О том, как я погиб

Я никогда никого не любил, а ради любви возвращаются даже

мертвые.

***

Что человеку суждено знать о любви? На первый взгляд, много чего, или хотя бы достаточно. Любовь для кого-то смысл жизни, а для другого - лишь пустой звук. Окрыляющее чувство, когда ты действительно ценишь кого-то, считаешь его единственным и хочешь провести с ним всю жизнь. Не так ли? Но на деле, любовь что-то нечто глубже и страшнее, чем на первый взгляд. Ведь объект симпатии не выбирают. Если бы это было не так, то Частокол никогда бы не влюбился в своего же начальника. О «ханахаки» парень слышал ещё в детстве, лет в десять, на каком-то форуме по типу форчана, двача, а может и просто с майл ру. Узнал из истории, когда молодая девушка умерла от не взаимной любви из-за этой мифической и злосчастной болезни, погибая в лепестках пионов и мучительными болями в гортани, буквально выкашливая свои лёгкие. И это история стала в своем роде смыслом жизни Частокола. Или страхом? Страхом перед неизвестностью, боязнь смерти и всякое такое.. б-р.. Но как бы пепельный не уверял в себя, что вся история с цветами, убивающими человека - бред, в его мыслях возник жёсткий закон на всю дальнейшую жизнь: никогда и ни в коем случае не влюбляться, что, к счастью, получалось, и к двадцати годам он до сих пор оставался человеком без второй половинки. Но появился этот чертов Звездоцап. Именно так звали смерть Частокола, ведь в тот момент все планы об одиночной, но зато долгой жизни, рухнули в момент, когда утром горло от кашля трескалось на миллионы осколков, будто бы залитое воском, грудная клетка разрывалась, а вокруг лежали окровавленные лепестки белых нарциссов.

Не может быть..

***

Месяц до этого.

Частокол, только пришедший на собеседование в новую компанию на работу сотрудником, стоял у роскошно-высоких дверей с вырезной рамой узором красивых ветвей какого-то дерева, ожидая, когда, возможно, будущий начальник сможет принять его в свой кабинет. Ноги тряслись в произвольном танце, подкашивались, что аж приходилось облокотиться к чисто-белой стене. Частокол впервые устраивался на работу, поэтому так и боялся. Да он сам по себе был тревожным парнем: дрожал от неподтвержденных мелочей, боялся до дрожи в суставах малейших признаков опасности, да и просто старался сделать вокруг себя безопасную атмосферу. Лишь бы не попасть в впередрягу! А сейчас, будучи уже не двенадцатилетним подростком, а взрослым юношей, которому на днях исполнилось двадцать лет, он все также многого боялся, хотя тщательно старался сконцентрироваться на положительных вещах. Вдруг, дверь открылась, откуда вышла озабоченная блондинка, от вида которой глаза частокола сузились. «- не приняли, — подумал он про себя, и этот голос отчаянно отозвался эхом в голове, — походу, там какой-то строгий урод сидит..» Парень прикусил губу, настукивая нервный такт ботинком. Из губ опечаленной девушки вырвался лишь глухой звук , из которого парниша разобрал слово "следующий". Пытаясь сглотнуть вставший в горле ком, он кивнул, и отправился к кабинету. Бережно отворив дверь, он заглянул внутрь. Чистая комната в бежево-коричневых тоннах. По всюду стоят высокие до потолка шкафы, набитые разной литературой и папками с документами, по всюду стояли украшения в виде небольших статуэток каких-то личностей (каких Частокол не разузнал. Как-то ему было не до этого, знаете ли). На свободных участках потолка висели масляные картины с изображением каких-то пейзажей и снова незнакомых пепельному лиц. Впереди стоял длинный, деревянный стол и два кресла. С виду очень удобные и дорогие. За столом, покрытым документами и дорогой техникой, сидел мужчина. Смуглый, плечистый. Брюнет. С очень красивой причёской, кажется, что-то по типу маллета. С длинными пальцами спереди и аккуратно уложенными прядями. На носу, кажется, шрам.. интересно, у него была буйная молодость? Частокол все внимательно осматривал, пока мужчина, подняв глаза, окликнул слегка взъерошенного парня, окликнув серьезным, до костей раздирающим басом. — что стоишь? Проходи. Частокол, как по приказу, оглядел мужчину. На лице начальника образовалась ухмылка, и он взглядом показал ему сесть на кресло. Парень, пытаясь сглотнуть хоть какие-то остатки вязкой слюны, приходит внутрь, тихими шагами походя к креслу и сразу протягивая позабытую папку с документами. Он усаживается. Кресло оказывается и вправду очень удобным, а глаза мужчины янтарными. На его бирке он вычитал имя Звездоцап. Сам Звездоцап внимательно осматривал документы, пока частокол, пытаясь унять свою дрожь в коленях, сдвигая из друг к другу, метал глазами по кабинету, пытаясь ухватится взглядом за какой-то предмет. Увидев это, мужчина ухмыльнулся. — чего волнуешься так? - из состояния волнения частокола вывел спокойный и басистый голос. Боже, а он случайно не рок-исполнитель девяностых? Или не миллионер с девятнадцатого века? - тут ещё никто не умирал. Может, чай? Или предпочитаешь кофе, Частокол? Он произнес его имя отрывисто и аккуратно, будто бы проговаривает какую-то молитву, или читает стих Есенина, Маяковского, или самого Александра Пушкина. Теперь задрожали уже ладони. — воды, - хрипло произнес парень, - можно воды? — воды? - удивился мужчина, все ещё ухмыляясь в язвительной насмешке, - Я бы всё-таки взял чай. Но, как знаешь. Всё-таки, мы ценим экономность наших сотрудников. Частокол нервно выдавил улыбку и кивнул, а через тридцать секунд он уже судорожно глотал воду. — что-ж, Частокол, - вновь он произносит его имя. Почему-то, по телу проходят мурашки. Кажется, будто бы в Частокола заряжают током с электрошокера. - по документам вы нам подходите. Теперь можем начать устную часть - собеседование. — да, конечно, - с улыбкой шелестит пепельный парниша, радуясь, что ему так повезло. Последующие двадцать минут Частокол и Звездоцап вели беседу. Насколько хорошо она прошла парень не мог осознать. Все происходило автоматически, будто бы самого Частокола накрыла волна транса и все, что он говорил, было создано и автоматически производилось нейросетью. — отлично, - спокойно проговаривает Звездоцап, улыбаясь, - ты нам подходишь. Начинать работу можешь завтра. В девять часов жду тебя в офисе. Эти слова казались сейчас для Частокола чем-то, что было на равне ангельского пения и выговору суда "оправдан". Он вышел с пачкой документов в руках, и на какое-то время застыл у входа в кабинет, естественно мешая пройти другим людям на собеседование. Наверное, он чувствовал радость и гордость за себя.

Он ещё не знал, чем это все обернется.

Лёгкие горели так сильно, что казалось, от раздражения он умрет на месте. К сожалению, Частокол понял, в чем проявилась проблема неожиданного кашля. Его лицо было измученно-страдающим. По щекам текли горячие капли слез. Глаза мигом покраснели, заставив Частокола лишь отчаянно всзилпнуио и броситься в дрожжи, глотая стекавшие слезинки. Жизнь так коротка, когда ты кого-то любишь. В этот час парень осознал все: начиная от его любви к собственному полу, заканчивая понимаем о скорой смерти. Надо бы навестить мать в родном городе и провести как можно больше времени с друзьями, ведь он понимал, что его начальник никогда не подбит его в ответ. Он предан своей жене. И Частоколу придется принять свою смерть.

Он не хотел, чтобы причиной его смерти стал Звездоцап.

***

Понял он свою любовь не сразу. Прошло достаточно времени, пока Частокол снова не встретился глазами с начальником. С приходом в компанию, парень успел хорошо расположиться в новом коллективе и даже найти друга - Долгохвост, парень, примерно ровесник (к сожалению, возраст узнать не удалось, но по ощущениям они общались друг с другом на равных. Язвенный и чуткий крашенный блондин с русыми корнями, выше Частокола на сантиметров двадцать точно. Но несмотря на характер, им с пепельным легко удалось найти общий язык в первый же день, когда те ненароком встретились в офисе. И, в отличии от новенького парня, Долгохвост работал в этом месяце уже три месяца, поэтому, цитируя сказанные им слова, «я главный специалист по сплетням, так что если нужно узнать про кого-то информацию - обращайся ко мне, я всегда тебе помогу». Это и вправду дало какую-то пользу. Ведь так Частокол, в один день случайно встретившись с начальником, проверяющий сотрудников, он запал на него пристально-прожигающим взглядом, сам того не замечая и ловля себя на масле, что Звездоцап и вправду очень красивый. Интересно, как он попал на такую высокую должность? — Хэй, - Долгохвост оказался рядом как гром среди ясного неба, отчего Частокол дёрнулся и чуть не пролил стакан только налитого горячего чая на свою только-только купленную рубашку. От такого коллега не смог удержать смех, который пронесся по кабинету ударной волной. Словив на себе пару неподобающих взглядов, Частокола в том числе, блондин угомонился, подминая краюшки глаз от слезинок. Вот что его так рассмешило, идиота? — закончил? - цокнув рявкнул частокол, ставя стакан на стол. На самом деле, если можно было бы выдать Частоколу премию за что-то необыкновенное, то он бы сто процентов получил её за мастерские и ловкие руки, которые даже в самые критичные моменты не дают вылить содержимое напитка на дорогую аппаратуру и не выплатить за них тридцать своих зарплат. — да чё ты злой такой, - закончив смеяться, Долгохвост улыбнулся и дружески положил руку на плечо к парню, постучав по нему, - ты чёт застыл просто. На Цапа засмотрелся что-ли? — да задумался, - повел плечами парень, осознавая, что так оно вообще-то и есть. Он действительно засмотрелся. — ой ты, мазохист, конечно, - вновь заржал Долгохвост, получив внезапный удар по колени, неприятно зажмурившись и пискнув, - да ладно тебе! Понял я! Я хотел тебе кое что рассказать про Цапа. Я много всего знаю! — рассказать? Зачем? - спросил серьезно Частокол, но затем хмылкнув и подвинув свой стул поближе к столу друга, - ладно, давай свои байки. Жалко, что Частокол осознал лишь потом, что соглашаться было главной ошибкой.

***

Мне хочется сказать «Я люблю тебя», но мне некому это сказать.

Состояние Частокола в последние дни напоминало состояние больного раком. Он побледнев, под глазами образовались яркие круги. Лёгкие болели так сильно, что казалось, они были залиты перцем, а может и вовсе сгнили. За дни страдания он успел возненавидеть нарциссы. Он был готов на все что угодно, лишь бы не эти сранные цветы, оставившие жирный след на судьбе парня. Он теперь ненавидит в них все: запах, внешний вид, форму, значение.. а казалось бы, что это просто цветок. А самое главное - любимый цветок Звездоцапа, которого, сука, он вот так внезапно разлюбить и возненавидеть не мог. И вряд-ли сможет. На работу он ходил кое-как. Конечно, старался шутить, разговаривать с друзьями и коллегами, ходить на корпоративы и вечеринки, поддерживать болтовню и выдавливать из себя смех, стараясь сдержать свой кашель, лишь бы только никто не прознал. Лишь бы только он не совершил ошибку.. Снова была какая-то вечеринка в честь закрытия сезона, как понял Частокол. Все веселились, звон игристого и смех со всех сторон давили на барабанные перепонки, заставляя неприятно ежаться и прикрывать иногда уши руками. Он сидел в компании с Долгохвостом и ещё каким-то коллегами, имён он так и не умудрился запомнить, у сожалению. Блондин, весело рассказывая и смеясь с каких-то новостей, активно поддерживал и втягивал кадогот в беседу. Частокол был не исключением, хотя, если бы он был честен, тот хотел лишь скорее обратно домой, в теплую кровать, продолжить реветь в подушку в компании с самим собой. — кстати, слышали, что Цап разводится? - рандомно сказал Долгохвост, но именно эти слова гулом отдались в голове Частокола,выводя его из состояния, подобного на транс. В момент в сердце заиграла надежда. — как разводится? Почему? - сглотнув ком в горле спросил Частокол. Глаза ожили, а в грудной клетке заиграла надежда. — да там ситуация лютая. Прикинь, изменила ему! Вот овца! - вскрикнул Долгохвост, наигранно ударив по столу кулаком. Потом, увидев озадаченность на лице друга, решил спросить, - а что? Это для тебя так важно? — да нет, ничего особо, - внезапно грустно улыбнулся Частокол, - жалко его. Ладно, я скоро приду. Частокол встал с места, и пулей вылетел из зала, по дороге схватив свою поданную куртку и отправившись на улицу. Был апрель, на улице стоял холодок, освежающий бледные щеки и скулы парня. Сейчас есть шанс. Чего? Может, наконец-то спастись от вечных мук, не попрощавшись с жизнью, так и не поведав её? Или, может быть, наконец-то найти свою кровную душу? Все равно. Ему надо просто действовать. Самый глупый, но самый подходящий вариант - купить сукины нарциссы и вручить ему в руки, рассказав все в лицо. Так он и решил поступить. Купить букет, прийти, выискать его и признаться в жестокой, но правде. Они встретились у его кабинета. — Частокол? - уставший, но такой же раздирающий до болей в груди голос встретил его. Он, заместо праздника и веселья, предпочел тишину своего кабинета, аккуратно заполняя документы. — да, здравствуйте. Я хотел.. - частокол взглотнул. Снова ком в горле не давал сказать ни слова. Он, сжимая стебли цветов в стройных пальцах, протянул его мужчине. На лице того возникло удивление. — Я хотел сказать, что очень сочувствую, что ваша жена поступила так бляшиво, потеряв явно любящего и хорошего мужа. Мне очень жаль. Я надеюсь, что вы сможете найти свою любовь в дальнейшем.. Я надеюсь, что вы будете счастливы. Это все. Все, что сумел сказать пепельный, прежде чем начальник встал с места, взяв с некой осторожностью букет. — Я.. конечно, спасибо, - заикнулся Звездоцап. Ему, видимо, впервые дарят цветы, - и за пожелания спасибо. Просто цветы.. Я.. не ожидал. — Я посчитал, что сейчас это самый подходящий подарок. Частокол надменно улыбнулся. На уставшем взгляде глаза стали мокнуть, образовывая слезы. Он в тот же момент выбежал из кабинета. Нет, он так, блять, не может.. так нельзя. Он понял, что все надежды в один миг рухнули только тогда, когда он оказался в метрах пятиста от офиса. Он осознал то, что сам загубил себе жизнь.

Пути назад не будет.

***

Сердце стучит так сильно, что, кажется, я не доживу до утра. Да, я не переживу даже эту ночь, не то, что до тебя дойти.. Ты единственный из встреченных мною мужчин. Я не знала, кто это были раньше.. И все — вокруг кто они?!.. Чьи-то мелкие покрупнее представители… Я, кажется, забываю, как без тебя дышать.. Конечно, это больно, но это сердце — бедное, влюбленное, дрожащее — оно тоже твое..

Серота и густота этого места придавала какую-то особую страшную атмосферу. Было тревожно и пусто в душе одновременно. Ни единой души рядом, лишь сотни надгробий стоят вокруг. Звездоцап раньше всегда интересовался в смерти и потусторонних реальностей, где души мертвых оживают, бродя по месту их захоронения и нагоняя ужас на окружающих. Но сейчас, понимая, что рядом лежит не тело старика, а собственный работник, которому могло бы исполнится двадцать один год, пугало. А ведь он мог прожить столько мгновений, столько интересных моментов.. и все впустую.

Тело мое было найдено в пять утра, двадцать пятого числа, на речном вокзале. ...При мне нашли папку с протоколом... на одной странице было нарисовано лицо, а на другой вопрос о смысле моей жизни... а вся остальная страница была исписана ответом — и это было только одно слово... любовь.

Парень умер двадцать пятого апреля, приблизительно в четыре часа тридцать семь минут. Причина смерти - остановка сердца. А рядом с его худым и измученным телом растеклась лужа собственной крови и лежали десятки лепестков белых нарциссов. Звездоцап бал последний, кто увидел Частокола.. он понимал, что, в какой то степени, в этом всем виноват именно он. Что именно он не смог удержать парня при себе, не видел болезненных состояний собственных работников, а что ещё хуже - не видел значимых жестов. Он понял, что произошло с парнем. Понял всю эпопею цветочной болезни, осознал, что именно он был его не взаимным объектом симпатии. В этом виноват именно Звездоцап, что понял это гораздо позднее, чем мог бы. Возможно - он просто херовый человек, и что смерть молодого парня - лучшее наказание для мужчины. Он задумался. Уставился на лицо на могилке. И в один момент осознал то, что стало в последствии его главной ошибкой, ведь через ту же секунду в лёгких появился невыносимый зуд, будто бы кто-то воспламенил лёгкие, и мужчина в приступе кашля падает на холодную землю, откашливаясь и стараясь прекратить приступ агонии в лёгких... А перед лицом рассыпались отрывистые лепестки ромашек, глядя в бездонно-карие глаза Звездоцапа.