У них была традиция прятаться на кровати, укрываясь одеялом. Она с детским озорством позволяла игольчатому другу оставаться в её комнате, прячась от сотрудников и учёных. С фонариком в лапах и под боком обожаемого человека, ёжик чувствовал себя в таком уюте, что невольно сворачивался калачиком, греясь.
Но что теперь? Есть надоедливый синий герой, который не может успокоиться даже на минуту. Только не в присутствии Шэдоу, которого так весело нервировать. Ну конечно. Тень вдруг понял, что поддерживал зрительный контакт чрезмерно долго. Он настолько погрузился в очередную ностальгию, что не смог контролировать собственный взгляд, поэтому торопливо отвернулся, потускнев. От Соника послышался почти грустный выдох, из-за чего Шэдоу лишь повёл ухом, отвлекаясь на небо. Ни одной тучки не виднелось даже с горизонта. Он давно не видел звёзды столь чистыми. Луна поднималась в небе, освещая тот голый участок земли, где уселись два ежа в ненавязчивом умиротворении. Было по-необычному тихо, и ветер всколыхнул чёрные иглы. Даже кобальтовый молчал, от чего Высшая Форма Жизни рассеянно оглянулся на него, будто боялся, что он ушёл. Оказывается, не он один был сфокусирован на луне – у Соника округлились глаза, и он смотрел с выражением замешательства. — слууушай... — с явной неуверенностью и улыбкой ёжик тянул слова, и Шэдоу исказил мордочку на это. Сонику не свойственнен такой голос. — я думаю, нам пора расходиться. Оторвав взгляд от полнолуния, герой вскочил на ноги, сильно напрягаясь. Собеседник не понимал его мотива, но поднялся, оставшись у края обрыва. — и с чего бы это? — оооооууу, кажется мне Тейлз звоониит, может что-то важное случиилось... Мне пора идти! Шэдоу поднял бровь, не веря чужому актёрству. Он знал что герой никогда не отвечал на звонки друзей, то ли намеренно, то ли по другим причинам. Скрестив руки на груди, он глазами пилил паникующего Соника, который в укоре совести не мог сбежать, оставив другого ежа без ответов. — заканчивай театр одного актера, смотреть противно. Герой глубоко вздохнул, опуская голову и явно осознавая что-то. Луна продолжала подниматься над горизонтом, и Соник упал на колени, сильно трясясь. В момент когда он руками хватался за плечи, на морде виднелась гримаса боли. Высшая Форма Жизни в лёгком испуге и замешательстве напряг плечи, пока ветер подгонял его к отступлению. Теперь Шэдоу смотрел вовсе не на героя – кобальтовые иголки вздыбились, увеличиваясь в размерах, и тот издал пару прерывистых рыков, сильно искажая собственный силуэт. Стоило чёрному ежу моргнуть в ужасе, как перед его глазами встал огромный – по ежиным меркам – оборотень. Яркие зелёные глаза вперились в удивлённого ВФЖ, который машинально сделал шаг назад. Что это за хрень?!! Второй шаг отступления был ошибочным, и Шэдоу сорвался с края обрыва, в мгновение чувствуя раскаленный адреналин по всему телу. Рефлекторно руки потянулись к иголкам, но он ощутил как крупная когтистая лапа схватила его тело, с лёгкостью удерживая. Тень не понял, чего испугался больше – внезапного падения, или того, что его спас ёж-переросток. Правда, насколько справедливо теперь будет назвать Соника ежом? У пойманного во второй раз перехватило дыхание, когда чужая хватка неловко ослабилась, а он оказался стоящим на траве, будто не срывался прямиком с обрыва пару секунд назад. Отряхнув предплечья белыми перчатками, Шэдоу украдкой взглянул на оборотня, узнав в этой морде знакомое выражение. Нахмурился в недовольстве, и смог собрать волю в кулак, чтобы полностью повернуться на "спасителя". Выглядел он.. экзотично. Чёрный ёжик с напряжением вздохнул, прежде чем заговорить. — ладно. Я жду объяснений. Собеседник явно неловко улыбнулся, выставляя напоказ крупные, будто акульи зубы. Высшая Форма Жизни потерял дар речи. Ставший крупнее раза в два, Соник смотрел на него осознанными глазами, кажется, чувствуя себя не менее глупо чем Тень. Торс зарос густым мехом, моментами переходящим в серый оттенок, а на лапах без перчаток красовались длинные когти. Даже обувь потерпела изменения – став крупнее, и на подошве покрывшись шипами. Каким бы глупым ни было выражение на его морде, кобальтовый выглядел устрашающе. И если бы Шэдоу не был столь непробиваемой и хладнокровной личностью, он бы дал дёру так далеко, чтобы этот переросток физически не смог до него добраться. — это.. долгая история, Шэдс. — из-за размера чужой голос заметно понизился, но ёж не обратил на это должного внимания. — нам некуда торопиться. — что-бы сбавить напряжение в теле, названный стал постукивать ботинком по траве, сложив на груди руки. Сказать, что он был под огромным впечатлением – это то же самое, что промолчать. Он был в ужасе! О Хаос, как можно было верить тому, кто в полнолуние становится оборотнем, и абсолютно молчит об этом!! — ..извини что тебе пришлось это увидеть. — изобразив сожаление (насколько это было возможно с его угрожающе-крупным размером), Соник сложил когтистые лапы вместе, опуская плечи. Он не стал казаться меньше от этого жеста, но после пары вздохов Шэдоу позволил себе устаканить нервы. В голову снова пришли истории Марии. Однажды она рассказала свои догадки об оборотнях, про которых узнала из книжек и журналов.— говорят, оборотней можно увидеть только в полнолуние! Они превращаются из обычных людей в крупных хищников, принимая вид волка!
Откладывая странный фанатский сборник паранормальных явлений в сторону, Мария с улыбкой на лице подняла руки в устрашающем жесте, направленном на ёжика, смирно сидящего рядом. Шэдоу едва заметно хмурился, и помотал головой, не веря.
— звучит не лучше тех ужасов, что мы смотрим по телевизору. Это ведь выдумка.
— зато представь как интересно! Хотела бы я посмотреть на такое своими глазами. Всё же луна творит чудеса, тебе так не кажется? — она с намёком поднимает взгляд к потолку, и он следует её примеру.
Девочка выключила настольную лампу, оставляя комнату в темноте. На стенах отразились силуэты звёзд и планет, и Высшая Форма Жизни чувствовал, будто смотрит на реальную галактику. Ультрафиолетовая краска отражала все мечтания двух детей, и они были способны представить что угодно. Мария улеглась на пол усыпанный подушками, попкорном и книгами, рукой похлопав рядом в пригласительном жесте. Шэдоу примостился совсем рядом, улыбаясь уголками губ. Он не совсем понимал, как она может говорить про столь умные, подтвержденные наукой факты, явно пародируя этим своего дедушку, а затем верить в выдумку про оборотней. Но ёжик настолько доверял человеку, которая смогла стать для него единственным другом, что противиться было бы неправильно. Он поверил. Он хотел, чтобы Мария смогла увидеть все чудеса света. Даже те, что не поддавались разумному объяснению.
Полнолуние. Оборотни. Теории. Получается, всё это было правдой? Ёжик с заметным укором посмотрел на Соника, который забеспокоился из-за повисшего молчания. — почему ты никогда не говорил об этом? — ты чуть не упал с обрыва от увиденного. Не думаю, что рассказывать об этом кому попало будет весело. Шэдоу прекратил стучать ногой, постепенно переварив ситуацию. — твои друзья тоже не вкурсе? — Соник кивнул на вопрос, потирая крупные иголки. Удивляясь собственному интересу, Высшая Форма Жизни подошёл ближе к переростку, оглядывая его снизу вверх. Возможно, герой прав – такой "ньюанс" будет сложно подать правильным образом. — как ты мог назначить встречу в день полнолуния, зная что превратишься в невесть что? — сложив руки по бокам, он в строгости смотрел на чужую крупную морду, которая ответно смотрела на Шэдоу со странным блеском. — я не думал об этом! Я ведь уже извинился! — Соник фырчал от негодования, выпрямляя шею в сторону меньшего. Ёж схватил белой перчаткой чужой нос, и услышав приглушённое «ай», с пренебрежением отвёл его морду в сторону от себя. — теперь ты стал в два раза противнее, чем был до этого. Оборотень обиженно нахмурился от такого заявления, снова поворачиваясь к Шэдоу, когда его нос отпустили. — а ты даже таким маленьким остаёшься врединой. Ты даже не боишься меня? — последний вопрос звучал с вызовом, на что чёрный ёжик метнулся взглядом от чужих когтей до зелёных глаз. — а у меня есть повод? То, что ты крупнее, не означает что твои силы могут превосходить мои. Я – Высшая Форма Жизни, у меня нет слабостей. — "я – Высшая Форма Жизни, у меня нет слабостей." — Соник с напускным безразличием вторил голосу Шэдоу уже явно заученную фразу, закатывая глаза. Ёжик оскалился от такого передразнивания, явно недовольный таким отношением к своей персоне. — я всё ещё могу набить твою нахальную морду, Соник. — Шэдоу пригрозил кулаком, но оборотень лишь сдержался, чтобы не рассмеяться в басистый голос. — извини Шэдс, но смотря на тебя с величины моего роста, я могу только умилиться. — в качестве доказательства крупная лапа прошлась по макушке ежа, растрепав двухцветные иглы. Соник громко хмыкнул, скалясь. Растрёпанный ВФЖ почти кипел от злости, пока мордочка едва заметно краснела со стыда. Теперь такая разница в размерах удручала, и Шэдоу жалел, что вообще застал Соника в форме оборотня. Столько жалел, сколько и был заинтересован. Чужие крупные иглы и мех на всём массивном теле привлекали, и желание их коснуться усиливалось. Это было странно, ведь чёрному ёжику никогда не была свойственна тяга к тактильности. Он бы забыл, что это такое, если б не герой, который трогал его в любой удобный (и не совсем) момент. Парой движений перчаток пригладив свои иголки, он с любопытством обошёл собеседника со всех сторон, осмотрев непроницаемым взглядом. Он обратил внимание, что Соник продолжал сверлить его глазами, отслеживая каждое действие. Было ли это связано с привычкой, или чем-то иным? В целом, не так волновало. Не волновало до момента, пока крупная лапа не взяла Шэдоу за пояс, и не притянула к своей морде, словно мягкую игрушку. — наверное, ты не особо вкурсе, да? Ёжик поднял бровь на риторический вопрос, чувствуя себя слишком маленьким. — оборотни плотоядны, и в полнолуние их аппетит пробуждается. — Соник позволил себе хищную улыбку острых зубов, приводящую меньшего в ужас. У ВФЖ гулко упало сердце от такого развития событий и угрозы, звучащей в чужом голосе. Задержав дыхание от испуга, он не знал почему быть удерживаемым чужой крупной лапой бывает так необычно. На искажённую в замешательстве и уловимом страхе мордочку, герой сменил оскал, и не сдержавшись, рассмеялся. — ты ивправду повёлся! Хахахаах, ты такой..!! Хах, забавный. — в низком смехе прослеживались старые добрые нотки Соника, от чего Шэдоу начал пыхтеть, в попытке выбраться из чужой хватки. — а ну пусти меня, чёртов шутник!! — процедив сквозь зубы, ёжик был готов испепелить оборотня взглядом за испытываемый стыд и кровь, прилившую к щекам. — не хочу! Ты слишком буйный. — он продолжал хмыкать, смотря на чужое сопротивление. ВФЖ громко фыркнул, опустив плечи. Его руки были плотно прижаты к телу под давлением крупной лапы, и он не сможет выбраться, пока этого не захочет Соник. Как же бесит!! Он ненавидит делать что-то на чужих условиях, а это ситуация уже начала занимать первое место по рейтингу случаев высшего стыда. Оборотень плюхнулся на траву, расслабляясь. Ему стало заметно легче от того, что ситуация приобрела комичные нотки. Выпустив приятеля из хватки, он тут же прижал его двумя лапами к меху на груди, от чего Шэдоу потребовалась пара минут, чтобы найти удобную позу, не перекрыв дыхание. Он что, плюшевый мишка что-бы с ним так обращаться?! Правда, будучи прижатым мордочкой в густую синюю шерть, он не то что бы возражал... От Соника исходил запах листвы и чили-догов. Ёжик чувствовал, как крупная грудная клетка под ним вздымается в размеренном дыхании, и он неосознанно решил синхронизироваться с ним, слегка расслабляясь. — скажи, что я выгляжу круто в этой форме, да? — кобальтовый хмыкнул, глянув на чёрно-красную макушку, вполне мирно лежащую у него на груди. А вот Шэдоу всерьёз задумался над этим вопросом. Он всё равно не признается, но Высшая Форма Жизни находил такую перемену в размерах и виде... Привлекательной. Его всё ещё прижимали массивные лапы, которые всевластно не давали ему подняться. Пусть он мог дотянуться до Изумруда Хаоса и быстро выпутаться из такой ситуации, он продолжал лежать, сам удивляясь такому выбору. Хмурясь для галочки, ёжик провёл перчаткой по груди Соника, с любопытством запуская пальцы в его мягкий мех. — возмоожно.. — задумчиво протягивая сказанное, Шэдоу продолжил рассеянно выводить незамысловатые узоры на чужой шёрстке, не обратив внимание, что дыхание оборотня сбилось, и он опустил голову. Хвост Соника двигался ускоренным метрономом, пока они лежали в этом положении ещё пару минут. — Шэдс? Названный не ответил, но навострил ушко в знак того, что слушает. — ты ведь не расскажешь никому? — герой поднялся, оставаясь в сидячем положении. Тень быстро опрянул от чужой груди, оставляя между ними расстояние вытянутой руки. Как-то лениво взглянул собеседнику в морду. — а кому? Кто-ж поверит что всеми любимый Соник становится зубастым громилой в полнолуние. — Шэдоу снисходительно хмыкнул, опустив плечи. — да ну, Руж например... — а она может и поверит... — повернув голову на бок, ёжик украдкой смотрел на оборотня, который сильно напрягся. — мы работаем с ней вместе, но это не означает, что я должен обо всём ей докладывать. Сняв пару гирь с сердца Соника, он спокойно вздохнул, наконец чувствуя контроль ситуации. Если Высшая Форма Жизни расскажет кому-нибудь (особенно Руж) о способности синего, его авторитет как добрячка будет подорван. Значит, теперь герой его должник! Почти просияв от этого факта, он только спустя секунду осознал, что чужая морда прижимается к его плечу в подобие объятий. Одна когтистая лапа покоилась на талии Шэдоу, пока вторая лежала совсем рядом. Соник принюхивался к запаху другого ежа, на что тот в смущении на него покосился, желая отпрянуть. На удивление легко удержав его, оборотень самостоятельно оторвался от чёрного плеча, смотря на его обладателя новым взглядом. — лаванда. Почему лаванда? — ёж быстро смекнул, о чём спрашивал кобальтовый. — мне кажется, ты не знаком с такими словами, как увлажняющая пена и парфюм. — снисходительно приулыбнувшись, Шэдоу видел как Соник надулся от его слов. — от тебя всегда пахнет чили-догами. Ёжик предположил, что в форме оборотня сильно улучшается обоняние, от чего у кобальтового и возник этот абсурдный интерес. Герой явно не мог никак парировать слова Шэдоу, от чего снова уткнулся в его плечо, находя в этом какое-то расслабление. Только теперь Тень обратил внимание на чужой удлиненный хвост, больше схожий с собачьим. Он энергично двигался из стороны в сторону, привлекая внимание из-за шуршания травы. ...А так и должно быть? — твоя форма оборотня пройдёт только когда взойдёт солнце? — отвлекаясь от собственных мыслей, ёж рассеяно потянул лапы к длинным синим иголкам, невесомо погладив. — да, вроде... — хватка на талии усилилась, будто Соник догадывался, что Шэдоу, в роли его мягкой игрушки, попытается уйти. — я не собираюсь сидеть с тобой всю ночь вот так. Высшая Форма Жизни исчез из чужих лап в зелёном свечении, но не ушёл слишком далеко – остался стоять перед мордой оборотня, с видом «можно смотреть, но не трогать». Уже согретое тело обдало прохладным ночным ветром, и он внезапно осознал, что в хватке чужих рук было значительно теплее. — ...ты мне говорил, что тебе не нужен сон. — я в няньки ежам-переросткам не нанимался. — Шэдоу бросил хмурый взгляд на собеседника, который за последние полтора часа успел доставить ему неимоверно странный спектр эмоций. ВФЖ был уверен, что по приходу домой обнаружит пару седых иголок. — останься. — с требованием в голосе Соник почти собственнически схватил меньшего двумя лапами. — с чего тебе стало так нужно моё присутствие?? — не скрывая замешательства, Шэдоу поднял бровь. Его снова окутали, буд-то тёплым одеялом, от чего ёж мог только выдохнуть. Его усадили на чужие колени, повернув спиной. Теперь Тень мог свободно видеть горизонт и звёздное небо, пока его обняли и прижали к пушистой груди. Кобальтовый потирался мордой об иголки на макушке ВФЖ, почти мурча. Герой не ответил на его вопрос, но от своего положения Шэдоу чувствовал себя крайне неловко. На щеках снова выскочил постыдный румянец, и он, коря себя за такую слабость, пытался думать о чём угодно, кроме крепко обнимающего его оборотня. Сила в чужих когтистых лапах, такая наглость и диковинный интерес... Всё это вызывало новые и новые мысли, от которых шли мурашки по спине. Острые зубы с крупными клыками, дикая ухмылка, секундный отблеск луны в зелёных радужках глаз. Кажется, Соник чувствовал эту перемену в чужом настроении, фыркнув. Приняв более удобное положение, оборотень прошёлся языком по чёрному ушку, от чего Шэдоу будто ударило током. Он резким движением рук отвёл его морду от себя, и приподнял голову, что-бы впериться ответным и очень злым взглядом. — никогда так не делай! Мерзость! — откуда это у тебя? — игнорируя чужие возгласы, Соник глазами указал на поврежденное ушко. Рубец, оставленный чем-то острым, фантомной болью отразился на лице Шэдоу. — тебя это не касается. — я не отстану. Ёжик обречённо вздохнул, отводя взгляд на звёздное небо. — во время.. инцидента, при открытом огне в меня попал железный осколок. Это мне ещё повезло. Соник с молчаливым сожалением оглядел меньшего, понимая, о каком инциденте идёт речь. Шэдоу никогда не говорил напрямую о смерти Марии, но по многим повадкам и словам можно было понять, что он ужасно скучает. Вдруг приободряюще улыбнувшись, оборотень сделал пару мазков языком по чужим иголкам, отвлекая меньшего от "созерцания" звёзд. Высшая Форма Жизни громко вобрал воздух, от раздражения и мурашек подняв плечи. — Соник!!!***
Неохотно распахивая тяжёлые от дрёмы веки, Шэдоу чувствовал удар прямых лучей солнца в лицо, отворачиваясь. Хватило пяти секунд, чтобы он пришёл в себя. Его предплечье согревала чужая лапка, пока голова покоилась на чей-то груди. Чёрный ёж, вскакивая как ужаленный, острым взглядом покосился на Соника, который беспечно лежал на траве, улыбаясь. Обычный размер, те же синие иглы, а улыбку обрамляли только маленькие клычки, пока глаза игриво скакали по телу Шэдоу. Проснувшийся с каким-то облегчением вздохнул, потирая глаза. Едких комментариев не находилось – голова была пуста впервые за очень долгое время. — ты знал, что ты милый когда спишь? Ёж сжал кулак, раздражаясь с самого пробуждения. Даже не смотря на кобальтового, Шэдоу знал, что тот улыбнулся шире и поднялся с земли, потягиваясь. Если Соник всю ночь играл для него роль подушки, то это чертовски неловко. Судя по положению солнца, сейчас было девять утра. Для Высшей Формы Жизни, чье расписание начиналось строго с пяти, это было крахом всего оставшегося дня. Он опустил плечи, почти рыча. Его спинных иголок коснулись в похлопывающем жесте, и Шэдоу хмуро обернулся на героя, вставшего рядом. — теперь я знаю, к кому могу обращаться в день полнолуния. — только попробуй, ёж. И Тень догадывался, что тот попробует. И знал, что не сможет отказать. Кобальтовый оборотень отпечатался в его голове так чётко, что предстояло много времени, прежде чем он сможет относиться к этому спокойнее, чем сейчас.