Одна такая

      Сильная рука Анны с громким хлопком опускается на щеку Лэйн, заставляя отшатнуться. Пальцы девушки сразу аккуратно притрагиваются к покрасневшему от удара месту. Голубые глаза шатенки стреляют опасным блеском. Пересохшие губы сжимаются в тонкую линию, что говорило о том, что ещё немного и преград для того, чтобы просто-напросто застрелить девушку не будет.       Лэйн терпеливо сглатывает накопившуюся слюну и находит силы заговорить. – За что на этот раз? – спрашивает она уже далеко не впервые. Анна хмыкает и хмурится сильнее. – Чтоб руки не распускала. Дура. Девушка приподнимает одну бровь. – Ты первая поцеловала меня. – уточняет Лэйн, но шатенку это не беспокоит от слова совсем. – Я не хотела этого. Фраза, после которой злость и обида на Анну захлёстывает волной. Девушка срывается с места с такой скоростью, что Анна не успевает оттолкнуть, накричать, ударить. Криптограф словно нашла лазейку, с помощью которой получилось избежать подобного исхода событий. Ее тонкие пальцы крепко сжимают белую кофту девушки, дёргают на себя. Глаза наполняются слезами от раздражения, а челюсть сжимается, стараясь удержать накопленные месяцами грузы недосказанности. Анна в свою очередь успевает лишь ахнуть и уже вскоре чувствует, как ее спина прижимается к холодной стене, заставляя тело вздрогнуть от неожиданной смены температуры. Лицо девушки на достаточном расстоянии, чтобы та могла легко ощутить пылкое дыхание с чужой стороны. – Не хотела? Ты не хотела? – переспрашивает Лэйн, надеясь услышать ответ. Как ни странно его не последовало. Голубые глаза смотрят нечитаемым взглядом напротив. Жёсткий, наполненный огнем он рассеивается будто в тумане, оставляя некую слабость и боль. Скорее всего она понимала, что продолжать отравлять Лэйн, как подвальную крысу с каждым её появлением нельзя, но почему-то продолжала, не желая подпускать ближе. Боялась? Специально так делала? Или может сама не знала причины? По классике жанра вопросов было много, а ответов почти нет. – А ты знаешь как я хотела? – начинает девушка шепотом, не сводя своих проницательных глаз с девушки. – Конечно не знаешь. Ничего ты не знаешь. Ничего не замечаешь, потому что не хочешь замечать. Ведёшь себя, как подросток, боишься себя и своих же чувств. Постоянно бегаю за тобой, как собачонка, а ты только и рада отшивать меня раз за разом. Раз за разом! Раз за разом, я слышу в свой адрес только то, что я дура. Чтобы я отстала, чтобы не приближалась, что убьешь меня. Убей. Но перед этим признайся, как любишь меня. Как думаешь обо мне день и ночь. Признайся, Анна. – на одном выдохе произносит Лэйн. Ее грудь нервно поднимается и опускается, выжидая слов. Выжидая любого неоднозначного взгляда, любого вдоха, выдоха, касания. Она была готова на всё, лишь бы почувствовать то, что небезразлична. Что любима и желанна, что в ее глазах она хороша и красива, как никто другой. Но в ответ следует противное молчание. Молчание противнее любых чувств подобных ревности и гневу, слез и боли.       Понимая, что ответа, скорее всего, не последует, криптограф выпрямляется, опуская руки по бокам от бёдер. Быстро развернувшись, делает резкий и уверенный шаг из комнаты, но плечо необъяснимым образом отводиться назад. Секунда для осознания, секунда для понимания и секунда для решения. Одним грубым движением шатенка захватывает девушку в охапку и наклоняется к ее губам. Реакция Лэйн не подводит и она задирает голову вверх, позволяя губам Анны уткнуться в ее шею. Она тут же вдыхает, смотря в потолок. – Ты же не хочешь этого. – на выходе произносит Лэйн, заставляя Анну прикусить губу. – Хочу, Лэйн. Ты одна такая, кого я так сильно хочу. Криптограф усмехается. – Не верю. Вдруг ты опять скажешь, что я дура и мы не должны заниматься подобным? Я же не достойна такой, как...– девушка не успевает договорить, как жёсткий и громкий голос Анны встревает в ее дразнящий монолог. – Закрой рот, я прошу тебя. – рявкнула она, накрыв губы девушки своими. Этот поцелуй был наполнен одним. Решительностью. Никогда Лэйн не ощущала подобного и только сейчас почувствовала какого быть любимой этой девушки. Какого находиться в сильных руках и какого быть во власти грубого, страстного, отчаянного поцелуя. Ее язык проникает сразу же, захватывая, желая, забирая. Словно говоря о том, что она готова решить и готова сделать шаг, который изменит её. Изменит Лэйн. Изменит то, что между ними давно построено и давно разрушено. Девушка больно кусает нижнюю губу шатенки, заставляя ту поморщится. Действие должно было заставить ее отстранится, должно было оттолкнуть и разгневать. Но ни того, ни другого не последовало. Наоборот, словно к ее телу случился необъятный прилив жара.       Вскоре напористость сменилась нежностью. Долгожданной лаской. Отстранившись лишь на секунду, чтобы набрать воздуха, губы девушек соединяются вновь, становясь одним целым. Руки уже не кажутся такими грубыми, а взгляд не таким жестоким. Совсем скоро сама Анна опускается влажными губами по шее любовницы, а затем и по голым ключицам, вызывая тихие, сладкие стоны. Редкий шепот имени шатенки, судорожно бегающие по одежде пальцы, желающие ее скорее снять. Чувства становятся сильнее каких либо рамок, сильнее всего, что происходит вокруг. Ощутив любовь, о которой так мечтала Лэйн, даже книга апокалипсиса не кажется настолько значимой, как она. Как родная, до жути противная, но настолько любимая Анна.       Не проходит и минуты, как комок помятой одежды оказывается в углу и без того маленькой комнаты. Нависая над Лэйн, Анна ловко оборачивает ее к себе спиной и жадно проходится губами от шеи по спине до самой застёжки лифчика. Недолго думая девушка путается в собственных движениях и с силой дёргает ткань. Слышится треск и грудь Лэйн уже в распоряжении девушки сверху. Сама криптограф оборачивается на спину и опускает руки на сильные плечи девушки, сжимая. Она ощущает влажные поцелуи на уже полностью обнажённом теле. Чувствительная кожа сразу же откликается на прикосновения, заставляя дышать более учащённо. Пройдя языком прямо между грудей, Анна сползает с постели на колени, подтягивая любовницу за бедра ближе к себе. Оставляет пару укусов на внутренне стороне бедра, ощутив, как мышцы Лэйн напряглись. – Ты боишься? – спрашивает она тихо, но ощутимо. Лэйн тихо вздыхает и с особой честностью кивает. Понимает как хотела, хотела давно и так долго добивалась. А теперь вот. Оно буквально здесь, в ее руках, ее самое заветное желание. Заполучить Анну, отдать ей всю себя. Страх, казалось бы, ни к чему, но он, по неизвестной причине, присутствует, заставляя Лэйн злиться на себя за это. Вдруг она сейчас встанет и уйдет? Начнет насмехаться, а потом и вовсе перестанет разговаривать? Вдруг после этого она не удосужится бросить на Лэйн краткий незначительный взгляд. Будет ощущать к ней одно лишь отвращение? Неуместные мысли начали посещать голову, сбивая настрой.       Анна, заметив беспокойство сразу же подтягивается к ней, проводя ладонью по щеке. Ещё не так давно она огрела это место пощёчиной, а сейчас гладит в успокаивающем жесте. – Не надо, Лэйн. Это лишнее. – говорит она и на этот раз проводит рукой по волосам, а затем скользит пальцами до подбородка и приподнимает его. – Ты доверяешь мне? – спрашивает Анна. Вопрос висит в воздухе с минуту и вскоре со стороны Лэйн виднеется уверенный кивок. – Доверяю. Уголки губ Анны ползут слегка вверх. Один короткий поцелуй в губы и она уже вновь на прежнем месте. Ласково сжав стройные бедра девушки, она припадает языком к давно возбуждённой точке. Лэйн тут же вскрикивает, но вскоре прикрывает рот ладонью. Затем звуки дыхания и сдавленных стонов заполняют комнату. По телу Лэйн проходит испарина, заставляя пальцы партнёрши соскальзывать. Ее язык на удивление умелый, аккуратный, ласкающий. Казалось она желала ее больше всего на свете. Даже если все люди в мире исчезнут, она была готова остаться с ней, отдав всё и всех. Противореча самой себе понимала, насколько это странно. Ещё недавно она была готова разорвать девушку в клочья только за то, что та позволила себе лишнее прикосновение руки, бедра, а уж тем более губ. А сейчас, когда чувства обрели долгожданную свободу, от холода и жестокости не осталось и следа. Осталась лишь любовь и значимость. Забота и желание быть рядом, несмотря на всё, что происходит вокруг. В этот момент мир отошёл далеко на второй план. Все проблемы и все, что происходило до этого было настолько неважным, что обе девушки совсем потерялись во времени.       Выгнувшись в спине, Лэйн издала протяжный вздох и почувствовала настоящую бурю наслаждения. Наслаждения, которое доставила ей Анна. Девушка в свою очередь упала рядом, смотря в потолок. Обнаженные, открытые словно книга и страстные, как бушующий вулкан. Криптограф хотела узнать, желала ли Анна получить удовольствие, но, словно прочитав мысли девушки, она молча покачала головой, сжав руку партнёрши. Пальцы крепко переплелись, держась за друг-друга, как за самое важное, как за самую последнюю надежду в этом жестоком мире.       В один момент обе поворачиваются друг к другу. – Ты одна такая, Анна. – Ты одна такая, Лэйн. И вновь поцелуй, говорящий больше, чем тысячи слов.