Глава 7. Суровое осознание.
21 марта 2025 г., 21:51
— Джисон, как ты смотришь на то, чтобы сходить со мной на свидание?
Хану сначала кажется, что он ослышался. Но когда он замечает в глазах друга серьёзный настрой и лёгкое волнение, то понимает, что это не галлюцинация.
— Ты... сейчас не шутишь?
— А по мне похоже, что я шучу? — Хёнджин слегка хмурится и поднимает бровь.
— Нет, просто... – Джисон немного мнётся. — Для меня это всё даже как-то в новизну, если честно. Я никогда не думал, что такой, как я, может заинтересовать хоть кого-нибудь, а тебя уж тем более, — он опускает взгляд.
— А что с тобой не так? Ты милый, добрый, щедрый, заботливый. А ещё умный и уж очень симпатичный, знаешь ли, — хитро улыбается Хван. — В какой-то степени я даже удивлён, что ты до сих пор одинок.
Младший же не унимается.
— Я неуверенный в себе, слишком тихий, отстранённый. У меня постоянные проблемы с матерью, контактом с людьми и паникой. А ты... — его голос становится мягче. — Ты до безумия красивый, милый, добрый, сообразительный, уверенный в себе. Яркий, эмоциональный, артистичный... — он резко замолкает, когда чувствует, как горят щёки. — Ну, ты меня понял.
Хёнджин лишь качает головой.
— Я помню о твоих проблемах, Джи. И знаю твой характер. И, тем не менее, как видишь, это не мешает мне предпринять попытку сблизиться с тобой. А если ты сам просто не хочешь, то так прямо и скажи. Я не обижусь.
— Ну, тогда мне нужно всё тщательно обдумать, если ты не против.
Хёнджин спокойно кивает и возвращает младшему рюкзак.
— Хорошо, я понимаю. Не торопись с решением, буду ждать твой ответ в любое время.
Джисон благодарно улыбается, забирает свою сумку и прощается с Хёнджином.
***
По возвращении домой вся его вечерняя рутина проходит на автомате. Он никак не может поверить, что всё это — чистая правда. Что сам Хван Хёнджин — человек, который так много значит для него и всегда сводит его с ума, — позвал его на свидание. Поэтому он продолжает убеждать себя, что просто спит.
В голове вновь и вновь прокручиваются знакомые, но болезненные фразы: «Я никчёмен», «Я ни на что не способен», «Я не заслуживаю ничего хорошего», «Я не достоин его любви»… А действительно ли эти слова его?
"А если это не мои мысли?
А если это просто… чьи-то голоса, засевшие в моей голове?"
И в этот момент, несмотря на все попытки уйти от прошлого, на него нахлынули воспоминания, которые он так долго загонял вглубь себя. Сколько раз он отвлекался, отгонял мысли, пытался не думать, не вспоминать? Но сейчас… у него просто не хватает сил сопротивляться.
Перед глазами всплывает, как он, будучи маленьким, случайно сделал помарку в тетради и впервые услышал от матери жестокие слова о своей ничтожности. Как девочка, из-за которой он подрался с Хёнджином в начальных классах, отшила его со словами: «Ты не достоин того, чтобы я любила тебя. Ты же выглядишь как гадкий утёнок». Как учителя внушали ему, что он может лучше, но просто старается недостаточно. «Недостаточно» и «надо» — вот слова, которые неизменно звучат у него в голове.
С детства он верил, что это его собственные мысли. Но… так ли это?
"А если я просто оправдываюсь?
Может, мне удобно в это верить?
Или… я просто привык так жить?"
Чем больше он об этом думает, тем яснее становится: эти установки не рождались внутри него. Они приходили от других людей, от их ожиданий, взглядов, проекций. Они кирпичик за кирпичиком встроились в его неокрепшую психику.
Но ведь с ним всегда было всё в порядке. Даже больше того — всё было замечательно. Хан всегда отлично справлялся с тем, что ему нравилось: музыка, анимация, философия, спорт… Он будто был создан для этого.
И теперь становится понятно, почему Хёнджин всегда рядом, почему Феликс слушает его рассказы с нескрываемым интересом, почему Чанбин готов поддержать его в любую минуту.
Джисон действительно что-то значит.
Он не просто пустая оболочка. Он — гораздо больше.
— Как же долго я был слеп…
Голова всё ещё идёт кругом, но дышать становится легче.
Ему не нужно пытаться быть кем-то, чтобы заслужить одобрение — те, кто гордится им, сделают это в любом случае. Ему не нужно менять себя, потому что он уже достаточно хорош. Ему не нужно заслуживать чью-либо любовь — он рождён для того, чтобы его любили. Просто так. Любым. Даже Хёнджин.
Вот почему старший хочет сблизиться с ним, пока Джисон вновь избегает шанс на счастье.
Но теперь он постарается не упустить его.
Даже если сказать это намного легче, чем сделать.
— Алло, Чанбин? Здравствуй, прости за беспокойство. Нам нужно срочно поговорить.
