#remembering

уютная постель скрипела утренней сонливостью и мятым сатином. где-то меж простыней залегли теплые ладони, чьи судьбы расстилались вдоль русых волн, путающихся от потягиваний пальцами. чановый затылок был бархатистой перчаткой, которая горячо обжигала крестики на костяшках, обтянутых потрескавшейся кожей. cам крис давно изучил полупрозрачный оттенок вен, вкрапинки мерей¹. у него есть все время мира для минхо, для растянутых уголков губ, для утопающих в нем рук, для чувств, что топтали его впалое сердце, заставляя екать и сжиматься быстрее. — жарко.. из-под края пухового одеяла выползает растрепанное темя, уже получившее курс на север, восток, юг и еще что-то, чего хо не припомнит от желания опуститься обратно. навалившийся хен портил все планы на долгие посиделки у морфея.  — слезь с меня, ты же не хочешь, чтобы я умер от недостатка кислорода- крису остается притвориться глухим, беспомощно выжидая еще пару минут. ему хватит пары мгновений, чтобы вспомнить очертания ореолов на груди минхо. совсем немного-то нужно, сжимать теплую мякоть под ребрами, слыша тихое ворчание и беспредельно буйкие угрозы, как буйки шаткие, но защитные в своем понимании. ну, вот-вот и минхо точно наугад ткнет ему в глаз. поэтому крис лишь сонно причмокивает и переворачивается набекрень, утягивая тело ли за собой, томно приоткрывая веки. шепчет под ухом неразборчиво, закрывшись в импровизированном уголочке, в минхо, где-то между яремной веной и ключицей, ощущая как чешется нос от беспорядочных прядей или это было вялым сопротивлением.. *** феликс, смотрит на чана исподлобья, поправляя на растертом столе кроваво-красную жаровню, прямо как глаза криса в последнее время. скорее от усталости. они с джисоном часто навещали его, будучи единственными близкими друзьями, которые могли вмешиваться в их с хо личную жизнь, становясь частью удачно складного бытия. — у хана куча дел, поэтому....а, крис, ты хорошо спишь? минхо, ам..он ведь помогает тебе? собственные ногти небрежно скребут виски, очерчивая линии роста волос, так бережно выбритые, что их можно было долго рассматривать, смешивать вороньи кудри от природы с помощью тактильных манипуляций. чан поджимает губы в нервной улыбке, смотря перед собой. он удовлетворенно вздыхает, мечтательно бормоча что-то вроде, — если бы не он, я бы вероятно сошел с ума.  точно. эти наказы много не работать, эти ласково-струистые, бархатные речи, такие протяжные, как тонкие нити, натянутые так, что можно составить целую мелодию для баллад из четверостиший написанных на ходу. эти теплые ладони, перебирающие скрученные торчком копны локонов. минхо всегда был рядом, был самым терпеливым напоминанием о тихой, сладкой жизни, где у них вечно все хорошо. — слушай, я безусловно понимаю, что он о тебе заботится..но может тебе, ну, вам, стоит записаться на прием к психотерапевту? ты такой уставший, понимаешь?.. и минхо тоже не помешает. поиск подходящих слов смутил криса. тот недовольно прищуривается, выпрямляясь молочными лопатками, стекающих вдоль поясницы к извилисто-пересчитанным позвонкам. он моргает пару секунд, переводя взгляд с феликса, впиваясь глазными яблоками в взъерошенный окципут², чей обладатель возился с мультиваркой. хо, чувствуя деревянное выжигание, поворачивает голову, собирая едва заметные складки покрова на себе. чан смотрит на него молча спрашивая, застыв на месте с кривой усмешкой. — я не против, чанни-хен. думаю, так будет даже лучше, сможешь вываливать свои эмоции не только на бедного меня.. почему бы и нет? веснушчатый взгляд прослеживает пространство, следует за чановым. феликс складывает губы в трубочку, имитируя сладко-горькую улыбку. совесть и смысл прожитых лет давили тяжелыми плитами, покрытые многолетней пылью, обвивая шею прутьями из озноба, не давая сделать и вздоха из-за загрязненной атмосферы, зарытых в себе увечий. их проблем. феликс прищуривается на секунду или около. — тебе это пойдет на пользу, ну, или вам.. *** им не помешало бы посетить какого-нибудь специалиста, чтобы тот обработал их ментальные раны, заделал любые пробелы. джисону всегда, казалось что дело в самом крисе, ведь он никогда не говорил о минхо в негативном плане. поэтому феликс не отпускал его одного к ним, не желая очередной перепалки в пассивной, изливистой агрессии. погружаясь в утопию собственно напечатанных аккордов, чан совсем забывал как выглядит дневной свет или как ощущается приятный сон. *** минхо касается плеча, обтянутого темным хлопком, аккуратно вышитым по стандартным меркам сорок шестого размера, в ожидании имени, содержащего пленку австралийского акцента. чан естественно отказывался посещать эти клиники, больницы, не то что психотерапевта. — ох, неужели наш мальчик крис испугался дяди в галстуке? нет, категорически нет. просто вся ситуация настолько мутная и небрежная, что если бы крис вправду захотел, то мог бы обойтись отдыхом, приторным какао и детективами перед сном. в такие моменты чан вправду отпускал тяготу в голове насчет предстоящих трудностей, устраиваясь в гнезде из клетчатых одеял, пока чужие руки вертели спицы, смешивая клубки в что-то милое. крис моргает, выходя из транса. томится в типичной мимике, надувая и без того пухлые губы, рьяно утыкаясь лицом в щеку минхо. — знаешь, ты мог бы пожалеть меня и.. например успокоить?? чан игриво шепчет, расплываясь в ухмылке забытыми курсами утопших кораблей. *** вылизанный мужчина приветливо склоняет голову вбок, всем видом призывая раскрыть все свои эмоциональные погрешности, давно забытые в нежности, в таком покорном отрицании усталости. естественно кристофер не привык, что в его жизнь лезет кто-то кроме подозрительного джисона или лучистого феликса. поэтому возникают странные паузы, неловкие запинания в речи, от чего крис притворно смущается в застенчивой улыбке. психотерапевт много спрашивал о минхо, просил рассказать, что о нем думает сам чан. конечно он влюбленно косил глаза в сторону, наблюдая за мягким настроем возлюбленного, поддерживал одним присутствием. и, конечно врач долго молчал, записывая что-то в свой блокнот на серебряных скрепках, где крис мог заметить отражение хо. он был рядом, — этот мужик, будто мне в душу посмотрел, не знаю.. — в конце-концов это его работа, чагия. к тому же, тебе не помешает дополнительный отдых,  — наверное я преувеличиваю со своим подозрением.. но доктор этот, в любом случае жуткий. — ты просто боишься, что все твои травмы раскроются слишком широко и твое огромное эго пострадает. — нет, хо-я, это не так-.. минхо? ты тут? крис внезапно замолкает, выждав полминуты, ожидая тихого препирательства. но встречает лишь холодную обстановку. он поворачивает голову туда, где только что слышал голос минхо, который вдруг испарился, наверняка избежав дальнейшего обсуждения этой темы. он вопросительно приподнимает бровь, отрицая растерянность в сжатой груди. *** чан спит чаще, днем, вечером, утром. все из-за сильного действия прописанных антибиотиков. он уже морщился чаще от них, чем от редких тыков минхо в бок. и ли точно стал пропадать где-то в рабочих отчетах и свежем кофе. конечно крис доверял, всем своим сердцем, лелеял. главное то, что в заключении вечера в практическом сне теплая хватка возвращалась на место, смешиваясь с медицинским запахом. *** — ну..как у вас дела, с минхо? джисон на выдохе, устало. феликс лишь молчит, понурив глазки, в приоткрытое окно, пускающее прохладу в квартиру. погода сегодня была странно солнечной, хотелось выйти на улицу и собрать меж ладоней падающие снежинки в ярый, такой блестящий мороз. — он стал больше задерживаться на работе, и, честно я себя странно чувствую, без него. наверное эти пилюли меняют мое восприятие. я же сплю половину дня.. феликс немного резко смотрит на чана, совсем нечитаемо из-за блондинистых прядей, что иногда прикрывали весь обзор. именно так на криса и смотрел психотерапевт. жалко, почти по доброму. крис закатывает глаза, не понимая к чему такой настрой. и вновь раздраженно бурчит, — я уже нормально сплю. может мне стоит прекра- — нет. принимай, твой психотерапевт знает, что для тебя хорошо, а что сам знаешь, что. хан хмурит брови, тараторя слога вместе, что трудно разобрать их смысл, поэтому приходится растягивать каждого сказанного слова вручную. им не хотелось обманывать его, частым отсутствием минхо только из-за очередной задержки на работе. *** но постепенно все настолько потухало, что от его прикосновений оставались лишь фантомные ощущения грусти и тоски. батареи в доме становились все холоднее, а сердце билось медленнее. крис часто слышал его, но оглянувшись понимал, что померещилось. наверное сильно скучает, вот и все.. приходилось укутываться в одеяла, пахнущие им, давно выцветшим запахом, самым приятным из всех. *** на этот раз, он сидит на неудобном диване в одиночестве, перед дряблой кушеткой, мысленно продырявил все точки шова на ней, тупо глядя в одно и то же место. и, это был очередной час обсуждения личных интересов криса. его подхода к музыке и самовыражению, на которое тот тратил много сил, тем самым переутомляясь. часто оглядываясь по привычке, слышал чужой, мягкий голос или смешок над очередной самоиронией. — так..вы, перестали видеть галлюцинации? каково ваше состояние? — а- простите, что? — ну, вашего, минхо. я думал, вы уже поняли это в ходе пары сеансов. точно, минхо ведь давно нет. примечания: мерей¹ — это рисунок на поверхности кожи. окципут² — затылочная кость (крайняя).