Yumi

Погода в Сеуле сегодня особенно радует. Солнце, хоть уже и не греет, но обволакивает своим светом все вокруг: от желтого листика, опавшего на деревянную скамью, до пары молодых людей, целующих друг друга в щеки перед тем, как расстаться после рабочего перерыва. Тэхён идет по улице одного из центральных районов, осматривая здания по левую от себя сторону. Проходит мимо полупустых кафе, уютных кофеин, стильных бутиков, задерживаясь на последних на добрые несколько минут, внимательно сверля взглядом витрины. Брюнет достает телефон из кармана, оставляя в заметках несколько пометок о том, что можно будет приобрести в ближайшее время. В животе начинает крутить от голода, и мужчина ускоряет шаг, желая побыстрее оказаться в заведении, где закажет целый чайник чая. С основным меню придется повозиться. Быстро принимать решения — не его сильная сторона. Тэхён резко останавливается у обычного круглосуточного магазина, в котором его заинтересовали вовсе не название или продукты, а широкий уличный подоконник. Брюнет снова тянется за телефоном. Тэхён нажимает на кнопку записи видео и отходит подальше, чтобы уместиться в камере полностью. Он элегантно позирует, напевая слова песни из первого попавшегося в ленте рилса. Показывает бижутерию, вытягивая пальцы в сторону экрана, поправляет шарф на голове, а затем крутится несколько раз, довольный получившимся образом. Красивые и необычные сочетания в одежде дарят Тэхёну чувство уверенности, радости и гордости. Это его личный успех! Не зря он все утро потратил на выбор того, что надеть, и вышел из дома только к обеду, чтобы позавтракать. И не важно, что в его гардеробной сейчас полнейший погром из аксессуаров, разбросанных вешалок и вороха вещей. А укрепят его чувство уверенности комментарии в профиле, под этим самым видео, расхваливающие его стиль, харизму и… Дальше Тэхён подумать не успевает. — Ой, — удивляется, когда плечом ударяется во что-то крепкое. Он сначала теряется, смотрит на мужчину, с которым столкнулся, пока красовался на камеру, и заливается краской. — Простите! — восклицает парень и спешит поклониться, но чужой голос не дает этого сделать. — Пожалуйста, не нужно, — уверяет и машет рукой. — Это я не смотрел, куда шёл. Отвлекся. — Вы уверены? — переспрашивает, когда мужчина начинает отходить от него в сторону. — Все в порядке, — кивает и спешно уходит. Тэхён так и замирает на месте, цепляясь взглядом за высокие каблуки, черные джинсы палаццо, серебряные украшения и свитер Шанель из коллекции Coco Neige, который вообще не найдешь в бутиках. Он-то точно знает. — Чимин, мы уже говорили об этом, — вздыхает Тэхён, развешивая вешалки на рейл. Чимин — его лучший друг, его муза и вдохновение. Чимин — первый, кто узнаёт о всех затеях Тэхёна и первый, кто протягивает руку, чтобы помочь их осуществить. А еще он тот, кто день за днем вытаскивает то самое «зерно сомнения» из мыслей друга и твердит ему не стоять не месте и пробовать все, несмотря на неуверенность. Даже если этих зерен бывает целый посев. Но сейчас Чимин — самая настоящая заноза в заднице. И его хочется придушить той самой вешалкой с рейла. — Ну почему нет? Ты уже локальный фэшн-инфлюэнсер, у тебя портфолио забито работами, учитывая твой опыт в сфере моды, — рассуждает, лежа на кровати и закинув ноги на стену. — На съемках для брендов был? Был. Помощником в создании новой коллекции был? Был. Тэхён только скептически ведет бровью. — Ты хоть знаешь, сколько людей подходят под это описание? — задает риторический вопрос Тэхён, и Чимин хмыкает. — Да, один. — Чимин, — брюнет подносит к себе вешалку с рубашкой и, нахмурившись, отбрасывает ее в кучу одежды на полу. — Там везде такие шишки работают. Чуть ли не лучшие дизайнеры и стилисты. Как ты себе это представляешь? Заявлюсь к ним и скажу: «Здравствуйте, хочу быть сотрудником в вашей огромной известной компании. У меня есть опыт в создании диких луков для себя и еще пары людей». — Да, именно так. А как ты еще работу хочешь получить? — Я не могу. Это слишком ответственный шаг. К слову, обреченный на провал, а я не хочу расстраиваться, — закрывает тему, желая продолжить разбирать вещи в тишине. Чимин, шепнув себе что-то под нос, переворачивается на кровати и, встав на ноги, подходит к Тэхёну. — Ну что мне сделать, чтобы ты перестал бояться и попробовал? — говорит тихо-тихо, заглядывая в темные глаза. Брюнет поднимает взгляд, сталкиваясь с нежным и мягким, и пожимает плечами. Да, яркий, веселый и всегда улыбающийся Тэхён в глубине души молодой, неуверенный, сомневающийся в своих решениях парень. — Тэ, ты же так этого хочешь… — нежно произносит, кладя ладонь на плечо друга. — Я уверен, что у тебя достаточно опыта, чтобы получить хорошую работу, где ты сможешь проявить себя. — Давай оставим эту тему, — просит, уводя взгляд. — На неопределенный срок,— заканчивает за него Чимин. Следующие две недели Тэхён, как обычно, работает над своим портфолио, много учится, гуляет вечерами, пока погода позволяет, и отвечает на несколько сообщений о сотрудничестве. Настежь открытое окно впускает в комнату вечерний воздух, и брюнет пододвигает к себе ноги, укладывая подбородок на колени. Он неотрывно смотрит в экран ноутбука, где большими буквами выведено «Портфолио». Электрический чайник щёлкает. Тэхён закусывает губу и, с громким вздохом, встает с места, чтобы навести себе чай. Чимин прав, у него объемное портфолио, но чем больше Тэхён смотрит на него, тем больше оттуда хочется удалить примерно… все. Тэхён настолько погряз в своих сомнениях, что ни пинки лучшего друга, ни комментарии в социальных сетях не помогают. А ему бы и продолжать вариться в неуверенности и страхе. Только бы не наступал новый этап. Только бы не доказывать свою ценность снова. Телефон вибрирует. — Алло? — отвечает, возвращаясь за стол и размешивая ложкой сахар. — Тэхён, серьезное дело, — говорит Чимин на другом конце провода. — Что? — хмурится и потирает лоб ладонью. — Помнишь бренд «Yumi»? Я рассказывал тебе о нём недавно. — Ну, и? — не понимает, к чему тот ведет. — Они ищут, угадай, кого? — Кого? — вздыхает Тэхён, закрывая крышку ноутбука. — Дизайнера! Вот опять он завел свою шарманку. — Круто, — сухо отвечает и делает глоток чая, обжигая язык и матерясь под нос. — Ты должен пойти. У них развивающийся бренд, нужны молодые и классные сотрудники. Что скажешь? — Чимин, ты же знаешь, что я не… — Я пойду с тобой, хочешь? Все будет отлично, пройдешь собеседование, покажешь свои работы. Не пройдешь — не конец света, найдем кого-нибудь еще. Сам оценишь их. Вдруг понравится. Или наоборот, — не понравится. Уйдешь, — тараторит так быстро, что брюнет не успевает и слова вставить. Чимин перешел в наступление, и у Тэхёна от этого решительного тона дрожат руки и сильно-сильно бьется сердце. — Я не знаю. Я не готов. — А когда ты будешь готов, Тэхён? — как говорится, не в бровь, а в глаз. Никогда. Это знает и Чимин, и сам Тэхён. Знает, а все равно ждет того момента, когда что-то внутри закричит так громко: «Сейчас, ну же, я готов!» Повисает тишина, и брюнет сжимает чашку в руке. Ему страшно, обидно и немного грустно. И хочется, как обычно, зарыться головой в песок. Тэхён несколько лет грезил о крутой работе, но только укреплял в голове мысли о том, что у него ничего не получится. И в ожидании чуда не заметил, как пролетели четыре года. Брюнет медленно выдыхает через нос, закрывая глаза. В очередной раз признается себе в том, что боится потерпеть неудачу, боится, что от него не будет пользы. А ему до покалывания пальцев хочется стать особенным. — Набери мне завтра, если вдруг… — Сходи со мной, Чимин, — почти сипит и удивляется, не узнавая свой голос. — Тэхён, ты серьезно? — аккуратно спрашивает, боясь, что сказанные другом слова — галлюцинация, которую Чимин так хотел услышать на протяжении нескольких лет. — Я сбрасываю. — Я напишу тебе завтра, Тэ! *** — Не волнуйся, — шепчет Чимин, когда они подходят к нужному зданию, и легонько сжимает ладонь друга. — Ты уже сделал все, что мог для этого интервью. Осталось только успокоиться и ответить на парочку их вопросов. Я уверен, они будут от тебя в восторге. Они заходят в помещение, милая девушка на ресепшене, узнав цель их визита, просит подождать немного и звонит кому-то по телефону. Чимин осматривает интерьер: простой, но дорогой и со вкусом, в стиле «Yumi». Напротив входа — крупная вывеска с названием. Роскошное, обставленное темной мебелью помещение с точностью описывает бренд. Тэхён царапает ногтями пальцы, поэтому Чимин, заметив, легко ударяет его ладонью. — Господин Чон вас ожидает, — улыбается девушка и жестом указывает, чтобы Тэхён следовал за ней. Брюнет кивает другу и, вдохнув полной грудью, идет за ней. Темная деревянная дверь открывается, и Тэхён сразу же сгибается в поклоне, приветствуя человека за столом. — Здравствуйте, — томный, приятный слуху голос разрезает тишину. Брюнет поднимает голову и… замирает. В голове что-то щелкает. Это он. Мужчина в свитере Шанель из коллекции Coco Neige. Тысяча процентов из ста. Директор, тоже слегка удивившись, улыбается. Вспомнил. — Присаживайтесь, Тэхён-щи. Нет, подождите. Тэхён-щи нужно перезагрузиться. Он точно туда попал? Парень оборачивается на дверь, а затем снова смотрит на мужчину. Тот ладонью указывает на кресло перед собой, и Тэхён на ватных ногах подходит ближе. — Впечатляющие работы, — заявляет, выбивая из Тэхёна воздух. — Давно работаете в сфере моды? — Я, — запинается, сжимая пальцами ткань брюк на коленях, — я отучился на дизайнера одежды 4 года назад, но работать не пошел. Потом дополнительные курсы, дипломы, несколько некрупных проектов… Решил развиваться в социальных сетях. На столе у господина Чона не очень много вещей: ноутбук, несколько прикрепленных на поверхность ярких стикеров с заметками, искусственное миниатюрное дерево, ветки которого выкрашены в бежевый цвет, изумрудный стаканчик для канцелярии и пустая чашка. В кабинете есть и кожаный диван, и кофейный столик, и стеллаж, забитый яркими толстыми папками. Справа от входа на стене висит белая пробковая доска с постерами, рисунками, распечатками и записками. Тэхён вглядывается в этикетку на горшке с большим комнатным растением в углу комнаты — «Замиокулькас». Он о таком и не слышал ни разу. — У вас довольно много связей с брендами, тогда почему решили устроиться в компанию? — директор сверлит взглядом, заставляя Тэхёна заерзать на месте, отвлекаясь от изучения кабинета. — Потому что я хочу создавать что-то свое? — неуверенно отвечает. — Вы не знаете? Тэхён тушуется. — Я хочу создавать что-то свое, быть полезным и… ценным для компании. Хочу создавать образы, которые буду носить не только я, но и другие люди. Почувствовать себя частью чего-то. Надолго. Тривиально? Чонгук удовлетворенно кивает, игнорируя вопрос. — Почему же Вы тогда не выбрали свой личный бренд? — Работать в компании тоже престижно, — не задумываясь, отвечает. — Плюс, чтобы построить стабильный бренд, нужны ресурсы, и даже несмотря на то, что у меня есть влияние в сфере медиа, я и так потерял много времени. — Интересно, — тянет Чонгук, и Тэхён нервозно сглатывает. — Вы когда-нибудь работали с моделями, Тэхён-щи? — Да, — кивает, облизывая губы. — Я был младшим дизайнером на фотосессиях для локальных брендов. Очень интересный опыт. — Хорошо. А как Вы относитесь к критике? И на этом моменте Тэхён грустно машет ручкой работе мечты, потому что болезненно. Потому что даже комментарий в одну строчку в сети может задеть. И Тэхён из-за этого себя чувствует самым уязвимым человеком на свете, хотя головой понимает, что конструктивная критика — это нормально. К ней можно прислушаться, ее можно принять, за нее нужно быть благодарным. Но в жизни почему-то все работает иначе. — Тэхён-щи? — На пути к принятию, — коротко отвечает, отведя взгляд. Директор пару секунд прожигает брюнета глазами, а затем мычит, черкая что-то в блокноте. — Тогда расскажу Вам про график, наш коллектив и мои ближайшие планы. Тэхён слушал директора внимательно и кивал, как игрушка на панели автомобиля, чуть ли не на каждое слово от волнения. Где-то, где от возбуждения и восторга хотелось визжать, не боялся задавать вопросы, а где-то вовремя прикусывал язык, боясь показаться докучливым. Господин Чон показался ему строгим, решительным и настойчивым человеком, который быстро анализирует информацию, в идеале знает свое дело и ценит своих сотрудников. И от этого у Тэхёна дрожали колени. С такими людьми он еще не работал. — У Вас есть ко мне какие-нибудь вопросы? — спрашивает, подводя итог их интервью. Тэхён мотает головой, даже не думая о вопросах. Он и так всю энергию потратил на ответы. — Как и когда вы со мной свяжетесь? — хотя один вопрос его все-таки волновал. Господин Чон выдерживает долгую паузу. Директор встает с кресла, проходится по кабинету и останавливается у окна, сохраняя таинственное молчание. Сердце брюнета начинает биться быстрее. — Ну что, Тэхён-щи, подержать для Вас интригу еще парочку дней? — ухмыляется Чонгук, вдруг стреляя в Тэхёна глазами. — Молю, не нужно, — раздосадованно вздыхает, и директор тихо смеется. — Мне интересно поработать с Вами, Тэхён-щи, — заявляет господин Чон, а брюнет задерживает дыхание. — И я готов дать Вам небольшое вводное задание, которое нужно выполнить под руководством моего старшего дизайнера. Я познакомлю вас в понедельник. — То есть… Вы берете меня на работу? — неуверенно спрашивает, тыча себе пальцами в грудь на слове «меня». Директор осматривает кабинет на наличие в нем других Тэхёнов и, не найдя, кивает. — И я могу придти сюда в понедельник? — еще один вопрос. Да Тэхён-щи в трансе. — Разумеется, — сдерживает улыбку. — Вы должны придти сюда в понедельник, если согласны на мои условия. Я добавлю Вас в рабочий чат, а после выполнения задания подпишем трудовой договор. — Отлично, — улыбнувшись, говорит Тэхён. Брюнет резко собрался и выдохнул, будто это не он на протяжении всего собеседования дрожал, как осиновый лист, и пытался выдавить из себя остатки уверенности. Вот так просто. *** — Тэхён, это Мингю, мой старший дизайнер. — Привет, — протягивает руку сотрудник, и Тэхён, несильно сгибаясь, протягивает ладонь. Мингю поворачивается к Чонгуку, когда тот зовет его, и Тэхёну выпадает шанс рассмотреть коллегу. У мужчины темные вьющиеся волосы, щекочущие затылок, и приятные черты лица. Солнечные очки надеты на макушку, удерживая длинную челку. Темная водолазка, добавляющая необъяснимый шарм, и темно-синий плотный кардиган сидят идеально, подчеркивая фигуру. Красивый, высокий и мускулистый. Наверняка проводит свободные часы в зале, отмечает Тэхён. — Тэхён, идем, — Мингю машет рукой и уходит в сторону двери. Брюнет поворачивается на директора и быстро кланяется, поспешив за старшим дизайнером. Чонгук складывает руки на груди и провожает его взглядом. Что-то из этого выйдет. Чувствует нутром. — Я видел твои работы, — говорит, когда они оба оказываются в помещении. — Давно у нас такого не было здесь. — О, не стоит. Они самые обычные, — отнекивается Тэхён, останавливаясь. — В тихом омуте, Тэхён… Что ж, ладно. У нас есть список тенденций и некое определение того, что может понравиться в следующем сезоне, поэтому предлагаю вместе разработать один интересный эскиз, — он роется на столе, перекладывая листы и выкройки. Тэхён подходит ближе, рассматривая распечатанные и нарисованные карандашом эскизы и выдыхает тихое: «вау». — Не ваукай, Чонгук такое никогда не одобрит. Вот! Смотри, вырисовывается что-то такое. Попробуй доработать. Можешь использовать рабочий планшет или бумагу. За три дня справишься? — Постараюсь, — неуверенно мямлит. — Я возьму планшет, на нем привычнее. — Отлично, все помещение в твоем распоряжении. Уборная — прямо по коридору и направо. Табличку увидишь. Я схожу за кофе, тебе взять? — Не нужно, спасибо, — машет головой и смотрит на то, как Мингю кивает и выходит, закрывая за собой дверь. Тэхён шумно выдыхает и осматривает длинный стол перед собой, касается пальцами листов бумаги, не веря, что это происходит с ним. Смотрит на эскизы, выкройки и куски ткани и вспоминает о словах старшего дизайнера. «Чонгук такое никогда не одобрит». В груди что-то сжимается от беспокойства. А если не справится? Чонгук его выгонит, не дав второго шанса? Нет, раз уж его взяли, нужно не облажаться. Отдаться без остатка, истощиться, но сделать. И сделать хорошо. Эта установка в нем барабанит еще с самого детства, а теперь тащится за ним тяжким грузом и во взрослой жизни. Он разворачивается и подходит к отдельно стоящим столикам, на каждом из которых стоит швейная машинка и лежит рабочий планшет. Тэхён занимает тот, что выглядит незанятым. Он включает планшет и снова кидает взгляд на эскиз, который ему дал Мингю. Женский образ. Легкие короткие шорты и простой кардиган. В голове пусто. Он нервничает. И то и дело хмурит брови. Чужие слова набатом бьют по вискам, не давая успокоиться. Дверь вдруг открывается, и в помещение входит молодая девушка, с длинными темными волосами, в черном свитере, перетянутом широким кожаным поясом, и в коротких облегающих шортах. Тэхён, поглощенный мыслями, даже не услышал стук ее каблуков в холле. Сотрудница приятно удивляется, увидев парня. Она смотрит на него пару секунд, прежде чем издать короткое: «О!» — Тэхён, верно? — она улыбается и подходит ближе, чтобы поклониться и поприветствовать его. Он подрывается с места, чтобы оказаться с ней на одном уровне. — Да, здравствуйте! — Меня зовут Суён. Очень приятно с тобой познакомиться. Рада видеть новые лица на рабочем месте. — Мне тоже очень приятно. — Еще не обустроился? — спрашивает, рассматривая пустой стол. — Пока не выдалось шанса, — спокойно отвечает. — Я вообще был не уверен, что это место не занято. — Здесь точно свободно, — отвечает Суён, вспоминая бывшего сотрудника. — А вообще если на столе не валяются бумаги, а в машинке нет ниток — можно смело занимать. Тэхён улыбается. — Хорошо, спасибо. — Над чем будешь работать? — она вскидывает брови, присматриваясь к наброску на столе. — Мингю дал мне задание, так что буду работать с этим, — кивает на недоработанный образ. Она сжимает губы и кивает, показывая «класс». — У тебя все получится, не переживай. Чонгук хоть и строго относится к работе, но все же с пониманием, — подбадривает девушка, похлопав его по плечу, и занимает свое рабочее место в самом углу помещения. Тэхён с благодарностью кивает. — А где сам Мингю? — Сказал, что пошел за кофе. — Вот гад, а меня даже не спросил. И сам не работает. — Надеюсь, ты это про Чонгука, — внезапно объявившийся Мингю усмехается и подходит к девушке, крутя перед ее носом стаканчиком с ароматным кофе. — Конечно, про него, мой дорогой и горячо любимый друг, — она наигранно улыбается, морща нос, и выхватывает стакан из его рук. — Необязательно устраивать сцены перед новеньким, — спокойно отвечает мужчина. — Выглядит так, будто меня это заботит? — Как дела, Тэхён? — Мингю переключает свое внимание на наблюдающего за ними парня. — А? Еще пока никак, — честно отвечает, сжимая руками планшет. Мингю понимающе кивает и садится за свой стол, молча начиная работать. Тэхён возвращается к эскизу. *** Тэхён уже два дня работает над эскизом, изучает предыдущие коллекции компании и анализирует список трендов, которыми с ним поделился Мингю. Он плохо спит из-за волнения, но Чимин, будто чувствуя чужую тревогу, присылает ему посреди ночи милые картинки и слова поддержки, не сомневается в том, что друг справится. В офис он не принес ничего кроме суккулента — боится не оправдать ожиданий. Сегодня он снова находится за своим рабочим столом, а в помещении трудятся еще около четырех работников, с некоторыми Тэхёну удалось познакомиться только вчера: активным и забавным парнем Хосоком и переехавшим из Китая Минхао. Суён все так же перебрасывается колкостями с Мингю, а Минхао бросает на них уставшие взгляды. Тэхён, по большей части, не обращает на них внимания — слишком погружен в работу. Настолько, что иногда пропускает вопросы от коллег мимо ушей. Как и сейчас, когда над ухом слышится «Как дела, Тэхён?», Тэхён сначала тормозит, не понимая, почему вопрос задает Чонгук. Стоп, Чонгук? — Господин Чон, — подскакивает с места, чтобы поклониться. — Усядься, — приказным тоном. — Покажи мне, что у тебя есть. — Но я еще не закончил, — начинает говорить, но директор сверлит суровым взглядом, поэтому Тэхён, закусив губу, отдает ему планшет. Чонгук безэмоционально рассматривает эскиз. Тэхён задерживает дыхание, не упуская ни единой детали в выражении лица начальника. Директор спустя минуту склоняется над работником. — Что будет на руках? — На руках? — удивленно спрашивает и задумывается. Чонгук ждет. — Перчатки? — это первая мысль, которая пришла в голову, но она кажется не такой уж плохой, и поэтому дизайнер ее озвучивает. — Какие? — Короткие. — Ткань? — Кожа. — Молодец, — хвалит, отдавая планшет в подрагивающие руки. — Жду от вас к вечеру папку с эскизами. Мингю, занесешь. Директор получает командное «да, господин Чон» и, окинув помещение взглядом, выходит за дверь. В эту же секунду к Тэхёну на кресле подъезжает Суён и подлетает Мингю. Они смотрят на эскиз и бросают друг на друга понятные только им взгляды. У этих двоих свой язык, Тэхён понял это в самый первый день. — Что? — не выдержав, спрашивает Тэхён. Мингю и Суён молчат, испытывая терпение нового сотрудника. — Все плохо? — Да ты впечатлил Чона, — отвечает вместе с ним Суён. — Шутите? — у парня округляются глаза. — Ну все, теперь Чонгук от тебя не отстанет, так и знай. Когда дорисуешь — распечатай и положи в папку на столе, — говорит Мингю и, похлопав брюнета по плечу, отходит к своему месту. Суён подмигивает ему и, оттолкнувшись ногами, отъезжает тоже. А Тэхён, сдерживая визг, кусает губы и нажимает на кнопку включения планшета, чтобы нарисовать модели короткие кожаные перчатки. За месяц на рабочем столе Тэхёна произошли некоторые изменения: из дома были перенесены фигурка Наны, стаканчик с карандашами, блокнот, стикеры, коробка булавок. Сам дизайнер стал чувствовать себя на порядок увереннее — привык к коллективу. Ему нравится ходить с коллегами на обеденные перерывы, задавать вопросы о работе и хобби, слушать шутки Суён и говорить с Мингю. Господин Чон, конечно, все еще пугает и восхищает. Открытостью, профессионализмом, знаниями, величием, естественной уверенностью, честностью. Список может быть бесконечным. В первый день Тэхён подумал, что Чонгук — сдержанный человек, директор с маской на лице, но на самом деле… все оказалось гораздо проще. В его компании работает единственное правило: есть вопрос — задай, хочешь поговорить — подойди. Наблюдая со стороны, дизайнер раз за разом убеждается в том, что Чон заботится о каждом из своих сотрудников, а обратная связь помогает им двигаться дальше, а не демотивирует, как это часто бывает. Никакая работа, даже самая незначительная или плохая (будем честны) не останется незамеченной. Чонгук, волевой, умеющий шутить и, бонусом, довольно симпатичный, притягивает внимание Тэхёна магнитом. Для брюнета он, словно небо, глубокое и безграничное, усыпанное звездами и скрывающее в себе еще миллионы сюрпризов. Тэхёна Чон Чонгук пугает и восхищает, а потому дизайнер очень много трудится и остается в студии допоздна. Мингю часто ворчал на него поначалу и чуть ли не силой выталкивал за дверь, но в итоге сдался, понимая, что если Тэхён сейчас чем-то горит, ему нужно закончить это в тот же момент. А Тэхён действительно горит. Под руководством старших дизайнеров воплощает в жизнь эскиз, который понравился Чонгуку. И сейчас, когда он занимается составлением таблицы, в которую вписывает названия тканей, их стоимость, цветовую палитру, он уже два раза пообещал одному из дежурных охранников: его ноги здесь через пять минут не будет. Будет. Это заметит и Чонгук, задержавшийся в офисе для заполнения бумаг, который будет проходить мимо рабочего помещения и увидит горящий свет через окно. *** — Так, здесь — отчеты, здесь — таблицы, тут — эскизы. Посмотришь, — Мингю кладет по очереди папки на стол, докладывая о работе. — Я пойду? — Пойдем, — господин Чон встает из-за стола, собираясь уйти вместе с сотрудником. — Куда это ты собрался? — выгибает брови Мингю. — Как куда? Проследить за работой. Мингю хмурит брови. — Я сам прослежу. Не мешай им. Стресс навеешь своим выражением лица. — Я — начальник, хочу и навеваю, — использует свой статус, но на Мингю это не действует. — Тебе там что, намазано? Иди к маркетологам сходи. — Я и к ним схожу, не волнуйся. Мингю хитро щурится, наставляя на друга палец. — Что? — недоумевает Чонгук. — Надо мне. — Ты выглядишь подозрительно. — Я всегда выгляжу подозрительно, — поправляет равнодушно. — Я слежу за тобой. Чонгук потом стоит в кабинете несколько минут, осматривая сотрудников и следя за их работой. Хосок и Суён, до этого обсуждавшие новую коллекцию, перебирая палитру с цветами, вопросительно уставились на начальника. Мингю только махнул на него рукой. Все вернулись к своим делам, как ни в чем не бывало. А вот у Тэхёна на нервах даже ладони потеть начали, и сонливость из-за предыдущей рабочей бессонной ночи словно рукой сняло. Чонгук — волшебник, а его власть — чары. Или проклятие. Потому что Тэхён никак не ожидает того, что директор возьмет стул и сядет рядом с ним. Почему именно к нему?! — Как успехи, Тэхён? — Почти все готово, — шепчет, нервно дописывая что-то в планшете и прикусив кончик языка. Чонгук без стеснения рассматривает сосредоточенное лицо, россыпь родинок и темные выразительные брови. Кожа у дизайнера нежная и бархатная, как самый вкусный мед — так и манит попробовать — и если бы не заметные синяки под глазами, директор бы подумал, что Тэхён сошел с обложки. Когда Тэхён только пришел в компанию, у него был взгляд испуганного оленёнка, трясущиеся руки и одна казавшаяся несбыточной мечта. И Чонгук хотел сделать все, чтобы увидеть, как этот неуверенный парень расцветет в того, с кем он случайно столкнулся на улице в будний день. Сейчас Тэхён похож на львенка. Он проявляет большое любопытство к работе, но одновременно с этим боится всего на свете. По-детски игрив и жизнерадостен в кругу коллег, но с осторожностью относится к новым знакомствам или поручениям, к которым он не привык. — Я закончил, — и смотрит так… Так… Что Чонгук позвал бы его на свидание, не раздумывая. Не будь он — директором, а Тэхён — его подопечным. Но дизайнер определенно что-то делает с сердцем Чонгука. Наверное, зажигает его, словно звезду на небе. — Нет, — отрезает Суён. — Здесь должна быть кожаная сумка через плечо. — Мне все равно кажется, что что-то не то, — Хосок кусает губу, рассматривая эскиз. — Может замшевую? Ажиотаж вызовет. Девушка хмурится, подцепляя край бумаги ногтем. Они эту сумку весь вечер вдвоем перерисовывают. Что же не так? Форма не та? Цвет? — Господин Чон, — Суён подзывает директора ближе к их столу, отвлекая его от разговора с Мингю. — У нас возникла небольшая проблема. Не поможете разрешить? Чонгук подходит к их столу, склоняясь над разбросанными по нему бумагами и рассматривает эскиз. Развевающееся платье в пол в стиле бохо, массивные браслеты, кожаный бомбер, туфли, украшенные драгоценными камнями и сумка в верблюжьем оттенке. Великолепный и дорогой образ, но что-то все же выбивается. — Что-то не так с сумкой, да? — нетерпеливо спрашивает Хосок, указывая пальцем на нарисованный карандашом аксессуар. Чонгук вскидывает подбородок. Он осматривает помещение, выискивая в нем одного конкретного дизайнера. Тот стоял недалеко от них и развешивал какие-то распечатки на доску. — Тэхён, — подзывает директор, махнув ладонью. — Подойди на минутку. Парень откладывает в сторону листы, которые держал в руке, и подходит к своим коллегам. — Посмотри сюда. Что думаешь? Чонгук с интересом наблюдает за Тэхёном, подвернувшим рукава кардигана и придвинувшим к себе эскиз. Директор видел, как бесстрастно и серьезно он пытался выглядеть, но бегающий взгляд и вздымающаяся грудь говорили о возникшем из ниоткуда волнении. Чонгук улыбнулся. Суён и Хосок переглянулись. — Тэхён, говори прямо, — настаивает девушка. — Вы уверены, что здесь нужна сумка? — поднимает взгляд Тэхён и сталкивается с двумя парами непонимающих глаз. Дизайнер забирает из рук Хосока карандаш, шепча короткое «спасибо» и начинает рисовать. По помещению разносится звук, издаваемый трением грифеля о бумагу. Чонгук заинтересованно склоняется над ним, пытаясь рассмотреть, что он делает. — Почему бы… — прикусывает язык дизайнер, но, поймав взглядом кивок от директора, продолжает. — Почему бы не добавить сюда крупные бусы в два ряда вместо сумки? У вас ведь вырез очень глубокий — шея открыта. Будет смотреться органично. Хосок чешет пальцами подбородок и поворачивается к Суён. Они смотрят друг на друга несколько секунд, пока их глаза не загораются от осознания. — Точно! — восклицают вдвоем. — Тэхён, ты чудо! Спасибо, — Хосок сжимает его плечо, лучезарно улыбаясь. — Да не за что, — парень вежливо улыбается в ответ и, поклонившись господину Чону, уходит на свое место, намереваясь продолжить работу. Чонгук смотрит ему вслед. Наблюдает за тем, как Тэхён прячет улыбку, прикусывая изнутри щеку, как делает глубокий вдох и прикрывает глаза на несколько секунд, чтобы успокоить бешено стучащее сердце. У директора на языке крутится тысяча и одно слово, которые он хотел бы крикнуть на весь офис. Милашка, душечка, лапочка. Чонгук точно позвал бы его на свидание, не раздумывая. И теперь он сомневается в том, что рамки «работник-работодатель» ему помешают. Сегодня в офисе впервые за долгое время спокойно и тихо. Лучи яркого солнца пробиваются через окна, наполняя помещение ласковым светом. Тэхён подставляет к ним лицо, морщась, словно котенок, и кладет в рот кусок тамагояки. «Нужно будет поблагодарить Чимина за ланч — сам бы в спешке забыл про него» — проносится в мыслях и парень улыбается. Он очень рад, что дни все еще теплые, несмотря на опадающие листья и осенние краски. Это значит, что дома можно начать разбирать осенний гардероб и собирать новые образы. Дизайнер кидает взгляд на суккулент, который прилично вырос за это время. Как и он сам. Прошло уже три месяца с момента, как он начал работать в «Yumi». И все это время он с командой трудился над новой весенней коллекцией. Создавал, переделывал, получал много советов, учился. Вдохновлялся и вдохновлял. Работал допоздна в офисе, работал дома. Однажды даже оставался ночевать в компании вместе с Мингю и Хосоком, чтобы закончить срочные дела. Но несмотря на усталость, растущие обязанности, недосып, Тэхён действительно счастлив, ведь он наконец-то почувствовал себя частью чего-то большего, чем он сам. Это место приняло его. Вопреки его страхам и неуверенности. От обеда дизайнера отвлекает звук открывающейся двери. В офис входят Чонгук и еще один мужчина, которого до этого Тэхён не видел. Он довольно высокий и стройный, с длинными темными волосами. Но больше всего дизайнера в нем привлекли черты лица. Выражение лица теплое и мягкое, но взгляд острый и проникновенный. Воплощение падшего ангела. Вошедшие останавливаются в проходе и осматривают помещение: здесь никого нет, кроме Тэхёна и еще пары человек. — О, Джонхан? Какими судьбами? — удивляется Мингю, пивший кофе на диване недалеко у входа, и встает, чтобы поздороваться с ним. — Привет, — парень, слабо улыбнувшись, пожимает ему руку. — Появилось некоторое неотложное дело. Я бы даже сказал, катастрофа. — У нас-то? — Мингю спрашивает, вскидывая брови. Джонхан кивает и еще раз сканирует все помещение взглядом, останавливаясь на замеревшем с палочками в руках Тэхёне. Он несколько секунд сверлит его взглядом, а потом шепчет что-то Чонгуку, не отрывая взгляда от дизайнера, и у Тэхёна от волнения и замешательства по телу пробегают мурашки. Директор поднимает взгляд на дизайнера и, кивнув Джонхану, подходит к его столу. — Господин Чон, — подскакивает с места Тэхён, чтобы поприветствовать директора. — Здравствуй, Тэхён. Нам очень нужна твоя помощь, — с места в карьер. — Заболела модель, которая сегодня должна была принять участие в фотосессии для пре-релиза. А перенести съемку мы уже никак не можем. Тэхён хлопает глазами. — А чем я могу вам помочь? — Джонхан, наш фотограф, сказал, что ты идеально подходишь для этой работы, для выбранных образов. — Что вы! — вспыхивает Тэхён, разводя руками. — Я совсем не гожусь на роль модели. Это же для журнала! — Тэхён, — смягчается Чонгук. — Ты можешь отказаться. Я приму любой твой ответ, учитывая, что это не входит в твои обязанности. Но я считаю… точнее, я и Джонхан считаем, что твои черты и фигура отлично подходят для демонстрации коллекции. Тем более, ты фэшн-инфлюенсер, разве нет? Опыт точно есть. — Да, но… — дизайнер переводит взгляд на расхаживающего по офису фотографу, разговаривающего по телефону, и ему почему-то становится жаль. Подводить не хочется. — Ладно, я согласен. Однако, если кадры не получатся, обещайте, что не уволите меня. Чонгук щелкает языком. За кого он его принимает? Когда визажисты и стилисты собирали Тэхёна, его голову не покидала одна единственная мысль. Согласиться на работу из жалости? Какой дурак бы так поступил? Конечно, Тэхён. С одной стороны, он очень не хочет подводить Чонгука, который взял птенца под свое крыло и поверил в его потенциал, и Джонхана, съемка которого могла бы накрыться медным тазом. С другой стороны, это не входит в его обязанности, и факт того, что они не смогли найти модель за короткий срок — не его проблема. Но, если посмотреть на ситуацию с третьей стороны, то это отличная возможность для Тэхёна показать себя миру. Он вполне себе симпатичный парень и неплохой дизайнер. Может, общественность обратит на него внимание. Возможно даже другие компании и важные персоны. Тэхён тяжело вздыхает, пытаясь отпустить эти мысли. Выбор уже сделан. Девушка рядом с ним завершает последние штрихи в макияже и, мягко улыбнувшись, выходит из гримерки. — Ну что, как дела? — Чонгук появляется из ниоткуда, заменяя присутствие визажистки своим. — Странно себя чувствую, — Тэхён отвечает, зажимая дрожащие руки между ногами. Директор берет стул и садится рядом с дизайнером. Он рассматривает образ, подобранный парню, и рукой тянется к чужому воротнику, поправляя его. Легкое, скорее всего неосознанное движение, но Тэхён отчего-то задерживает дыхание. — Я уверен, что все сложится хорошо. Джонхан очень располагает к себе. Уверен, тебе понравится работать с ним. Главное, чтобы он у меня тебя не увел, — Чонгук делает паузу. — В модельный отдел. — Вы мне льстите, — смущается Тэхён и уводит взгляд. — Вовсе нет. Ты очень красивый, Тэхён. И ты украдешь сердца миллионов после выхода журнала, — вот так прямо и открыто. Тэхён поднимает глаза, сталкиваясь с чужими, уверенными и честными. А затем резко переводит взгляд на пирсинг брови, лишь бы не испытывать странный трепет, разливающийся по всему телу, и неловкость. — Тэхён, пойдем. Твоя очередь, — в гримерку заглядывает Джонхан и подзывает его ладонью. Тэхён поднимается и, поблагодарив Чонгука за поддержку, выходит из помещения, следуя за фотографом. Он делает глубокий вдох, останавливаясь перед камерой, и медленно выдыхает. Джонхан поднимает два больших пальца вверх. «Все нормально». Как оказалось, с Джонханом действительно интересно и комфортно работать. Тэхён с ним, кажется, даже подружился. На следующий день Тэхён обнаруживает на своем столе в офисе картонную корзинку с цветами и непонимающе хмурит брови. Он оборачивается на Суён, которая пришла сегодня раньше всех, не забыв упомянуть это в их общем чате и упросив Мингю взять ей стакан кофе по дороге. — Это мне? А от кого? Девушка слабо пожимает плечами, отвечая: — Я и сама не прочь узнать, но когда я зашла, они уже стояли здесь. Тэхён вздыхает, крутя корзинку по кругу, рассматривая цветы. Бутоны пышные и красивые, а запах какой невероятный! Взгляд цепляется за что-то белое на дне корзинки, и Тэхён, потянувшись, достает конверт. Он недолго вертит его в руке, прежде чем открыть и прочитать небольшую записку. «Спасибо за вчерашнюю работу. Ты правда был великолепен». Щеки мгновенно вспыхивают алым, а живот неприятно тянет. У Тэхёна в мыслях крутится лишь один человек, а аккуратный почерк только подтверждает его догадку. Он хочет положить бумажку обратно в конверт, но, раскрывая его снова, дизайнер замечает еще кое-что. Четыреста тысяч вон наличными. Стрелка на шкале неловкости перевалила за красную отметку. Возмущению Тэхёна нет предела. Нет, он, конечно, выполнил дополнительную работу, так еще и не свою, но они об этом не договаривались! Ему не нужны деньги, он согласился помочь потому, что сам захотел (ну еще потому, что не умеет отказывать). Вот он сейчас возьмет и все это Чонгуку выскажет. Да! Но когда он доходит до кабинета директора, пыл почему-то успевает поубавиться. Он недолго сомневается, топчась на месте, но все же стучит в дверь. — Входите, — голос низкий, посылающий табун мурашек по позвоночнику. Чонгук мягко улыбается, подняв голову, и Тэхён кланяется. — Здравствуйте, господин Чон! — Здравствуй, Тэхён! Как дела? Что-то случилось? — спрашивает и указывает ладонью на стул, приглашая сесть. Вы и случились. — Нет, ничего не случилось, просто… Я по поводу вашего букета и содержимого конверта, — Тэхён становится тише к концу высказывания, будто если кто-то услышит, их повяжут в тот же момент. Он кладет на стол конверт и встречается с вопросительным взглядом Чонгука. — Я могу принять цветы, но не это. Правда, не нужно. Мне очень неудобно, — объясняется Тэхён и смотрит виновато. — Тэхён, — вздыхает директор. За что ему на голову этот парень? — Ты подменил человека из отдела, к которому не имеешь никакого отношения. И это был твой рабочий день. Я не могу не заплатить тебе за него. — Все в порядке, — парень настаивает на своем и придвигает конверт еще ближе к Чонгуку. — Считайте, что вы заплатили мне возможностью получить новый опыт. Господин Чон устало массирует двумя пальцами лоб, но Тэхён никак не ожидает сердитого: — Ты свой труд вообще уважаешь? Тэхён тушуется под чужим недовольным взглядом и кидает взгляд на свои колени. Они сейчас выглядят гораздо интереснее. Он резко начинает чувствовать себя слишком маленьким, а стены становятся давящими. — Я плачу тебе, не потому что раскидываюсь деньгами. Это такая же часть трудового кодекса. Чонгук, тяжело вздохнув, все же смягчается. Тэхён еще так неопытен. Но это мелочи. Поправимо. — Возьми их, Тэхён. Ты заслужил, — и это именно то слово, которое нужно было использовать. Заслужил. Чонгук видит, как оно влияет на Тэхена — плечи расслабляются, и он поднимает глаза. Дизайнер медленно, неуверенно, тянется за конвертом, притягивая его к себе. Он в последний раз смотрит на Чонгука, уверенного и непоколебимого, и, кивнув, больше самому себе, встает из-за стола. — Могу идти? — Иди, — мягко говорит, отпускает. Вопреки желанию задержать дизайнера в кабинете подольше хотя бы на минуту. Следующие несколько дней Тэхён проводит все свое время в офисе за подготовкой к показу: все бегают туда-сюда, суетятся, решают вопросы. У них на ближайший месяц запланирована целая куча встреч с журналистами, модными критиками, а потом и показы, выставки. У Тэхёна с непривычки голова гудит, а усталость настолько сильно давит на плечи, что дома он даже не успевает разогреть себе ужин — засыпает прямо в одежде. Но признаться, все равно приятно. До покалывания кончиков пальцев приятно! Осталось совсем немного, и они наконец продемонстрируют то, над чем работали столько времени. Чимин говорит, что Тэхён думает только о работе. Подкалывает, вредничает, причитая: «Вот так! Сам тебя туда отвел, а теперь у тебя времени нет на единственного лучшего друга!» Говорит, но взаправду не обижается, конечно. Упрашивает только взять ему проходку на показ, и тогда он его точно «простит». А что Тэхён? А Тэхён действительно только о работе и думает. Иногда из-за возбуждения даже спать не может, и тогда Мингю над ним из-за этого смеется, получая нагоняи от Суён. А когда не думает о работе… Думает о Чонгуке. И о том, как странно начинает гореть лицо, когда он ловит его взгляды на деловых встречах. Тэхён эти мысли, конечно, в дальний ящик запихивает. То есть, старается. Отворачивается, делая вид, что старательно над чем-то трудится. Но краем глаза чужую улыбку все равно улавливает. Иногда в воспоминаниях всплывает момент в гримерке, когда Чонгук совершенно невинно поправил его одежду. Или как он в открытую! рассматривал его, пока Тэхён работал над эскизом. Или букет и их разговор в кабинете. Ну или… Хватит. Тэхён несколько раз хлопает ладонями по порозовевшим щекам. Ему нужно закончить работу на сегодня. На чем он там остановился? На плечо ложится чужая рука, не тяжело, почти нежно, и дизайнер вздрагивает. Он поворачивает голову, натыкаясь на директора. Взгляд у того уставший, но мягкий. — Долго ты тут сидеть еще будешь? Тэхён вскидывает брови и оглядывает офис, понимает, что он снова остался один. Последний. Как обычно. — Я как раз собирался закончить тут кое-что и пойти домой, — объясняется. — У нас завтра встреча с журналистами, тебе нужно отдохнуть и выспаться. — Да, но как же это? — он указывает на включенный планшет, но Чонгук только отмахивается. — Это не к спеху. Основная работа сделана. Собирайся. Чонгук забирает планшет из его рук, несмотря на упрямство Тэхёна вернуть его обратно, и торопит его к выходу. Тот, ведомый твердым голосом, забирает со стола сумку и идет к двери, кидая косые взгляды на директора. — Поужинаешь со мной? — предлагает Чонгук, когда они оказываются на улице, и, будь это возможно, челюсть дизайнера была бы уже на асфальте. — Простите? — наклоняется немного ближе, надеется, что не расслышал. — Ты наверняка полдня просидел голодный. Поужинай со мной, я настаиваю. В животе что-то скрутило. И непонятно, от голода или волнения. Тэхён выглядит сейчас очень озадаченным, а Чонгук улыбается. Это же директор. А о чем они будут говорить за едой? О жизни? О работе? О предстоящем показе? Боже! А вдруг Чонгук планировал этот разговор, чтобы сказать, что Тэхён уволен? Подготовка к показу прошла, на него достаточно посмотрели — хватит. Но ему никаких замечаний не делали… Да и кто говорит об увольнении за ужином? Тогда что? — У тебя сейчас пар из ушей пойдет, Тэхён. Что ты там надумываешь? — Ничего, — голос слишком высокий и сиплый, и Тэхён прокашливается. — Давайте поужинаем, я правда голодный. — Вот и славно. До «Hangong-gan», настоящей жемчужины среди ресторанчиков Кореи, они добираются на машине Чонгука за пятнадцать минут. Тэхён всю поездку пялится в окно, не решаясь сказать и слова, и несколько раз мысленно ударяет себя по лбу за то, что вообще согласился. Чонгук спрашивает, чего бы хотел Тэхён, и тот, без особого энтузиазма, называет то, что заказывает всегда. Они молча ждут заказ и так же молча начинают есть, когда его приносят. Но директор решает нарушить тишину. — Как себя чувствуешь перед показом? У дизайнера из-за этого вопроса еда в горле застревает. — Хорошо, — выходит как-то уж слишком неуверенно. — Хорошо? — Но волнительно, — признается, вздохнув, и Чонгук улыбается. И чему он только всегда улыбается… — Это нормально, я тоже переживаю, — произносит Чонгук, нарезая мясо на маленькие кусочки. — Вы? — удивляется Тэхён, широко распахивая глаза, и тоже тянется к ножу, но Чонгук меняет их тарелки местами. Дизайнер на это глупо хлопает глазами. — Конечно, как и перед каждыми встречами. — По Вам не скажешь, — дует губы дизайнер, не веря. — Вы выглядите довольно… непоколебимо. — Как того и требует должность директора, разве нет? Тэхён замолкает, продолжая есть, а Чонгук… А у Чонгука, кажется, проблемы с головой. Иначе почему в голове мысли жужжат, как назойливые мухи? Не те, что должны быть за ужином со своим сотрудником. Совсем не те. — В офисе все хорошо? — Да, я уже привык. И со всеми сдружился. Например, что у Тэхёна очень красивые родинки, длинные пальцы, обхватывающие вилку, пышные ресницы и чертовски пленительные губы. Или что он такой весь из себя… очаровательный. — Тэхён, — Чонгук откладывает салфетку в сторону и поднимает взгляд на парня. — Я хочу позвать тебя на свидание. Ну вот и все. Точка невозврата. Кто-нибудь! Позвоните 911. Тэхёну кажется, что у него проблемы со слухом… или он начинает принимать желаемое за действительное? Подождите, с каких это пор свидание с господином Чоном — это желаемое? — Что? — Свидание. Со мной. — Вы что, шутите так? — на грани слышимости. — Я взрослый человек, Тэхён, как и ты, — спокойно отвечает. — И говорю о своих желаниях и намерениях открыто и честно. Мне не стыдно. Ты мне интересен. Мысли в голове начинают суетливо шевелиться. Тэхён словно в лихорадке — сердце с ума сходит. Что делать в сложившейся ситуации? Хочется спрятать взгляд, а потом и вовсе провалиться под землю, потому что шея и щеки начинают предательски гореть. Дизайнер уверен, что это не ускользает от внимания директора. — Мне как-то неудобно… и нужно подумать, — взгляд бегает по лицу Чонгука, лишь бы не останавливаться на глазах, темных, пронзительных. — Я никуда тебя не тороплю — подожду, сколько потребуется. Все остальное время Чонгук расспрашивает Тэхёна о новых идеях для коллекций, о его блоге. О работе, в общем-то. Понимает, что говорить о жизни им рановато. Тэхён не станет. Не то место, не то время. Благодарен за то, что тот вообще говорит. Счет оплачивает Чонгук, наградив Тэхёна, доставшего кошелек, сердитым взглядом. А после ужина он подвозит сотрудника до остановки недалеко от дома — Тэхён свой адрес не назвал, — пожелав выспаться перед завтрашним днем. — Короче, я не знаю, что мне делать, Чимин, — Тэхён тяжело вздыхает, развалившись на кровати. Прошло несколько дней с приглашения Чонгука, и Тэхён до сих пор не дал ответ. И Чонгук не настаивает. Может и забыл уже, думает дизайнер. Чимин, хрустя чипсами, останавливается в проходе, облокотившись плечом о дверной косяк. — А он старый? — Нет, — закатывает глаза Тэхён. — Тогда можно согласиться, — пожимает плечами парень и, кинув пачку чипсов на комод, подходит к кровати друга, ложась на него сверху. И неважно, что этот самый друг под ним сейчас что-то неразборчиво кряхтит, и кровать у него вообще-то большущая. Просто Чимин уж очень по нему соскучился. — Ты мне не помогаешь, Чимин-а. — А у тебя с принятием решений всегда нелегко. Ты уже неделю его избегаешь, значит, отказывать не хочешь, да? — Ничего я не избегаю, — хмурится Тэхён. — Просто работы куча. — Ой, не трепи, — Чимин щипает друга за бок, и тот дергается. — Ну, — голос низкий, тихий. — Может и не хочу отказывать. — Ну вот, сходишь, развеешься. — Это не странно? — Что? Сходить на свидание? Да нет, обычные люди так и делают, представляешь? — смеется парень. — Идти на свидание с директором, Чимин. — Тэ, на свидании он тебе не директор, а просто Чонгук. Тэхён закрывает глаза. Он устал думать. И сомневаться тоже устал. Настанет ли момент, когда он будет уверен хоть в чем-то? Чимин тянется руками к чужим волосам, гладит, зарывается, пропуская через пальцы темные пряди. Успокаивает так. И Тэхён, чуть ли не мурлыча от мягких касаний, перестаёт волноваться. — Я соглашусь. Он мне тоже импонирует, — шепчет неразборчиво, будто проваливаясь в сон, и Чимин слабо улыбается, укладываясь на Тэхёне удобнее. Место свидания Чонгук не раскрывал до последнего момента, того самого, когда Тэхён, уже сидя в машине, нетерпеливо стучал пальцами по коленям и кидал заинтересованные взгляды то на директора, то в окно автомобиля. — Господин Чон, — измученно, словно эта поездка ничем не отличается от пытки. — Это не очень-то вежливо — скрывать, куда мы едем. А вдруг я выгляжу неподобающе? Чонгук кидает на него заинтересованный взгляд. Он быстро оглядывает парня с ног до головы. — Ты выглядишь шикарно, Тэхён, — он возвращает свое внимание к дороге, а кожа молодого дизайнера покрывается мурашками от того тона, в котором был сделан комплимент. — И зови меня по имени. Мы не в офисе, а на свидании, — напоминает. Напоминание это — кувалдой по голове Тэхёна. Он всем телом отворачивается к окну, подавляя желание выпрыгнуть из машины на ходу. Он ведь и не против романтических свиданий, но сейчас, находясь в машине с человеком, который вызывает в нем чувства восхищения, симпатии и благодарности, это ощущается непонятно. Чонгук для него… недостижимый. Наверное, из-за его положения. А вдруг он, Тэхён, Чонгуку не понравится? А им работать под одной крышей! Тэхён умрет от неловкости. Но эти мысли, навязчивые и надоедливые, исчезают, стоит машине остановиться напротив огромного, величественного здания, вокруг которого толпятся люди и охрана. — Чонгук, — глаза широкие, удивленные, и Тэхён, сам того не осознавая, хватает руку директора, которую тот любезно предложил, когда открывал для него дверь. — Где мы? — Тебе известно имя — Пак Сохи? Нет, нет, нет. Он что, привел его… — Не говорите, что это весенний показ Мисс Сохи, — Тэхён останавливается и даже задерживает дыхание, случайно сжав ладонь Чонгука. — Хорошо, молчу, — он улыбается и, пользуясь возможностью, обхватывает пальцами чужую руку, ведя парня ко входу в здание и предоставляя два билета охране. Тэхён сидит с открытым ртом, кажется, на протяжении всего шоу. Иногда он, в порыве, наклонялся к Чонгуку, чтобы прокомментировать наряд или задать какой-то вопрос. Дизайнер пытался разглядеть каждую детальку, обратить внимание на элегантные текстуры и великолепные аксессуары. Коллекция платьев блестящая, легкая, женственная и скользящая — кто-то сбоку прошептал что-то о принцессах Дисней. — Какой невероятный корсет, — шепчет Тэхён. — Это ракушка? Выглядит просто потрясающе. Как думаете, тяжелая конструкция? — Сомневаюсь, — уверенно отвечает Чонгук, будто сам занимался созданием этого образа. — Спицы довольно тонкие, ткань почти невесомая. Все для комфорта моделей и передачи настроения коллекции. — А тут, смотрите, как красиво гармонируют приглушенные оттенки и природные вышивки. Чонгук кивает, соглашаясь. По окончании показа Чонгук предлагает ненадолго присоединится к фуршету. Тэхён стреляет глазами в моделей, известных модельеров, которых видел только в сети, и не может поверить в происходящее. В одной руке — бокал шампанского, в другой — какая-то закуска, а он не успевает даже сделать глоток или укус. Слишком много эмоций, и на многое хочется посмотреть. К Чонгуку подходит пожилая пара, в которых дизайнер узнает основателей одного известного корейского бренда, и делает шаг в сторону, чтобы отойти от них подальше — незачем ему рядом крутиться, они люди влиятельные, будут говорить о делах важных, Тэхён будет только мешаться. Но мужчина удерживает его за предплечье, заставляя остаться рядом с ним. Чон перекидывается с ними словами о работе, парой фраз — о жизни. Видимо, они давно знакомы, думает Тэхён. Чонгук представляет им неловкого дизайнера, когда они кидают на него заинтересованный взгляд. — Надеемся увидеть Вас на показе «Yumi», Тэхён. Нам искренне не терпится увидеть ваши работы в коллекции, — улыбается женщина и, взяв своего мужа под локоть, прощается с мужчинами. — Устал? — спрашивает Чонгук, когда они выходят на улицу, — Нет, — отвечает, крутя головой. — Мне очень понравился показ, Чонгук. Я в восторге и, если честно, теперь меньше волнуюсь по поводу нашего показа, — дизайнер смущенно улыбается. — Я себе и представить не мог, что когда-то попаду на такое мероприятие. Я имею в виду, престижное. Тэхён осекается и смотрит на Чонгука большими глазами. — То есть, я не говорю, что Ваша компания не престижная, просто я никогда не думал, что попаду на такой важный показ в качестве гостя. Но и как работник, я тоже… — Успокойся, Тэхён, я тебя понял. — Нет, правда… — Я знаю, — Чонгук улыбается и кивком предлагает парню взять его под локоть. Они гуляют еще около двух часов перед тем, как Чонгук отвозит Тэхёна домой. Во время прогулки больше приходится говорить, конечно, дизайнеру — Чонгук вынуждает. Задает вопросы об обычной жизни, о домашних животных, о друзьях, полностью игнорируя работу. И Тэхёну, разумеется, жутко неловко. Он и не помнит, когда в последний раз говорил с кем-то о чем-то обыденным, о себе, не считая маму или Чимина. Его работа — его жизнь. Он без этого себя не видит. Но все-таки рассказывает о Чимине, о том, что хотел бы завести собаку, но не может, потому что съемная квартира не позволяет, о том, чем ему нравится заниматься на выходных. И Чонгук слушает, внимательно и заинтересованно, не отвлекаясь на приходящие сообщения или поступающие звонки. Переступив порог дома, Тэхён облегченно выдыхает. Он переодевается в домашнюю одежду, принимает душ и, включив торшер, растягивается на постели. Хватается за телефон, услышав звук уведомления, и закусывает губу, пряча улыбку. Он почему-то чувствует себя сейчас очень счастливым и энергичным. Наверное потому, что свидание понравилось. Или потому, что Чонгук отправил сообщение: «Спасибо за свидание, Тэхён. Надеюсь, ты согласишься сходить со мной на еще одно. Было приятно провести с тобой время. Отдыхай. Доброй ночи». И Тэхён с радостью согласится на еще одно. Хоть это и сбивает с толку. Новая неделя начинается с прохлады и осенних дождей. А вместе с тем, и с плохим самочувствием Тэхёна. Парень еле поднимает себя с кровати, а когда смотрится в зеркало в ванной, испуганно охает. Губы сухие, глаза слезятся, так бонусом еще и суставы ломит. Переутомление лучезарно машет ручкой. Приехали, думает дизайнер. Он закидывается таблетками, которые только смог найти в ящике на кухне, перед рабочим днем. Для профилактики. Или уже не совсем. Ему же сейчас болеть совсем нельзя! Показ через две недели, а у него еще столько дел. Он просто не может позволить себе отгул. Сам себя за это винить будет. У него только всё налаживаться начало, дела в гору пошли. Ничего, и не такое переживали — Тэхён кидает в сумку консилер, жидкие румяна и масло для губ. Чтобы скрыть признаки болезни. Когда это не спасало? Первую половину дня Тэхён держится молодцом. Закрывает задачи, обсуждает детали показа с коллегами и даже идет на обед с Мингю и Суён. Правда, еда в горло не лезет, но это неважно. На вопросы бросает лишь: «Не голоден». Дизайнеры обсуждают планы на выходные, и Суён говорит, что им обязательно нужно сходить куда-нибудь вместе после показа, расслабиться и выпить. Тэхён и Мингю соглашаются. Но уже спустя час после перерыва, самочувствие Тэхёна ухудшается. Парня бросает в озноб, и ему приходится укутаться в бомбер, в котором он пришел на работу, но даже это не помогает. Голова жутко раскалывается, а концентрироваться на работе все тяжелее. Минхао спрашивает, все ли в порядке, заметив поникшего парня. Тэхён кивает. — Я скоро вернусь, — говорит коллегам и встает с места. Он решает выйти в коридор, чтобы умыться и взять себе воды в автомате, заодно перевести дух. Тэхён проводит в уборной добрых десять минут, оперевшись руками на раковину. Смотрит, как капельки воды медленно стекают по лицу и ударяются о керамику. Становится немного легче. Тэхён глубоко дышит. Приведя себя в порядок и расчесав пальцами небрежно лежавшую челку, он снова выходит в коридор. Он направляется к автомату, который расположен на этаже. Пройти всего-то несколько офисов. Когда он проходит мимо кабинета директора, дверь неожиданно распахивается, и Тэхён тормозит перед ней. Чонгук удивленно смотрит на него. — Здравствуйте, господин Чон, — Тэхён кланяется и поднимает взгляд. А сердце начинает стучать быстрее, будто всего за пару дней успело соскучиться. — Здравствуй, Тэхён, — директор рассматривает его с ног до головы и хмурится. — Не пойми меня неправильно, но ты выглядишь не очень. Что-то случилось? — Нет, все в порядке, — быстро отвечает и машет головой. — Заходи, — Чонгук делает шаг назад, пропуская Тэхёна в свой кабинет, и закрывает за ним дверь. Смотрит, внимательно, цепко, но с тревогой, которую легко улавливает дизайнер. — У тебя щеки розовые. — Это румяна, — Тэхён продолжает защищаться, хотя знает, что ему не верят. — Дай мне руку, — Чонгук просит, вытягивает свою ладонь и ждёт, когда дизайнер сделает то же самое, но тот только хлопает глазами. Чонгук вздыхает: — Тэхён. Пожалуйста, — настаивает. Дизайнер неуверенно вытягивает руку вперед, и когда Чонгук легко сжимает ее, кожа Тэхёна покрывается мурашками. — Ты горячий, — говорит и тянется к чужой щеке, осторожно касаясь ее тыльной стороной ладони. — У тебя температура? — Нет, — выходит слишком громко, и Тэхён, смутившись, кидает взгляд в пол. — Почему ты не сказал мне? — спрашивает в спокойном тоне. — Я бы без проблем отпустил тебя домой. — Потому что я не хочу домой. У меня много работы. — Тэхён, ты здесь не под дулом пистолета работаешь. Так что не нужно тут до потери пульса трудиться. Тэхён вздыхает, а Чонгук снова тянется к его лицу, заправляя прядь волос за ухо. Нежничает. На работе. — Я бы и сам отвез тебя домой, но у меня совещание. Я вызову тебе такси. — Я сам могу добраться, господин Чон, — поднимает взгляд на Чонгука, и лучше бы он этого не делал. Чонгук впервые смотрит на него так. Ласково, заботливо, уверенно. В Тэхёне что-то ломается. Может, стены, которые он обычно выстраивает с каждым новым знакомым. — Ты не поедешь домой самостоятельно в таком состоянии. — Вы преувеличиваете, — заикается Тэхён. — Тэхён, я говорю с тобой сейчас не только как директор, но и как человек, которому ты небезразличен, — говорит Чонгук. — Я хочу убедиться, что ты доедешь быстро и спокойно. — Ладно, — сдается и смотрит, как Чонгук достает из кармана брюк телефон, чтобы вызвать машину. — Когда доедешь, посмотри, какие медикаменты у тебя есть. Если чего-то нет, напиши мне — закажу. Завтра, в идеале, сходить бы тебе к врачу. Понял? — Да. — Хорошо. Идем, я провожу тебя, — Чонгук открывает дверь для Тэхёна. — Сейчас я только сумку заберу, — предупреждает и спешит в офис. Вечером Тэхён действительно забирает доставку с лекарствами и пишет Чонгуку, чтобы поблагодарить его и узнать, сколько это все стоило. Мужчина на это просто интересуется его здоровьем, игнорируя вопрос денег. В конце только пишет: «Даже не вздумай приходить завтра. Я предупредил охрану, чтобы тебя не пустили». Тэхён удивляется. Он шутит или нет? Чонгук пишет и на следующий день, снова спрашивает о самочувствии и о том, ходил ли Тэхён в больницу. А потом: «Могу я заехать к тебе вечером?» На логичный, по мнению, дизайнера вопрос «зачем» прилетает вполне логичный, по мнению Чонгука, ответ: «соскучился, переживаю». Тэхён со стоном откидывается на подушку. Зачем он с ним так… откровенничает? Заставляет к себе привязаться, почувствовать себя нужным, дорогим. Как будто знает, что Тэхёну нужно. А Тэхён ведь и не знал, что такие теплые чувства могут зародиться к человеку, который недавно был лишь прохожим, с которым он столкнулся на улице. «Приезжайте, если Вы не заняты». Чонгук приезжает ближе к семи. Тэхён принимает от него пакет с фруктами, сладостями, упаковками чая, ставит чайник, трется у столешницы, не зная, чем себя занять. Он всё норовит поправить салфетницу, покрутить в руках чашку, открыть ящик, вдруг там появилось что-то новое. Чонгук видит его сейчас другого, домашнего, болеющего, уязвимого. Это ощущается странно. Мужчина подходит к Тэхёну, кладет ладонь на лоб, проверяет температуру. — Все в порядке, немного упала. Скорее всего, только ночью снова поднимется. Чонгук кивает и ведет прохладными пальцами по виску, щеке, совсем невесомо. Изучает его. Не может оторваться. Не хочет. Тэхён смотрит в ответ. Пристально, уверенно, как ему кажется. Но Чонгук замечает, как подрагивают темные ресницы, а дыхание сбивается напрочь. Ему льстит эта реакция. — Чайник закипел, — еле слышно шепчет дизайнер, и мужчина отходит к столу. Тэхён открывает упаковки со сладостями, которые привез Чонгук, упрашивает его рассказать о делах на работе, и мужчина, тяжело вздыхая, отвечает на все его вопросы. Не хотелось ему о работе говорить с заболевшим Тэхёном и вне офиса, но перед дизайнером устоять сложно. Чонгук, не уверен, что смог бы. — Мне жаль, что я заболел в самый разгар подготовки к показу, — признаётся Тэхён. — Ничего. Главное, чтобы ты как можно скорее выздоровел. Остальное может и подождать. — Если бы это случилось с Мингю, ты бы сказал ему то же самое? — Постарался бы, — усмехается Чонгук. Тэхён улыбается. — Расскажи мне что-нибудь, — просит, ставя одну ногу на стул и подтягивая к себе колено. — Что ты хочешь знать? — Не знаю, — пожимает плечами Тэхён. — А ты обо всём расскажешь? — Постараюсь удовлетворить твое любопытство. Дизайнер ненадолго задумывается, прежде чем спросить: — Каким ребенком ты был? — Такой вопрос из всех возможных ты решил задать? — удивляется Чонгук. Тэхён улыбается, откусывая кусок шоколадного печенья. — Непослушным, вечно орущим и… страшно красивым. — Ты? — смеется дизайнер. — Насчет последнего, не сомневаюсь. — Не веришь мне? — вскидывает брови. — Тебе стоит поговорить с моей матерью. — Я был таким же. Какой сейчас. — Обаятельным? — Не очень уверенным в себе, спокойным и застенчивым, — отвечает Тэхён. — Это и делает тебя обаятельным, — мягко говорит Чонгук. — Но мне бы хотелось чаще видеть тебя уверенным в себе, как тогда, на улице, или в офисе, когда ты впервые предложил свою идею Хосоку и Суён. — Я знаю. Мне тоже этого хотелось бы. Чонгук думает о том, что он хотел бы знать, что давит на Тэхёна, что мешает ему быть громким, инициативным, более решительным. Интересно, был ли он когда-то другим? Не сомневающимся в себе и идущим напролом? Тэхен не знает, температура ли это, или, может, это Чонгук так на него влияет, что он, расслабившись в его присутствии, вспоминает о своих детских мечтах, о первом проекте, рассказывает о Чимине. Он даже не заметил, что обращался к Чонгуку все это время на «ты». Тэхёну кажется, что Чонгук его понимает, не задает лишних вопросов, не лезет туда, куда дизайнер не позволил бы. Слушает и рассказывает о себе тоже. Он за это благодарен. Чонгук находится здесь не как директор, начальник, профессионал, а как человек, которому интересен Тэхён. Из-за этого живот сводит приятными спазмами, из-за этого сердце сбивается с привычного ритма. Вот же он, тот самый Чонгук, который несколько месяцев назад для Тэхёна был глубоким и безграничным небом. Сейчас он больше похож на водную гладь. Всё такую же глубокую, наполненную тайнами, но в то же время спокойствием и гармонией. Дизайнер ловит себя на мысли, что он привык к присутствию мужчины в своей жизни. С ним чувствует себя хорошо. С ним чувствует себя значимым и дорогим. — Я напишу тебе завтра. Отдыхай. И не забывай пить лекарства, — напоминает Чонгук, застегивая молнию на куртке. — Хорошо. Спасибо, что приехал. Мне стало даже… лучше, — смущается Тэхён. — Позвони мне, если что-то понадобится. — Ладно. Чонгук так и стоит, как будто хочет сказать что-то еще. Но он не говорит. Только медленно тянется к Тэхёну, останавливаясь в нескольких сантиметрах от его лица, опаляя горячим дыханием. А тот вовсе перестает дышать. — Я же болею, — шепчет, прикрывая глаза. Кожа покрывается мурашками. С Чонгуком это явление сопровождает Тэхёна все время. Стоять становится тяжело, тело будто начинает шатать в разные стороны — хочется за что-то ухватиться. Больше он ни о чем не успевает подумать, потому что Чонгук нежно накрывает чужие губы своими, целует, сладко, тягуче. Он будто напоминает, что чувствует по отношению к Тэхёну. «Я здесь, я с тобой. Посмотри, что ты делаешь со мной». И дизайнер хочет ответить, сказать, что он тоже! Чувствует то же самое! Он хочет поцеловать в ответ, притянуть так близко, чтобы чувствовать чужой пульс, чтобы сойти с ума от ощущений. Но мужчина отстраняется и, улыбнувшись, выходит из квартиры. Оставляет Тэхёна один на один с бешено колотящимся сердцем. Внутри него сейчас настоящий коктейль из эмоций. Там и волнение, и возбуждение, и наслаждение, и смущение... Чего там только нет! Он касается своих губ пальцами, непроизвольно. Губы Чонгука мягкие и теплые. Их хочется еще раз ощутить на своих. Тэхён улыбается, как дурак. Наверное, он действительно влюблён. Ноябрь наполнен ожиданиями, надеждами, иногда переживаниями и беспокойством, но Тэхён чувствует нечто, кружащее в воздухе, волшебное, теплое, что согревает ночами и заполняет собой мысли днём. Это нечто шагает за ним по пятам, иногда достает во снах и усиливается в десятки раз, стоит Чонгуку появится в поле зрения. Тэхён его молчаливое признание принял. Всю ночь после их первого поцелуя не мог уснуть. Ворочался, думал, вздыхал, но себя ведь не обманешь. У Тэхёна с ним внутри что-то расцветает. Чонгук его ни о чем больше не спрашивает. Дизайнер возвращается на работу, а Чонгук водит его на ужины после трудового дня, приглашает на прогулки и крадёт короткие поцелуи в машине перед разлукой. Тэхён не противится. Сам прижимается ближе, горячо выдыхая в чужой рот. А возвращаясь домой, утопает в мыслях о том, что мужчину об их статусе нужно спросить. Он ждет от Тэхёна ответ? Или они решили все еще тогда? Хочет спросить, но подходящего случая всё не предоставляется — последние дни подготовки, а после них долгожданный весенний показ. Тэхён в этот день весь на взводе, и ведь поговорить даже не с кем, чтобы хоть на секунду заглушить мысли, все занимаются своими делами. Но стоит первой модели выйти на подиум, он облегченно выдыхает. Он смотрит на выставочный зал, заполненный гостями и репортерами. Находит в каком-то из рядов Чимина, и тот, почувствовав взгляд, поворачивает голову. Они улыбаются друг другу, и Тэхён мысленно благодарит друга за то, что он привел его сюда несколько месяцев назад. Его жизнь так перевернулась с того самого дня, хотя казалось, что ничего уже не выйдет. Тэхён — он ведь не особенный совсем. А теперь он стоит здесь, смотрит на подиум, сверкающие вспышки фотоаппаратов и чувствует себя таким. Особенным. На афтепати к Тэхёну подходят несколько человек, отметив его интересные дизайны и волшебные детали в образах. Он радостно улыбается им, обещая стараться и дальше, и сразу же рассказывает об этом Чимину. И как бы ему не было приятно пообщаться с гостями и лучшим другом, взгляд бегал по помещению в поисках другого человека. — Да не потеряется твой Ромео, наверняка, общается с репортерами или знакомыми из мира моды, — усмехается Чимин и кладет в рот канапе. — Очень смешно, — закатывает глаза. Чимин пожимает плечами. Он тянет со стола бокал шампанского и осматривает зал. В помещении играет музыка, и он качает головой в такт, разглядывая всех присутствующих. — Это не он? Тэхён прослеживает за его взглядом и поворачивает голову в сторону выхода, где Чонгук разговаривает с женщиной в роскошном бордовом платье. — Наверное, он сегодня весь вечер будет занят. Мне не стоит сильно надеяться, что у него найдется на меня время. — Я так не думаю, — не соглашается Чимин. — Почему? — спрашивает и замечает, как директор, улыбнувшись и поклонившись женщине, разворачивается и идет в сторону стола. — Я пойду, — предупреждает и легко сжимает плечо Тэхёна, перед тем как двинуться в самый центр зала. Чонгук, мягко улыбаясь, приближается к Тэхёну. А Тэхён понимает, что за день успел соскучиться. Немыслимо. Скоро и часа без него не протянет. — Искал меня? — спрашивает директор, обхватывая рукой чужую талию. — С чего ты взял? — играет, а тело покрывается мурашками. — Надеялся, что ты хоть немного хотел меня увидеть, потому что я соскучился до смерти, — говорит он, а краской заливается Тэхён. Ничего нового. — Хотел, — неуверенно говорит, выпутываясь из чужой хватки. — И поговорить с тобой хотел. — Что такое? — Мы можем выйти отсюда? Чонгук кивает ему в сторону двери, и они, минуя охрану, выходят на улицу. Погода в последнее время холодная, поэтому Тэхён, одетый только в рубашку и жилет, сразу же покрывается мурашками. — Так вот, — начинает Тэхён, но замолкает, когда чувствует, что на его плечи ложится пиджак мужчины. — Спасибо… — О чем ты хотел со мной поговорить? — Я хотел узнать кое-что, — делает паузу, выводя носком туфли полуокружности на асфальте. — Почему ты… ни о чем меня не спрашиваешь? Чонгук вскидывает брови. Не спрашивает о чем? Не понимает, к чему тот клонит. — Ты хочешь услышать от меня что-то конкретное? — Я думал, ты хочешь услышать от меня ответ, — тихо говорит дизайнер, озираясь по сторонам. — Я думал, ты спросишь меня… о нас. Извини, если это звучит глупо, но мне важно обозначить какие-то границы между нами, иначе я чувствую себя потерянно. — О, Тэхён, mon trésor, — Чонгук подходит ближе и нежно обхватывает холодные щеки Тэхёна ладонями. — Я не хотел перенимать твоё внимание. Ты был так увлечен показом, поэтому я хотел, чтобы ты пережил эти эмоции, не отвлекаясь на меня. И, конечно, я все так же сильно хочу быть с тобой. Рядом. Всегда. Эти слова эхом отдаются в голове, а сердце замирает, очарованное, как и сам Тэхён. Чонгук с ним хочет. Рядом. Всегда. Их отношения — это сидеть за одним столом на перерывах, улыбаться друг другу из разных углов комнаты, это милые прозвища на французском от Чонгука, крепкие объятия, задорных смех Тэхёна, видео с парными образами и настольные игры по вечерам в квартире Чонгука, куда Тэхён переехал спустя четыре месяца после показа. Тэхён поначалу думал, что все это происходит не с ним. Каждый раз вспоминал поцелуй в его квартире, разговор на показе, взгляд Чонгука на себе и не мог поверить. Он, Чонгук, в него? Его директор, прохожий, с которым он столкнулся на улице теплого Сеула. В Тэхёна? Который тонет в сомнениях, страхах и вообще не уверен, что заслуживает такого человека, как Чонгук. Не верил, а мужчина каждый день доказывал обратное. Чонгук в него без памяти. По-настоящему. Заставлял чувствовать себя исключительным. И целовал везде, куда только могли добраться губы, так трепетно, так нежно, будто Тэхён действительно самое дорогое, что у него есть. Будто он его сокровище. Показывал, как он его жаждет. Душой, телом, сердцем. Чем угодно. Чонгук готов отдать ему все. Тэхён наконец разрешает себе быть с Чонгуком открытым, недовольным, вредным и шумным. Старается, несмотря на то, что иногда хочется дать себе по голове за незрелость и чрезмерную эмоциональность. Чонгук это ценит. — Все, Чонгук, я не пойду никуда, — сдаётся и падает на кровать, прижимая руками подушку к лицу. — Тэхён, mon trésor, мы опоздаем, если не выйдем через пару минут, — спокойно отвечает мужчина, прислонившись к косяку двери плечом. — У меня нет ничего, что могло бы соответствовать твоему образу. И я не в настроении. И ты слишком сексуально выглядишь с этим вырезом. Иди один. Чонгук, улыбаясь, отталкивается от двери и крадется к Тэхёну. Матрас с краю прогибается под его весом. Мужчина ведет рукой по чужому голому бедру, посылая электрические разряды. И себе, и возлюбленному. Он наклоняется к Тэхёну, утыкается носом в шею и слабо кусает за ключицу. Дизайнер прижимает подушку еще ближе к себе. Надеется, что она его впитает, как губка — воду. — Что ты делаешь? — злобно шипит. — Не знаю, — бесстыдно пожимает плечами, поднимаясь короткими поцелуями вверх по шее. — Просто хочу, чтобы мой мужчина обратил на меня внимание, уделил полчаса времени встрече, на которую мы собирались поехать, а потом… — Что потом? — спрашивает, отодвигая подушку от себя. — Я весь твой. — Прям уж весь? — щурится. Чонгук дергает бровями. — Ладно, — Тэхён резко прижимает Чонгука к себе за шею, оставляет на его губах жесткий поцелуй и подрывается с места. — Я возьму твой черный пиджак. Тэхён с Чонгуком раскрывается. Творит. Любит. Любит, когда Чонгук, просыпаясь первым, делает им завтрак на двоих. Любит, когда он разминает шею после сна. Любит, когда Чонгук оставляет на его губах поцелуй, ведь перерыв на работе заканчивается. Когда они болтают вечерами на кухне с выключенным светом и единственной зажженной свечой. Или когда устало зовет его «сокровищем», предлагая пойти в постель. Любит, когда между их телами не остается ни миллиметра воздуха и когда дыхание одно на двоих. Любит, когда простыни впитывают стоны. Когда Чонгук толкается в него глубоко и медленно, растягивая удовольствие. Тэхён понимает, что любит, когда отдаёт в ответ. Душу, тело, сердце. Он Чонгуку готов отдать всё. Тэхён с ним чувствует себя собой, знает, что ему не нужно притворяться и быть идеальным. Чонгук его принимает. И однажды он обязательно наберется смелости, чтобы произнести вслух то, о чем думает каждый день. Каждый час. Каждую секунду своей жизни — эта мысль просочилась в каждую клеточку тела. Тэхён любит. — И что ты думаешь об этом? Чонгук спрашивает, поглаживая плечо Тэхёна пальцами. На часах — за полночь. Дизайнер двигается ближе, касаясь ладонью горячей груди. Водит по ней ногтями, вырисовывает окружности и ломаные. Он ведет плечом. Ничего не думает. — Я думаю, это отличный шанс… — продолжает Чонгук. — Мне придется уйти из твоей компании, Чонгук. Разве ты не будешь злиться на меня? — поднимает на него взгляд. — Злиться на то, что ты прокладываешь себе карьерный путь? — Даже если так. — Глупости, Тэхён. Я поражаюсь тому, что происходит в твоей голове. — А если я не справлюсь? — в глазах страх. — Откуда такая неуверенность? — шепотом. — Ты только взгляни, как далеко ты зашел. И ты способен на большее. А я буду рядом с тобой. Буду держать за руку, поддерживать, подталкивать, если тебе это будет необходимо. Ты невероятен, mon trésor. И не думай говорить, что это не так. Я не позволю. Тэхён благодарен. За то, что его неуверенность принимают. За то, как Чонгук гладит его, заглядывая в уставшие глаза. За то, что слушает и слышит. Благодарен за любовь, которую мужчина дает и за то, что учит, как любить себя. — Я люблю тебя, Чонгук, — легко вырывается из самой груди. — Скажи еще раз, мне кажется, я плохо расслышал, — мужчина отодвигает указательным пальцем ухо, приготовившись слушать. — Люблю тебя, говорю, — Тэхён улыбается. Чонгук громко вздыхает, прикрывая глаза. — Боюсь, теперь я не смогу жить, если не буду слышать это каждый день. Два раза. С утра и перед сном. Тэхён смеется, цепляя чужой подбородок пальцами. — Поцелуй меня, — просит. — Не могу себе в этом отказать. Чонгук приподнимается на локте, вовлекая Тэхёна в глубокий поцелуй, толкается языком в рот, выбивая из дизайнера тихие стоны. Внизу живота закручивается горящий узел. Тэхён закрывает глаза, отгоняя вместе с тем мысли о сегодняшнем предложении о переводе на другое рабочее место, о своем будущем. Он об этом подумает завтра. Сейчас он с Чонгуком. А с ним ему ничего не страшно.