Истинный альфа

      — А у оборотней болят зубы?       Питер, не отрываясь от монитора, пробормотал себе под нос:       — Нет, разумеется, — а потом, будто очнувшись, поднял на Скотта удивлённый взгляд. — Боишься стоматологов? Твоя мама ведь медсестра.       — Это не особенно помогало, и меня всегда водил отец, — смутившись, пробубнил себе под нос Скотт.       Он уже жалел, что вообще решился заговорить с альфой. Тот, судя по глубокой складке, пролегающей последние сорок минут между бровей, был чем-то очень занят. Все эти сорок минут Скотт собирался задать ему этот дурацкий вопрос, возникший утром у Стайлза и не выходящий с тех пор из головы.       После того, как у них образовалось перемирие насчёт Джексона, жить стало значительно проще. Питер снова часами сидел с ноутбуком у них в гостиной, иногда кому-то звонил или куда-то ненадолго уезжал с Дереком. По крайней мере, так было, когда Скотт был дома. Что происходило во время школы, парень предпочитал не думать. И мамины с Питером нежности по вечерам после ужина тоже старательно игнорировал.       — Чувак, тебе вообще-то повезло, что они при тебе не спят. С этим вашим волчьим слухом, понимаешь? — сказал как-то Стайлз.       Скотта всё ещё коробило от всех этих мыслей, но с другом он был вынужден согласиться. Чем бы Питер и мама ни занимались, вряд ли он бы смог ночью заглушить эти звуки прижатой к голове подушкой.       Уж лучше он будет думать о зубных болях, чем о… Об этом.       — Брось, там ведь нет ничего страшного, — усмехнулся Питер.       Скотт пересел из-за стола в кресло, поближе к нему, удивился:       — Откуда ты знаешь? Ты там никогда не был.       — Приходилось, атмосфера действительно угнетающая, — покладисто кивнул Питер, но по его выражению лица было ясно, что разговор его забавляет.       — Зачем? — не понял Скотт.       — Осмотры перед работой, — закатил глаза альфа. — Я ведь не мог отказаться, потому что оборотень. Кстати, на будущее, никогда не позволяй им сделать тебе рентген, загремишь к хирургу.       Похоже, у них намечалось утро вопросов. До школы оставалось ещё немного времени. К тому же, мама всё равно забрала машину — они с Корой повадились где-то гулять, похоже, отчасти так Питер выполнял обещание занять маму хоть каким-то делом. Так что Скотту всё чаще приходилось ждать Стайлза или, как сегодня, Дерека.       — Почему?       — Забыл о них? — неожиданно Питер потянулся к его лицу и, не успел Скотт отпрянуть, еле-еле надавил кончиками пальцев на углы его нижней челюсти.       Парень машинально прикрыл лицо ладонью, не сразу сообразив, о чём ему говорят. И только потом, ощутив занкомый зуд и ощупав вылезшие ни с того ни с сего клыки, шокированно уставился на альфу.       — Как ты это сделал?!       — У нас на теле много точек, которые могут инициировать превращение, — пожал плечами Питер, снисходительно наблюдая за его бурной реакцией. — Углы челюсти, ладони, кожа над седьмым позвонком или копчиком.       Когда он снова наклонился вперёд, Скотт дёргаться уже не стал. Чужие горячие пальцы коснулись его шеи прямо над воротом футболки, и парень практически почувствовал, как глаза сами вспыхивают ярким жёлтым огнём. В довершение Питер нажал ногтем в самый центр его ладони, и когти Скотта, как пять острых ножей, тут же выдвинулись вперёд. Это было так странно… И так круто!       — Ау! — воскликнул Скотт, когда его, наконец, выпустили. — Ого!       — Так что будь поосторожнее с ними, — проигнорировав его возбуждение, заключил Питер и снова вернулся к чему-то в своём компьютере.       — Как будто кнопки, — не унимался Скотт. Мужчина, не поднимая глаз, хмыкнул:       — Кнопки? Можно и так.       Скотт посмотрел на него.       Почти сразу альфа снова сосредоточенно нахмурился, будто этого разговора и не было. Будто для него то, что вызывало у Скотта шок с примесью детского восторга, совершенно ничего не значило. В его жизни это всегда было чем-то обыденным, он был с этим с рождения. А Скотт…       — Я очень многого не знаю, да? — спросил парень, заставляя когти медленно вернуться в нормальное состояние. Он не представлял, какими должны быть клыки в его челюсти, но пальцы сейчас выглядели совершенно нормальными. Если бы ему сделали рентген руки, когти тоже были бы видны?       — Тебе шестнадцать, — бегая взглядом по строчкам текста, протянул Питер. — Ты многого не знаешь не только как оборотень. Всё в порядке, у нас полно времени, чтобы учиться.       Скотт уцепился за его слова тут же. Это было хорошим поводом, возможно, вообще его последним шансом на хоть какой-то откровенный разговор. Возможно, альфа занят и скажет ещё что-нибудь лишнее? В любом случае, Скотт планировал воспользоваться хотя бы одной его оговоркой.       — Времени до чего, Питер?       — Хотя бы до того, как вы все уедете в колледж, — равнодушно напомнил мужчина, не поведя и бровью. Но Скотт не собирался отступать. Он не знал, как подступиться к этой теме, почти месяц!       — Нет, ты же о чём-то другом.       Островатый аромат раздражения защекотал ноздри. «Вот оно!» — с наивной радостью подумал Скотт. Да, конечно, Питер мог рассердиться и из-за того, что Скотт его отвлекает, но всё же!       — Уймись, я расскажу тебе, когда пойму, что ты готов, — казалось, теперь альфа был сосредоточен на чём бы то ни было в своём ноутбуке уже слишком навязчиво.       — И как ты это поймёшь? — не отставал Скотт.       В глубине души он надеялся повторить успех с Джексоном, но в то же время понимал — второй раз Питер на уступки так легко не пойдёт. Чем бы Скотт его в тот вечер ни разжалобил, сейчас этого явно нет, а значит нет и преимущества.       — Увижу, — ожидаемо отрезал Питер. — Например, что ты научился не выпускать когти при любом удобном случае, — и Скотт уставился на свои пальцы. Он же точно их втягивал! Пока он пытался смахнуть навязчивое чувство зуда с ладоней, Питер лаконично свернул: — Всему своё время. Я прошу только верить мне.       Пришлось признаться, просто чтобы растянуть этот разговор ещё хоть немного:       — Это сложно.       — У тебя нет выхода, — не поддался Питер. К неудаче Скотта снаружи именно в этот момент раздался шум двигателя, и Камаро, шурша шинами по асфальту, мелькнула перед двором. Казалось, Питера это обрадовало так же сильно, как раздосадовало Скотта. — Иди, Дерек отвезёт тебя в школу.       Парень заскрежетал зубами, но всё же подчинился. Когда он выходил, насмешливый взгляд альфы жёг ему спину. Дерек подлил масла в огонь: стоило опуститься на сидение и хлопнуть дверью, заметил:       — Не злись на него, он прав.       — Ты теперь всегда будешь на его стороне? — вздохнул Скотт, недовольный провалом. Машина тронулась, увозя его от желанных ответов к ненавистной химии. Вот бы мистер Харрис начал рассказывать им об оборотничестве на уроках… Хотя он и там бы сумел позанудствовать.       — Скотт, нет никакой его стороны или нашей, — терпеливо напомнил Дерек, покосившись на него. С упрёком добавил: — Он заботится о тебе.       — Да не нужна мне его забота! — огрызнулся Скотт, но скис, когда бета без тени шутки в голосе отозвался:       — А по-моему, очень нужна.       Скотт хотел было ответить, но запнулся.       К счастью, эту тему Дерек развивать не стал. Зато вернулся к более насущной и интересующей.       — Сейчас ты просто не воспримешь это правильно.       — Так ты знаешь? — возмутился Скотт, всем корпусом развернувшись к нему. Если бы Дереку сейчас взбрело в голову затормозить, парень бы просто вылетел через лобовое стекло прямо на проезжую часть. — И кто ещё?       Дерек неохотно признался:       — Только Девкалион и Дитон.       — Дитон тоже? — Скотт изумлённо округлил глаза. — Что там такое?       Дерек, очевидно, жалеющий о своих словах, огрызнулся:       — Ничего страшного.       Но Скотт на его грубость не поддался. Сдаваться так легко парню не хотелось, поэтому он продолжал всматриваться в напряжённое лицо Дерека в ожидании ещё хоть каких-то ответов. Хуже всего было то, что они уже подъезжали к школе, и Дереку ничего не стоило в ближайшее время просто вышвырнуть его из машины.       Через минуту, припарковавшись, мужчина всё же не выдержал и покосился на него.       — Ты же понимаешь, что я тебе не скажу? — на сердитый взгляд Скотта он только приподнял брови. — Питер оторвёт мне голову, как только узнает, и это не образно. Иди уже, опоздаешь.       Скотт, скрипнув зубами, вылез из машины — пытать дальше смысла не было, он бы всё равно не смог разболтать Дерека, это даже Стайлзу не всегда удавалось. В отличие от Питера младший Хейл просто молчал, а не пытался заговорить зубы в ответ на неудобные расспросы. Оба были одинаково невыносимы. Скотт, направляясь к школе, про себя порадовался, что хотя бы Кора умеет разговаривать как нормальный человек. Ну, большую часть времени.       Идти к Дитону тоже было бессмысленно — если он ничего не рассказал до сих пор, будет отмалчиваться до последнего. Он даже на вопросы Питера и Дерека почти никогда правду целиком не отвечал, что уж говорить о Скотте… Было бы куда проще, если бы Скотт хотя бы примерно знал, о чём идёт речь, что от него хотят скрыть. Тогда можно было бы задать доку пару наводящих вопросов или попытаться что-нибудь погуглить.       Но поскольку информации не было ровно никакой, оставался только один выход.

***

      — Это ужасная идея, — тихо сообщила Кора.       — Почему? — удивлённо обернулся на неё уже вылезший из машины Скотт. Стая альф обосновалась в заброшенном торговом центре, и добираться туда пешком было слишком долго. Тратить много времени Скотту было нельзя, они с Корой и так рисковали раскрыть себя — нужно было успеть всё за время последнего урока. Повезло ещё, что мама разрешила Коре одолжить машину «на пару часов».       Выбравшись следом, девушка окинула мрачным взглядом залитую солнцем заброшку и иронично посмотрела на него.       — С чего ты взял, что Девкалион вообще захочет говорить с тобой? Тем более если там что-то важное.       — Я должен попытаться, — вздохнул Скотт.       В глубине души он надеялся, что в присутствии Коры Девкалион отнесётся к нему благосклоннее. А ещё не следовало упускать шанса, ведь Кали и Эннис ненадолго покинули город, а близнецы были заняты Джексоном. Выходило, что в здании сейчас были только немногочисленные беты и сам глава стаи.       Да уж, Скотт должен был попытаться.       Без Стайлза он чувствовал себя ещё менее уверенно, но брать с собой друга было не только опасно, но и глупо — как Девкалион относится к людям, Кора сказать не могла, но заверила, что незнакомцам он точно не обрадуется. И если Скотт хотя бы обладал хлипкой защитой в виде статуса «беты Питера Хейла», Стайлз таким похвастаться не мог.       — Будь осторожен, — всё равно посоветовала Кора. — Не забывай, Девкалион не человек и никогда им не был. Не серди его, не груби, не ввязывайся ни во что. Он очень опасен. То, что он подпускает нас с Дереком так близко к себе, только из-за нашей мамы. Он монстр, Скотт. И я всё ещё считаю, что мы зря сюда пришли.       Скотт молча сжал её руку, и девушка, раздражённо сжав челюсти и закатив глаза, потянула его за собой внутрь здания.       Пока они поднимались на самый последний этаж по старым пыльным эскалаторам, никто не вышел им навстречу. И никто не попытался их остановить.       — Девкалион! — позвала Кора, оглядывая помещение. Оно было значительно чище и приятнее, но всё же походило на пещеру злодея из комиксов. Прямо как депо, в котором жили беты и Дерек.       От звука тихих шагов и постукивания трости по спине пробежал холодок. Кора, напоследок крепче сжав его пальцы, отпустила руку и пошла слепому альфе навстречу. Коротко коснувшись губами её лба, мужчина поправил очки и медленно повернулся в сторону Скотта.       — Мой брат хотел с тобой поговорить, — сообщила Кора, отступая в сторону. — Прости, что пришли без предупреждения.       — Мы всегда рады гостям, — покачал головой Девкалион и, показалось, посмотрел прямо на Скотта. — В особенности таким. Как твоя подруга, Скотт? Предвестница смерти.       Меньше всего парень ожидал вопросов о Лидии. Не найдя идеи получше, он просто признался:       — Лидия ведь ещё не банши, ничего не происходит.       — Забавно, — лаконично ответил Девкалион и милостиво кивнул: — Что ж, говори, что хотел. Не думаю, что у нас так уж много времени.       Заготовленная с помощью Стайлза речь была отрепетирована ещё с самого утра. Сейчас она показалась Скотту нелепой, но он всё же начал, стараясь звучать уверенно:       — При нашей первой встрече вы что-то увидели во мне, помните? Вы говорили с Питером. Пожалуйста, можете рассказать об этом?       Девкалион снял очки. С маниакальной педантичностью сложил их, спрятал в карман, и только потом медленно поднял на Скотта расфокусированный взгляд багровых глаз.       — Твой альфа знает, что ты здесь?       Парень тихо сглотнул и покосился на Кору. Та коротко качнула головой, и Скотт понял — врать точно не стоит.       — Нет. Он не знает.       Девкалион чему-то рассеянно улыбнулся. И, прежде чем Скотт успел мысленно согласиться с Корой, что идея всё же была ужасная, довольно благосклонно уточнил:       — Тебе известно что-нибудь об истинных альфах, Скотт?       Кора молча подняла брови, Скотт удивлённо нахмурился. Осторожно переспросил:       — О ком?       Девкалион негромко рассмеялся. От него не исходило угрозы, но всё же Скотту стало не по себе. Он догадывался, что дело в чужих слепых глазах, каким-то непостижимым образом смотрящих прямо на него.       — Это феномен, — вкрадчиво пояснил Девкалион. — Очень редко случается, что обычный оборотень может стать альфой, не наследуя и не отбирая чужих сил. Благодаря лишь сильной воле и высоким моральным качествам. Таких называют истинными альфами, — здесь он сделал паузу, чтобы удостовериться, понимают ли его. Скотт машинально кивнул, на секунду забыв, что мужчина его не видит. — Это происходит примерно раз в столетие, — тем не менее, сразу же продолжил Девкалион. — В отличие от других, у истинного альфы невозможно отнять силу. Он сильнее, его глаза горят ярче, а когти и клыки острее и длиннее, чем у других альф, — тут он немного прищурился, как будто хотел всмотреться глубже. — Питеру необычайно повезло, что он укусил тебя, Скотт. Можно сказать, он приложил руку к созданию самого сильного существа в истории оборотней.       Брови Коры поднялись чуть выше.       — Погодите, — пробормотал Скотт, не поверив своим ушам. — Вы хотите сказать…       — Ты станешь истинным альфой, — губы Девкалиона искривились в жутковатой улыбке. — Эта сила уже в тебе, ей лишь нужен толчок. Разумеется, это случится, если ты не успеешь кого-нибудь убить.       — Я не собираюсь никого убивать! — воскликнул Скотт. — Зачем мне это?       — Всякое случается, — пожал плечами Девкалион. — Итак, ты получил то, зачем пришёл, Скотт?       Скотт, сжав кулаки, заставил себя медленно выдохнуть. Когда он заговорил, голос его звучал ровно.       — Да. Спасибо. Что вы попросите взамен?       Казалось, Девкалион был приятно удивлён. Кора за его спиной явно нервничала, но не вмешивалась. Если и были в мире оборотней правила, которые, как бы Питер ни пытался вбить их в голову Скотта, всё равно казались глупыми и жестокими, одно он всё же запомнил. Ничто не даётся за просто так. Особенно когда речь идёт о хищниках вроде Девкалиона.       Он не знал, что может предложить альфе сам, поэтому лучшим выходом было просто спросить напрямую. Обдумывать полученную информацию он пока что не решался — терять самообладание было нельзя, стоило довести дело до конца. Оставалось только надеяться, что, раз Девкалион охотно рассказал ему всё, он уже определил свою цену. И что она не будет слишком уж… Неподъёмной.       Скотт крепче сжал кулаки. Кора была права, зря он в это ввязался. Но отступать было поздно.       — Взамен? — задумчиво повторил Девкалион, и у Скотта от загривка по плечам расползлись липкие мурашки. — Взамен… Пожалуй, ничего, — Скотт и Кора удивлённо переглянулись, а Девкалион как ни в чём не бывало закончил: — Считай это подарком, Скотт. Большая удача встретить такого оборотня, как ты. Многие могут только мечтать об этом, — перехватив трость, он махнул рукой. — Можете идти. Заглядывай почаще, Кора, мальчики постоянно где-то пропадают, а без них в обществе Кали и Энниса становится довольно тоскливо.       — Спасибо, — коротко ответила Кора и, схватив Скотта за руку, тут же потянула за собой. Не успел тот раскрыть и рта, как они уже покинули этаж. Девкалион, кажется, до последнего сверлил их своим слепым взглядом.       На улицу они вышли в молчании. Молчали и в машине, пока Кора, положив руки на руль, не спросила:       — Домой?       — У меня тренировка по лакроссу, — покачал головой Скотт, разглядывая зияющий прямо перед ними чёрный провал разрушенной подземной парковки. — Подбрось меня до школы, ладно?       Девушка только пожала плечами. И всю дорогу снова молчала. Скотт не знал, хорошо это или плохо, но он убедил себя, что у него ещё будет время подумать. И обсудить всё с ней, если вдруг она что-то знает. Пока что чужие слова совершенно не укладывались в голове. Но почему-то он был уверен, что Девкалион ему не соврал.       Когда Скотт уже собирался вылезти из машины, Кора вдруг схватила его за предплечье. Тихо сказала:       — Ты понимаешь, что это значит? Понимаешь, кто ты такой?       Скотт покачал головой. Дождался, пока девушка его отпустит, и спрыгнул на тротуар. Наверное, Кора хотела сказать ему что-то ещё, но в конце концов передумала.

***

      Вечером за ужином всё было спокойно ровно до тех пор, пока мама не спросила:       — Какой-то ты задумчивый сегодня, что-то случилось?       Скотту нужно было посмотреть на неё, улыбнуться и ответить что-нибудь такое, полуправдивое, чтобы Питер тоже не почувствовал его ложь. Но он был слишком погружён в свои мысли, поэтому, не поднимая глаз от тарелки, просто пробормотал:       — Нет. Ничего.       Наверное, изначально внимание мамы привлекло то, что он ковыряется в еде, и спросила она без задней мысли, но теперь её взгляд стал пристальнее. С тихим звоном отложив вилку, она строго напомнила:       — Солнышко, я, конечно, не могу ничего унюхать или услышать твоё сердцебиение, но я всё равно понимаю, когда ты врëшь.       Скотт всё же посмотрел на неё, невольно потянул носом — от мамы разило беспокойством и лёгким раздражением. Питер подал голос с другого края стола:       — Ты ведь обещал рассказывать обо всём, что происходит.       — Ничего не произошло, — вздохнув, соврал парень. Было бы проще, если бы Кора была здесь, но она, быстро съев свою порцию, в самом начале ужина ушла к близнецам. Сбежала и бросила его, иначе говоря.       — Скотт, — неодобрительно покачал головой Питер. Почти сразу же предположил: — Это как-то касается канимы? — Скотт, практически уткнувшись носом в тарелку, упорно молчал. — Джерарда или охотников? Может, Эллисон или Стайлза? Или нашего утреннего разговора? — сердце пропустило удар. — Вот оно что, — тут же подтвердил альфа. Тоже отложил вилку и скрестил руки на груди.       — Ничего не произошло, Питер, — устало повторил Скотт. Ссориться с взрослыми ему совершенно не хотелось, хотя, стоило признаться, на альфу он очень злился. Как Питер вообще мог скрывать такое?       Скотт всё же поднял на него раздражённый взгляд. И тут же столкнулся с чужим — изучающим.       — Тебя что-то действительно волнует или тебе просто любопытно? — уточнил Питер.       И если мама со своими расспросами могла ориентироваться только на его реакцию и обмануть её было не очень сложно, Питер не только видел его насквозь, но и слышал пульс. Можно ли это контролировать, Скотт не знал, но, наверное, даже если бы он попытался, Питер всё равно бы всё понял.       — Я…       — Или, может, ты уже что-то знаешь, — медленно продолжил мужчина, недовольно прищурившись. Скотт снова уставился в тарелку. На всякий случай сунул в рот кусочек свинины, чтобы потянуть время. Потому что совсем не отвечать на вопросы Питера было себе дороже. — Что тебе рассказал Дерек?       Здесь хотя бы можно было сказать правду.       — Ничего.       — Значит, это был не он? — и не думал прекращать альфа.       — Никто мне ничего не рассказывал! — огрызнулся Скотт, но тут же пожалел о своей резкости, когда Питер легко угадал:       — Девкалион?       Что ж, этого стоило ожидать.       — Нет!       — Не расстраивай меня, — закатил глаза альфа. Напомнил ядовито: — Твой пульс выдаёт тебя даже раньше, чем ты открываешь рот. Вот только я не понимаю, с чего бы Девкалиону что-то говорить тебе, он не вмешивается в чужие дела.       Завуалированный вопрос игнорировать было уже бессмысленно, поэтому Скотт неохотно поддался чужому давлению.       — Я сам спросил.       — Как много он рассказал? — приподнял брови Питер. Надавил сильнее снова, не обращая внимания на то, как мама сжала его руку: — Скотт, нет смысла ничего скрывать, я ведь могу просто позвонить ему. Лучше ты сам, верно? — последнее звучало уже угрожающе мягко.       Сжав кулаки, Скотт прямо посмотрел на него. Медленно и тихо начал, отчётливо выговаривая каждое слово:       — Он сказал, что я истинный альфа! — мама заметно вздрогнула. Питер без труда выдержал его взгляд, но, казалось, то, что Скотт справился с его напором, альфу всё же впечатлило. — Что я получу силы, не отбирая их ни у кого. Что у меня будут большие клыки, когти и вообще… Что такое происходит очень редко. Но этого не случится, если я кого-то убью. И что тебе кошмарно повезло, что я твой бета. Есть что-то ещё? — последнее Скотт добавил уже с откровенной злостью. Держать себя в руках получалось весь день, но опасная близость полнолуния всё портила — луна должна была стать полной буквально через день, и это давило.       Наверное, даже мама чувствовала напряжение между ними, потому что через секунду она отпустила руку Питера и сжала запястье Скотта.       — К сожалению, нет, — альфа поджал губы. — Я надеялся, он хоть что-то скроет.       — Это правда? — совершенно бессмысленно переспросил Скотт.       Ему определённо нужно было услышать от Питера ещё одно подтверждение. В тайне он глупо надеялся, что альфы просто над ним подшутили и вот сейчас всё раскроется. Но вдруг мама — мама! — сочувственно подтвердила:       — Да, солнышко.       Скотт вздрогнул, разорвав зрительный контакт с Питером, и обернулся на неё. Ему показалось, что его наотмашь ударили по лицу.       — Ты тоже знала? — севшим голосом переспросил он. Мама, почувствовав неладное, бесстрашно погладила его по руке и призналась:       — Питер рассказал мне с самого начала, как только начал подозревать.       Скотт не стал отталкивать её, как сделал в тот раз: он ещё помнил, как плохо это закончилось. Но он заставил себя снова направить злость на Питера.       — Почему вы молчали? — голос вибрировал от с трудом сдерживаемых эмоций.       — Скотт, послушай… — начала было мама, но Питер тихо натянуто перебил:       — Вот поэтому, — и Скотт отчётливо услышал в его тоне ровно такую же злость. — Ты ещё толком не привык к своим нынешним силам, думаешь, так легко было сказать, что ты ещё более необычное существо, чем думал? Истинные альфы сверхъестественны даже в мире сверхъестественного, — Скотт невольно сглотнул. Он изначально не ждал от этого разговора ничего хорошего, но всё же была надежда немного потянуть время. Но Питер всё решил за него. Или полнолуние; кто знает, может, если бы Скотт не выдал себя, альфа бы не стал расспрашивать так настойчиво. Они с мамой могли бы списать всё на усталость или плохое настроение, в конце концов. — Мы просто хотели дать тебе время прийти в себя, но ты как всегда лезешь, куда не следует. Понравились новости? — едко закончил мужчина. Скотт, разжав пальцы, в которых чуть не сломалась пополам вилка, с отчаянием воскликнул:       — Я не знаю! Как вообще я должен на это реагировать?       Он и правда не знал. Но злиться на Питера, а тем более на маму, очень не хотелось, от этого будто становилось только хуже. Особенно после слов альфы. Тот как раз хмыкнул:       — На данный момент — истерикой, с чем успешно и справляешься. Если бы прошло ещё хоть несколько месяцев, такого можно было бы избежать. Спасибо, что доверился мне и подождал.       Скотт пропустил издёвку мимо ушей. В конце концов, можно сказать, он заслужил. Злость поутихла, да и вспыхнувший было Питер вроде остыл. Молчащая мама переводила взгляд с него на Скотта и обратно, но не вмешивалась.       — Я уже ничего не понимаю, — пробормотал Скотт, окончательно выдохшись. Напряжённые до этого плечи опустились, щиплющая кожу сила перестала лезть во все стороны. Глубокие раны на ладонях, оставленные вылезшими когтями, с жжением затягивались.       Питер почти примирительно заверил:       — Я помогу тебе разобраться. Но всему своё время.       Он не мог не почувствовать, как теряет напряжение накалившаяся до этого обстановка. И сам заметно расслабился, когда понял, что бета почти успешно справляется с собой.       — Как мне теперь жить с этим? — с остатками раздражения ткнув вилкой в гриб на тарелке, поинтересовался Скотт. — Я же ничего о таком не знаю.       Питера довод не впечатлил, он, тоже вернувшись к остаткам ужина, просто пожал плечами.       — Как и раньше? — Скотт нахмурился, но мама в очередной раз сжала его руку, и развязывать очередную ссору он не стал. Взгляд чужих синих глаз всё же немного смягчился. — Не бойся. Ты не станешь альфой прямо завтра, и никто не заставляет тебя сразу же собирать стаю со всеми вытекающими, — спокойно заверил Питер. Скотт, говоря совсем уж честно, ещё не успел это обдумать, но слова альфы всё же попали в цель. — Только не болтай об этом. Никто не должен знать, — почти тут же предупредил тот, посерьёзнев. — Если эта информация расползëтся, за тобой начнут охоту. И не только американские охотники. И не только люди. По крайне мере пока твои силы не пришли к тебе, нельзя никому говорить. Особенно Эллисон, — Питер выразительно приподнял брови. — Ты меня понимаешь?       Не став реагировать, Скотт сразу же уточнил:       — А Стайлз?       Он много что скрывал от Эллисон, но не от Стайлза. А ещё, наверное, не стоило упоминать, что Кора теперь тоже в курсе. Если старшие и узнают об этом, то пусть уж не от Скотта.       Альфа тяжело вздохнул. Они с мамой переглянулись, и он с сомнением начал:       — Если тебе жизненно необходимо, чтобы Стайлз знал…       Скотт умоляюще посмотрел на него, и Питер, прервавшись на полуслове, просто кивнул. Это была удивительно быстрая капитуляция, но Скотт не стал искать подвохов — всё же, к Стайлзу у Питера с самого начала было особое отношение. К счастью для Скотта.       Поскольку сказать было больше нечего, Скотт немного нервно обернулся на маму. Чуть сжав его руку, она ласково уточнила:       — Всё хорошо?       Скотт бы не сказал так однозначно, но по крайней мере прямо сейчас ситуация не стала уж слишком сильно хуже. Взвесить всё он ещё не успел, но, кажется, Джерард и невменяемый Джексон оставались более пугающими, чем туманная перспектива превратиться в нечто странное и сильное. Ну, то есть, ещё более странное и сильное, чем сейчас.       — Это всё просто слишком… Слишком, — не нашёлся с определением Скотт. Мама понимающе кивнула, а вот от ехидного замечания Питера парень раздражённо заскрежетал зубами:       — Потому что надо хоть иногда слушаться взрослых, Скотт, — взгляд у альфы был насмешливым, хотя тон оставался преувеличенно серьёзным. — А теперь скажи «Прости, Питер, ты был прав», и мы волшебным образом забудем об этой дурацкой ситуации.       Скотт закатил глаза, слишком поздно поймав себя на том, что выглядит, наверное, в точности как Кора.       — Ты был прав, — неохотно признал он. Мама спрятала улыбку ладонью. Под выжидательным взглядом Питера Скотт пробурчал скомканное: — Прости.       Что во всём этом забавного, он спрашивать у мамы не стал, но она честно попыталась скрыть смех кашлем, заметив его обиженный взгляд.

***

      Уснуть не выходило.       То было слишком жарко, то разговоры взрослых с кухни казались слишком громкими, то по улице мимо дома проезжала какая-нибудь машина. В любом случае, когда мама зашла его проведать перед сном — Скотт думал, она уже лет пять так не делает, но оказалось, она просто приходила, когда парень уже засыпал — он всё ещё лежал с открытыми глазами и сверлил невидящим взглядом потолок.       Заметив, что он не спит, мама прошмыгнула в комнату и присела на край его кровати. Скотт подумал, что надо бы начать запираться каждую ночь. Но потом вспомнил, что даже это не гарантировало бы ему одиночества, ведь в целом любой член стаи, а так же Стайлз и Эллисон, могли влезть к нему в окно, которое, увы, запереть было невозможно.       — Мам, — позвал Скотт, медленно моргнув. Он видел чужое лицо только краем глаза, а темнота скрадывала большую часть чужих черт, но всё равно было понятно, что мама его слушает. — Ты же командуешь другими медсестрами?       — По большей части да, — с долей непонимания подтвердила мама.       — Это сложно? — спросил Скотт, поворачиваясь на бок. — Отвечать за кого-то.       Мама, догадавшись, к чему он, немного улыбнулась.       — Ты мне скажи. Мне кажется в последнее время на тебя столько всего свалилось, что я даже не знаю, у кого из нас было больше ответственности, — Скотт невесело улыбнулся тоже. Вздохнув, мама погладила его по голове. — Солнышко, помнишь, что сказал Питер? Это случится не скоро, — Скотт неуверенно кивнул. Питер вряд ли мог точно знать, когда это случится. А Девкалион вряд ли знал, что может послужить тем самым загадочным «толчком», иначе, Скотт был уверен, он бы рассказал и об этом. — Тебе совсем не нужно будет сразу же заниматься всеми альфьими делами, — задумчиво продолжала мама. — Эта сила просто будет в тебе, она же, наверное, не заставит тебя кусать кого-то или что-то в этом роде.       — Не нужна мне эта сила, — пробормотал Скотт, хотя в последнее время уже не был до конца уверен, так ли всё однозначно. И если кое-как смириться с новой сущностью почти удалось, новый непонятный статус опять спутал все мысли в невразумительный клубок. И разобраться в нём теперь было ещё сложнее. Может, Питер правда был прав, и если бы Скотт узнал обо всём через месяц-другой, всё бы казалось проще…       Но вот чего он точно никогда не хотел, так это толп охотников, каких-то ящериц и непонятных заговоров. И чтобы все взрослые вдруг резко стали от него что-то скрывать и говорить загадками.       — Я понимаю, — согласилась мама. К счастью, волчьего зрения у неё не было, и рассмотреть лицо Скотта она не могла. — Но знаешь, я думаю, всё к лучшему, парень удивлённо приподнял голову. Мама, кажется, смутилась, но всё же вполне твёрдо продолжала: — Посмотри вокруг, наша жизнь так изменилась.       — Тебя чуть не убили, мам, — напомнил Скотт, уткнувшись обратно в подушку.       — А ещё мне официально предложили съехаться.       Скотт скрипнул зубами. Эта новость всё ещё его раздражала, хотя в сущности ничего не меняла. То, что гостевая комната превратилась в спальню Коры, было принято без каких-либо проблем, а вот то, что спальня мамы должна была стать спальней мамы и Питера, вызывало навязчивое желание переехать к Стайлзу. Нет, Скотт всегда хотел, чтобы мама нашла себе кого-нибудь, но он до сих пор пытался смириться с тем, что «кем-нибудь» оказался именно Питер.       — Ты же пока не согласилась, — вздохнул он.       Всё это было формальностью, но означало, что Хейлы больше не гости в их доме. По крайней мере на словах. А ещё неумолимо приближало то, о чём Скотт пока что не хотел даже задумываться. Он привык сопротивляться всему, что связано с Питером, поэтому чужие разговоры о свадьбе просто пропускал мимо ушей. Пока мама отнекивалась и шутила в ответ на чужие вроде бы тоже полушутливые предложения, это получалось без труда. Но теперь, когда она поддалась на уговоры альфы, игнорировать очевидное стало сложнее. Пора было признать — рано или поздно мама выйдет за Питера замуж. И чем больше шагов она делает ему навстречу, тем ближе этот момент.       — Я соглашусь. Просто не сейчас, — озвучила очевидное мама. — У меня уже есть самый замечательный, добрый, сильный и честный сын. Но рано или поздно он вырастет, женится на красивой охотнице и куда-нибудь от меня уедет. И раз он получит красивую охотницу, я хочу получить красивого оборотня. Это честно, правда?       — Мам, я же не ребёнок, — фыркнул Скотт. — Я всё понимаю.       Мама, поглаживая его по плечу, задумчиво заметила:       — Знаешь, когда мне было шестнадцать, я тоже думала, что всё понимаю. А вот сейчас я не понимаю совершенно ничего, — сказано это было будто бы и не Скотту совсем, но потом она, очнувшись, продолжила с заметной уверенностью: — И я тоже не знаю, что будет дальше, так же, как и ты. Но альфа или нет, ты всё равно мой сын. И ты всегда им будешь. Даже если всё это очень жутко, — добавила она. Скотт невольно рассмеялся, поддавшись её настроению.       — Ты самая лучшая.       — Я знаю, — прошептала в ответ мама и, наклонившись, коротко коснулась губами его лба. — Доброй ночи.       — Доброй ночи… — вздохнул Скотт, повыше натягивая одеяло. Высунулся на секунду, окликнул, пока мама шла к двери: — Питер?       Мужчина уже несколько минут стоял в проёме, уперевшись плечом в косяк, и слушал их разговор. Но не вмешивался: спокойно наблюдал, не издавая ни звука. Мама прошла мимо него в коридор, но остановилась рядом, и он приобнял её за талию, ненавязчиво притягивая к себе.       Его присутствие навевало какое-то странное умиротворение: то ли оно было у Скотта своё собственное, то ли он различал запах спокойствия альфы. Был ли у спокойствия вообще запах, парень тоже не знал, поэтому точно определить не мог. Но они с мамой в прямоугольнике тусклого света из коридора выглядели на удивление гармонично. Почти уютно. Как будто всё действительно было хорошо, даже несмотря на Арджентов и Джексона.       — А если Девкалион захочет, чтобы я стал частью его стаи?       — «Если»? — иронично приподнял брови Питер. Мама притёрлась щекой к его плечу и стояла, полуприкрыв глаза. — Поверь, он уже хочет. Думаешь, зачем он тебе всё рассказал, хотя я просил этого не делать? — Скотт устало кивнул. Он и сам это понимал. — Не волнуйся, — прервал его нерадостные мысли мужчина. — Я не позволю ему заставить тебя силой. Ты в любом случае не будешь иметь с ним дело один. Мы разберёмся с этим, когда придёт время, — и, дождавшись, пока Скотт кивнёт, он негромко закончил: — Спокойной ночи.       Дверь закрылась, комната погрузилась в темноту. От раздражающего лунного света защищали плотные шторы, лишний шум и тихие разговоры за стенкой не казались такими уж громкими. Натянув повыше одеяло, Скотт, наконец, погрузился в сон.