Неизвестно Где

Ярость Нужно было двигаться, и быстро! Последнее что я помнил: так это оскаленная морда чудовища выглядывавшая из-за бревна. Мы побежали; малютка вцепилась в плечо и в ее глазах я читал страх. Ее взгляд потерялся в пространстве, такое бывает у тех кто не может отпустить увиденный ужас. Теперь я не только нес ответственность за свою жизнь, на мне лежала забота и о моей спутнице. В легкие врывался ветер, холодный и влажный от надвигающейся бури, я чувствовал ногами влажную траву. По боках хлестали лицо и плечи мокрые листья размашистых кустов. Над головой шелестели кроны деревьев а небо над ними, где ему удавалось проскользнуть, было серым и безразличным к судьбе тех кто ниже. Пронеслась молния и рухнул гром. С такой силой был его удар, что бедная малютка отцепилась от рубашки на моем плече и вздыбленным клубком на миг повисла в воздухе, я едва успел ее схватить резким поворот. -Тихо, тихо... – прошептал я, - все будет хорошо... – я пытался убедить в этом и себя. Свежий воздух зелени наполнял легкие. Запах скошенной травы, чернозема и азота. Не знаю как, но этот аромат давал бодрости всему телу. Я не знал куда бегу...просто несся вперед. Перепрыгивал мертвые бревна, пробивал путь сквозь кустарник. Иногда я слышал шелест среди деревьев, справа - и резко сворачивал в противоположный путь, слева – и вновь в другую сторону. Куда ни посмотри всюду зеленая стена. Стволы высотой с небоскреб, окутанные лианами и хаотичными ветками с проросшими листьями. А на бегу вся эта красота превратилась в размыленную кляксу. Я начал ощущать усталость. Кустарники всюду, расцветшие как бутоны и ощетинившиеся острыми иглами вдоль листьев. И всюду красные, синий, желтые букеты. Я бежал, бежал, бежал...но ощутил... Как под ногами задрожала земля. Ритмичный глухой топот. Четырех тяжелых лап сложенных в последовательный такт ДУН-ДУН ДУН-ДУН Оно догоняло. Я начал слышать как за моей спиной хрустят ветки и листья кустов с силой разбрасываются по сторонам. Выходов не было, всюду лес, а глубинны его скрывал мрак; солнце не могло пробиться сквозь такой толстый лиственный полог. Но останавливаться было нельзя. Малютка. Вцепившись в мое плечо она все время оглядывалась назад, она чувствовала его приближение... -И! - пискнула она и заурчала. - Знаю, знаю! – говорил я сквозь прерывистое дыхание. Ритм начинал сбиваться. Спринт который нам устроила судьба стал на мне сказываться. В легких не хватало воздуха. Стал вдыхать ртом. Почувствовал укол в боку. Я мимолетно глянул на копье, сжатое в правой руке. Пальцы были бледны. «Дать отпор?» – подумал я и вспомнил. Насколько же огромно это существо если было на голову выше ствола рухнувшего дерево, чья ширина не была под силу обхвату десятерых мужчин. Глупости. Единственное спасение – бегство. Вид его морды то и дело всплывал в голове. Мерзкая, оскаленная пасть, то ли собаки то ли ягуара, с характерным кошачьим оскалом, напряженным носом и выставленными напоказ клыками. От ее длинной морды через нос ко рту шел шрам. А глаза блестели лунным светом. «Оно ли это было, тогда, в убежище внутри белого дерева?» Сам того не заметив, я двигался к выходу. Тень что окутала лес начала отступать. Передо мной стал виднеться свет. И там я увидел пропасть. Небольшая, но шагом я ее бы не переступил. Я набрал в легкие воздух и разогнавшись что было сил я прыгнул. Перед глазами на пару секунд показалось дно обрыва, где внизу змейкой шла река. Глаза нарочно растягивали пропасть, вселяя в меня страх что я не допрыгну. Мозг запечатлил каждое мгновение моей невесомости и эти мгновения показались вечностью.  Обрыв становился все ближе, но край его очень быстро уходил с моего горизонта. Я инстинктивно прижал колени к корпусу...Я оказался на другой стороне. Почувствовав в коленях удар от приземления. Затем поясницей, шеей, и я покатился вперед кубарем. И без того размытая картина перед моими глаза и вовсе превратилась в кашу. Я стоял на четвереньках и меня потянуло на бок. В голове был смерч. Я остановился, что было сил сжал глаза и тут же обернулся назад, думая сможет ли и оно перейти здесь. Края с которого я прыгнул высился сейчас на добрых три метра. Вся рубашка, грязная и пыльная успела намокнуть от моросящего дождя. Недолго поразмыслив я оценил что длины обрыва будет недостаточно. Что-то прыгнуло на меня, белое. Сердце на миг остановилось. -Ик-ик – малютка зашумела, попрыгивая у меня на плече. Я закрыл глаза и выдохнул. Сапфир бегала вокруг шеи, всем своим видом выражая обеспокоенность. -Все в порядке. Не бойся. – Я погладил ее по головке, жадно глотая воздух. Во рту пересохло. Со противоположной стороны раздался треск, и над деревьями поднялись тучи птиц. Оно приближалось. Мы побежали дальше. - Ах, черт! – Я уже держался за правый бок. Усталость начинала сказываться сильнее. Пришлось сбавить темп. Но останавливаться было нельзя. - Ветки высоковато. – сказал я мотая головой. Деревья, что росли вокруг, уходили к небу, и даже самые близкие ветви были в десятках метрах. Взобраться по скользкой коре, усеянной мхом не получится. И произошло то, чего никак нельзя было допускать. Почувствовав как я касаюсь земли внешней стороной стопы - я поскользнулся. Корни от влаги и дождя стали неустойчивы по ногами. Почвы почти не было, все земля была овеяна корнями. -Ух- с болью сказал я. Удар пришелся на левое колено. Сапфир, не удержавшись, рухнула с плеча но к счастью падение было для нее более удачным. Ловко переставляя лапы она мягко приземлилась. Ее длинный хвост скрутился спиралькой, и, она пробежав полукругом устремилась ко мне. Он схватила лапками мое лицо и прямо посмотрела в мои глаза. Подобная обеспокоенность не могла не порадовать, даже в такой ситуации. - Не бойся. Я в порядке – сказал я с улыбкой, пытаясь встать. В колене звучала тянущая, тупая боль. – К тому же... -  добавил я и обернулся назад – Может мы зря так беспокоимся? Чудища уже давно не слышно. Может его и взаправду остановил тот обрыв. - Поднял я бровь. – А? – улыбнулся я Сапфир. Но тут я почувствовал дрожь земли. Нет, обрыв не остановил чудовище, ничуть. Оно было совсем близко. Я поднялся, но в колене прошлась протяжная искра которая теперь распространилась и в голень и в бедро. Малютка запрыгала на месте и пару раз пробежалась кружком. Я отчаянно крутил головой в поисках спасения. И нашел его. Один из корней дерева, молодого и тонкого, шел волной таким образом, что создавал выемку в земле. Это был шанс! -Ну-ка! Бегом! – Я замахал ладонью не спуская глаз с дыры. Малютка села на задние лапы сложив передние вместе, видимо пытаясь понять что я делаю. Тогда я пошел вперед и она хвостиком поскакала за мной. И затем, видимо увидев место на которое я смотрю и поняв что я имею в виду, быстро побежала в стороны норы. Я поспешил за ней опираясь на копье. Хромота заставляла меня паниковать – я боялся не успеть, или хуже, подставить своей медлительностью Сапфир. Если уж не я...то хоть она.... Я добрался. Присев, я всунул в дыру ноги, руками втолкал корпус, затем протиснулся и сам. Там мы и замерли. Две пары глаз – сероватые и болотные. Малютка была у самого моего правого уха. Я видел как вздымается ее шерстка от частоты ее быстрого дыхания, как она смотрит вдаль из ущелья. Ее нос покрылся испариной. Я дышал, глубоко но неровно. Страх предательски мешал. И тут...в нос ударил мерзкий запах. Нет. Вонь. Острый запах гнили ударил в нос с такой силой что мое лицо рефлекторно скривилось. Малютка вбежала под рубашку и было видно только блестящие глазки Сапфир. Я бесшумно прикрыл рот и нос ладонью. Запах слезил глаза. Но сила...это нечто шло с такой тяжестью, что в воздухе разносился гул. ГРРУМ. ГРРУМ. Оно шаркала лапами, а когти скребли корни и скрип издаваемый был похож на плач деревьев. Жалобный стон, словно вой раздавался в лесу. Все в этом чудовище вызывало отвращение. А оно даже не появилось у нас на глазах. Но я чувствовал. Такое чувство есть у охотников, шестым чувством ощущающие местоположение дичи. За дальним, вторым стволом дерева, слева. Оно идет медленно. И вот, появилась ее голова. Выползла из-за ствола черная вздымленная шерсть. Красный нос уткнулся в землю, подрагивая, принюхиваясь. Это было опасно, и я уже проклинал себя за столько необдуманную поспешность. «Если зверь обладает сильным чутьем...нас не спасет это укрытие.»: я обернулся ища спасение, но ущелье было окружено корнями, и выход был лишь один, перед собой. Вот, из-за дерева появились передние лапы. Его горб возвышался бы надо мной двукратно. Абсолютно черная, грязная шерсть. У самого верха, где с шагами двигались лопатки были видны плеши. Чудище было старо, а шрамы говорили о свирепости зверя. Большой шрам из четырех когтей шел в правой ее стороне вдоль тела опускаясь к тому месту где начиналась лапа. Я неосознанно провел рукой в воздухе представляя какой зверь должен был оставить такой след. На морде горели в окружении белков зеленые глаза. Теперь их можно было разглядеть точно: Сероватая радужка с абсолютно белым хрусталиком посередине который все время быстро расширялся и сужался. У левого глаза шел безобразный шрам задевший веко, делая весь вид чудовища омерзительным. Над ним летали стаи мух. Оно двигалось вслед нюху. Упершись носом в корни оно выдохнув поднимала в воздух опавшие листья. Оно приближалось. Я крепко сжал копье. Скулы обострились и я сжал челюсть. Поднялись желваки. «Если придется, я буду биться за жизнь.»: решил я про себя. Глаза потеряли очертания всего что было вокруг, осталась лишь фигура зверя. Я следил за движением его лап, искал слабые места. Оно все ближе. Неожиданно, под весом собственного тела один из корней хрустнул и провалившись утащило левую лапу зверя вниз. Раздался пронзительный, похожий на рев тигра вопль. От неожиданности малютка испугалась и я почувствовал движение под рубашкой. Она хвостом прошлась по моему подбородку. Я даже не дрогнул. Я смотрел на извивания монстра и в голове появлялись безумные мысли. Копье стало частью моей руки, я уже не чувствовал пальцев, так сильно сжала его ладонь. «Шанс, это шанс!» - кричало мое эго. « Чудовище выследит нас по запаху, это лишь вопрос времени, но сейчас, сама судьба дала нам подарок!» «Беги!». Но вместе с ним в голове появлялась мысль «Избавься...». Со лба стекал пот, я жадно всматривался в зверя. Вся его левая часть застряла, ветки корней плотно прижали его, сводя на нет бесполезные трепыхания. Голова была прямо передо мной, беззащитна. « Сколько еще мы будем убегать? Оно не оставит нас в покое.» - такие мысли бушевали во мне. И я решился. Моя холодная, вспотевшая левая рука высветилась на солнце. Ухватившись за корень я потянулся вперед. Блеснул наконечник копья, древко. Появились светлые локоны. Рубашка. Я медленно вышел на свет. Поднявшись во весь рост я смотрел на чудовище сверху. Сердце билось сильно, ровно, быстро. Монстр увидел меня. На краткий миг в его глазах читалось удивление, алебастровые глаза впились в мои. И он заревел. Такой силы был вопль что я почувствовал как поток ветра ударил меня в грудь. Я начал двигаться к нему. Чудовище билось. Оно отчаянно пыталось вытащить лапы. Единственной свободной лапой, она рвала корни под собой, только сильнее застревая. Я встал в расстоянии двух шагов от нее, копье схвачено двумя руками. Я ощущал ненависть и отвращение к этому зверю. Руки поднялись над головой, острие блеснуло на солнце. Удар. Он взвизгнуло и все было кончено. Сапфир мельтешила с одного плеча на другое, не отрывая глаз синих огоньков с этого громадного ужаса. Мои глаза были расширены, я тяжело вдыхал воздух, а пот лился ручьем. Руки, что вцепились в копье приросли к древку, я не чувствовал пальцев, лишь холод. Из них полностью сошла кровь, они стали бледные. Зловонная мерзость исходила из чудовища видимым испарением, а мухи не собирались покидать насиженное место. В конце концов отвращение всего события заставило меня машинально отвернуться и отскочить. Я пробежал пару шагов и повернулся лицом к твари. Гора мускул – вот как бы я ее описал. Комок наподобие холма, идущий от ее лопаток, покрытых густым черным мехом, таким жестким, что можно было порезаться, и шкура изрезанная белыми линиями. Рубцами от шрамов. Я не бросил копья, оно все так же было в моей руке. С его острия капала зеленая жидкость. Вязкая, густая, почти слизь. И смердела так же. Ее кошачья голова ни как не соотносилась с телом, словно безумец сшил два разных вида. Медведя и большую кошку, ягуара например. Что поражало еще больше; и заметил я это только что, так это клыки. Здоровенные кинжалы спускались вдоль челюсти и впивались в корневище. Ужас. Я не знал о чем думать. Напряжение не отпускало меня. Затем, словно вернувшись в реальность, будто осознав где я нахожусь, будто проснулся ото сна я начал оглядываться. Столбы высотой до небес окружали нас, а на верху все также проглядывали малочисленные лучи золотого солнца. Сквозь весь это сочный, зеленый покров. Только сейчас я заметил насколько здесь свежий воздух. Заметить такую простоту можно лишь прочувствовав ту вонь, исходившую от монстра. Делать было нечего. Хоть над головой виднелись красные и синие крылышки тропических птиц и сама жизнь в лесу говорила об активности, я чувствовал что подходит закат. Под пение птиц и трель дятлов мы пошли назад. Обойдя чудовище и пройдя приличное расстояние я продолжал оглядываться назад. Словно думая что оно восстало и уже бесшумно преследует меня. В момент экстремальной опасности моя память работает еще сильней и поэтому я смог достаточно точно проделать обратный маршрут. Дошли до того ущелья. Я увидел следы этого монстра, и вели они от обрыва в сторону. Там, за кустами я увидел спуск ведущий к мелководью, усыпанного галькой. Здесь мы вышли к дереву, где произошла встреча. И оказались на берегу.  К удивлению гроза прошла незаметно. Тяжелые тучи что громыхали над моей головой, угрожая обвалить само небо во время погони, сейчас успокоилось. Я стоял босыми ногами на холодном, приятном песке чистого берега. Перед моими глазами поднимались голубые волны вспенивая воду. А над головой было – чудо. Тучные темные облака постепенно менялись на темно-серое небо а затем и вовсе на слегка бледное, голубоватое небо украшенное чистыми тучами. И все это охватывало солнце. Желтый диск, так подходящий пейзажу. Небо словно кто-то разделил рукой по диагонали, где слева было ясное и чистое голубое небо. А с другой стороны серые громадины уходящие во мрак вдали. Свежий ветер колыхал мою одежду. Капли слизи стекали с наконечника и брызгами ударялись об песок. Я ни о чем не думал, лишь наблюдал.