Молот войны: Вечный Палач

Млечный Путь

Империум Человечества

Система Кадия

Кадия-Прайм

Вне зоны видимости флота Хаоса

Пролетев сквозь слои бесконечностей огромная крепость вырвалась в пятимерный пространственно-временной континуум этого мира. Системы станции сразу уловили сумасшедшие сигнатуры и резонансные отклики от неизвестных бурящих энергий. Система просканировала ближайшее пространство вокруг основной планеты системы. После разрушения загадочных пилонов граница между реальным и сюрреалистичным истончилась настолько, что уже нельзя было отличить настоящее от чего-либо. Материальная вселенная корчилась и извивалась от беспорядочных и непостоянных психических энергий. Традиционные законы бытия не имели ни малейшего смысла. Это был тот же Ад, что и во вселенной Палача, но непостижимо трансцендентный и качественно находящаяся дальше бесконечность. Даже если его малая часть проникает во вселенную, то всё перестраивается фундаментально, в корне, губительным образом. Невесть как на мониторах показалась подробная карта всей галактики, чей размер минимум в 3 раза больше, чем раньше полагали земные учёные. Тёмная пульсирующая пурпурно-фиолетовая линия с синими и багровыми оттенками, хотя на самом деле цветовой спектр переливался непредсказуемыми последовательности и нестабильно короткими интервалами. Великий Разлом — это разрыв ткани реальности, разделивший человеческий многострадальный Империум на две части. Его появление буквально раскололо Галактику на куски, окунуло Империум в пучины хаоса и стало началом новых войн. Так могуч и так велик этот шторм, что сами законы физики перестают действовать, а временные парадоксы, некогда ограниченные подобными Оку Ужаса местами, теперь встречаются по всей Галактике, за пределами самой аномалии. Одни миры буквально увядали за считанные секунды, со стороны могло бы показаться, что прошли сотни или тысячи, другие будто застыли во времени, а третьи же страдают от временных разрывов, где происходит и то и другое. Казалось, хуже уже некуда, но это только вишенка на торте. Для Палача уже неважно, как могла прорваться граница между материальным и нереальным. Для него сейчас приоритетна следующая миссия — захватить главные ударные крейсеры, уничтожить всех кто представляет опасность и вызовет подозрения и обратить против флота Хаоса. Палач ещё не знаком с тамошними технологическими причудами, но это не значит, что он не попытается. Для такого как Палач Рока нет ничего невозможного. Ему не пришлось тащить на себе слишком много оружия. Достаточно супердробовика, пилощита, Молота Стражей и Горнила. В нижних уровнях ангара стоял самый передовой истребитель, созданный по последним шаблонам, добытым ещё до ритуальной битвы с Тёмным Властелином. Первоначально он собирался использовать его, чтобы штурмовать вместе с оставшимися Ночными Стражами, но по неизвестной причине почему-то отказался. С тех пор он пылился там же. Палач незамедлительно стянул чёрный тент с корпуса изящной машины. Кокпит раскрылся в обе стороны. Палач занял место пилота. Разгорелись мигающие голографические дисплеи с информацией о состоянии истребителя, систем подачи топлива и распределения энергии, температурные датчики, квантовые аргент-радары, системы невидимости, ингибиторы негативных эффектов и так далее. Машина вылетела в открытый космос, раздираемый психическими бурями. Сразу включена система невидимости. Уникальный материал на основе передовых нанотехнологий Аргент Д’Нур помогли истребителю слиться буквально со всем нереальным окружением, весь поступаемый свет отражался, как от зеркала. До разорванной Кадии оставались считанные сотни тысяч километров. Перед этим он совершил короткий варп-прыжок, преодолев пятую часть общего расстояния до основных целей. По пути ему встретились восемь огромных кораблей, изъеденных миазмами и покрытых толстым слоем ржавчины и грязи. Из пробоин в обшивке сочился густой гной и почерневшая кровь, оставляя за собой шлейф в пространстве. Миазмы просачивались из корабля через волдыри, нарывы и трещины на его поверхности, а также через ржавые разрядные трубы и бесполезные оружейные батареи. В некоторых местах можно было увидеть дёргающиеся глаза, окружённые ржавыми цепями. Щупальца прорастали в кормовой части, капитанской рубке и хвостовой части, рядом с движущими агрегатами. Миазмы заменяли кораблю турели, защищая его от истребителей и бомбардировщиков, но были бесполезны против торпед. Миазмы были настолько густыми, что скрывали корпус корабля от глаз. С обеих сторон из разъедаемой обшивки росли ряды гноящихся пустул и язв. Эти наросты покрывали ржавеющие остатки того, что когда-то было основными бортовыми батареями, словно зачумлённая пародия на это оружие. Они гноились и пухли, периодически прорываясь и выбрасывая в космос смесь мусора, боеприпасов и слизи. Чем ближе он подлетал к планете, тем больше замечал зловещих кораблей. Десятки, а возможно, и сотни, искажённых сверхъестественным разложением, абсурдно прекрасных галеонов, каждый сантиметр которых был усыпан драгоценными металлами и сияющими драгоценными камнями. Они были украшены изысканными портретами, скульптурами и произведениями живописи, неизменно отражавшими сцены самой порочной красоты. Среди них выделялись огромные корабли-башни или отдельные гиганты, которые словно излучали сырую всесильную магическую энергию. Их корпуса были созданы из разноцветных кристаллических фазовых элементов. Или, возможно, это были просто корабли, которые притворялись чем-то другим, принимая любые очертания, которые им диктовала фантазия управляющих там систем или их обитателей. Палач понимал, что даже в периоды затишья флот Хаоса не теряет бдительности, и поэтому лучше не привлекать внимания. Хотя его летательный аппарат и был небольшим, рисковать не стоило. Сканеры отметили цели, чтобы избежать путаницы среди множества похожих кораблей. Внимание Палача привлекли два из них: «Убийца Планет» и «Мстительный Дух». Эти два корабля были оснащены огромным арсеналом самого мощного оружия, способного уничтожить не только корабли, но и планеты. По возможности можно захватить и Чернокаменные крепости, смотря как пойдёт. Для своего тайного проникновения Палач выбрал корабль «Убийца Планет». Он подлетел к его нижней кормовой части, находясь совсем близко к ядру мощного энергетического оружия, способного не только распылять планеты, но и взрывать и создавать сверхновые звёзды. Так гласили данные бортового сканера. Палач выскочил в открытый космос. Благодаря бустеру он мог свободно летать и уклоняться, что было хорошим подспорьем к традиционному ранцу. Метнув свой пилощит в обшивку люка, Рок мгновенно преодолел разделявшие его 50 метров. Это было так быстро, словно он телепортировался. Он приставил к обшивке странное устройство, напоминающее плоский персональный компьютер, сделанный из сверкающего кристалла. Волокнистые молекулярные жгуты устройства прилипли к осквернённой обшивке. Светящимися медно-золотыми цифровыми сетками они проехались по корпусу, заняв радиус в один метр. На бирюзово-голубом экране пробежали шрифты на языке Аргент Д’Нур и замысловатые ряды кодов и цифр, смешанных воедино и построчно. После ряда расшифровок на экране появилась утвердительная голубая табличка. Люк распахнулся. Пришло время показать, что дни предателей на этом корабле сочтены.

Убийца Планет

В огромном ангарном отсеке корабля, где хранилось оружие судного дня, на стапелях и парящих площадках выстроились его грозные орудия. На колючих цепях висели многочисленные штандарты, флагштоки и вывески, а также знамя с изображением восьмилучевой звезды Хаоса Неделимого. Пол содрогался под ногами вошедшего. Атмосфера в отсеке была гнетущей и мрачной. Воздух был пропитан ядами и неестественной скверной, настолько тяжёлым, что обычный человек, попав сюда, умер бы от удушья. Чёрные стены и пол отсека иногда пульсировали от неудержимой эфирной энергии, подобно наружной обшивке корабля. Вокруг не было видно ни одного стражника, и, судя по тому, что в отсеке не было ни одного живого существа, это место не охранялось особо тщательно. Однако, системы-ищейки его шлема смогли зафиксировать некоторые признаки активности. Неподалёку работали техножрецы, которые не представляли серьёзной угрозы. Они усердно трудились у своих алтарей, восхваляя не только Тёмных богов, но и весь Хаос в целом. Техножрецы стояли неподвижно, лишь изредка дотрагиваясь кибернетическими вспомогательными конечностями до восковых свечей, окровавленных пергаментов и осквернённых печатей. Эти люди находились на самых верхних платформах, вероятно, на восьмом или десятом уровне. Ближайший компьютер с базами данных находился прямо напротив него, в угловатых гофрированных стенах, испещрённых кровавыми сигилами и рунами. Палач просканировал устройство. Это был Иррадиальный Когитатор — компьютер, заражённый демонической варп-сущностью. Личное устройство Палача не только позволяло легко открыть ангарный отсек, но и служило универсальным инструментом для временной нейтрализации враждебных факторов и явлений, позволяя достичь цели. Рок не прогадал: перелистывая на сенсорном экране разделы за разделами, он обратил внимание на почти завершённые схемы корабля. Он и так догадывался, что основные размеры корабля составляют не столько энергетическое ядро, сколько длиннющие хромированные стволы, покрытые багровой пылью. Было важно не только получить схемы бесчисленных проходов, ведущих к ловушкам и загонам с тварями и мутантами, но и схемы коридоров и телепортационных устройств, которые вели к воротам капитанского мостика. Также, взломав базы данных удалённо с каждого заражённого варпом когитатора, Палач получил в распоряжении данные о точном местонахождении и вооружении противников. Легко и изящно, не привлекая лишнего внимания. Оставалось лишь полностью отключить корабль от внешних источников связи и деактивировать его системы безопасности и тревоги, чтобы никто не смог догадаться о произошедшем. Для этого нужно было совершить диверсию в главном вычислительном узле, который находился буквально над головой, под капитанской рубкой. Это место одно из самых хорошо охраняемых. Палач, словно акробат, преодолевал огромные расстояния, совершая высокие прыжки. Он перепрыгивал с одной перекладины на другую, с колонны на колонну и с цепи на цепь, преодолевая около 400 метров. Ворота распахнулись, когда Палач приставил своё карманное устройство к панели управления. Он понимал, что не стоит пытаться открыть дверь силой, так как весь корабль был бы охвачен беспокойством из-за продвинутой системы безопасности. Ему не впервой приходилось действовать незаметно, и он был уверен, что и в этот раз сможет достичь своей цели. Обстановка в коридорах не лучше. Такие же мрачные и тёмные широкие коридоры. Несмотря на свой гротескный дизайн изнутри корабль на удивление эстетически несовместим. В нём полно чувствовалась концепция научной фантастики где одну из принципиальных ролей играет эстетика, как одна из основополагающих концепций. По стенам, по полу, по потолкам бегали сияющие полосы рубиновых цветов. Само же окружение чуть ли не сияло от полированного хромированного материала. Палач направился дальше по коридору, до ближайшего телепортационного узла к вычислительной системе располагался в 1,5 километрах от прохода в ангарный зал. Первые триста метров прошли спокойно. Палач миновал примерно сотню дверей в богохульные святилища, где предатели Механикумы проводили свои богомерзкие ритуалы. Для Палача они не играли принципиального значения. Никто по пути Року не встретился. Даже в условиях почти полного отсутствия света всё пространство блистало непривычной чистотой. Иногда в таких местах можно было заметить редкие пятна засохшей крови. Преодолено ещё двести метров, и вот первая ловушка — извилистые самонаводящиеся синие лазеры. Если бы объект оказался в зоне их досягаемости, измеряемой пятьюдесятью метрами, его бы мгновенно превратили в пепел. Палач тщательно изучил окружающую обстановку. Каждый излучатель был соединён сверхпроводящими кабелями, которые уходили глубоко внутрь корабля. Призматические когерентные преобразователи были напрямую подключены к системе энергетического обеспечения, корнями распределившуюся по всему судну. Здесь ему пришлось действовать нестандартно. Его реакция была неимоверно быстра, а рефлексы — такими, что он мог бы посрамить многих. Он шагнул в зону поражения, и луч устремился на него. От момента преодоления половины пути к нему и перемещения к следующей точке прошла всего одна наносекунда. И так со следующими протяжёнными секциями лазерной западни. Лучи двигались со скоростью, которая казалась Путнику Ада улиточьей. Так он преодолел первую ловушку на пути к главному вычислительному узлу. Палач преодолел ещё триста метров, и каждый шаг давался ему с трудом. Он уже неоднократно проходил по этим коридорам и открывал запылённые двери, но, казалось, они никогда не закончатся. Внезапно он заметил две тени, появившиеся рядом с его собственной. Источником этих теней был он сам, а отражение его находилось в самой ткани бытия. Под любым углом и ракурсом его силуэт словно бы беспорядочно отражался, расплывался и разбрасывал вокруг себя противоречивые отпечатки, создавая иллюзию, что в этом мире существует не один, а сразу несколько десятков Палачей. Минимальное количество отражаемых измерений исчислялось микросекундами, ранее — девятью, потом — девяносто девятью, а затем — на несколько порядков больше. Казалось, таким метаморфозам сумасшествия и сюрреализма не было конца. В какой-то момент лабиринт противоречий и неопределённостей сковал Палача на месте. Кристаллические наросты покрыли его ступни. Он разбил их в пыль кулаками и громким топотом о чёрный железный пол. Ему померещились покойные жена и маленький сын. На руке пшеничной блондинки он увидел кролика Дейзи. Призраки прошлого начали жестокий мозговой штурм, пытаясь соблазнить обещанием вечной радости обретения утраченного когда-то давным-давно. Слои мерцающего кристаллического вещества медленно покрывали его тело, превращая в изваяние. Палач давно завязал с прошлым. Его погибшая от рук демонов семья стала главным стимулом для начала своей вендетты, которая обрела облик крестового похода против своего создателя. То же самое происходит и в незнакомой и явно более враждебной вселенной. Палач стремится избавить других от такой же судьбы, какую избрали для него против его воли. Палач освободился от оков, созданных его горем, безумием и отчаянием. Он ударил кулаком в одно из своих отражений, не целясь, а наугад. Его пальцы не почувствовали сопротивления, и он понял, что выход где-то рядом. Пробив зеркало небытия, Рок продолжил крушить искажённые отражения, которые становились всё более гротескными и непохожими на истинного мстителя. Его изображали в различных интерпретациях: величайшим кудесником и магом, уступающим только Тзинчу; любимцем Нургла, распространителем его самых жутких поветрий и энтропии; безумным берсерком, чья кровожадность превосходит даже самые страшные создания Кхорна; великолепным и неотразимым Роком, который каждую секунду получал поощрения и похвалу от Слаанеш, гораздо чаще, чем остальные его приспешники. Иногда он казался совершенно чуждым, принадлежа одновременно каждому из четырёх злобных богов Хаоса. Ясно одно: он был трансцендентной сущностью, истинным аватаром каждой из сил природы, о которых никогда не знал с момента зарождения вселенной. Половину километра он преодолевал в целом спокойно. С ним постоянно пыталась заговорить какая-то сущность корабля. Ментальная крепость вторженца закрыта для искушений и соблазна. Рока нельзя купить или переманить. Он верен себе самому. Ему нашёптывали угрозы и ложные указания. Причём сердитые восклицания в интерфейсе шлема становились всё более настойчивыми по мере продвижения в правильном направлении. Главный узел отвечающий за компьютерные системы и связь как раз совсем недалеко. Оставалось пройти ещё менее 500 метров. Палач знал, что его стремительному продвижению могли попытаться противодействовать различные тысячи потаённых ловушек и скрытых турелей, но почему-то они не срабатывали. Они были в скачанных подробных планах корабля. Вероятно, причина кроется в его феноменальной вере в победу, либо невероятная удача, или сам по себе просто незаметен для потаённых ужасов этого циклопического звездолёта. Похоже, даже Палач не знает ответа на этот вопрос. Палач преодолел последние защитные барьеры и оказался на просторной площадке. Дизайн и архитектура этого места сильно отличались от мрачного готического облика корабля, который бороздят межзвёздные просторы. Перед ним возвышалась огромная дверь, ведущая в желанное место. Сбоку, слева, он заметил почти такой же когитатор, только более зловещий. Вокруг него были разбросаны человеческие останки и части скелета. Прямоугольный широкий дисплей горел яростным кроваво-красным светом, смешиваясь с белым дребезжащим светом. Бесконечные ряды дьявольских символов и рун метались из одного угла в другой. Палач приложил руку к когитатору, и его руку обвили многочисленные кабели, словно змеи. Они сжимали её с такой силой, что могли бы выжать обычного человека, как фрукт под прессом. Потоки энергии бурлили в оголённых жилах и дёргающихся шлейфах. Пластмасса и металл приняли форму головы уродливого рогатого и многоглазого чудовища. Не растерявшись, Палач выдернул свою руку, поместив туда кристаллическое прямоугольное устройство. Провода тут же распустились и повисли, как колосья. Враждебные энергии словно растворились, трусливо убежав в своё дьявольское интегральное жилище. Экран загорелся бело-голубым светом, и появилась утвердительная узкая табличка, затрещав и запищав в подтверждение. Гидравлические стяжки с пневматическими стержнями с силой устремились назад, скрываясь внутри конструкции, украшенной костями и рунами. Распахнутые врата явили взору огромное сверкающее ядро, словно созданное из чистейшего хрома или серебра. Весь зал вторил безупречной красоте вершины гордости тёмных гениев. Практически весь зал представлял собой гигантскую полусферу с высокими сводчатыми прямыми стенами и гофрированными потолками. Вокруг ядра вращались матричные кольца, не позволяя протуберанцам энергии вырваться наружу и уничтожить корабль изнутри. Внешняя полированная оболочка периодически раскрывалась, открывая взору хищно взирающее металлизированное око с множеством подвижных манипуляторов — клешней и щупалец. Центральное ядро находилось в состоянии полураспада, периодически распадаясь на кубические фрагменты и вновь собираясь воедино. В нём также были видны признаки присутствия сверхъестественных сущностей. Вокруг никого не было. Войдя ещё вглубь, системы костюма сразу же зафиксировали неполадки. Стекло шлема было затуманено помехами. Ячейка аргент-энергии на груди начала пульсировать, словно угасающая звезда. Преторианская броня определила источник помех — это был одержимый искусственный интеллект, который пытался взломать броню, созданную нечеловеческими руками. Он хотел жестоко подавить и замучить того, кто осмелился вторгнуться в его владения — дьявольский гибрид человеческих передовых технологий и нечестивого колдовства. Чем ближе Рок подходил к главному пульту управления, тем сильнее ощущалась мощь машины, которая пыталась остановить его приближение к инструменту, способному её сдержать. Потоки эфира устремились к нему, и каждое столкновение лишь на долю секунды замедляло его движение. Даже для монстра, заключённого в этой сфере, силы незнакомца были слишком велики. Палач чувствовал на себе эти энергии. Тёмные силы информационного ядра корабля, как и его носитель, имели тёмную сущность, глубоко ненавидящую саму жизнь. Ощущения, которые испытывал Рок, были довольно необычными. Подобно аргент-энергии, психические всплески наполняли его броню до предела, но с другой стороны, вводили его в кратковременный ступор из-за постоянных шёпотов мёртвых душ. Она адаптировалась к незнакомой силе, чтобы дать своему носителю новые преимущества. Всеми процессами ядра вершила консоль. Голографические мониторы разрывались от яростного сопротивления к попытке получить доступ. Помехи разрывали. Беспорядочный шум с потусторонней какофонией разбитых колоколов. Демон заблокировал доступ к консоли, оставалось только одно — улучить момент, чтобы кинуть кристаллический компьютер-коммутатор. Подхватив в кулак пройденные шесть наносекунд Палач словно в замедленной съёмке кинул его в самый центр процессора. Искры голубоватых молний вырвались сквозь сдерживающее поле. Кольца застыли. Ядро ещё сильнее распадалось. Вычислительные функции постепенно выходили из строя. Бестелесное существо завопило в агонии. Её силы под действием загадочного артефакта сводились на нет, лишив возможности влиять на окружение. Демон теперь в подчинении до тех пор, пока находящееся внутри устройство не будет извлечено. Его возможностями можно распорядиться без ограничений по времени и практически без рисков сбоя и осечек. На заднем плане, на верхнем третьем ярусе, парила главная центральная процессорная «Убийцы Планет». Там располагалось несколько кольцевых сооружений, которые служили телепортариумами для перемещения по кораблю. Оставалось только добраться до капитанского мостика и уничтожить всех противников, которые там находились. После этого можно было бы взломать всю систему следующей локации. Системы безопасности корабля были бы направлены против своих же. С большой долей вероятности это прошло бы практически бесшумно, поскольку главный процессор блокировал бы психические силы и вражеские средства связи и сканирования. Таким образом, никто не узнает, что один из самых могущественных инструментов террора и разрушения, принадлежащий архиврагу Абаддону Разорителю, оказался в руках какого-то дерзкого незнакомца. Палач, подпрыгнув на тридцать метров вверх, возвысился над главным вычислительным ядром и метнул цепной щит в сторону парящей на большой высоте площадки с телепортационными агрегатами. Расстояние в 200 метров преодолены так быстро, будто телепортировался. Нажатие на сенсорную кнопку, картографический пост точек телепортации, отмечен капитанский мостик. План работает идеально. Осталось только расправиться со всеми целями. Палач окунулся в переменчивые пучины варп-пространства. Он уже совсем недалеко от капитанского мостика. Перед ним проход в следующую локацию, у порога в узловатые коридоры. Как не вовремя, буквально в паре десятках метрах от него повсюду суетящиеся техножрецы в чёрных рясах. Они проводили своё время у техноалтарей, зажигали свечи из кровавого воска, писали что-то неразборчивое чернилами на пергаментах, чиркали острыми конечностями по полу и стенам, вырисовывая оккультные богохульные руны. Как и свойственно демоническим отродьям и их последователям среди бывших людей, на тонких лентах, верёвках и цепях висели осквернённые кости. Они, как роботы, уставились на Палача Рока. Холодный ступор и удивление сменились агрессивным нападением на вторженца. Палач рванул свой щит вперёд. Острые сверкающие ревущие зубья впивались в металл и плоть и рубили на куски. Разом полегли десять техножрецов. Несколько из них справа попытались пустить в ход свои плазменные пушки. Палач призывно махнул рукой назад, и ещё несколько порублены в капусту. Другой попытался предупредить по скрытому каналу связи, голова сразу слетела со своего места. Пока испуганные оставшиеся техножрецы с силовыми когтями и косами попытались привести вспомогательное оружие в боевой режим, Палач Горнилом отсёк конечности и разрубил на ломтики. Момент времени от начала до конца исчислялся примерно четырьмя наносекундами. Десятки техножрецов были уничтожены, и ни один из них не успел поднять тревогу. Их окровавленные останки неподвижно лежали на холодном, вибрирующем полу. Система просканировала весь мостик, несмотря на закалённый варпом металл. Она обнаружила множество представителей пехоты и элиты: пять Облитераторов, столько же Мутиляторов, тридцать Терминаторов Хаоса, четверых Чернокнижников, двести космодесантников Хаоса, пятнадцать Разорителей, десять Рапторов, столько же Варповых когтей, двадцать одержимых космодесантников Хаоса, пятьдесят Берсерков Кхорна, девяносто Големов Рубрики, сорок Чумных космодесантников, шестьдесят Шумовых космодесантников, тринадцать Отродий Хаоса, около сотни Тзаангоров и сотни Культистов Хаоса. Каждый из этих воинов служит различным потусторонним силам, поэтому они носят соответствующие индивидуальные знаки отличия и «подарки» от непредсказуемого Хаоса. В этом месте почти столько же техножрецов, сколько и обычных противников в тяжёлой броне. План был тщательно разработан, с учётом всех возможных вариантов развития событий. Но у Палача было самое главное — элемент неожиданности. Он нажал на мигающую сенсорную отметку на маленьком голографическом мониторе, который находился на правой руке. Внезапно весь свет на капитанском мостике погас. Ворота были широко распахнуты, и в помещение полетели дымовые шашки. Густой дым быстро заполнил большую часть локации. Трое терминаторов Чёрного Легиона приготовили свои комби-болтеры, а их силовые когти заискрились молниями. Связь с каждым членом экипажа была отрезана, и они не могли слышать друг друга. Им придётся полагаться только на свои сверхчеловеческие чувства. Они почувствовали чьё-то присутствие. Связь с варпом медленно угасала. Когда один из них подошёл достаточно близко к выходу, его внезапно затянуло во мглу. Напряжённые случившимся двое ближайших соратников выпустили небольшую очередь болтов в пустоту. Насмешливая долгая пауза. Из тумана вылетел шлем с пробитой в районе глазниц головой, из которого торчали бивни. Затем в двух хаоситов врезался изорванный труп падшего, отбросив их к ногам их собратьев, которые были предателями. Из глубины белого тумана раздались выстрелы комби-болтеров. Каждый болт точно попадал в голову, нанося наибольшие повреждения. Они срывали колья с черепов, пластины пластали и даже понемногу выворачивали адамантиевые арматуры. Наконец, в поле зрения появился Палач Рока. Одной рукой он прикрывался убитым терминатором, словно живым щитом, и одновременно методично расстреливал предателей из болтера. Особенно доставалось самым слабым противникам — тзаангорам и культистам. Пропитанные нечистыми энергиями болты вгрызались в вечно непостоянную плоть тзаангоров, слуг Архитектора Судеб резонируя с ней. Магический резонанс порождал локализованные взрывы с выделением звенящих искр в урагане частей и осколков. Культистов болты сначала прошивали, а потом взрывались, унося в могилу ближайших товарищей. За несколько секунд выкошено около четверти от общей численности этих двух боевых единиц, в то время как оставшиеся впадали в смятение и попытались перегруппироваться, чтобы их не перебили поодиночке, стараясь удаляться от места, откуда исходит их смерть. Космические десантники и терминаторы выступили в роли первого рубежа обороны. Они атаковали первыми, стреляя наугад, часто в пустоту. Ответный огонь последовал незамедлительно и неизменно поражал цель. Каждое попадание скрывающегося в белой пелене противника было точным и смертельным. Болты хаоситов прошивали насквозь соратника, превращая его в решето, в надежде покончить с невидимым противником. Палач в это же мгновение опустошил всю обойму спаренного болтера. Опустошённое оружие он метнул в ближайшего чумного космодесантника, размозжив тому половину головы. А тело изувеченного шквалом огня терминатора он бросил на Облитератора, пригвоздив железного монстра к стене. Затем в ход пошло фирменное Горнило. Среди наиболее прямолинейных были Берсерки Кхорна и космодесантники Пожирателей Миров, которые бросались на пролом с воющими цепными топорами. Первые пять сразу лишились рук, едва только вознеся их для удара, а затем ног, когда приблизились ещё на несколько шагов, а следом — и голов. Следом набросилась целая толпа из оставшихся сорока пяти Берсерков Кхорна и около двадцати Пожирателей Миров. Такую толпу мог бы мгновенно уничтожить Молот Стражей. Заряженный до краёв аргент-энергией боевой инструмент обрушил чудовищный выброс энергии на всех, кто осмелился приблизиться к нему. Радиус поражения составил тридцать метров. Потоки энергии самовольно хлынули на противников, превращая их в молекулярную пыль. Это не испугало тех, кто не попал в зону поражения. По одному они попадали после попадания супердробовика. Картечь без особого труда пробивала пропитанную варпом керамитовую броню и адамантиевые щитки, разрывая их в щепки, словно трухлявое дерево. В Пожирателях Миров и Берсерках Кхорна были проделаны зияющие дыры, словно дырявые мешки исколотые шилом. Затем в бой вступили оставшиеся терминаторы и космодесантники Детей Императора. Их фиолетовая броня была украшена яркими, кричащими цветами, а также шёлковыми лентами и золотыми цепочками. На доспехах были установлены рупоры, клапаны и органные трубы, которые позволяли создавать какофонию, разрывающую слух и резонирующую с психикой. Длинные трубчатые устройства, похожие на длинноствольную винтовку с шифтами, могли находить глубокие и продолжительные ноты или же издавать неблагозвучный визг, способный буквально раздробить цель на куски. Они обрушили на Рока калечащие обертоны, двигаясь вперед. Палач ранил одного из космодесантников Чёрного Легиона, выстрелив ему в ноги из супердробовика. По привычке он использовал его как щит. От безумного крещендо броня предателя потрескалась, а глаза вылезли из орбит. Атональная атака стала еще сильнее, и броня раскололась на осколки, словно стекло, а её носитель взорвался, как перезревший фрукт. Палач резко рванул вперёд, игнорируя невообразимой силы акустические резонансы, от которых выло само пространство-время и возмущалось варп-пространство внутри корабля. Сфокусировав энергию на правой руке Палач вонзил кулак в брюшной сегмент одного из Шумовых космодесантников. Противнику измельчило, а то что от него осталось, ринулось на его товарищей, сбивая с ног и повреждая броню. Музыкальные атаки прекратились. Палач быстро расправился с врагами: снёс голову первому терминатору Молотом Стражей, когда тот попытался перезарядить своё оружие. Второму он отрубил ноги Горнилом и разрезал на две половины. Третьему отсёк кисти рук наручным клинком и, глубоко вонзив руку в искажённое тело исчадия, нащупал и вытащил позвоночник. С его помощью он жестоко избил четвёртого противника, превратив голову в кровавую кашу и выбив респираторную решётку из его сшитого рта. Избиение прекратилось, когда противник потерял равновесие и упал на четвереньки. Палач взял его за горло, чтобы заставить встать на колени, а затем кулаком затолкал голову внутрь брони, уменьшив его рост. Десантников Детей Императора добил какофоном, вырванным из рук одного из поверженных Шумовых космических десантников, их взорвало через несколько секунд. На Палача напала целая толпа: оставшиеся терминаторы и космические десантники из Железных Воинов и Повелителей Ночи. Один из Повелителей Ночи попытался ударить его сзади, но Палач перехватил его и, размозжив голову, повалил на пол. Железные Воины, имея при себе тяжёлые болтеры, не раздумывая, открыли огонь по противнику. Палач метнул тело убитого в одного из стрелявших, напрыгнул на него сверху и, используя отнятый нож, раскроил тому череп, как кокос. В этот момент Рок завладел тяжёлым болтером с ленточной подачей, и предателям стало совсем больно. Палач не обращал внимания на их ответные атаки. Каждый болт с оглушающим свистом вгрызался в броню, разрывая её вместе с плотью в фонтане искр, осколков и крови. Все нападавшие были перебиты, как мухи. Некоторые из них ещё были живы. Палач сорвал связку гранат с трупа Железного Воина и бросил в сторону недобитых. Оглушительный взрыв разметал раненых, а стоны смолкли навсегда. На очереди оказались Тысяча Сынов и Гвардия Смерти. Эти враги пытались держаться на расстоянии от неутомимого Палача, чтобы вместе завалить его болтами, наполненными магией и инфекциями. Палач воспользовался крюком супердробовика, чтобы притянуться к одному из чумных гвардейцев. Одним ударом Молота Стражей он обратил в пепел сразу шестерых ходячих мешков с гноем, грязью и болезнями. Увернувшись от чумных болтов, Палач бросился в сторону. Кровавый удар снёс ещё четверых болванов Нургла, которые постепенно сгорали от аргент-энергии. Оставшиеся десять врагов получили возможность поближе познакомиться с Горнилом и Молотом Стражей. Шестеро из них были беспощадно разрублены пылающим магическим пламенем клинком, оставляя огненные разводы и следы. Пять зловонных терминаторов взорвались, когда потоки багровой энергии просочились через прорехи и вступили в реакцию с извращённой плотью, разбросав нечистоты и ихор во все стороны. Остались рубриканты. В первого ближайшего терминатора Рок кинул Горнило. Лезвие глубоко вошло, но тот не умер, хотя и был сбит с толку. Вытащив клинок, Палач увидел, как из пробоины выходил разноцветный прах с бурлящей сырой энергией. Он нанёс удар коленом под дых, и тот рухнул на колени. Вырвав шлем, Рок вытряхнул весь мерцающий цветастый прах, а броня после пинка рассыпалась на составные сегменты. Марионетки чернокнижника рубриканты снова спустили курки. Потоки психического огня, выворачивавшего наизнанку окружавшее пространство, и ослепительные колдовские серебряные болты беспомощно промахивались. Шустрый Рок подбежал сразу к четверым и по горизонтали разрубил их Горнилом. Восемь рубрикантов пали от яростных неумолимых ударов аргент-молота, отлетая на десятки метров. Двое терминаторов из кабала таинства Скарабея телепортировались со спины, чтобы нанести удар, пока Рок выискивал новые мишени в суматохе и отчаянии ещё оставшихся в живых. Хопеш одного из них был сразу перехвачен и выбит из рук. Противник пронзён насквозь, прах покидал обречённую ходячую урну. Палач поднял гиганта над собой и швырнул его в сторону другого, в тот самый миг, когда враг попытался ударить силовым сверкающим хопешем. Последние сыны Магнуса поражены цепным щитом. Щит произвольно рикошетил от одного предателя к другому оставляя глубокие разрезы, пока не вернулся обратно к хозяину. Остались ещё предатели из Альфа-Легиона и Несущих Слово. Палач Рока замер на месте. Легионеры единожды выпустили сразу десятки болтов. Обстановка вокруг застыла в полном безвременье. Глубокий вдох. Резкий рывок в сторону противников, нарезая круги вокруг них по зигзагообразной траектории. Рок за спинами других. Время вернулось обратно. Легионеры сами застыли на месте, словно изваяния. Ярко-алая кровь вытекала из микротрещин всё обильнее. Противники не издали никаких звуков. Тяжёлые туши безмолвно упали на пол, окропляя пол своей кровью. Из космических десантников остался только Чёрный Легион. Эти ребята начали наступать ещё агрессивнее, осознавая безнадёжность положения для себя. Палач проносился сквозь них, точечно ударяя по их телам, не затрагивая саму броню. На одного предателя затрачивались 0,01 наносекунды. Наиболее слабых мест не было в таких закалённых бесконечными войнами бойцов, их поразить довольно трудно, но это не значит, что они бессмертны. У кого-то полетели головы, у кого-то — конечности, оставляя истекать кровью на полу. У одного из них забрал силовую булаву и ею же колошматил противников, откидывая их как кегли. Образовалась куча повергнутых на колени у вспомогательных консолей управления корабля, около огромного иллюминатора с видом на безбрежность Великого Разлома. Пробежав по головам, Рок взмыл над всей толпой и размозжил голову самому невезучему. С ежесекундной гибелью падшего боевого брата удивление и отчаяние предателей росло в геометрической прогрессии. Все предательские космические десантники из Чёрного Легиона Абаддона Разорителя были перебиты под корень. Гарантировано никто из них не пережил столкновения с ангелом мщения. На Рока осмелились выйти все пять Облитераторов и Мутиляторов. Первые два облитератора превратили свою кислотную кровь в бурлящую перегретую плазму, фокусируя её в кратковременные прямые выбросы энергии. Другие двое выстреливали шаровыми молниями из раскрытых створок брони в грудной секции. Выставив свой щит вперёд, Рок отразил все выпады обратно в чудовищ. Противники на себе испытали свои атаки. Это их не убьёт, но ненадолго выведет из строя. Короткой паузы хватало, чтобы покончить с этими чудовищами. Первому облитератору цепным щитом распилило голову, а потом разрезало по вертикали. На второго напрыгнул сверху Палач, повалив на землю, и быстро отделил голову от тела, когда многочисленные холодные лезвия вонзились тому в бычью шею, скрытую за толстыми пластинами мутировавшей плоти, вздувшихся костей, пластали, керамита и адамантия. Третий лишился своей руки, которая трансформировалась в огромную лазерную фузию, когда Палач отсёк её наручным клинком, нанеся точечные удары в районе сустава, слившегося с мощными гидравлическими системами. Четвёртый убит выстрелом из отрубленной пушки прямо меж глаз, по правде говоря, мощь выстрела была достаточно велика, чтобы испарить помимо головы и небольшую часть туловища. Последнему Палач подвинул к голове заряженную гравитонную пушку. Локализованный поток энергетических частиц утяжелил его настолько, что его смяло в лепёшку. Мутиляторы нападали не по одному. В отличие от павших товарищей, мутиляторы орудовали лишь оружием ближнего боя, а точнее цепным и силовым. Палач отрубил одному из них конечность и начал использовать её как оружие. Жужжащие и лязгающие лезвия мономолекулярной заточки, дополнительно покрытые волнообразными полями энергии для максимального уничтожительного эффекта, распиливали противников как горячий нож масло, несмотря на пропитанные тёмными энергиями крепчайшие материалы их терминаторской брони. Дезорганизованные разорители и чернокнижники отчаянно пытались собраться с новыми силами, чтобы противостоять вторженцу. С горем пополам колдуны выстроили психический барьер вокруг еретических братьев, но это их не спасло от нескольких кровавых ударов. Щиты это не уничтожило, но еретиков это отбросило для следующего смертельного удара. Напрыгнув на одного из них со спины, Палач вонзил острое лезвие в голову и отобрал тяжёлую мульти-мельту. Плазменные вихри в области поражения формировали расширяющийся конус перегретой плазмы, буквально плавя предателей, превращая броню в шлак и растворяя плоть. Варповые когти и рапторы были воздушными существами, которые могли зависать в воздухе дольше всех остальных. В то время как одержимые космические десантники представляли собой наземные боевые единицы, варповые когти непредсказуемо перемещались по огромному залу управления кораблём, используя свои способности к манипуляциям с измерениями материального мира и варп-пространства. Один из них напал на Палача со спины после серии хаотичных перемещений. Палач увернулся от дьявольски острых когтей своего противника и, скрутив ему руку, отрубил её. Затем он вонзил свои когти в тело врага и вспорол его от паха до горла. Палач заранее предусмотрел, чтобы у некоторых его противников были сильно ограничены способности и заблокированы источники для взаимодействия с варпом. Включив ингибитор псионических каналов от устройства внутри ядра главного процессора, он лишил варповых когтей их способностей на основе варпа. Необходимо было как можно быстрее разобраться с опасными предателями, пока никто не заподозрил неладное. В атаку пошли одержимые космические десантники. Палач вырвал сверхъестественно острые лезвия из оторванной руки и использовал их как кинжалы. Несколько плавных ударов, и первому одержимому разорвало голову вдоль и поперёк, а также отрубило конечности. Так было с каждым одержимым космическим десантником, который бездумно бросался с дикими криками в предвкушении резни, но в итоге сам стал жертвой Путника Ада. От их тел остались лишь истекающие чёрным дымчатым ихором обрубки. Рапторы и варповые когти побежали наперегонки. Вне себя от жажды крови, они все вместе бросались на ненавистного убийцу их собратьев по долгой войне с Империумом. Каждая попытка чаще всего заканчивалась фатально, потому что Палач сначала хватал их, отрывал прыжковые ранцы вместе со сросшимися органическими перепончатыми крыльями, как у летучей мыши, и вонзал окровавленные серебристые лезвия в уязвимые точки, такие как голова и сердце. Некоторым вспарывал брюшной сегмент брони, прежде чем своими руками разорвать их изнутри и вывернуть наизнанку кости с органами. Остались последние противники: горстка Големов Рубрики, Чумных космодесантников, Шумовых космодесантников, тринадцать Отродий Хаоса, около пятидесяти Тзаангоров и сотня Культистов Хаоса. Чтобы окончательно зачистить следы чужого присутствия на капитанском мостике, BFG-9000 был бы прекрасным для этого подспорьем. В овальном пропасти крошечные частицы аргент-материи интенсивно формировались в зеленовато-белый сгусток энергии, похожий на шар. С истошным грохотом орудие выстрелило огромной энергетической сферой чудовищной энергии. Шаровые молнии беспощадно били по противникам. Бронированные десантники дёргались в конвульсиях, а тзаангоры с человеческими ренегатами-культистами лопались как перезрелые плоды. Когда концентрация внутренней энергии в броне космических десантников достигла критической точки, они взорвались следом за младыми соратниками по тёмным делам. От выживших предателей остались только кучи шлака и догорающего пепла. Всё было кончено. Палач, испачканный с ног до головы, направился к генеральному пульту из компьютерных кластеров. Не менее десяти голографических плоских мониторов мигали и пикали. Диверсия успешно сработала. Машинный дух учёл все потребности нового адмирала зачистить корабль от балласта. Отданы дружественные команды. Вся система безопасности корабля атакует весь экипаж в других локациях. Палач Рока обозначен как свой. Оружейные системы под полным контролем и готовы выстрелить по команде. На очереди следующий.

Дух Мщения

Палач Рока с успехом похитил одно из самых мощных орудий из арсенала Абаддона Разорителя прямо из-под его носа. Теперь ему предстояло решить задачу с флагманом архиврага человечества. Вернувшись на место своего проникновения, Палач обнаружил там истребитель, оснащённый могучим ИИ. Реактивный космический корабль устремился к огромному кораблю Абаддона Разорителя, который находился немного в стороне от Убийцы Планет и был пришвартован к перевалочному пункту в огромном метеорите. Там он проходил ремонт и модернизацию. Теперь Палачу нужно было подлететь как можно ближе к центру управления судном. Сканирование показало, что существует множество уязвимых точек для проникновения. Целые секции были открыты для пустоты космоса, что было на руку Палачу. Немного удивляло, что флагман Разорителя сейчас не был хорошо охраняем. Палач выбрал место для проникновения, расположенное близко к штабу, где находился склад с боеприпасами и техникой. Выйдя в открытый космос, он приземлился на позолочённую броню одной из лазерных батарей, которая возвышалась над центральным штабом с левой стороны. Палач заметил большую брешь в корпусе корабля, где находились огромные макропушки, и понял, что судно недавно участвовало в масштабном сражении. Сейчас оно было неактивно, но не было списано — ведь это был флагман. Палач пролетел внутрь искрящейся пробоины. Тысячи многокилометровых кабелей болтались в невесомости космоса. Согласно плану по захвату Духа Мщения, Палач должен был проникнуть в штаб и активировать протокол по запуску разумного нановируса со стороны Убийцы Планет. Этот вирус должен был нейтрализовать порчу Хаоса в машинном духе корабля и сделать его дружественным. Всё остальное должна была выполнить система безопасности. Палач регулярно сверялся с планами Духа. Он пролетал мимо трёх повреждённых гиперконденсаторов, ниже находились кластеры из огромных плазменных высокотемпературных реакторов на основе тёмной материи/энергии, электромагнитные радиационные катушки, соединённые с общей системой подачи топлива и энергии для варп-двигателей. Как только системы лазерного оружия будут преодолены, можно будет выйти к инженерной палубе, где находились единственные три работающие телепортариумы. Далёкое будущее дало свои плоды. В этой вселенной не столько сочетались неоготический дизайн с экспериментальными гибридами архитектурных концепций, сколько играли роль гигантизм и монументальная величественность, олицетворяющие силу и долговечность. Однако враждебная вселенная продолжала испытывать обитателей Галактики на прочность. Прошёл неопределённый промежуток времени, прежде чем Палач преодолел элементы огромной башни лазерной батареи. Планы не врали — его занесло в один из энергетических фазовых туннелей, который был довольно опасным и ненадёжным проходом на ближайшую к центру управления инженерную палубу. Сам проход больше напоминал вулканическую артерию, жерло. Огромные толстые кабели, раскалённые до предела, были заключены в некое нематериальное фазовое хранилище. Или, по крайней мере, так казалось, потому что из-за повреждений в бою целые секции расплавились. В некоторых местах разлиты сотни галлонов сильнейшего хладагента, его дымка была видна, несмотря на преломление от жидкого огня. Палач бежал вперед, не останавливаясь, преодолевая глубокие ямы с кипящей магмой, кипящие реки шлаков и ледяные своды, образованные разлитым хладагентом. Его путь лежал прямо, и ему не оставалось ничего другого, кроме как двигаться вперед. Вдруг позади него раздался низкий вой, сопровождаемый треском. В его сторону неслась стена энергии. Палач выставил щит, ожидая атаки, но волна энергии прошла мимо, не остановившись даже после столкновения с его защитой. Он догадался, что это была одна из систем безопасности, защищающая от абордажных атак. Когда бегущий импульс настигает незваных гостей, они застывают на месте, превращаясь в стеклянные статуи, и затем распыляются. Уничтожается не только тело, но, возможно, даже душа не может пережить такой неестественный натиск. Однако на него эта ловушка не подействовала. Сейчас ему всё давалось легко, но это его не беспокоило. Он был сосредоточен на выполнении своей задачи — захвате черного судна. Палач продолжал уверенно настигать свою цель. Ничего не встречалось, что могло бы помешать его достигнуть первой локации. В неизвестный момент системы его брони уведомили, что концентрация едкого воздуха начала падать. Потоки рванули прямо по его курсу. Высокие острые неровности, именно туда уходил весь ядовитый воздух. Словно чёрная дыра, следом шли и обломки многослойной обшивки корабля, выходя в пустоту космоса. Скорость всасывания бешенная. Мясницким крюком зацепившись за края разорванной арматуры из пластали, Палач повторил тоже самое, зацепившись за полурасплавленный адамантий в нижней части корпуса, затронутого термической атакой. Вот так он избежал выброски наружу. Всего несколько минут спустя Палач оказался в трёхстах метрах от палубы. Издалека он заметил долговязых дронов, чьи пурпурные окуляры были направлены на каждый изъян в рабочей зоне. Уничтожение этих дронов не имело никакого смысла. Палач активировал ещё одну способность своей брони — невидимость. Прозрачные ячеистые элементы покрыли его массивные бицепсы, и он стал невидим, словно хамелеон, слившись с окружающей средой. Он проскользнул мимо десятков агрессивно снующих дронов и достиг шлюза. Достигнув его края, он подпрыгнул и зацепился за него. Вокруг него бесновались техножрецы. Палуба была наполовину погружена во тьму. На ней располагались громоздкие шагоходы, тонны кабелей, которые шумели от помех, вызванных повреждениями когитаторов, длинные ряды восковых свечей, колючие цепи на потолках и сводах технических мостиках, инструменты, исписанные пергаменты и многочисленные печати из металла и сургуча — все эти элементы занимали большую часть пространства палубы, создавая ощущение беспорядка. Рабочие телепорты находились на три уровня выше, а там концентрация техножрецов была невероятно высока. Даже если бы Палач мог войти в искусственный проход невидимым, система всё равно бы зарегистрировала всплеск энергии и подозрительный объект. Для него эти противники были слабыми, такими же хрупкими, как импы. Палач взбирался всё выше, используя свои непревзойденные навыки паркура. Он без труда цеплялся за малейшие трещинки на стенах, подобно пауку или гекону. Противников было не меньше тридцати. Вступать в бой пока не было смысла, ведь есть риск, что сюда прибежит целая толпа. Однако диверсия — это его конёк. В нескольких десятках метров от нескольких техножрецов находился щиток, исписанный рунами. На нём были многочисленные реле, конденсаторы, сверхпроводящие медные рельсы, длинные провода, сплетённые в веретено, и переключатели. Состояние устройства оставляло желать лучшего. Оно сдерживало огромные потоки избыточных энергий, и если бы они прорвались, произошёл бы тотальный сбой в системе энергоснабжения. Разверзлась бы цепная реакция локализованных очагов змеившихся молний, выбросов энергии и радиации от систем пневматических нанофильтров и конвертеров переработки излучений. Это именно то, что нужно, чтобы отвлечь внимание. Датчики не смогут зарегистрировать сразу отдельные сбои и прорывы, что даст дополнительное время для проведения ловкого манёвра для диверсионно-штурмового захвата ещё одного громадного судна. Палач установил небольшой чёрный продолговатый стержень. Когда он нажал на кнопку на его верхушке, стержневые элементы по всему цилиндру поднялись вверх. Внутри них бурлили красные стрекательные молнии. Устройство было установлено в плоский большой щиток. Палач встал напротив техножрецов, которые активно проводили манипуляции с едва работающими телепортационными устройствами. Он привёл механизм детонатора в действие. Багровая сфера мгновенно разрослась до размеров взрослого человека. Она просуществовала всего несколько секунд, но её короткие лучики прошили насквозь почерневший камень и грубый металл. Всё содержимое распределителей было превращено в перегоревшие угольки и расплавленный шлак. Всполошившиеся техножрецы прибежали к месту поломки. Диверсия сработала. Палач запрыгнул во всё ещё стабильно работающий единственный телепортационный блок. Наконец, он достиг главных ворот в капитанский сектор — центр управления всеми боевыми операциями на корабле. Даже сквозь преграду его система смогла разглядеть не слишком многочисленную охрану. В самом центре зала, возвышаясь над окаменевшими грудами костей, возвышался трон, на котором восседал сам Абаддон Разоритель. Рядом с ним находились существа, похожие на космодесантников, но полностью искажённые злом. Каким-то образом система смогла распознать их имена, хотя сам Палач никогда прежде с ними не сталкивался. Этих существ звали Трексос Адский, Игетмор Обманщик, Скайрак Бойнерождённый, Деврам Корда, Тиран Сароры. Кроме них, был небольшой эскорт из предателей-космодесантников, большую часть которых составлял Чёрный Легион. За ним следовали Тысяча Сынов, Железные Воины, Пожиратели Миров общей численностью в несколько сотен штук и другие знакомые ему легионы, но их численность была уже меньше. Были некоторые другие знакомые враги из прошлого корабля, но их количество исчислялось от нескольких единиц до пары десятков. Судя по всему, основные войска, как у себя дома, расхаживали по осквернённой Кадии, что стало роковой ошибкой для Разорителя. Настало время действовать. — Мы буквально в шаге от победы над Империумом! — по всему залу раздался грозный хохот Абаддона. — Человечество познает всю мою ненависть, мою мощь и неоспоримое владычество. Их ложный Бог-труп будет раздавлен моим когтем, как когда-то я прикончил слабака Хоруса. Я не как мой отец Хорус, который позволил так легко победе ускользнуть. Больше я не навлеку этот позор на каждого из нас. Узрите же плоды моего труда! Государство людей захлебнётся в отчаянии и крови. — Всё вокруг залито овациями, гоготом и громкими криками ликования. — Мы вернулись, чтобы творить историю! Они думали, что мы после поражения на священной Терре мы останемся прозябать в унынии и забвении. Им это аукнулось. Смерть каждого нашего врага в Империуме будет назиданием для других защитников. Пусть же они узнают на себе всю безграничную мощь Хаоса. Кадия пала. Скоро вы все лицезреете мой триумф и возвышение. Славьте Архидьявола! Славьте Разорителя Миров! Славьте нового Императора Хаоса! Такие слова ещё больше раззадорили группы предателей. — И величайшего неудачника всех времён! — откуда-то донёсся насмешливый возглас. Ликование немного стихло, сменившись лёгким недоумением. Абаддон пробежал глазами. Незнакомец продолжал передразнивать Разорителя, хотя его прямой спокойный тон был адресован каждому в общем роде. — То что ты смог захватить Кадию — это ещё полпобеды. Не говори гоп, пока не перепрыгнешь. Абаддону не понравилась такая вызывающая речь. Он немного про себя удивлялся, как такое возможно. — Кто это сказал? Ответа не последовало. Один из терминаторов Чёрного Легиона в какой-то момент непроизвольно нажал на спусковой крючок своего комби-болтера. Болт пролетел в паре дюймов от лица Абаддона. Простонав сквозь вокс-решётку он упал лицом о пол. Другие предатели заметили перекошенный череп соратника и расползающуюся лужицу крови. Это не осталось без чутких глаз Разорителя. — Это то, что тебя ждёт, Архипридурок. Отступи и ты будешь жить. — Ты мне смеешь угрожать, жалкий трус?! — зарычал Абаддон, стискивая свои акульи зубы. Пятеро десантников из Железных Воинов погибли. Их головы буквально взорвались за одно мгновение, но перед этим они испытывали нечеловеческую боль, тряслись и кричали, как безумцы. — Что это такое? — Абаддон резко встал со своего трона, потихоньку наполняясь гневом за проявленные акты террора в его корабле. — Я бросаю тебе вызов! — сказал незнакомец, чей голос исходил буквально везде. Казалось, что за него говорили сами предатели. — Немедленно сдайся и покинь Кадию. Абаддон рассвирепел от проявленного собой бессилия. Он не знал, где прятался его враг, не знал, чем ему ответить. Пока он размышлял о дальнейших своих шагах в попытках разрешить ситуацию, ещё за секунду несколько десятков предателей и все терминаторы буквально упали без сознания. Однако, потом встали. Матерясь и крича от ярости они навели свои болтерные пушки на падших собратьев. Весь мостик моментально заполонила резня, оглушительный грохот взрывов и предсмертные вопли. — Прекратите немедленно! — со звериным рёвом выдавил Абаддон. Обезумевшие предатели в ответ открыли огонь по самому ненавистному архиврагу Империума. В это же время часть лояльных ему продолжали гасить бунтарей особенно отчаянно. Однако, в меньшинстве были все, кто сохранял верность Абаддону. К огромному изумлению Разорителя и его Избранных, по чьей-то указке внезапно осмелилось восстать более половины предателей. Их до краёв наполняла какая-то опьяняющая сила, что её почувствовал сам Абаддон. Архивраг ещё никогда не был знаком с подобным видом фундаментальной энергии. Она основана на душах, но не имеет ничего общего с варпом. Словно марионетки предателей дёргало из стороны в стороны. Их движения лишены синхронизации и скованы, как у примитивного автоматона/робота. Они навели своё оружие на Абаддона и на его Избранных. — Довольно! — вскричал Абаддон, переполненный гневом. Абаддон вытянул свою массивную руку с силовым когтем. Опустошительный град благословлённых кровавыми ритуалами в честь Тёмных богов болтов разносили вдребезги восставших против него. Следом за ним вышли в атаку его Избранные — самые сильные и титулованные лорды Хаоса, чьих сил хватит чтобы стирать армии в пыль, покорять миры и сотрясать сами звёзды. Пятеро титанов быстро сокрушили предателей, хотя и успели поймать всеми частями своего тела поймать разом сотни болтов. — Тебе некуда бежать, — угрожающе произнес незнакомец. — Это то, что тебя скоро настигнет. Ты погибнешь, как и твой предок Хорус, на Духе Мщения. Появилось ощущение какой-то навязчивой пустоты. Какая-то тень нахлынула на них. Связь с потусторонним миром Эмпиреев постепенно ослабевала. Избранные схватились за головы, почувствовав, что что-то терзает их изнутри. — Кто-то пытается отрезать нас от касания варпа! — рявкнул Игетмор. Откуда-то прогремел выстрел. Грудную броню Игетмора прошило насквозь. Следом пал Трексос Адский, лишившийся конечностей а потом и головы направленными взрывами. Оглушённый неизвестно чем Скайрак за миг до своей смерти почувствовал, как его со спины пронзило что-то, что эхо боли достигло его чёрной души, одного из самых ненавидимых Империумом существ разрезало пополам. Деврам Корда почувствовал чьё-то присутствие, буквально в нескольких метрах от него. Он едва взял трясущимися пальцами выроненный клинок, как его рука отрублена, снова повергнув меч на пол. Ещё один удар отделил другую руку. Багровое лезвие чистого призрачного алого огня проходило сквозь него, словно остриё воду. Перед лицом обречённого Избранного показался сам Палач Рока, сжимавшего в руках Горнило. Урода разрезало так, что после пинка тело разлетелось на кровоточащие кубики. Наконец-то наедине остались только величайший чемпион Хаоса Воитель Абаддон Разоритель и Палач Рока. Оба бойца стояли друг напротив друга в двадцати пяти метрах друг от друга. Они пронзали взглядами, не издавая никаких звуков, ни шевеля даже пальцами своих рук. Повисла минутная пауза. Абаддон первый выронил слова. «Нужно лишь мгновение, хотя в распоряжении обеих представителей из сильнейших всё время мира. — Так это ты! Всё это твоих рук дело. Ты понимаешь, что за такую дерзость по отношению ко мне последует наказание, которому не будет конца? Души подобных храбрецов я отдаю Тёмным богам. Готовься к неминуемой гибели! Силовой коготь выпустил разом из ленточной подачи десятки кричащих разрывных боезарядов. Палач выставил свой заряженный энергией Стражей цепной щит из призрачной стали и железа забвения. От удара каждого болта его откидывало в сторону ржавого столба с повешенными иссохшими телами на десятки сантиметров. Палач переместился рывком в сторону избегая болтерного шторма. Брошенный цепной щит угодил в брюшной сегмент брони. С сердитым лязгом осквернённый металл брони Катафракт Разорителя по-немногу поддавался воющим косым лезвиям. Силовой коготь схватил его и с огромной силой бросил назад отправителю. Палач одной рукой поймал своё имущество, словно мяч. — Ты меня откровенно утомляешь! — фыркнул Абаддон. Абаддон клацал огромными ртутными когтями. Каждая искорка сверкала ярче и громыхала подобно грозовым тучам. Короткие манипуляции сделали длинную полупрозрачную тень ярящегося призматического света. — Посмотрим, сможешь ли ты пережить это! — смеялся Абаддон и кинул световое психическое копьё в сторону Рока. Энергетический заряд не был видим для глаз великого воина. Он наугад выставил свой щит, чтобы отразить выпад. Тусклая тень исчезла при приближении к нему. Это не была физическая атака. Она, насмехаясь, огибала препятствия физического мира, все измерения, ударяя туда, куда угодно самому Воителю Хаоса. Палач Рока догадывался, откуда хлынет удар, но казался улиткой по сравнению с кошкой. В его спину ударили пси-молнии. Палач сдерживал боль, не позволяя себе издавать ни единого звука. Он выронил своё Горнило и щит. Ноги подкосились, как ватные. Капли пота прошибли лоб, но он укрепил себя против мук, почувствовав, что энергия Воителя пронизана порчей Хаоса, незнакомец распознал в ней следы всех четырёх Губительных Сил, о которых ему пока не ведомо, но было для него совершенно понятно, эти существа неизмеримо сильнее всего, с чем ему приходилось сталкиваться в течение около четырнадцати миллиардов лет. Они непостижимы для смертных. Их влияние простиралось далеко за пределы одного звёздного диска. Палач абсолютной силой несокрушимой воли поднял одно колено. Увидев это, вновь Абаддон поднял руку, и обжигающие потоки чистого яда хлынули по жилам Палача. Он был близок к тому, чтобы скривиться от боли, бесстрашный воин едва снова не упал на четвереньки. — Не знаю, кто ты такой, откуда ты взялся и как сюда попал, но живым ты отсюда не уйдёшь, — Абаддон медленно приближался к чужеземцу, смакуя каждую секунду безмолвной боли, которую испытывал его противник. Абаддон максимально близок от страждущего в конвульсиях Палача. Для него попытки сопротивления приводили к ещё большим мукам, какие ещё ни одно существо не испытывало. Архивраг рода людского с оскалом чудовища поднял высоко над ним огромные молниевые лезвия. В последние секунды перед смертельным ударом в разум героя пришло видение с Богом-трупом на троне и печальный конец человечества. Видения повторялись в такт с лишениями в его родной земле, атакованной демонами. Он свой дом спас, подарил человечеству второй шанс, спас чужую вселенную, не дав преисподней поглотить землю. Аргент Д’Нур повезло меньше всех прочих. Куда более ужасающая участь настигла человечество этой далёкой эпохи. Золотой силуэт мерещился ему в глазах. — Вставай, Палач. Твоё время пришло. Ты стал сильнее. — Твоя голова станет прекрасным трофеем! — с радостью воскликнул Абаддон, с хищной ухмылкой поднимая свои громовые когти-косы над головой извивающегося в конвульсиях Палача. Главный враг никогда ещё не испытывал такого удовлетворения и извращённого горделивого чувства от своей мнимой победы. — Для тебя уже забронировано особое место в моём зале славы. Из тебя выйдет прекрасный раб Хаоса. Я лично прослежу, чтобы ты получил всё самое лучшее. Палач сжал кулаки. Он, превозмогая псионическое давление, нанёс сокрушительный двойной апперкот, тем самым перебил смертельный удар когтями Абаддона. Щепки золота и почерневшего адамантия и пластали разлетелись по всем сторонам, некоторые колья с черепами поверженных врагов также откололись от брони. Грудная секция брони смята, как консервная банка. Ударная волна от комбо кровавых ударов возымела ударную волну, сметая тела убитых предателей прочь, будто высохшие листья. Кровавый шлейф застыл в воздухе и после нескольких секунд разлился по полу. Абаддона отбросило к одному из тысяч вспомогательных когитаторов судна, расплющив своим телом. С новыми силами Палач взял в руки своё оружие. Это начало ожесточённой битвы, чей исход окажет огромное влияние на дальнейшую судьбу Галактики. Абаддон подорвался на ноги. Лицо искажено жуткой гримасой разгневанного божества и покрылось паутиной ссадин и царапин. Из расквашенного носа текла струйка крови. Пальцами свободной руки вытер её с лица и осмотрел её. — А я недооценил тебя, — произнес Абаддон с ухмылкой, его губы растянулись до ушей. — Хороший удар, но, к сожалению, этого недостаточно, чтобы одолеть меня. Взяв в руки огромный жуткий меч, Абаддон рванул в сторону Рока, издавая такой громкий рёв, что едва не разрушил иллюминаторы капитанской рубки и не обвалил потолок. Горнило и клинок Разорителя схлестнулись с яростным воем. Оба искусных фехтовальщика не уступали друг другу в боевых качествах. Их атаки могли разом уничтожать десятки, или даже сотни целей разом. Это битва шла на всех уровнях. Спустя несколько десятков ударов лезвием по лезвию и парирований атак друг друга, Воитель Хаоса с оглушительным криком обрушил своё лезвие на дерзкого незнакомца. Палач стойко танковал атаку, подставив легендарное Горнило. Пока Абаддон использовал всю доступную сумасшедшую мощь, чтобы раздавить всем весом, Палач достал активированный Молот Стражей. Размашистый удар попал по наколеннику правой ноги, но Разорителя это не сбило с ног, тогда последовала ещё несколько ударов, порождавших энергетические взрывы в очаге поражения. Наконец противник упал на колено. Лицо Разорителя почувствовало, как Молот яростно вонзился. Затрещали кости. Кожа облезла и трепещет, а потом липнет обратно, будто мягкая маска. Его снова отбросило, но в этот раз удержался на ногах, пропахав на запачканной кровью предателей хромированной зеркальной поверхности глубокие борозды. Выхватив словно из самой пустоты свой культовый боевой дробовик, Палач одним нажатием на спусковой крючок сразу выпустил три залпа огненных помп. Маленькие листы бесценной брони Абаддона выбрасывало куда попало в совершенно беспорядочном темпе. Око из латуни и стали на нагруднике треснуло после второго взрыва. Хлопки высвобождали тысячи искр. Третья комплементарная очередь расколола украшение, и оно лопнуло в фонтане расплавленного стекла и металла. Даже после этого огонь не прекращался. Абаддон прикрывался своим мечом и грозовым когтем. Воителя Хаоса отбрасывало на каждый метр дальше от Палача. Стрельба прекратилась по велению Палача. — Я сокрушу тебя за эту наглость! — раскрыл своё лицо Абаддон, резко разворошив ручную защиту. Это стало его ошибкой. — Я тебя сейчас поджарю! Расстояние противоборствующих сторон исчислялось пятидесятью метрами. Оно сократилось рывком Палача в сторону Абаддона. Шипованные железные кулаки вгрызлись как псы в кость в заливающееся кровью лицо Абаддона. Встроенные железные проводники заряжают каждый удар чистейшей энергией Стражей, которая при каждом ударе превращается в дуговые разряды молний. Давным-давно мастера изготовили эти перчатки, вдохновившись яростным боевым стилем Палача и желая порождениям ада самого сурового наказания, теперь же они помогали свершить тоже самое с Абаддоном. Кулаки Палача яростно вгрызались в корпус и голову дезориентированного чемпиона Хаоса. Каждый кровавый удар сносил пластины металла, сметал клочки мяса, ломал челюсть и разбрызгивал кровь нечестивца. Абаддон прервал избиение и схватил Палача грозовыми когтями. Искрящиеся ртутные косы сомкнулись на его теле. Не растерявшись, он схватил Абаддона за пучок красных волос, подтянул к себе и ударом головы о лицо снова лишил Разорителя равновесия, измолотив лицевые кости. Ещё один удар под дых, снова удар лицом о пол и бросок через себя. Разоритель тем не менее быстро вернул способность сражаться. Вытянув силовой коготь, он послал болтерный огонь. Палач бустером перемещался из стороны в сторону, избегая огнестрельной атаки. Палач подпрыгнул вверх и налетел на врага. Горнилом он засорил стволы двойного болтера. Это спровоцировало взрывную реакцию. Коготь сильно повреждён, болтеры больше не могут стрелять. — Будь ты проклят!!! — взревел Абаддон, впадая в ярость берсерка. В движениях обезумевшего Воителя не было ни мастерства, ни изящества, ни сдержанности. Однако Палач уклонялся от них с грацией танцора балета. Когда грозовой коготь Воителя промахнулся и вонзился в пол, Палач нанёс ему хук. Несколько ударов рассекли ему брови. Абаддон безумно расхохотался, ощущая собственную боль. Кровавые капли залили ему глаза. Красные слёзы стекали по щекам во внутрь брони. Архивраг тщетно пытался вытащить застрявший Коготь Хоруса с покрытия. Гвоздомёт, чудо инженерной мысли инженеров-стражей, и в этот раз сослужил Палачу в его вечной борьбе со злом. Это полностью автоматическое чудо-оружие обрушило на Абаддона поток острых, словно лезвия, стальных заточенных снарядов. Каждый из них обладал невероятным пробивным действием. Даже терминаторская броня модели «Катафракт» не устояла перед мощью этого, как казалось сыну Хоруса, примитивного оружия пещерного человека. С каждым ударом с воющим лязгом на броне появлялись глубокие рваные воронки. Несколько гвоздей впились ему прямо в лицо, как булавки в куклу. Разоритель чуть не рухнул на одно колено, но быстро вернул равновесие. Безумная ярость вместе с блаженным экстазом читались на его лице, несмотря на проколотые и искромсанные мышцы. Он выдернул гвозди с лица. Палач вновь перехватил инициативу, целясь гвоздомётом в незащищённые сочленения в области суставов. Конечности Абаддона пронзило. Гвозди выходили с обратной стороны, измельчая его железные кости и мясо, взращённые и закалённые самой совершенной генной инженерией, какое не лицезреешь нигде вообще. Карающий залп лёгкого и безжалостного гвоздомёта не дал Разорителю перехватить тактическое преимущество. — Я не позволю какому-то чужаку отнять мою заветную победу! — Из-за нанесённых ранений тело мало слушалось его, что снова сыграло на руку ненавистному ему бесстрашному и дерзкому незнакомцу. Плазменный ускоритель выпустил на волю бушующую в электротермическом ядре перегретую плазму. Она прошла через ударно-контактную камеру, в результате чего вокруг плазмы возникает твёрдая ледяная оболочка, формируя баллистический снаряд. Лучистые залпы при попадании в и без того раскуроченную броню вызывали небольшие, но мощные взрывы, прожигая новые углубления. Некоторые выстрелы выбили последние остатки украшенных черепами и шлемами золотых кольев. Ионизированные до предела ледяные осколки сами по себе могли быть кинетическими ударными болванками, впиваясь в броню и плоть, поджаривая и плавя остаточным теплом. Абаддон показал себя сверхъестественно выносливым и абсурдно стойким, выдерживая каждый напор, но уже очевидно для Палача, что граница предела истончается. Нужно продолжать уничтожать постепенно. В один миг накопилось столько избыточного тепла, что система оружия запищала. Охлаждающие мембраны раскрылись наружу. Ударная волна звёздного жара плазменного ускорителя накалила броню до белого каления, а кончик волосяного хвоста сожжён. Абаддон полностью ушёл в защиту, стараясь избежать ювелирных попаданий в уязвимые точки. Не поддаваясь перегреву, оружие помогало Палачу спокойно поддерживать приемлемый темп стрельбы, чтобы набрать критический красный индикатор количества тепла. Передовая система отвода тепла направила ещё один выплеск энергетической массы, сбил Абаддона с ног, тот три раза покатился кувырком назад. — Я обрушу на тебя ярость Тёмных богов! — Абаддон выпрямил руку с Когтем Хоруса. С полной готовностью готов выбросить бесконечные залпы проклятыми болтами, чтобы превратить Палача в облачко алого пара. Отмеченные знаком проклятия черепа демонов перемалывались таинственным измельчителем, и осколки выбрасываются с большой скоростью через специальные компостирующие барабаны. Пока Абаддон попытался выбросить голодные болты в его сторону, шторм костяных бритв накрыл роем всю зону видимости. Ему каким-то образом удалось выстрелить в ответ из повреждённой перчатки, однако выкинутые снаряды оказались бессильны против стены из костей. Наделённое зловещим разумом оружие истошно завопило. Черепа покрыло жёлтое магическое пламя. Убойная сила увеличена во многие разы. Доспехи выщерблялись, постепенно разваливались на части. Обстрел прекратился, когда от нагрудную броню не исполосовало в хлам. — Невозможно! — Разорителя охватывало отчаяние. — Это чувство не испытывал с момента гибели его отца Хоруса. Ловко сменяя одно оружие за другим, Палач вооружился одной рукой тяжёлым, громоздким Пробойником. Позолоченные, сверкающие сине-голубым сиянием колья вылетали кристаллическим курком на подобии электромагнитного ускорителя. Практически никакая броня не спасала от этого оружия. Огневой мощи Пробойника хватало, чтобы просквозить огромный сверхтяжёлый имперский танк или прошить насквозь керамитовую броню, усиленную пластью и адамантием. Выстрелы велись целенаправленно, протыкая конечности, чтобы сильно понизить возможность передвигаться. Абаддону с большим трудом удавалось пережить этот залп. Даже Коготь Хоруса сильно повреждён, так как броня на другой руке практически разрушена. — Я не… позволю! — силы покидали его, но сдаться не мог. Он поклялся, что доберётся до Терры и займёт престол вместо Императора. Крупные сгустки кристаллической плазмы Циклотрона сразу двумя параллельно охлаждаемыми генераторами врезались в броню, электризуя. Вылетая из фреонных патрубков, они с лёгкостью пробивают толстые, ещё более-менее целые участки терминаторского доспеха. Когда Разорителя покрыл ореол критической точки, энергия со взрывом выброшена в окружающее пространство. На нём не только оставляли дыры на броне и плоти и плавили их, но и поджаривали. — Тебе меня не остановить! — прегорький вкус поражения приближался с каждым мигом. Разоритель не мог позволить себе проиграть. Столько он сил вложил в вечную войну с Империумом, и всё кончится вот так, буквально в шаге от победы. Одно из самых излюбленных видов оружия Палача — двуствольный дробовик с цепным крюком. Абаддон в конце концов перестал обороняться, но каждое движение давалось ему с большим трудом. Оглушительный рык выстрелов этого оружия в руках Палача стал для Воителя предвестником верной гибели. Кровавые куски падали на пол, броня щепками разлетелась по всему мостику флагмана. Мясницкий крюк прицепился к нагруднику. Абаддона притягивало к Палачу, несмотря на отчаянные попытки отойти назад. Мощный апперкот выбросил его обратно, вернув к исходному значению прежнее расстояние безопасного экспериментирования оружием. — Ты меня вздумал этим унижать?! — громко зарычал Абаддон, брызжа кровавой слюной, словно бешеный пёс. — Я тебя… Речь нагло прервали. В харю злейшего врага Империума попал огромный шипастый раскалённый чугунный шар на цепи. С каждым ударом лицо охватывало пламя праведного гнева, что зло искореняет, превращало уже открытые участки тела в отбивную и выбивая зубы. Нос раскурочен и буквально вбит внутрь черепа. Брови рассечены, а лоб проломлен глубоко, даже местами пульсирующий мозг можно увидеть. Позолота почернела и, шипя, потекла с обезображенных пальцев рук. — Тёмные боги, придайте мне сил! — взывал он тщетно в пустоту. Боги молчали. Они его не видели и не слышали. Палач единожды воспользовался гранатомётом. Снаряд попал в залитое кровью лицо, жестоко заканчивая незавершённое. Коснувшись твёрдой поверхности, снаряд разорвался оглушительным хлопком с яркой вспышкой. Полный хаос явился кассетными зарядами, завершая кровавое торжество. — Только из-за тебя я более не связан с ними, — он понимал, что тот, кто карал его во имя погубленных им бесчисленных миллиардов невинных, совершенно другое существо, способное бросить вызов Губительным силам. Оно источало некую ауру, что делало невозможным любое проявление варпа, не позволяло истончаться грани абсурдного и реального. Блокировать выстрел ракетомёта Разорителю пришлось своим мечом. Оружие вылетело из его ослабевшей хватки. Его кренило во все стороны, но снова каким-то чудом выстоял. — Назови себя! — зарычал он вне себя от отчаяния и ярости. — Назови своё имя! Ты не из нашей вселенной. Я понял, кто ты. — Пугающая истина пробилась сквозь барьер жестокости и амбиций, жаждая узнать, с кем на самом деле он имеет дело. Понимал, что только незнакомцу удастся спасти человечество. Костолом возымел такой же эффект, что и измельчитель. По мере возрастания скорости оружие высвобождало шторм осколков из перемолотых черепов, руны на них источали зловещее синее сияние. Истерзанные души жутко выли, обескровливая чахнувшего Абаддона Разорителя. — Всё это не было предначертано! — закричал Абаддон в отчаянии. Последним оружием стал чудовищный Цеповал — артефакт из Вселенского царства. Это орудие абсолютного уничтожения поглощало энергию хаоса, выпуская снаряд с такой силой, что они разрывают саму ткань реальности, сверкающего лазурными молниями, исполнен чистой злобы. Сверкающий шар сокрушал остатки брони, раскалывая как кокос. Внешний и внутренний покров доспехов рассыпался, его осколки разметали по сторонам. Тело претерпевало кошмарные страдания, словно перемалывали в огромной мясорубке или чем-то гораздо хуже. Безумства из бездны уничтожали саму сущность Абаддона. Его душа истошно завыла, разрывалась на части, не в силах выносить эту муку. Разоритель поднял свою голову вверх неестественно прямо, сокрушая шейные позвонки. Из уст вырвался рёв полный скорби, ненависти, безумия и отчаяния вследствие действий Палача Рока. Он украл у него победу. Бесконечная пропасть разочарования в себе самом, даже в существовании придало ему последний в жизни стимул для превозмогания последствий опустошительного напора человеческого воина. — УМРИ!!! — из последних сил Абаддон подорвался на ноги, игнорируя, как измельчённые суставы чавкали и хрустели. Сухожилия порваны. Не осталось ни единого живого места на теле сильнейшего чемпиона Хаоса Неделимого. То, что осталось от него, чудом скреплялось лишь его силой воли. Противник снова попытался ударить когтем, но его удар не достиг цели. За ним последовал тяжёлый удар по брюшному сегменту брони Воителя. Несмотря на дары Хаоса, Абаддон всё слабее противостоял яростному натиску Палача Рока. Путник Ада колошматил его, как бешеный пёс. Каждый удар сминал целые сегменты брони Воителя, словно алюминиевую банку. Не только тело получало урон, но и душа. Магические взрывы после каждого удара не давали Абаддону ни секунды передышки. Вскоре архивраг человечества потерялся, а его сознание, пропитанное безумием и ненавистью, начало барахлить. В глазах плыло. Кости трещали и лопались, плоть разрывалась. Он испытывал лишь удивление и смятение. Палач никогда ещё не был так зол. — Невозможно, — прохрипел Абаддон от нестерпимых болей по всему телу. — Я непобедим! Захлёбываясь собственной кровью, он бессильно упал на колени. Палач приблизился к нему. — Даже если ты убьёшь меня, война никогда не закончится. Ты только отсрочишь неизбежное. Хаос везде. Даже в тебе. Разоритель оскалился в дьявольской ухмылке, плюясь кровью. — Тёмных богов тебе не уничтожить никогда. Они есть в каждом из нас, даже в тебе. Они смотрят на тебя с неподдельным интересом. Их внимание с этого дня будет приковано к тебе. Достойный сын Хаоса. Новый Воитель. Палач в знак презрения к его словам нанёс обычный хук. Абаддон схватил Палача за руку и прошептал. — Видишь? Палач, ощутив прикосновение остаточного варпа, получил доступ ко всем воспоминаниям своего врага. Перед ним пронеслись события, которые он пережил: становление капитаном 1-й роты легиона Лунных Волков, участие в восстании против Императора Человечества, гибель бесчисленных миллиардов жизней в огне войны, осада древней Терры, гибель Хоруса, отступление в Око Ужаса, разочарование в фантасмагории борьбы за власть и ресурсы между предательскими легионами. Он узнал, что украли тело примарха Хоруса, но вместо любви испытал лишь отвращение к своему генетическому отцу за постыдное поражение, когда до безоговорочной победы оставался всего один шаг. Он собственными руками уничтожил клонов Хоруса Фабия Байла, став Воителем Хаоса, объединил разрозненные легионы в единую грозную силу и начал тринадцать Чёрных крестовых походов. Дальнейшие видения с участием Палача как нового героя Империума и Воителя Хаоса туманны. Теперь его судьба зависела как от него, так и от прихотей Великой Четвёрки. — Но боюсь ты не доживёшь до этих дней. По поврежденному силовому когтю пробежали искорки пси-молний, образуя подобие огромного пурпурного шипованного пика, похожего на колючку алой розы. Абаддон замахнулся для последнего удара, надеясь нанести врагу смертельный укол. Палач, преодолевая усыпляющее влияние странных прозрений, пришел в себя. За мгновение до смертельного укола он успел перехватить бронированную руку. Вырвав кол из ладони когтя, Палач вонзил его в горло Разорителя. Тот зарычал от боли и непонимания стойкости духа Палача Рока. Пока сокрушенный гигант был отвлечен своей болью, Палач телекинезом притянул Горнило к правой руке и грозный демонический меч к левой. Абаддон вытащил инвазивный объект из себя. Два грозных клинка одновременно вонзились в грудь предателя с такой силой, что вышли у него из спины. Кровь на Горниле испарялась мгновенно, а на втором мече — поглощалась чудовищным клинком, исчезая на зеркальной сверкающей поверхности лезвия, словно тень, растворяемая солнечным светом. И без того захламлённая броня претерпела насильственную деформацию. Точный удар двумя мечами оставил глубокие зияющие дыры. Грудные кости вспороты и раскурочены ужасающей силой, превращаясь в осколки и пепел. Абаддон, как туша на крюке мясника, повис в воздухе, в семи футах от залитого кровью и ихором предателей пола мостика. В глазах одного горел чистый рубиновый огонь, а у другого тускнело золото, мостя безжизненную чёрную пелену. Колени подогнулись, но Палач не дал этому чудовищу в человеческом обличии упасть. Губы того дрожали, со рта обильно стекала кровь. Победитель вытащил их, и вокруг шеи два клинка сомкнулись в огромные ножницы. — Кто же ты, незнакомец? — предсмертные слова Абаддона с трудом вырвались из окровавленных изорванных уст. Жалкое растерянное удивление — это всё, что испытал Абаддон Разоритель перед тем, как его голова окончательно отделилась от тела. Тело рухнуло на пол с таким грохотом, что сотрясло мостик, а голова припала к ногам испытывающего умиротворение Палача Рока.» Палач наконец-то достиг своей цели. Его взгляд был прикован к возвышающемуся, богато украшенному трону. Он поднялся по лестнице и сел на него. По обеим сторонам трона располагались горнило и демонический меч Абаддона. Усталость нахлынула на Палача, и он огляделся вокруг. Осознание того, какими богатствами и бесчисленными преимуществами он теперь обладает, завладев самыми могущественными инструментами и артефактами Хаоса, наполняло его разум эйфорической радостью. Он может использовать их на благо человечества. И, к счастью, у него есть все необходимые силы и ресурсы, чтобы воплотить эту идею в жизнь. Хаос познает гнев Палача Рока.