Вопрос компетентности

Он создан для своей работы. Именно поэтому вербовщик не позволяет предвкушению, щекотавшему нутро еще с утра, проступить на лице. Искуственная улыбка, возникающая, скорее, как рефлекс – единственное, что помогает людям определить его как порядочного человека. Его осанка как всегда ровна, руки цепко сложены за спиной, держась на уровне поясницы. Грудь выставлена вперед, подбородок вздернут вверх. Никто бы не подумал, что сейчас он горит от возбуждения. Что его кожу пробило зудом, рубашка колит, а ремень давит. Причина – его новый начальник, Джун Хо, которого ему только что представили. Загадочный тихий мальчик, выглядящий так, словно его насильно привели на вечеринку, куда ему совершенно не хотелось идти. Он неразговорчив, постоянно щурится от света и сияющих огней, но держится уверенно – он же не хочет разочаровать друзей. Фантастика. Гон Ю незаметно прикусывает щеку. Ин Хо кладет тяжелую ладонь на плечо некогда детектива, слегка похлопывая. Непривычно смотреть на Ведущего без его маски, тем более – на довольного, искреннего, с по-братски теплым взглядом, устремленным на Джун Хо. Чего не скажешь про самого Джун Хо. – Он будет тобой руководить, – Ин Хо повторяется, но вербовщик не считает нужным подправить его, – Я сказал ему, что ты окажешь любую помощь в любых обстоятельствах, Гон Ю. И Гон Ю лишь сдержанно кивает. Черти уже подбрасывают ему идеи. Он точно развлечется с новичком. Ведь Джун Хо – бывший слуга закона. Ищейка. Юнец, с синдромом главного героя. Полицейский, в сердце которого царит кромешная тьма. Спаситель, который становится антагонистом. Ох, какое удовольствие доставит Гон Ю совращать этого малыша на грехи, за которые когда-то Джун Хо наказывал людей. Как же будет весело учить его хладнокровно убивать, вести нелегальный бизнес, общаться с самыми мерзкими людьми со всей планеты. Гон Ю вырастит из него настоящего маньяка, чего не сделает Ин Хо. Не потому, что Ведущий нежен к своему брату – просто потому что у него слишком много дел для этого. А у вербовщика свободного времени навалом. Хван Джун Хо не похож на брата, как бегло подмечает вербовщик. Детектив разве что не сливается со стеной, пока его брат заполняет собой все пространство. А вообще, полицейский довольно-таки милый. Джун Хо молчаливо слушает. Он, будто тряпичная кукла, иногда шатается от силы прикосновений брата, иногда поднимает глаза, иногда бессмысленно хмыкает. Одним своим видом Джун Хо внушает жалость: он бледен, как смерть, синяки под глазами и острые скулы добавляют к возрасту от трех до пяти лет, а черная рубашка и брюки – из отвратительной ткани, что видно невооруженным взглядом – висят на нем. Но взгляд Джун Хо обжигает холодом. Последние минуты его глаза ходят по фигуре вербовщика, оценивая, зацепляясь за детали: костюм с иголочки, фарфоровая кожа, каменный стан, отлаженный брюки со стрелками. Разумеется, Гон Ю это замечает. Разумеется, Гон Ю ставит галочку. – Буду рад служить вам, господин, – он совершает быстрый поклон, решая не задерживаться в унизительном положении слишком долго. Но банальную вежливость, входящую в его обязанности, никто не отменял. И вот – смешок, сорвавшийся с губ Джун Хо. Вербовщик отчетливо его слышит в кромешной тишине: насмешливый, грубый смешок Джун Хо и его темный, потухший взгляд. Детектив вкладывает в этот короткий, совершенно невинный звук все свое презрение и ненависть, подавляемую им самим же годами. Вербовщик слышит обиду на весь чертов мир. Гаденыш. Он начинает нравиться Гон Ю все больше. Как там говорят? В темном омуте черти водятся. Именно. – Любую помощь в любых обстоятельствах? – хрипло повторяет Джун Хо. Ин Хо в недоумении вскидывает брови, разглядывая брата, но глаза Джун Хо устремлены только на Гон Ю. Ин Хо готовится снова огласть свои слова, но детектив перебивает его, глядя на подчиненного с легким прищуром: – И вы прибежите ко мне? По любой моей просьбе? Он испытвающе смотрит на Гон Ю. Непонятно, какой реакции он ждет – вспышки ярости или течки под его тяжелым взглядом. Но Гон Ю не дает ему ничего из этого. – Да, господин Хван, – сообщает он, – Я могу идти? Мне нужно возвращаться к работе. Кротко, ясно, элегантно. Гон Ю добивается сухой ухмылки на молодом лице и, получив кивок от Ин Хо, разворачивается на каблуках. Вербовщик поправляет галстук, прежде чем покинуть кабинет. Он ощущает на своей спине пятно от прожигающего взгляда. Абсурдное желание стряхнуть его с себя возникает внезапно, но Гон Ю умеет держать себя в руках. Он создан для своей работы. Массивная дверь позади него хлопает. Перед вербовщиком открывается пустынный коридор: на темных стенах нет фотографий, по соседству ни одного кабинета, люстра горит слабо, создавая довольно-таки интимное освещение. Не стоит забывать про вездесущий запах смерти. Гон Ю с удовольствием втягивает его, позволяя мрачному осадку осесть в легких. Неосознанно вербовщик тянется к шее. Его пальцы проникают под воротник, ощупывая кожу. Гон Ю чувствует, как ошейник затягивается.

***

Телефон громко вибрирует над ухом. Вербовщик просыпается не сразу. Проходит несколько секунд перед тем, как его глаза с трудом разлепляются. Из под век, налившихся свинцом, его взгляд задевает прикроватные часы, ослепляющие цифрами: 2:20 утра. Двадцать минут третьего утра. Гон Ю тут же хватается за телефон. Либо там что-то важное, либо прямо сейчас он выследит позвонившего ему человека, и тот умрет в муках. – Я вас слушаю, – стараясь придать голосу бодрость, хрипло отвечает Гон Ю. Он проводит по лицу ладонью, стараясь скинуть остатки сна. – Ты мне нужен. Сейчас. Гон Ю прислушивается. Голос грубый, тон прохладный. Человек явно не спал и не собирается. Он шумно дышит в трубку. У него есть номер телефона Гон Ю. Сонливость моментально покидает вербовщика. Ему звонит Джун Хо. – Зачем? Где вы? – и все же, доля сомнения пульсировала в висках. – Я в кабинете Ин Хо. Он крепко спит в другом крыле здания. А мне по-прежнему нужна твоя помощь, – парирует мужской голос в ответ. Гон Ю ухмыляется. Да, точно Джун Хо. – Вы так и не сказали, с чем именно нужна помощь. Вербовщик уже скидывает одеяло. Холод обдает открытые участки тела, но Гон Ю не обращает на это внимание. Он направляется в ванную, смежную со спальней, проигнорировав тапочки. – Разве это имеет значение? Я думал, что ты в любом случае придешь помочь мне, – Джун Хо прерывается на смешок, – Или у тебя достаточно острые зубы, чтобы ослушаться хозяина? Гон Ю представляет себе эту ухмылку: зловещую, но в то же время слабую, с едва приподнятым уголком губ; такая беспечная, ленивая, но вгоняющая в страх. Вербовщик смотрит на себя в зеркало, подсвеченное лампой. Он снова улыбается. Снова рефлекторно. – Зубы у меня острые, господин, – медленно проговаривает он, – Но ослушаться начальство я не могу. Гон Ю облизывает пересохшие губы. Невежливо метафорично называть своих подчиненных псами на третий день знакомства. – Ждите через полчаса, – добавляет Гон Ю и сбрасывает. Смартфон аккуратно опускается на фарфоровую поверхность раковины. Телефон теряется среди многочисленных баночек, флаконов и массажеров. Упершись руками о края раковины, вербовщик вглядывается в человека, застрявшего в зеркале. Улыбка спадает с его лица. Пламя игриво тлеет в его расширившихся зрачках.

***

Несмотря на кромешную темноту, Гон Ю с легкостью ориентируется в коридоре. Он выучил каждый поворот, каждую ступень, каждую каменную колонну в этом чертовом здании. Для понимания: если он когда-нибудь ослепнет, то будет жить на работе – ведь там ему планировка понятнее, чем дома. Остановившись перед кабинетом, вербовщик замечает слабый свет, пробивающийся через щель под дверью. Гон Ю задумчиво хмыкает – значтит над ним не шутили. Он стучит трижды. В ответ – тишина. Вербовщик закатывает глаза, натягивает доброжелательность на лицо и заходит. Неестественно пустой рабочий стол Ин Хо в центре просторного кабинета. Джун Хо стоит, упершись поясницей об этот же стол, и бессмысленно перебирает бумажки. Гон Ю готов поспорить, что в руках юного господина пустые листы А4, но он не считает важным пошутить об этом. Гон Ю плотно закрывает за собой дверь. – Итак, я здесь, – ему не нужно говорить громко, чтобы его услышали – эхо доносит слова вместо него. Джун Хо уперто смотрит в бумажки, напустив на себя задумчивый, деловой вид. Детский сад. – Джун Хо, – повторяет Гон Ю, повысив тон, но не от злости: как минимум, чтобы его заметили, – Зачем я вам здесь нужен? И только сейчас Джун Хо на него смотрит. Своим взглядом он готов сожрать Гон Ю и проглотить его кости. Брат Ин Хо в той же одежде, в которой вербовщик видел его три дня назад, во время их знакомства. Ему остается только надеяться, что рубашка стиранная. В образе Джун Хо ничего не поменялось, за исключением глаз: голодающих, с неясным хищным блеском. Хван откладывает бумаги в сторону. Он скрещивает руки на груди, выпрямляя спину, но по-прежнему подпирая стол из темного дорогого дерева. – Просто хотел проверить, приедешь ли ты в случае чего, – отвечает Джун Хо, невинно глядя на вербовщика. Гон Ю замирает. Он приехал просто так. В три часа ночи. На свою работу. Ради какого-то избалованного мальчишки, которому повезло с родословной, он приехал в три часа ночи. Челюсти Гон Ю сжимаются. Над ним только что пошутили. От вида опешившего вербовщика Джун Хо заливается смехом. Он, не стесняясь, звоко смеется, закидывая голову назад. Он смеется хохочет так, как это делают школьные хулиганы, упивающиеся своим садизмом, издеваясь над очередным фриком. Гон Ю не разделяет радости юноши. – Убедились? – раздражение росло в нем с неимоверной силой, но выплеснуть ее нельзя – остается тянуть уголки губ вверх, а ногтями давить на ладони, чтобы комок бешенства пульсировал в груди меньше, – Теперь я могу идти? В этот раз, почему-то, он ожидает ответа. Он может хлопнуть дверью и уйти. Он имеет на это право: его разбудили посреди ночи, вынудили поехать на работу, что, на самом деле, оказалось издевкой. Чем не повод для истерики? Он может уволиться, в конце-концов. Может застрелить Джун Хо и уехать из страны. Но Гон Ю не станет. Он будет ждать указаний, чувствуя себя натяннутой струной. Он же создан для своей работы. – Нет, – как гром, раздается неожиданно серьезный голос детектива. Вербовщик удивленно вскидывает брови. Вот как. Теперь он в заложниках на собственной работе. – Подойти сюда. Джун Хо ловит его взгляд. Эта напряженная, бесконечная нить, связывающая их глаза, тянет Гон Ю к начальнику. Он ступает осторожно, заложив руки за спину. Джун Хо так же медленно наматывает на катушку тоненькую нитку. Люди думают, что она порвется в любой момент, но Гон Ю знает – она крепче любого сплава. Вербовщик останавливается в двух шагах от Джун Хо. И нить до сих пор не прервалась. Джун Хо смотрит на него снизу вверх, слегка склонив голову к плечу. Он не стесняется облизывать Гон Ю глазами: его взгляд неторопливо скользит по лакированным дорогим туфлям, по пряжке увесистого ремня, по тонкой водолазке, облегающий фигуру, на которой он дольше задерживает внимание. И, наконец, добирается до лица. – Я хочу проверить еще кое-что. Его ладони оказываются талии вербовщик. По-собственнически сжимая изгибы мужчины, Джун Хо тянет его на себя, и Гон Ю повинуется: вербовщик останавливается между раздвинутых ног детектива. Руки все еще за спиной. Осанка – идеальна, как и сам Гон Ю. Улыбка – сияет. – Спать со своими начальниками – не профессионально, господин Хван, – цедит он, хотя кожу колит под чужими прикосновениями, – Или я могу просто отказаться. Вдруг вы не в моем вкусе? Джун Хо усмехается. Гон Ю ожидает, что сейчас руки испорятся с его тела. Что сейчас они неловко пошутят, притворятся, будто сегодняшней ночи не было, и Гон Ю поедет к себе домой. С удовольствием подрочит, вспоминая тепло ладоней Джун Хо на своей талии, и проспит оставшиеся три часа. Но этого не происходит. Напротив, руки детектива ползут вверх, останавливаясь на шее Гон Ю. Джун Хо зарывается в густые волосы, а большими пальцами поглаживает скулы. Прикосновение заставляет рой мурашек пробежаться по окаменевшему телу Гон Ю. Каждый раз, как детектив слегка оттягивает пряди волос, низ живота сводит. В глазах Джун Хо читается нежность. Притворная, конечно. Иначе быть не может. – Ты еще не понял, Гон Ю? – его тон нарочито сладок, голос тихий. Но вместо покоя, который должен внушать тембр Джун Хо, сердце Гон Ю разгоняется быстрее – от скрытой опасности, будоражащей рассудок, – Ты – мой. Ин Хо продал тебя мне. Ты – моя собственность. Пальцы слабо давят на затылок, побуждая к действию. Гон Ю послушно склоняет голову, нависая над Джун Хо. Их разделяет пара сантиметров. Детектив вытягивает шею, чтобы прошептать Гон Ю в губы: – Ты не можешь отказать мне. Ты будешь прибегать по моей просьбе и вилять хвостом, как это делают хорошие песики. Вербовщик, не выдержав, опускает глаза на чужие губы, скривившиеся в ухмылке. Жар внизу живота становится увесистее, а руки начинают чесаться от желания прикоснуться. Но он не поддается искушению. Он же создан для своей работы. – Ты ведь хороший песик, Гон Ю? – опалив горячим дыханием губы Гон Ю, Джун Хо почти смеется. Ему смешно от беспомощности человека перед ним. От того, как легко он может довести психопата. От собственного превосходства. Вместо ответа Гон Ю громко сглатывает. Джун Хо и не ждет слов. Поэтому он перекладывает руки на плечи вербовщика и слабо давит на них. Гон Ю понимает – и, поддавшись, опускается на колени. Даже глядя на хищно улыбающегося Джун Хо снизу вверх, он не испытывает ни доли смущения. Для начала: он не хочет проигрывать мальчишке, если тот думает, что Гон Ю хоть чего-то боится, второе: он не против. Вербовщик выпрямляется. Он, сидя на своих ногах и сложив руки на коленях, горделиво вздергивает подбородок. Гон Ю долго смотрит на начальника, давая понять, что ждет указаний. Джун Хо смеется. Румянец выступил на его щеках, и теперь детектив выглядит свежее. Он вжимается в стол спиной. Одной рукой Джун Хо осторожно касается чужого лица. Заправляет выбившуюся прядь за ухо, обводит линию челюсти и гладит скулу. Гон Ю прижимается к его ладони. Вербовщик видит, как грудь Джун Хо вздымается чаще, как тот гипнотизирует его взглядом. Гон Ю сам хочет рассмеяться – избалованный мальчишка решает, что ему наконец сделать. И тут Джун Хо проводит указательными и средним пальцами по его губам. Едва касаясь, он описывает контур и приоткрывает рот Гон Ю. Вербовщик всасывает его пальцы под сорвавшийся вздох Джун Хо. Гон Ю проводит между пальцев горячим языком, а затем слегка придавливает их к своей щеке. Джун Хо чувствует жар и влагу на чувствительной коже. На секунду он задерживается дыхание: Гон Ю обводит подушечки и позволяет им погрузиться глубже, к основанию языка. Прежде чем убрать пальцы, Джун Хо проходится ими по губам Гон Ю. Вербовщик усмехается – ниточка слюны тянется с его губ, и тот не собирается убирать ее. Гон Ю вскидывает брови в немом вопросе: что ему делать дальше? И Джун Хо, не медля, другой рукой хватается за волосы вербовщика. Он хаотично цепляется за них, оттягивает, а потом приглаживает. В конечном итоге Джун Хо комкает волосы на затылке, собрав их в кулак. Теперь его очередь выжидательно пялиться. – А вы немногословны, – усмехается Гон Ю, не прерывая зрительного контакта. Неожиданно его тянут назад за волосы – от точечной, но сильной боли он шипит. – А твой рот еще свободен, – рычит Джун Хо, ослабляя хватку. Гон Ю подумывает над этим, чтобы откусить ему член. Но это он оставит на потом, перед уходом на пенсию. Вербовщик ловко справляется с ремнем и переходит к ширинке. С каждым движением Джун Хо крепче стискивает пальцы. Он запрокидывает голову назад, когда чувствует легкую прохладу в области паха – ведь штаны вместе с трусами стянуты вниз. Возбуждение ударяет ему в голову от одного осознания того, что сейчас происходит. Впервые Джун Хо самостоятельно распоряжается своими действиями. Он не ждет приказа, не обдумывает подолгу решения, стараясь предугадать итог – он просто берет и делает. В данный момент берет не только время, но и вербовщика. Просто потому что он может. Просто потому что у него достаточно привелегий для этого. Власть действительно опьяняет. Но именно сейчас лишь разогревает напряжение в паху. Гон Ю не удивляется, когда видит стояк. Однако не может отказать себе в заносчивой улыбке: ему не нужно было и стараться, чтобы довести Джун Хо до такого состояния. Вербовщик, крепко удерживая начальника за бедра, проводит языком от головки до основания. Облизывает набухшие вены, ангельски глядя на Джун Хо снизу, и снова поднимается вверх, чтобы обхватить головку губам. Джун Хо закусывает нижнюю губу так сильно, что ломается пересохшая кожа. Свободной рукой он хватается за край стола, сжимая. Гон Ю пропускает член глубже. Стенки глотки сокращаются вокруг него, от чего Джун Хо заводится еще сильнее. Потеряв самообладание, он надавливает зарывшейся в чужие волосы рукой на затылок Гон Ю. И, судя по тому, как быстро вербовщик выпускает изо рта член – жест он не оценил. – Джун Хо, – Хван слышит приглушенный строгий голос снизу, – Если вы инициатор, то, будьте добры, хотя бы посмотрите. И Джун Хо сдается. Его туманный взгляд опускается, когда губы Гон Ю, влажные от слюны, блестящие от света люстры, смыкаются на члене. Дыхание сбивается. Хван стонет от нетерпения, пока Гон Ю набирает темп. Ладонь перемещается на щеку. – Пожалуйста, – шепчет он, поглаживая Гон Ю. От жалобного тона человека, возомнившего себя Богом, Гон Ю и сам ощущает нарастающий комок напряжения где-то внизу. Гон Ю справляется быстро. Ему хватает пары движений, чтобы обессиленный Джун Хо держался за проклятый стол, едва стоя на ватных ногах. Он тяжело дышит, словно после забега, щеки раскраснелись. Рукой прикрывает себе глаза. Гон Ю поджимает губы. Он создан для своей работы. Вербовщик неторопливо застегивает на Джун Хо ширинку, затем ремень. Гон Ю поднимается на ноги с удовлетворительным вздохом: колени изрядно затекли. – Господин Хван, – его тон вынуждает Джун Хо убрать с лица руку. Гон Ю делает шаг вперед, не позволяя сдвинуться корейцу от стола. Вербовщик кладет руки по обе стороны от Джун Хо, наклоняясь к нему. Хван сглатывает. Нехорошее предчувствие беспокойно скручивается в нем. Перед глазами мелькает улыбка Гон Ю. Довольная, блядская улыбка, которую так и хочется срезать. – Я хочу вознаграждение, – хриплым басом говорит Гон Ю. Блеск в его глазах подозрителен. Взгляд Джун Хо мечется по лицу Гон Ю напротив, пытаясь понять, какая часть его тела пострадает. Но ублюдок безэмоциональный. Джун Хо успевает только смято вздохнуть, прежде чем Гон Ю набрасывается на его губы. Он с остервенением кусает губы Джун Хо, а затем зализывает место укуса. Хван стонет ему в рот, когда влажный язык, еще десять минут назад вылизывающий ему член, гуляет по его деснам. Пространство и воздух между ними сужается все быстрее. Гон Ю поддается вперед бедрами, не оставляя Джун Хо места. Поэтому, на секунду отвлекшись от поцелуев, тот запрыгивает на стол. Джун Хо широко разводит ноги и обхватывает ими Гон Ю, сцепив лодыжки на его пояснице. Не зная куда деть руки, Джун Хо судоржно проводит ногтями по спине Гон Ю. Губы вербовщика опускаются ниже. Он проводит влажную дорожку поцелуев по линии его челюсти, подбородку и останавливается на шее. Зубы смыкаются на тонкой коже в опасной близости к артерии. Джун Хо громко стонет и сжимает в кулаках ткань водолазки. Гон Ю внезапно отстраняется. Он рывком выпрямляется, и руки Джун Хо безвольно спадают с его лопаток. Гон Ю отходит еще на шаг, чтобы полюбоваться раскинувшейся перед ним картиной: Джун Хо ошарашенно на него смотрит, полу-лежа на столе. Волосы растрепаны, лицо раскраснелось, губы влажные и опухли от поцелуев. Одна согнутая нога Джун Хо уперлась о край стола, а другая свисает с него. Черная рубашка выбилась из брюк, смята и задралась, оголяя подтянутый живот. Грудь тяжело поднимается. Гон Ю скалится. Джун Хо непонимающе на него смотрит. – Благодарю вас, – спокойно говорит Гон Ю. Он приглаживает растрепанные волосы, одергивает ворот, поправляет рукава, заправляет водолазку в брюки – все время Джун Хо рвет его на куски своим взглядом. Гон Ю в последний раз кивает в знак уважения. – Звоните, когда снова понадобится моя помощь. Джун Хо не успевает и, откровенно говоря, не хочет что-либо отвечать. Многозначительного вздоха вполне хватает, чтобы понять. Хван откидывается назад, слыша, как под его спиной хрустит бумага. Дверь в кабинет закрывается. Что-то Джун Хо подсказывает, что они сработаются.