…

Бедный, бедный Йорик. (눈_눈)

      Тэхен тихо посмеивался над диалогом, но вдруг замер, когда над ухом послышался выдох.       — Снова заплутал? — произнес Чон, стоящий за спиной Кима.       — Блин, напугал, — с недовольством в голосе произнес Тэхен, поворачиваясь к Чону.       По телу пробежались мурашки. Чонгук стоял близко, явно нарушая личные границы, но блондин не сказал бы, что был против этого. В нос ударил парфюм с нотами табака и вишни, от чего Ким неосознанно вдохнул глубже. В глазах напротив горел интерес, а губы растянулись в легкой улыбке. Тэхен снова залип на колечко пирсинга, но быстро поднял взгляд вверх, надеясь остаться незамеченным в своих желаниях.       — Прости, — Чонгук сделал шаг назад. — Заметил тебя и решил подойти.       — Да ничего. Я шел в столовую, но надо было ответить на сообщение, — Тэхен улыбнулся и убрал телефон на место, чтобы не занимать руки.       — Пойдем тогда вместе? — неуверенно спросил Чонгук. — Мне тоже туда.       Блондин кивнул, соглашаясь. До нужного места они добрались быстро, переговариваясь об университетских буднях и веселых моментах студенческих будней. Взяв себе по легкому перекусу, Тэхен и не заметил, как они дошли до их с Джином и Чимином столика.       — Я уж думал, что тебя вновь заставили писать реферат, — Джин поднял недовольные глаза на друга. — О, привет Чонгук!       — Джин, не будь занудой, — закатил глаза Ким и сел напротив, поворачиваясь к Чону. — Не соответствует твоему имиджу. Чонгук, пообедаешь с нами или у тебя уже есть планы?       — Привет, хен! — поздаровался в ответ он, отодвигая стул рядом с блондином.       — Вы прикиньте, мне поручили подготовить эту дебильную кофейню к выставке! — на горизонте появился взвинчнный Чимин, бахая своим подносом с едой об стол с другой стороны от Тэхена. — Какой нахуй Шекспир, Тэ? От его произведений только выть хочется, как ты вчера в подушку от досады! О, привет Чонгук!       — Молчание — золото, Чим. — с намеком так проговорил Тэхен, сверля взглядом друга. — И что ты вообще хочешь? Родной, вся литература девятнадцатого века держится на мрачности, смерти и разврате. А порно в твоем исполнении никто не заценит. Ну кроме Юнги. Не забудь про мои слова о комнате для персонала.       Чимин насупился. Он показательно отвернулся от Тэхена и принялся есть с ворчанием о том, что не хочет рисовать Йорика, пока Джин портил атмосферу обиженных и обреченных своим шикарным смехом.       Дальше обед проходил спокойно, за обсуждением планов на выходные и интересах друг друга. Чимин поглядывал на Тэхена и лукаво улыбался, многозначительно так, намекая о вечернем разговоре. На удивление, блондин особо не нервничал, лишь время от времени проводил языком по губам или закусывал нижнюю, когда Чон о чем-то говорил, переводя взгляд на него. Но, как бы им не было комфортно в компании, оставшиеся пары никто не отменял. Первым, как и всегда, убежал Джин, пообещав Тэхену заглянуть к нему на работу, а следом за ним разошлись и остальные.       Две недели пролетели незаметно. Тэхен ходил в универ, где практически каждый день сталкивался с Чонгуком. Они успели обсудить жизнь Кима в Кембридже, учебу Чона в старшей школе, даже их увлечения, которые во многом совпадали. Он и Намджун часто заходили к нему на работу, составляя компанию Чимину и Джину, с каждым разом все чаще оставаясь до закрытия. Он также помогал с уборкой зала, хоть Тэхен и пытался отвадить его от этого занятия.       — Может мне уже стоит записать тебя в официанты? — как-то раз пошутил Юнги, который застал Чонгука с поднятой вверх тряпкой, в то время как Тэхен, навалившись на него, пытался отобрать ее себе. — Тэхен, закрой сегодня кофейню сам, хорошо? Ключ брось в почтовый ящик.       — Хорошо, — кивнул Ким, поворачивая голову в сторону начальства. — Пока, Юнги.       Тот лишь кивнул в ответ и вышел на улицу. Ким повернулся обратно к Чонгуку, но больше не дергался, осознавая, в каком положении они находятся. Чонгук, стоя с одной поднятой рукой вверх, придерживал Тэхена за талию, пока тот, пытаясь дотянутся до тряпки, прижался к нему вплотную, держась за широкие плечи Чона.       В кофейне было тихо, мягкий свет ламп окутывал зал, создавая уютную, почти интимную атмосферу. Тэхен и Чонгук остались одни после ухода Юнги, и напряжение между ними, которое копилось все эти дни, наконец достигло пика. Они стояли близко, слишком близко, и Тэхен чувствовал, как его сердце бешено колотится в груди. Его руки все еще лежали на плечах Чонгука, а тот, не отпуская, держал его за талию.       — Чонгук… — прошептал Тэхен, его голос чуть дрогнул, но он не мог оторвать взгляда от темных глаз, которые смотрели на него с такой теплотой, что ему стало трудно дышать.       Чонгук не ответил. Его взгляд скользнул вниз, к губам Тэхена, и он слегка наклонился, как будто проверяя, можно ли сделать этот шаг. Тэхен почувствовал, как дыхание Чонгука стало чуть горячее, чуть ближе. Он не отстранился. Наоборот, его пальцы слегка сжали плечи Чонгука, давая понять, что он не против.       Их губы встретились почти случайно, но в тот же момент стало ясно, что это было неизбежно. Поцелуй был нежным, почти робким, как будто оба боялись разрушить хрупкость этого момента. Губы Чонгука мягко прижались к губам Тэхена, и тот ответил ему с такой же осторожностью, но с внутренней жаждой, которую он долго скрывал.       Чонгук медленно углубил поцелуй, слегка сжимая талию Тэхена и притягивая его ближе к себе. Блондин почувствовал, как его тело расслабляется, отдаваясь этому моменту. Его пальцы запутались в волосах Чонгука, слегка потянув их, и тот ответил тихим стоном, который заставил Тэхена улыбнуться прямо в поцелуй.       Поцелуй прервался лишь для того, чтобы перевести дыхание, но их лбы остались прижатыми друг к другу. Тэхен чувствовал, как его щеки горят, а сердце бьется так громко, что, казалось, его слышно на весь зал.       — Тэхен, — прошептал Чонгук, его голос был низким и немного хрипловатым. — Я так долго хотел это сделать.       — Почему не сделал этого раньше? — Тэхен засмеялся, но в его голосе слышалась легкая дрожь.       — Боялся, что ты убежишь, — признался Чонгук, прикрывая глаза. — Ты всегда казался таким… далеким.       — Я не убегу, — Тэхен посмотрел ему в глаза, и в его взгляде читалась искренность. — Не сейчас.       Чонгук улыбнулся, и в его глазах появилось что-то теплое, что-то, что заставило Тэхена почувствовать себя в безопасности. Он снова потянулся к нему, и на этот раз их поцелуй был глубже, увереннее, но все еще наполнен нежностью. Их губы двигались в унисон, как будто они всегда знали, как это должно быть.       Когда они наконец разошлись, оба были слегка запыханы. Тэхен улыбнулся, чувствуя, как его щеки горят.       — Может, стоит чаще так закрывать кофейню?       — Считай, что это моя новая обязанность, — Чонгук рассмеялся, его рука все еще бережно обнимала Тэхена. — Пойдем провожу. Иначе мы еще долго не покинем это место.       Блондин согласно кивнул на предложение Чонгука. Ему действительно не хотелось расставаться сейчас. Он снял рабочий фартук, повесил его на вешалку за барной стойкой, взял ключи из ключницы и направился к выходу.       — Все, я готов, — Тэхен накинул поверх футболки легкую кофту и первым шагнул к двери.       Пропустив Чонгука вперед, он захлопнул дверь, закрыл кофейню и опустил ключ в почтовый ящик, как и договаривались. Господин Мин всегда первым приходил на работу, сам открывал помещение и готовил рабочее место бариста, хотя Тэхен не раз предлагал взять это на себя. Но Юнги, как всегда, был непреклонен.       Они вышли на улицу, где их встретила прохлада вечернего воздуха. Город уже погружался в ночь, но улицы все еще были оживленными. Тэхен и Чонгук шли не спеша, наслаждаясь тишиной и редкими звуками вечернего города. Квартира Кима был недалеко, но ему хотелось растянуть этот момент, сделать его чуть дольше, чуть значимее.       Когда они подошли к подъезду, Тэхен остановился, обернувшись к Чону.       — Ну, вот и все. Спасибо, что проводил.       Чонгук задержался, его взгляд был задумчивым, словно он что-то обдумывал.       — Тэхен, — наконец произнес он, — можно я задам тебе один вопрос?       — Конечно, — Тэхен слегка нахмурился, чувствуя, как в его голосе появилась легкая нотка беспокойства.       Чонгук вздохнул, словно собираясь с мыслями. — Ты правда не помнишь меня? Нас? Мы ведь дружили до твоего переезда. А потом… потом я все испортил.       — Что?.. — Тэхен замер, его глаза расширились от удивления. Он смотрел на Чонгука, пытаясь понять, шутит ли он. Но в глазах напротив читалась только искренность.       — Я прекратил нашу дружбу, — продолжил Чонгук, его голос был тихим, но твердым. — Потому что ты мне нравился. Больше, чем просто друг. Но я боялся этих чувств, не знал, как с ними справиться. А потом ты уехал в Кембридж, и я… я так и не смог тебе все объяснить.       Тэхен почувствовал, как земля уходит у него из-под ног. Его разум лихорадочно пытался собрать воедино обрывки воспоминаний, но они ускользали, как песок сквозь пальцы.       — Чонгук, я… — он замолчал, не зная, что сказать.       — Я не жду, что ты сразу все поймешь и простишь меня, — Чонгук опустил глаза, его голос был тихим. — Но я хотел, чтобы ты знал. Ты всегда был для меня важным. Даже когда я пытался убежать от этого.       Тэхен молчал, чувствуя, как в его груди смешиваются самые разные эмоции: растерянность, обида, но также и что-то теплое, что-то, что он не мог назвать.       — Чонгук, — наконец произнес он, — я… я помню. Мне было трудно понять тебя тогда, да и сейчас, если честно, тоже, но… Я не против попробовать начать все заново, хоть и не обещаю, что это будет легко.       Чонгук поднял глаза, и в них появилась надежда.       — Ты уверен?       — Да. Я уверен. Давай попробуем. — Тэхен улыбнулся, чувствуя, как напряжение постепенно уходит.       Чонгук кивнул, и в его улыбке появилось что-то облегченное. — Спасибо, Тэхен. Это многое для меня значит.       Они стояли друг напротив друга, и в этот момент казалось, что весь мир вокруг них замер. Тэхен почувствовал, как его сердце начинает биться спокойнее, а в груди появляется странное, но приятное тепло.       — Ладно, — наконец сказал он, — Прости, это все так внезапно, мне нужно переварить все новости.       — Конечно, — Чонгук улыбнулся. — Спокойной ночи, Тэхен.       — Спокойной ночи, — Тэхен кивнул и, повернувшись, зашел в подъезд. Но, даже поднимаясь по лестнице, он чувствовал, как его мысли все еще крутятся вокруг слов Чонгука. И, возможно, впервые за долгое время, он почувствовал, что готов дать шанс чему-то новому.       Общежитие встретило его тишиной. Чимин еще утром предупредил, что вернется только в воскресенье, так как на этих выходных решил съездить к родителям. Так что сейчас Тэхен был отдан на растерзание самому себе. В голове был целый ворох воспоминаний из детства. Ему ведь тоже нравился Чонгук. Не как друг. Как парень.       Тэхен тяжело вздохнул. В определенный момент жизни мы встречаемся с определенным человеком, необходимым именно в этот период. Такой странный закон притяжения, такое взаимовыгодное спасение. Проводим определенное время вместе, потом обязательно расстаемся. Потому что каждому из нас надо идти дальше, входить в новый, следующий период своей судьбы. Но кто же знал, что лицам из прошлого иногда суждено вернуться спустя столько лет. Нет, Тэхен не имеет ничего против Чонгука, он рад, что они вновь встретились, но он не сможет отпустить во второй раз. Не сможет собрать себя заново. Если Ким разобьется еще раз — он просто не сможет существовать дальше. Это больно. Вечно ноющая дыра в груди, как смертельный вирус, расползается дальше, уничтожая все внутри, а после — и саму душу.       — Что ж все так сложно? — Тэхен устало растер лицо руками.       Взяв себя в руки, Ким ушел в душ. Быстро приведя себя в порядок, он надел мягкую пижаму, смотался на кухню за чаем и, в обнимку с ноутбуком, улегся на кровать. В его планах посмотреть какой-нибудь фильм и на два часа забыть о своих проблемах. Но то ли сценарий не интересный, то ли герои фальшивые, однако Тэхен раз за разом прокручивал в голове диалог с Чонгуком. Он не понимал, как ему дальше вести себя с ним. Он хотел вернуть общение, хотел бы попробовать с ним отношения, но обида прошлого до сих пор сидит внутри, не давая двигаться дальше. В таких мыслях и переживаниях прошли два дня выходных. С возвращением Чимина стало легче. Ким обсудил с Паком его поездку к родственникам, доделали основную часть работы к выставке и со спокойной душой легли спать. А утром, чуть не проспав, оба неслись в университет, чуть не сбив по пути Сокджина и Намджуна, которые мило беседовали в коридоре у выхода.       — Хенам привет, остальным — соболезную, — крикнул Тэхен, сворачивая к лестнице. У него через минуту пара по философии, а преподаватель не любит опоздавших.       День в универе в целом прошел сумбурно. В столовой, что удивительно, место Чонгука занял Джун, который со всем старанием обхаживал ветеринара, поэтому Тэхен с Чимином лишь посмеивались со сложившейся ситуации. Однако Ким не мог понять, чувствует он радость или разочарование, не слыша рядом Чона. Но на работе мысли уже не так рьяно лезли в голову, ведь клиентов было немало несмотря на будний день.       К вечеру кофейня была почти пуста, что не могло не радовать. Только мягкий свет ламп окутывал зал, создавая уютную атмосферу. Тэхен заканчивал уборку, расставляя последние чашки на полки.       Дверь с легким звоном открылась, и внутрь зашли Чимин и Джин. Чимин, как всегда, выглядел ярко и энергично, в то время как Джин, слегка сонный, шел за ним, поправляя очки на носу.       — Тэ! — Чимин подошел к стойке, улыбаясь во все лицо. — Мы решили заглянуть, пока ты закрываешься. Не против?       — Конечно, нет, — Тэхен улыбнулся, но его улыбка была уставшей. — Вы как раз вовремя. Я почти закончил.       — Отлично, — Чимин уселся на стул за стойкой, а Джин, как всегда невозмутимый, сел рядом. — Что-то ты сегодня какой-то задумчивый. Все в порядке?       Тэхен вздохнул, откладывая тряпку в сторону.       — Просто… много мыслей.       — Это про Чонгука? — Джин поднял бровь, его голос был спокойным, но в глазах читалось понимание.       — Как ты догадался? — удивленно посмотрел на него Тэхен.       — Мы не слепые, — Чимин фыркнул. — Вы вдвоем выглядите так, будто между вами целая драма разворачивается. Ну, так что случилось?       Тэхен опустил глаза, чувствуя, как его щеки слегка розовеют. — Он рассказал, что мы были лучшими друзьями в детстве. И что он прекратил нашу дружбу, потому что… потому что я ему нравился. Но он боялся этих чувств.       Чимин и Джин переглянулись.       — И что ты ему ответил? — спросил Джин.       — Я сказал, что мне нужно время, чтобы все обдумать, — Тэхен вздохнул. — Я помню его, но я не был уверен, что это он. А теперь… я не знаю, что делать.       — Тэхен, — Чимин положил руку на его плечо. — Ты всегда был слишком строг к себе. Если ты чувствуешь, что тебе нужно время, то возьми его. Но не закрывайся от него полностью. Он, кажется, искренне хочет все исправить.       — Чимин прав, — добавил Джин. — Ты не обязан сразу все решать. Но если ты чувствуешь, что он важен для тебя, то дай ему шанс. И себе тоже.       Тэхен кивнул, чувствуя, как его мысли немного проясняются. — Спасибо, ребята.       В этот момент дверь кофейни снова открылась, и внутрь зашел Чонгук. Он выглядел немного нервным, но улыбка на его лице была искренней.       — Привет, — он подошел к стойке, его взгляд скользнул по Тэхену, а затем перешел на Чимина и Джина. — Я не помешал?       — Нет, — Тэхен улыбнулся, но его улыбка была немного натянутой. — Мы как раз заканчиваем.       — Отлично, — Чонгук кивнул, его взгляд снова остановился на Тэхене. — Я хотел спросить… может, прогуляемся? Если ты не против.       Тэхен посмотрел на Чимина и Джина, которые обменялись понимающими взглядами.       — Мы как раз собирались уходить, — сказал Чимин, поднимаясь со стула. — Тэхен, не забудь, что мы всегда рядом, если что.       — Спасибо, — Тэхен кивнул, чувствуя, как его сердце начинает биться чаще.       Чимин и Джин вышли из кофейни, оставив Тэхена и Чонгука наедине. Тэхен вздохнул, чувствуя, как напряжение снова нарастает.       — Тэхен, — начал Чонгук, его голос был тихим, но твердым. — Я знаю, что тот разговор был для тебя неожиданным. И я понимаю, что тебе нужно время. Но… я хочу, чтобы ты знал, что я здесь. И я не собираюсь снова исчезать.       Тэхен смотрел на него, и в его глазах читалась смесь эмоций: обида, растерянность, но также и надежда.       — Прости, я просто немного устал и запутался, — Тэхен прикрыл глаза.       — Я понимаю. И я готов ждать. Просто… не закрывайся от меня, хорошо? — Чонгук подошел ближе к блондину, но не переходя черту дозволенного.       Тэхен согласно промычал. Он посмотрел в глаза Чону, видя в них свое отражение, и неожиданно даже для самого себя обнял того за талию, утыкаясь носом в плечо.       — Гук, я просто не понимаю, как вести себя дальше, — Тэхен едва заметно вздрогнул, почувствовав взаимные объятия. — Ты мне нравишься, но я, если честно, боюсь что та сцена из прошлого вновь повториться.       — Не повториться, — Чон нежно гладил Кима по голове, успокаивая. — Я обещаю.       Чонгук отодвинулся от Тэхена, приподняв лицо парня за подбородок. В карамельных глазах было столько непонимания, обиды, страха и неприкрытой нежности, что Чон не сдержался и накрыл губы блондина своими, мягко поглаживая щеки ладонями. Тэхена хотелось спрятать под ребрами и никому не показывать, закрыть так глубоко в себе, чтобы никто не посмел обидеть. Ким, не расцепляя рук на тонкой талии Чона с той же отдачей отвечал на поцелуй. Он прикусил нижнюю губу и слегка потянул на себя, следом проходясь языком по месту укуса. Они отодвинулись друг от друга лишь тогда, когда стало нечем дышать.       — Не отпускай меня больше, — тихо просил Тэхен, смотря в темные глаза напротив. — Я слишком сильно растворился в тебе.       — Не отпущу.

***

      Квартира Чонгука была уютной и теплой, с мягким светом ламп, создающим расслабляющую атмосферу. На столе в гостиной стояли два бокала с красным вином, а на диване, укрывшись пледом, сидели Тэхен и Чонгук. Прошел уже месяц с тех пор, как они начали встречаться, и за это время они успели узнать друг друга заново. Чон практически всегда находился рядом с Кимом, исключая время пар, тренировок и подработок, однако он всегда старался успеть к закрытию кофейни, чтобы проводить блондина домой. Они практически каждую неделю ходили на свидания, открываясь с разных сторон перед любимым человеком, наслаждались каждым проведенным моментом. Но сегодняшняя встреча была особенной, Чонгук позвал его в свою квартиру, открывая душу нараспашку.       Тэхен, устроившись поудобнее, смотрел на Чонгука, который что-то рассказывал с улыбкой на лице. Его голос был спокойным и теплым, и Тэхен чувствовал, как его сердце наполняется теплом. Он не мог поверить, что всего месяц назад они были почти чужими людьми, а теперь сидели здесь, вместе, и все казалось таким естественным.       — Тэхен, — Чонгук прервал свой рассказ, заметив, что тот задумался. — Ты меня слушаешь?       — Конечно, слушаю, — Тэхен улыбнулся, чувствуя, как его щеки слегка розовеют. — Просто… я думал о том, как все изменилось. Месяц назад я даже не мог представить, что мы будем здесь, вместе.       Чонгук улыбнулся, его глаза сияли. — Я тоже. Но я рад, что все сложилось именно так. Ты сделал эти дни особенными для меня.       Тэхен почувствовал, как его сердце начинает биться чаще. Он потянулся к Чонгуку, осторожно касаясь его руки. — Спасибо, что был рядом. И что дал мне время.       — Ты заслуживаешь всего самого лучшего, Тэхен, — Чонгук взял его руку в свою, их пальцы переплелись. — И я хочу быть тем, с кем тебе комфортно.       Тэхен почувствовал, как тепло разливается по его телу. Он наклонился ближе, их лбы почти соприкоснулись. — Чонгук, — прошептал он, — я рад, что ты появился в моей жизни. Что в детстве, что сейчас.       Чонгук улыбнулся, его глаза были полны нежности.       — Я тоже, Тэхен. Я тоже.       Их губы встретились в нежном поцелуе, который говорил больше, чем слова. Тэхен чувствовал, как его сердце наполняется счастьем. Напряжение между ними начало нарастать. Нежные касания сменились тягучими, мокрыми. Их языки сплелись, борясь за право вести в этом танце. Тэхен почувствовал, как его дыхание участилось, а сердце забилось быстрее. Чонгук, казалось, чувствовал то же самое — его рука, которая до этого нежно держала Тэхена за талию, теперь слегка сжала ее, притягивая еще ближе к себе. Словно ему было мало, хотелось не только кожа к кожа, хотелось теснее, ближе, глубже. Чонгук отстранился с громким чмоком. Глаза Тэхена блестели. Он был уверен, что его взгляд был не менее возбужденным. Их губы снова встретились, поцелуй был страстным, наполненным желанием.       — Тэхен, — прошептал Чонгук, его голос был низким и немного хрипловатым. — Ты уверен, что хочешь этого?       Блондин кивнул, его глаза были полны решимости. — Да, — прошептал он в ответ. — Я хочу тебя.       Чонгук улыбнулся. — Тогда позволь мне позаботиться о тебе.       Он нежно взял Тэхена за руку и повел в сторону спальни. Это была первая их близость, поэтому Чон хотел сделать все правильно, не торопясь.       Чонгук толкнул Кима на кровать и медленно забрался следом, опускаясь перед ним на колени, покрывая впалый живот поцелуями. Его руки скользнули по бедрам. Он не спеша вынул ремень из шлевок, расстегнул пуговицу, а следом и молную, стягивая штаны с Тэхена вместе с бельем.       Тело блондина покрылось мурашками от контраста между горячими поцелуями и прохлады постельного белья. Он вновь тихо простонал и рефлекторно попытался свести колени вместе, но сильные руки не дали это сделать.       Чонгук спустился мокрыми поцелуями на внутреннюю сторону бедер Тэхена, заставляя его дрожать от каждого прикосновения. Его губы медленно двигались вверх, пока не достигли цели. Тэхен не смог сдержать громкого вскрика, когда Чонгук провел языком по всей длине его члена, вызывая волны удовольствия.       — Чонгук, — прошептал Тэхен, его пальцы запутались в волосах парня, слегка потянув их. — Я готовился.       Чонгук ответил тихим стоном. Он отодвинулся от блондина, чтобы посмотреть в покрытые пеленй возбуждения глаза. Чертовски красив. Чон крепко держал Тэхена под колени, прижимая их к груди парня, открывая себе поистине прекрасный вид. Розовая дырочка быстро сокращалась, требуя внимания. Склонившись вниз, Чонгук медленно провел по ней широким мазком языка, наслаждаясь громкими стонами Кима. Он повторил это действие еще несколько раз, прежде чем напрячь язык и толкнуться внутрь.       Сладкие стоны звучали с каждой секундой все громче и громче, пока Чонгук вылизывал и растягивал Тэхена. Он уже свободно принимал два пальца, но этого было мало. Гук поднялся выше, обхватывая губами розовую головку, и добавил еще один палец, стараясь растянуть блондина качественнее, совершенно не обращая внимания на свой колом стоящий член.       Тэхен чувствовал, как низ его живота сводит от возбуждения, дыхание было все более прерывистым, а тело подрагивало в предоргазменных судорогах. .       — Я не могу больше, — прошептал он, чувствуя, как волна удовольствия накрывает его. — Гук, я…       Чонгук понял его без слов, ускоряя свои движения. Губы Тэхена раскрылись в немом стоне, тело напряглось, и спустя несколько целенаправленных ударов пальцев по простате содрогнулось в оргазме. Чонгук медленно поднялся, его губы были влажными от смеси слюны и спермы, а глаза сияли от удовлетворения.       — Ты в порядке? — спросил он, осторожно касаясь щеки Тэхена.       Тэхен кивнул, его дыхание постепенно выравнивалось. — Да, — прошептал он. — Это было… невероятно.       Чонгук улыбнулся, его рука скользнула под футболку по груди Тэхена, вызывая мурашки. — Тогда позволь мне продолжить.       Он снял с блондина последний элемент одежды, его руки скользнули по телу, исследуя каждый сантиметр. Тэхен почувствовал, как его тело снова начинает реагировать на прикосновения. Он еще не отошел от прошлого оргазма, поэтому тело оставалось слишком чувствительным.       — Чонгук, — прошептал он, пока Чон покрывал поцелуями шую и грудь, оставляя после себя яркую россыпь алых меток. — Я хочу тебя, пожалуйста…       — Тогда получи меня.       Чонгук надел на член презерватив и пристроил головку ко входу, медленно надавливая. Он одним тягучим движением вошел в Тэхена и остановился, чтобы дать привыкнуть к размеру и чувству заполненности. Когда Тэхен перестал жмуриться и сам стал приподнимать бедра, Чонгук начал двигаться. Первые толчки были нежными, медленными, но выдержки не хватило у обоих. Чонгук, закинул ноги Кима себе на плечи, меняя угол проникновения и ускоряя движения. Стоны Тэхена стали громче, его пальцы впились в спину Чонгука, притягивая ближе. Их губы вновь нашли друг друга, но из-за быстрых толчков поцелуй не вышел, поэтому Чонгук с жадностью поглощал громкие стоны Кима.       — Тэ, — прошептал Чонгук, его голос был низким и хриплым от возбуждения. — Ты так прекрасен…       Тэхен не мог ответить, его тело было полностью поглощено ощущениями. Он чувствовал, как волны удовольствия накрывают его, его дыхание становилось все более прерывистым.       — Гук, я… — не смог закончить, он громко вскрикнул, а тело содрогнулось в удовольствии. Густая сперма испачкала живот Кима. Чонгук последовал за ним спустя несколько глубоких толчков.       Они лежали рядом, их дыхание постепенно выравнивалось. Чонгук осторожно обнял Тэхена, притягивая его ближе к себе.       — Ты в порядке? — вновь спросил он, его голос был тихим и нежным.       Тэхен кивнул. Он был уставшим, но счастливым. — Да, — прошептал он. — А ты?       Чонгук улыбнулся, его рука скользнула по спине Тэхена. — Я тоже.       Тэхен улыбнулся в ответ, чувствуя, как его сердце наполняется теплом. Он был действительно рад тому, что дал шанс Чонгуку, их отношением. Пусть прошлое остается в прошлом, не мешая настоящему и будущему. Люди сходятся и расходятся, ссорятся и мирятся. Из их истории Тэхен понял, что прежде чем совершать какие-либо необдуманные действия, стоит поговорить с человеком и все обсудить, прежде чем ставить точку.       — Спасибо, что нашел меня, — прошептал Тэ, засыпая.       — Спасибо, что нашелся, — тихо произнес Гук, целуя парня в блондинистую макушку.