Моей любви было недостаточно, чтобы ты остался

Последние секунды отчётливо въелись в память Стоуна, сжигая его изнутри и разрушая его самосознание. Он помнил всё, помнил болезненно, с точностью до секунд, погружаясь в эти мучительные мгновения с головой и каждый раз умирая и возрождаясь. И вот снова он в страшном моменте. На улице темно, льёт дождь и он, еле дыша, пытается дозвониться до Айво и помочь ему. Порыв ледяного ветра бросает в лицо брызги, застилающие глаза и обдаёт агента ледяным воздухом. Но Стоуну всё равно, он не чувствует ни холода, ни ветра, ни дождя, ни волос, прилипших к лицу. Агента сжирает ощущение безысходности, с каждой секундой его сердце кололо всё сильнее. Доктор борется с силами смертельного взрыва, готовясь принять свою смерть в любой момент, а он здесь, валяется в грязи как брошенная игрушка, откинутая капризным ребёнком. Снова не нужен никому, одинок. Или же кто-то пытается его спасти? Мысли вихрем кружатся в голове, сменяют друг друга, каждый раз приводя к худшему исходу. Глаза наполняются слезами, он пытается встать, поднимается с колен и закрывает лицо руками сотресаясь в плаче, осознавая болезненно каждую секунду проводимого здесь времени. Стоун осознаёт, что не может сделать совсем ничего, он словно игрушка в руках смерти. Не нужная, но всё ещё забавляющяя. Вдруг рядом вспыхивает огромный экран, Агент сразуже вперивается в него взглядом, надеясь получить хоть толику ответов на свои вопросы. В голове молитвой летит одна и та же фраза: -Останься жив, прошу, Айво! Она занимает каждый миллиметр его сознания, повторяется сотни тысяч раз, отзываясь во всех уголках. Этот безмолвный порыв остаётся в сердце ещё одним болезненным уколом, невидимым для людей вокруг. На экране пробегает череда помех и глаза судорожно ищут причину его включения. Вдруг сейчас неподалёку Работник, и одно из его устройств вывело из строя электронику? Сейчас, Стоун всё бы отдал за хотя бы одно оскорбление в тот момент, он хотел услышать этот голос взывающий его сознанию. Он просто мечтал что Айво был рядом. Пусть он выведет из строя всю электронику, втопчет агента в грязь, истопчет ногами, ударит по лицу, оставит там....да хоть череп проломит, но только пусть будет рядом... Но ответ появляется сам собой, когда помехи успокаиваются и на экране появляется изображение. Сердце уходит в пятки иглухо бухает где-то там. Похоже, роботнику не суждено выжить, это конец. Стоун понял это моментально и ком подкатил к горлу. Он понимал доктора как никто другой, находясь рядом последние пять или...сколько конкретно лет он сам уже не помнил. Но точно знал, что Айво уже не избежать смерти. До каждый мысли и последнего движения доктор ненавидел показываться на публике, без лишней надобности не выходил туда абсолютно, да и даже если приходилось, то в лучшем виде. Зачем же он выходит на связь,да ещё и так? Боже, как же ужасно видеть это, осознавая что это всё, будущего У Айво больше нет, да и его скоро не будет. Решение пробило мозг пламенной стрелой. Это похоже на предсмертную записку, а скорее ролик. Агенту хотелось хикнуть, хотелось повеселеть, но смех был бы лишь защитой. И вот он слышит голос Айво, те слова, что сказал доктор тогда въелись в мозг Агенту заставляя его сердце сжиматься от ужаса при каждом воспоминания. Это было что-то вроде надписи на надгробии - слова самые искренние, самые честные слова в жизни Айво. Те фразы, которые он вынашивал в своём сердце годами, всё самое доброе, самое светлое, и чистое он оставил в том мгновении. И вот наконец с экрана Айво заводит свою речь: - Я посвящаю этот последний стрим одному очень важному для меня человеку, моему любимому приспешнику. Агент Стоун, ты всегда был рядом и терпел все мои выходки. Спасибо. Ты был не просто помощником, ты был настоящим другом и да, мне всегда нравилось твоë латте на молоке австрийской косы. Ты чудесно его готовил! В этот момент Стоун слышал себя словно со стороны, он слышал выкрик: - Нет, доктор! Он хотел было сказать что-то ещё, но его прервали. На небе показалось яркая вспышка. Осознание настигает быстро и колет словно шпага: больно и безжалостно. Это взрыв. Больше ничего не будет. Прошлое и будущее затянулось пеленой скорби и остальное юноша помнил смутно. Помнил лишь дождь, свой крик, бар, реки алкоголя и...ванную. Он очнулся, лёжа в ванной. Голова на холодном кафеле,руки в крови, а в груди - бесконечный холод. В порыве пьяной ярости тогда он, похоже пытался совершить самоубийство. Стоун в тот момент практически ничего не осознал. Единственное, что всплыло в памяти это то, как он в слезах хватает нож и, практически падая в обморок, со всей силы мажет им себе по запястью, пытаясь вскрыть вены. Об этом свидетельствовал длинный шрам на левом предплечье. Он был таким смутным, дрожащим, словно нереальным, но очень кровоточил и мешал жить, словно выполняя роль Айво. Та же тупая постоянная боль, но в этот раз она уже напоминала о чём-то важном а не была им. Смысла жизни больше нет, а обременить своей смертью некого. Месяц прошёл без сил и оставилпосле себя лишь однообразные дни. И вот, очнувшись от воспоминаний, парень обнаруживает себя вновь на полу. Вокруг ледяной, как казалось, воздух, лужа слёз, судя по всему мужчина снова плакал, на предплечье Сидни дрожащей надрез. Он уже начал затягиваться, но всё ещё причинял боль, словно не давая забыть о докторе. Нужно было собираться с мыслями. Стоун нужен родителям и может быть друзьям. Но кого ему теперь называть друзьями? Так, пара знакомых с прошлой работы и, возможно, Соник со своей командой. Но стали ли они друзьями? Это ребята принимали его как какое-то жалкое подобие Роботника, всегда находящееся рядом и просто выполнявшее приказ. И никогда он не был для них чем-то важным. Да, конечно к нему относились с состраданием и даже довольно хорошо, но всё же друзьями Стоун бы их не посчитал. Собраться с мыслями было практически невозможно: размышления о смысле жизни сбивалис с толку, а шрам гложил душу, напоминая о ничтожности агента, он напоминал о том, что случилось так, казалось бы недавно, и оставило в его душе в рану. Почему он не смог оградить Айво от тех промахов от этой жертвенности?Она ведь была всегда...он ведь мог что-то сделать. Но только тот никогда его не слушал, ибо равным себе не считал. И ведь дорого Айво это обошлось. Надо признать, что статистически отрицательный герой несёт в себе множество травм и грустных моментов. Агент сначала думал,что Айво - обычный гений, который просто считал себя выше других из-за своего непревзойдённого таланта. Но, когда они узнали друг друга получше, раскрылись те тайны, которые Роботник носил в себе с самого детства. И правда он не оказался исключением из правил. На самом деле, Айво всегда был открыт к общению, хотя казалось что и довольно грубому, но всё же таил под своим костюмом тёмный секрет, мешающий стать более приветливым. В средней школе над ним начали издеваться сверстники, причина у них было много: во-первых, ум его явно был неординарным, что задевало самолюбие школьников, из-за чего они смотрели вечно косо, словно пренебрегая. Во-вторых, Айво был сиротой, естественно не получал родительской любви и не имел понятия, как правильно выражать свои выражать свои чувства. Слишком грубый и бездушный, как его называли одноклассники, "заучка" не мог даже подумывать о настоящей дружбе. Стоун не знал этих тайн поначалуи думал, что профессор просто заносчивый кретин, но когда они раскрылись, Эггмана стало жалко ещё больше. И теперь в своей груди агент нёс эти тайны и истории, зная, что только он и сам Айво в курсе. Он знал всё от и до, хотя Роботник рассказывал об этом смутно, пару раз пустив слезу, но доверяя. И Стоун правда верил, что ему нужна помощь. Но всё же он никчёмная тряпка, раз не смог ничего сделать.