Местный чудак

Обманул. Зелёные глазенки грустно провожают состав. Оттуда, из окна вагона, на него наверняка смотрит тот самый. Он впервые ощутил что-то, настолько сильно колящее сердце. Никакая царапина или ранка не придавала столько боли. И ему в разы досаднее от невозможности осознать собственные чувства. Никто больше не объяснит. Он вернётся к одиночному образу жизни, скитаясь по городу без цели, ловя на себе косые взгляды. Черный кот трётся у ног. Он поднимает животинку на руки и убегает восвояси. Слезы - это, пожалуй, больнее увечий. Никогда ещё люди не казались такими отвратительными. Они хуже самого Ясека-Птасека, ужаснее всяких белухов. ••• Красиво здесь, в Пястуве. Голландец никогда прежде не бывал в Польше, потому новая обстановка должна здорово встхрянуть его и заставить забыть о былых проблемах. В конце-концов, он давно поклялся себе, что уже отпустил горе. К самому тротуару подъехал красный запорожец, посигналив зазевавшемуся мигранту. Шатен схватил свои скудные пожитки и сунул их в багажник, который уже любезно открыл водитель. Мужчина средних лет что-то пробурчал себе под нос и скомандовал садиться. Голландец потянул ручку на себя, и дверца открылась с неприятным хрустом. Город Пол выбирал наугад: просто тыкнув пальцем в карту Польши. Удобнее было бы заселиться где-то в Варшаве, которая, между прочим, находится всего в сорока минутах езды, однако после пережитого хотелось найти лишь покой и уединение, коими обычно пропитаны подобные мелкие городишки. Ещё проще было бы остаться в Голландии, просто уехать подальше от столицы, но Пол твердо решил, что если и менять обстановку, то кардинально. Тер-Вурде грустно улыбается, глядя в окно, на покрапывающий дождик. Маме бы здесь понравилось. Мужчина за рулём резко поворачивает за угол и останавливается у маленького домишки. Хлипкий, старенький, с покосившимся забором, зато свой. Грубый голос вещает об окончании пути. Вновь выходить на холодную улицу не хотелось, но Пол пересилил себя и потянул за ручку двери. Хозяйка с ключами от дома ещё не подошла, потому шатену пришлось поставить чемодан на дряхлый асфальт и усесться сверху. Консервная банка отчалила, сопровождая это громким кряхтением мотора, и Пол остался совсем один на пустой улице. Никому бы не захотелось выходить сюда в такую погоду. Казалось, что все вокруг вымерло, и лишь дождь намекал на то, что где-то в этом городишке ещё осталась жизнь. Тер-Вурде погрузился глубоко в свои мысли, разглядывая улочку. Это частный сектор, потому многоквартирных двухэтажек поблизости не было. Должно быть, здесь очень спокойно. Ощущение, что за ним следят, подобралось слишком резко и накрыло с головой. Голландец замер в оцепенении, а затем, с первыми мурашками от страха, а не от холода, стал искать одним лишь взглядом то, что нарушало его покой. Кусты зашевелились и Пол напрягся, готовый обороняться, однако из-за ветвей выпрыгнула черная киса. Животное отряхнулось от дождя и стало пристально смотреть на нового соседа. Зелёные глаза смотрели до того пронзительно и умно, что парню стало ещё больше не по себе. – Милок! Голос старушки прозвучал резко, но вовсе не напугал. Голландец отвёл взгляд к источнику шума. Присутствие человека от чего-то заставило чувствовать себя куда лучше, несмотря на то, что в последнее время Пол осознанно старался отгородиться от людей. – Замёрз уже небось? Пойдем, пойдем. Женщина поспешила отворить забор, а за ним и дверь. Оказалось, что замки поддаются очень плохо. Надо бы сменить. Мадам запустила нового постояльца в дом, сразу же включая жёлтую лампу, озарившую лишь малую часть коридора. Несмотря на старость и местами обнажавшие голые доски обои, здесь была очень уютная атмосфера. Пол знает, что не задержится тут надолго, потому даже и не думает о ремонте. – Располагайся, сейчас заварю чай. Небось проголодался, в дороге-то? Сколько голландец себя помнит, никогда не видел тётушку Майю, однако, как выяснилось, они были очень близки с родной бабкой. Повезло ведь выбрать именно тот город, в котором нашелся один из немногочисленных знакомых. Старушка Пола узнала сразу, потому сходу обозначила, что «мне для внучка Александры ничего не жалко, хоть навсегда сюда переезжай». Даже плату за аренду не взяла. Единственное условие - следить за огородом. На такую выгодную сделку Пол не мог не согласиться, только вот совесть мучает: сам Тер-Вурде ведь даже имени тетки не знал. – Давай-давай. Сейчас я тебе плед принесу, а то промок весь, ты посмотри! Насквозь! В голосе чувствовался укор, но Майя выглядела дружелюбно и даже едва заметно улыбалась. Полька скрылась в комнате и вскоре пришла с шерстяным одеялом, тем временем путешественник уже успел раздеться и пройти в кухню. Бабуля заботливо укутала его и поставила чайник на плету. Такая домашняя и родная, будто бы голландец вновь оказался у бабушки в гостях. Стоит навестить ее на днях. Тетушка надела очки с большими линзами и уселась за стол, разглядывая мальца. – Ба, да ты весь в мамку пошел! Глянь, нос какой... Майя тихо посмеялась и сняла очки, вертя их в руках. – Как же давно я вас не видела.. Уехали в свою Голландию.. Зоя вас всегда ждала. Лицо ее помрачнело, но улыбка осталась прежней. – Не знаю уж, что там у них с твоей матерью произошло. Бабка твоя никогда эту тему не поднимала. Ты сходи к ней на днях, пожалуйста. Сколько она тебя не видела? Помилуй, сходи. Двадцать лет уж прошло. – Четырнадцать, – поправил ее Пол, мягко опуская руку на плечо, – а маму мою не поминайте. Не стало ее два месяца назад. Я поэтому и приехал. Не могу там, все её напоминает. Майя вытаращила глаза и изумлённо уставилась на голландца. – Как?! Она ведь так молода была! Даже Зофья ещё жива, здорова, только вот деменция, собака, никого не щадит. От чего же скончалась? Ба, как жаль-то.. Старушка заметно погрустнела. Теперь пропала даже улыбка. – Ты только Зофье ничего не говори, ладно? Не переживет она, ой, ба, не переживет. В комнате воцарилась тишина. Стало холодно и неприятно. Не хочется снова вспоминать о тех ужасных днях. Послышался тихий свист, медленно перерастающий во что-то оглушающее. Тетушка поднялась из-за стола и выключила газ на плите. Налила кипятка в заварник и добавила туда каких-то трав. Предположительно чай, который она сама же и засушила. Вытащила пакет с печеньем из подвисного шкафа. – Ну, милок, не будем о грустном. Основные условия я тебе уже рассказала. За хризантемами, главное, следи тщательнее. Они все никак не приживаются на участке. Впервые так долго держатся. Иногда по участкам бегают соседские курицы, поэтому забор закрывай. Майя ненадолго затихла, вспоминая о чем-то. Она громко промычала и подняла указательный палец. – Ах, да. И котов местных не трогай. Не корми их. Это они только кажутся бедными, а на самом деле едят побольше меня. Она глянула на закрытое тюлью окно. Никого. Лишь дождь и соседский участок. – Завелся тут один.. Откуда и как звать - никто не знает. Вечно ходит, побирается. Ненормальный, в общем. Ты его не корми, и так денег поди нету. Его есть кому кормить. Олег, это который с 37 дома, почти ежедневно ему кашу выносит, и таких Олегов тут достаточно. В общем, за него не переживай. И глазам не верь. Пол изумлённо вытаращился на бабулю. Вот это уже интересно. Местный сумасшедший, значит? Что ж, надо быть бдительнее. Майя, заметив реакцию собеседника, лишь хмхикнула и успокоила его словами о том, что чудик совершенно безвреден. Старушка не задержалась надолго. Чуть дождь перестал тарабанить по стеклу, и она стремительно засобиралась, прежде проведя небольшую экскурсию, и указав, где и что можно взять. Стоило сказать ей, что Пол тут не дольше, чем на год, но она так счастливо представляла, как засватает его за местную Маринку-красавицу, что он и слово поперек вставить не смог. Пусть лучше и дальше светится от счастья. Голландец захлопнул за тётушкой забор и вошёл обратно в дом. После слов о матери где-то в самой душе засел неприятный осадок, и отфильтровываться не хотел. Пол уселся на табуретку на кухне, осматривая владения. Судя по всему, тут давно никто не жил. Столько пыли на подоконнике и полках.. Стоит разобраться с этим в ближайшее время. Голубые глаза скучающе скользнули к окну. Пол подовинулся поближе к щелке в полу-прозрачном тюле и стал разглядывать улицу. Откуда-то из-за кустов вновь вылез тот черный кот. Животное Тер-Вурда не заметило, ведь было очень увлечено раздиранием какой-то уже дохлой курице. Зрелище не их приятных: перья запачкались в крови и слякоти, а сама скотина выглядела так свирепо, что голландцу показалось, будто она болеет бешенством. Стало ясно, почему бродячих котов стоит опасаться. С соседской яблоньки спрыгнул ещё один котяра, на этот раз уже оранжевый. Шатен отвлекся на пыль на подоконнике и стал водить по ней пальцем, выводя узоры. Когда вновь выглянул в окно, увидел нечто уже намного больше обычных котеек. Худое, смуглое и волосатое, оно сидело на траве, сгорбившись. Из-за спины не видно, чем занимается это «что-то», но волосы на затылке встали дыбом. Рука дотянулась до рыжика и провела от головы до самого хвоста, на что кот лишь предположительно довольно мурлыкнул, а затем устремил взгляд на Пола. Это не могло не привлечь внимание незнакомца. Нечто медленно оборачивается, являя голландцу потерянные глаза и кровавые руки. Ни то парень, ни то женщина, разделывало курицу. Они пересеклись взглядами лишь на мгновение, но шатену вполне хватило этого. Испугу не было предела. Голландец быстро отшатнулся от окна и, запнувшись о табуретку, неуклюже повалился на пол. Вот черт.. Неужели это и есть тот самый «ненормальный»? И без того отсутствовавшее желание встречаться с ним уменьшилось. Голландец никогда не был ярым зоозащитником, но чтоб так бесцеремонно разодрать только что умершую курицу.. Впечатление о городке складывается фантастическое. Парень быстро пришел в себя и подорвался на ноги, полностью распахивая тюль и высовываясь в окно. Незнакомца и след простыл. Пол ещё несколько минут разглядывал кусты и деревья: вдруг мелькнёт чей-то глаз или недоброжелатель появится вновь.. Но ничего не происходило. Лишь только пару капель крови на траве говорили о том, что там сидело оно, а иначе его и не назовешь. Шатен облегчённо выдыхает и зашторивает окна, на этот раз плотно, занавесками. ••• Ближайшие дни выдались не из простых: мигрант только и делал, что драил дом. Времени не хватало элементарно даже на еду, однако оно, наверное, и к лучшему, ведь есть все-равно было нечего. Пол доел печенья, что оставила тетушка, заваривал себе ее же чай из прежнего пакета и один раз даже отзавтракал макаронами, прикончив последнюю пачку с мучениками. Это только кажется, что немного, но на самом-то деле за последнее время голландец совсем потерял аппетит, поэтому такое количество съеденной еды всего за три дня было для него целым достижением. Стало заметно, что смена обстановки действительно идёт ему на пользу. Покончив со всеми домашними делами лишь в среду, на четвертый день, как он расположился здесь, Пол решил, что ему пора осмотреть окрестности. Разговаривать с людьми, может быть, он по прежнему не готов, но вдохнуть свежего воздуха стоит. Тут он намного чище, чем в родном Амстердаме. Да и куда тише, это понятно даже без вылазок на улицу. Только петухов с утра слышно, а в остальном, ни криков, ни машин, как это было в столице. Красота. Голландец вышел за пределы участка, с усилием засовывая ключ в замок. Через пару отчаянных рывков стало предельно ясно, что так легко он не поддастся. Шатен раздражённо вздохнул и, убедившись, что рядом никого нет, оставил калитку прикрытой, но не запертой. Маленький городок, ну кому может приспичить залезть именно в этот огород, когда вокруг столько идентичных? Голландец направился вдоль по дороге, попутно разглядывая окрестности. Яркие зелёные деревья, благоухающие клумбы и коты. Очень много котов. Пушистые милахи преследовали шатена везде, а один даже проскользнул в магазин, но его быстро прогнала кассирша. Пол бродил мимо полок, заполненных какими-то неизвестными ему брендами. В Голландии таких не встретишь. Голубые глаза скользили по витринам в поисках желаемого. Хочется чего-нибудь простого в приготовлении, но при этом вкусного. Пакет наполнился колбасой, хлебом, пакетом кураги и парой булочек с сыром. Стоя на кассе, Тер-Вурде обратил внимание на выход из магазина, около которого довольно долго маячило нечто темное и большое. Стоило голландцу поднять взгляд, как некто скрылся за стеной. Внимание этому шатен не придал: мало ли, показалось. Быстро расплатившись парень выскользнул из магазина и, не оглядываясь, поспешил предположительно в сторону центра городка, однако его остановила чужая рука на плече. Пол оглянулся, ошарашенно осматривая нарушителя покоя. Чумазый паренёк в каких-то лохмотьях. На то, что это парень, указывает лишь его грубые черты лица, ведь волосы доходили до лопаток. Незнакомец, кажется, не собирался ничего говорить, а лишь смотрел в душу своими большими зелёными глазищами. Напомнило того черного котейку. Едва прийдя в себя, мигрант отпрянул и ускорил шаг, прежде, чем его успеют окликнуть. – А Едр-р-р-жей! Скопытился! – прямо-таки проорал брюнет на всю улицу, привлекая внимание немногочисленных прохожих. – Подношение? А подношение! Капельку млека! Скопы-ы-ы-тился же! Чудак оказался быстрее голландца. Схватил новоприбывшего за рукав, на что его грубо отпихнули. Потерянные глазенки захлопали часто-часто, что казалось, будто бы брюнет сейчас заплачет. Разница в росте заставила сглотнуть ком в горле, но Пол сдержался, чтоб не побежать. – Пьяный, что ли? Не подходите ко мне. Пол последний раз холодно взглянул на сумасшедшего, после чего развернулся и побрел в сторону центра, стараясь не выдавать волнения. Кто знает, что в голове у таких персон? Сейчас как по затылку огреет, Тер-Вурде даже опомниться не успеет. Сзади не слышалось ни единого звука, потому шатен уж было подумал, что чудак остался стоять на месте, но не тут-то было. Стоило усесться на скамье в парке, как выяснилось, что все это время чумазый шел по пятам, ни на секунду не отставая. Сердце ёкнуло, ведь парень никак не ожидал увидеть его, обернувшись. Бродяжка уселся на асфальт, прямо перед голландцем. Полу хотелось прогнать упертого нахлебника, но он предпочел просто не смотреть на того. Когда через полчаса брюнет не сдвинулся с места, мигрант обречённо вздохнул и отодвинулся на другой край лавочки, подальше от брюнета. – Я уже сказал, что мне нечего Вам дать. Уходите, не смущайте людей. Бродяга посидел на теплом асфальте ещё немного, а затем встал, выпрямившись. Смуглое склонился над Полом, заставив второго напрячься. Зеленоглаз смотрел в самые глубины души, да так пристально, что казалось, будто бы он сейчас же разделает приезжего также, как разделал соседскую курицу. – Йеша не простит. Не прости-и-ит. Чудак хитро прищурился, переходя на шепот. Польский для голландца все же не родной, потому он не смог разобрать часть сказанного, но основную суть уловил: незнакомец втирал что-то про облака и траву, мол, они это так просто не оставят, то и дело протягивая слова и похахатывая. Под конец тирады парень поспешил удалиться за ближайший угол здания, коим оказался Дом культуры. Чужая головешка выглядывала оттуда ещё какое-то время, но в итоге Пол и сам не заметил, как потерял бдительность и чудик исчез. Оно и к лучшему. Тер-Вурде выдохнул и задрал голову, разглядывая почти чистое небо над головой. Хлопоты и освоение заставили ненадолго позабыть о том, почему шатен оказался здесь, но сейчас воспоминания хлынули вновь. Никакого облегчения. ••• Солнце потихоньку закатывалось за горизонт, а голландец так и не сдвинулся с места. Пару раз появлялось острое желание сбегать за сигаретами, от которых он вроде как отказался, однако Пол присекал его на корню. Он сюда реабилитироваться приехал, специально ведь на свежий воздух. Пусть место жительство и выбирал случайно, но сразу решил для себя, что если палец падёт на большой город, то отметет его сразу же. Мама говорила, что свежий воздух лечит.. И вновь мысли зашли в то русло, в кое им заходить не стоило. Раз уж по обыкновению закурить не выйдет, Тер-Вурде успокаивает себя как можно и достает остывшую, но по прежнему мягкую булочку. Выпечка в том магазине, как выяснилось, вкусная. Выброс дофамина заставил слабо улыбнуться. Атмосфера тут такая приятная. Совсем не пахнет тем юношеством, которое было у Пола, однако он мог бы заслуженно назвать это «Атмосферой детства». Ведь именно так обычно называют что-то, что отзывается в грудной клетке теплом? Внимание было полностью обращено на деревья. Такие высокие и зелёные.. Оно и понятно: самый разгар лета, в конце-концов. Листва мирно шелестела на лёгком ветру, красиво контрастируя с розово-оранжевым небом. Ноги коснулось что-то мягкое, словно облако. Паул опустил голову, рассматривая животинку под лавкой. Это был кот, но не один из тех, что Вурде уже встречал у дома. На этот раз пушистик был с пепельным окрасом. Возможно, он и вовсе белый, но жизнь на улице знатно помогала. Тетушка Майя велела не трогать котов, но что случится, если приезжий погладит всего одного? В конце-концов, этот малютка здесь совсем один. Наверняка ему одиноко, и Пол отчего-то чувствует за это ответственность. Парень мягко проводит рукой по пыльной шерсти, и сам невольно удовлетворяясь от довольного вида котяры. Совсем разомлев, тот залез на коленки, громко мурлыча, а голландец мог лишь умиляться с этой картины. Внимание переключил шорох пакета сзади. Сначала Паул и вовсе не обратил внимания, списав все на ветер, однако когда шорохи стали слишком навязчивые для простой стихии, уже было поздно. Шатен запоздало обернулся, встречаясь с зелёным взглядом черного котейки. Прежде эти двое уже встречались у дома. Тер-Вурде застыл в шоке, а вот варюга не медлил, сразу пустился в бегство с палкой колбасы в зубах. Стоило Полу крикнуть и подпрыгнуть на ноги, как ему, прямо когтями в лицо, впился тот самый серый одиночка, сейчас уже таким вовсе не кажущийся. Животные работали слаженно. Паул отодрал от кожи негодника и едва ли не отшвырнул его в сторону, на что пушистик недовольно взвыл и забился под лавкой. Съестное стоит не больше девяти злотых, однако с учётом отсутствия работы, это сильно ударит по бюджету, потому Тер-Вурде и пустился в бега вслед за наглым кошаком. Черныш был куда проворнее сельчанина, потому голландцу не пришлось гнаться и пяти минут, чтоб отстать. Когда воришка скрылся из виду за поворотом, Паул лишь раздосадовано пнул ближайший камень и стал бродить по улице. Так как это центральная часть городишки, здесь участков и частных домов не было, зато были многоквартирные пятиэтажки. Солнце окончательно скрылось за горизонтом, однако небо оставалось светлым. Шатен бродил по переулкам и дворам, изредка натыкаясь на работающие фонари. Основным источником освещения служили горящие окна, и только лишь в общественных местах по типу парка светилы были исправны. Безмятежность. Это, пожалуй, именно то, что переселенцу сейчас жизненно необходимо. Стоит отойти от лишней суеты и забыть про невзгоды. Да, прокручивает у себя в голове он это далеко не единожды, но, может быть, на каком-нибудь сотом разе все-таки произойдет чудо и Вурде действительно начнет придерживаться плана? Улицы были светлы, благодаря оранжевому небу, а вот в переулках царила темень от окружавших домов. Проходя мимо одного из таких, Пол услышал возню и тихое бормотание. Затаив дыхание, шатен осмотрелся по сторонам, и, никого рядом не обнаружив, осторожно прильнул к стене дома. Он присел на корточки, высунув голову и заглянув в темноту. Между домами сидело по меньшей мере с два десятка котов, а в центре сидел тот самый чудак, жадно разгрызая колбасу. Ту самую, украденную черным. Сначала шатену показалось, что бродяжка просто дразнится перед ними, но потом выяснилось, что он любезно отгрызает каждому пушистику по куску и следит за тем, чтоб никто ни у кого не отбирал. Такая картина повергла в шок. Так это, получается, все бездомные засранцы тут заодно? На коленях у шпалы лежало нечто маленькое и пушистое, но это «что-то» Пол разглядеть не успел. Один из банды повел ухом и обернулся прямо в сторону Тер-Вурде, а тот даже не успел вновь скрыться за углом. Беляк зашипел и ощитинился, и все остальные, услышав его недовольный вопль, побежали в противоположную сторону, даже не оглядываясь. – Белу-у-ух! Я-ясек! Сам Птасек! По р-р-реке! В замок! – Вопил чудила, подхватив светлое нечто с колен на руки. Целая стая котов во главе с сумасошедшим пересекла улицу и пропала в кустах. Единственное, что оставалось Паулу - удивиться и хлопать глазами на пустую улицу. Прошла пара минут, прежде чем тот вышел из оцепенения и наконец побрел обратно, в сторону парка. Выяснилось, что когда парень побежал за котом, забыл забрать пакет с прочими продуктами. Он так и остался лежать на скамье. По прибытии на место его уже и след простыл. Удивления не было, только отчаяние. Видимо, по пути его прихватили кошаки или бродяга. Ну а что уж теперь поделаешь? Скупой платит дважды. Сдалась же ему эта палка колбасы! Лучше бы смирился. Все-равно в итоге остался ни с тем, ни с другим. Голландец сунул руки в карманы и направился в сторону дома, совсем не торопясь. Впредь будет внимательнее. Тер-Вурде накопил себе некоторую сумму денег, которую вполне должно было хватить на год проживания в чужой стране, без работы, однако, судя по сегодняшней пустой трате, придется либо возвращаться домой раньше, либо искать тут работу. Второй вариант казался более рациональным. В чем смысл устраиваться всего на несколько месяцев? Помимо сбережений, в голове крутились также мысли о завтрашнем дне. Нужно будет навестить бабушку, ведь она наверняка уже знает о приезде внука, но почему-то внутри таится страх. Сколько они не виделись? Голландец до ужаса боится, что их встреча пройдет не так гладко, как планировалось. Раз у бабки с матерью были разногласия, то может ли злость перенестись и на невинного Пола? В силу тяжёлой болезни Зофьи, ожидать опрометчивых и странных поступков вполне можно. Однако не ехать нельзя. Бабка наверняка уже знает, что внук где-то рядом, да и сам Паул давно хотел встретиться с ней. Сколько же воды утекло.. ••• Домой Вурде вернулся выжатый, как лимон. Так и не купил замок, да и бог с ним. Обойдя участок, стало понятно, что на него никто не заходил. Изнутри забор запирается на щеколду, потому покупка может потерпеть до завтра. Как раз поедет в Варшаву, вот и замок по пути подберёт. Голландец завалился в кровать прямо в верхней одежде. После вечерней пробежки ноги гудели и подкашивались. Спорт - это определенно не его. Спать хотелось ужасно, но глаза никак не хотели закрываться. Шатен тупил в потолок, прокручивая в голове сегодняшние события. Тот странный чудила все не выходил из головы, как и стая котов. Странно. Все это так странно.. Но Пол точно знает, что покинет это место ещё и не скоро, потому со всеми странностями, в том числе и бродягами, придется мириться. Совсем скоро зенки сомкнулись, а шатен погрузился в беспамятство.