Наши воспоминания

Когда они вошли в оживленный игровой зал, мигающие огни и энергичные звуки окутали их игривыми объятиями.   Глаза младшего вспыхнули восторгом и чистым счастьем, когда он метался от одной игры к другой, его заразительный энтузиазм заполнял пространство вокруг.   Шу, более сдержанный, но не менее радостный, наблюдая за его счастьем, следовал за ним, время от времени его рука случайно касалась руки Мики, словно с каждой секундой они становились все ближе и ближе.   Они остановились у игрового автомата, набитого очень… странными плюшевыми игрушками. Взгляд Мики сразу же был прикован к особенно интересной сшитой вручную игрушке, уютно устроившейся в углу.   — Я так давно на него заглядываюсь… — сказал он, в голосе проскользнула легкая нотка желания.   Мишка выглядел так, словно его сшили из переработанных старых одеял, а на его шее был миниатюрный шарфик, сделанный из какой-то шерстяной ткани.   Шу задумался, затем повернулся к Мике:   — Давай попробуем достать его для тебя, хоть он и сильно отличается от остальных.   Подойдя к автомату для покупки жетонов, он вставил деньги, и громкий звон упавших в металлическое ведерко монет эхом разнесся по залу. Шу вздрогнул от шума.   — Этот игровой зал такой нелепый! — воскликнул он.   Мика лишь усмехнулся, будто не замечая, как тот только что с легкой улыбкой рассматривал зал.   Он бросил несколько жетонов в автомат и сосредоточился, управляя клешней. Его рука оставалась неподвижной, а взгляд неотрывно следил за движением механической руки. Клешня опустилась, сжимая игрушку.   На мгновение показалось, что мишка вот-вот выскользнет, но клешня зацепила его самым краем. Шу нахмурился от напряжения.   Мика наблюдал за происходящим, его лицо выражало смесь надежды и беспомощности.   Когда клешня поднялась, мишка покачнулся на краю и, к их удивлению, упал прямо в отсек для призов. Глаза Мики расширились, из его губ сорвался тихий вздох.   Шу достал игрушку и передал ее ему. Выражение лица Мики сменилось от изумления до чистой радости. Он крепко прижал мишку к груди, будто боясь снова с ним расстаться. Его глаза сияли счастьем, но в них читалось что-то   — Спасибо тебе большое… — его голос дрогнул. — Это невероятно много значит для меня.   Шу посмотрел на него с легким беспокойством, немного сбитый с толку.   — Почему ты плачешь, Кагехира?   Мика покачал головой, несмотря на слезы, на его лице засияла улыбка.   — Просто... я всегда мечтал провести такой день с тобой. Это глупо, но я так счастлив, что ты здесь со мной.   Шу бережно провел пальцем по его щеке, вытирая слезу.   — Это не глупо. Я рад, что смог разбавить твой день капелькой радости.   Но, не желая выходить из своего привычного поведения, тут же добавил:   — В любом случае, не позволяй этому отвлекать тебя, Кагехира, разве я не прав?   Младший тихо рассмеялся, глядя на Шу  теплым взглядом. Яркие огни игрового зала и громкие звуки словно отступили на задний план, оставляя только их двоих и мягкую игрушку между ними.   Покидая зал, они шли, держась за руки. Шу чувствовал, как внутри него разливается спокойное, но глубокое удовлетворение. Мишка был всего лишь игрушкой, но радость, которую он принес Мике, была чем-то куда более ценным.   Они направились к ближайшей фотобудке.   — Эй, Оши-сан, давай сделаем фото!   Прежде чем Шу успел возразить, его уже потащили внутрь.   Пространство было красиво украшено: зеркала, аксессуары, реквизит — все, чтобы сделать фотографии яркими и запоминающимися.   В других кабинках вспыхивали вспышки камер и были слышны веселые голоса.   Мика принимал самые разнообразные позы, в то время как Шу пытался сохранить невозмутимое выражение лица, но не смог сдержать улыбку.   — Давай не будем заходить слишком далеко, Кагехира. Завтра у нас тренировка.   — Нгахх, ну пожалуйста, еще чуть-чуть! — с отчаянной мольбой протянул Мика, сделав щенячьи глазки.   Шу вздохнул, сдаваясь. Они надели одинаковые ободки с вязанными цветами, их цвета контрастировали друг с другом.   Подойдя к будке, Шу снова достал наличные, стыдливо прикрыв лицо рукой. Волнуясь что не только Валькирии получат фотографии, а и то что они попадут в руки владельцев игрового зала. Шу взглянул на игривое выражение лица Мики, который спросил:   — Ну что, теперь то ты готов, Оши-сан?   На первой фотографии Шу выглядел слегка напряженным, а Мика сиял широкой улыбкой.   На второй Мика придвинулся ближе, его голова мягко опиралась на плечо Шу. Сердце Шу екнуло, а щеки слегка порозовели.   Третье фото словило их в движении: Шу игриво подтолкнул Мику локтем.   Когда снимки наконец напечатались, Шу, гордо улыбаясь, поднял ленту с фотографиями, а Мика рассмеялся, разглядывая их неловкие и забавные позы.   — Это потрясающе, — сказал он, с теплом в голосе. Он взглянул на Шу с нежностью в глазах. — Спасибо за этот день, Оши-сан. Он был просто волшебным.   Сердце Шу сжалось от его слов.   — Да… —сказал он, его голос был чуть громче шепота— Я бы не хотел проводить его ни с кем другим, кроме тебя.   Они покинули фотобудку, держа в руках ленту снимков — маленькие, но такие дорогие сердцу моменты.   Прогуливаясь по улицам, Шу и Мика знали: эти фото навсегда займут особенное место, как и связь, которую они выстроили между собой. Воспоминание, которое они навсегда будут лелеять и хранить в своих сердцах до самой смерти.