Forgive.

Простить что-то, настолько подлое, как измена — трудно. И если уж честно, не подлежит прощению как таковому. Простить измену, как правило, карается повторным предательством. Это стопроцентная боль, повседневная тревожность, острое недоверие к партнёру, и, следовательно, завершение отношений по весьма понятным причинам. Простить измену, скорее всего, невозможно, максимум — создать слащавую иллюзию о душевном благополучии отношений и нахождении в них; дарить вязкие поцелуи, притворяясь, что забыл о том, что эти губы целовал кто-то ещё; улыбаться на прощание и по приветствии так, будто бы ты правда хочешь улыбаться, а не от боли кричать, в лицо желательно своему же партнёру. Простить измену — значит, сдерживая собственные слёзы и подавив ком в горле, выслушать, как отчаянно любимый просит первый и последний шанс; как перечисляет, запинаясь, что это было лишь однажды и не будет никогда более, и, в конце концов, отдать ему этот шанс. Простить измену — слиться с родными губами, не поморщившись, и поверить, что это вновь только «твоё». Простить измену, наверное, — самое глупое, на что только способны по-больному любящие сердца. Но если вы трепетно любите; если долгое время боролись с собою, переступая через принципы; если желаете всю жизнь быть поблизости, невзирая на обстоятельства; если сердце кровью истекает и кричит только об одном имени — вы можете пойти на это безумие. Так посчитал нужным поступить и Тобио, видимо, совсем не размышляя головою, как это и было всю его жизнь с появлением в ней Хинаты. И так, ровно две недели они старательно делают вид, что всё в порядке. Хината, как заботливый партнёр, вновь интересуется чужим днём, учёбой, тренировками, состоянием, самочувствием. Кагеяма добросовестно отвечает на все вопросы с самым честным выражением лица, и не верить ему — было бы грехом, но только горькая улыбка почти после каждого контакта с Хинатой иногда совсем не к месту — тщетно палит несчастного. И нет, ни о какой аверсии и речи быть не может, если вы вдруг так подумали — здесь только боль, разрушенная надежда и теперь просто.. выжидание? Выжидание какого-нибудь логичного окончания этого очередного блядски-ужасного периода в жизни Тобио. Окей, может быть, иногда всё бывает относительно спокойно. Хината умиротворенно лежит на чужой груди, переплетаясь ногами с Кагеямой. Во взгляде его отражается преданность, будто бы не он некоторое время назад посеял этот вздор. Что ж, пока Шоё смотрит именно так, их губы всё чаще встречаются друг с другом, с каждым разом заходя всё дальше: кто-то обязательно проявит инициативу и углубит поцелуй, руки пролезут под одежду, шея и плечи обоих покроются влажными кровавыми метками, которые теперь так бесполезны. Хината окажется без одежды первым, падая под Тобио и раскрывая себя без намёка на стеснение. Горящее тело и чрезмерное возбуждение дадут о себе знать, и рыжего торопливо, но бережно начнут растягивать, паралельно выцеловывая веснушки на плечах — Шоё всегда так сильно нравилось, когда Кагеяма проявлял излишнее внимание к дефектам его тела, так что, он несдержанно стонет, поддаваясь на каждый толчок внутри себя. И ноги сотрясутся с новой волной удовлетворения, когда Кагеяма сорвётся, незамедлительно извлечёт пальцы и войдёт в него полностью одним толчком, выбивая новый крик. Спустя пару минут, вежливо выждав время, пока партнёр привыкнет, Тобио начнёт раскачиваться в чужом теле, постепенно набирая размашистый темп. Хината, конечно, станет для любимого громче, порой переходя на скулёж, но всегда возвращаясь к воскликам о том, как же его всё устраивает. И шатен будет вбиваться в него ещё долго, с дрожью и надеждой целуя парня; по спальне пронесётся шёпот о любви, пока Шоё, ухватившись за простынь, не кончит вдруг с чужим именем на губах.