fall in love

Майс каждую ночь засыпает с мыслями о том, что что-то не так. Каждый день он курит в два раза больше, чем было до того, как он начал думать, что что-то не так. Он не может писаться, потому что мысли отвлекают его на протяжении суток. Во всех этих раздумьях виновен Ицков сука.   Кай безумно красив: черные мягкие неаккуратные волосы, блестящие проколы, множество татуировок, строгие черты лица, пухлые губы, его волшебные серо-зеленые глаза. Майс начал вслушиваться в голос Димы, который теперь ему тоже кажется каким-то чарующим.   Тяжело сказать: «Ты красивый», «Ты секс», «Ты ахуенный», так как, во-первых, этого слишком мало, чтобы дать понять человеку напротив, какой он, во-вторых, страшно.   Страшно признаться в том, что Сереже нравится Ицков. Дмитриев не хочет этого осознавать, но по-другому не получается. Каждое действие Димы, буквально каждое его действие, приносит майсу удовольствие. Звучит абсурдно, но как же восхитительно кай пьет воду, как аккуратно он держит свой телефон, как правильно он одевается. У Ицкова красивый смех, красивый акцент, когда он говорит по-английски, красивый шепот.   Невозможно передать словами, как влюбился в кая майс. Он не может не думать о своей мечте, поэтому… В один из теплых поздних вечеров в Париже Сережа сидел на балконе с бокалом красного вина и пачкой своих любимых сигарет. Он достал одну из упаковки и закурил. Глубокая затяжка, майс смотрит в пустоту хорошо освещаемого переулка. Дмитриев выдыхает горький дым и делает глоток терпкого напитка.  «Если скажу, ничего не будет. Он просто об этом узнает. Я ему верю. Не проболтается никому…»,- думает Сережа. Кай и вправду очень честный человек. Если попросить, любое слово сдержит.   Майс докуривает и почти залпом допивает вино из бокала, сразу подливая ещё.  -Чего грустишь?- выглядывает Дима из квартиры, постучавшись,- не отвлекаю?  Сережа даже обернуться боится, глаза прикрывает: -Не отвлекаешь.   Кай заваливается рядом с Дмитриевым на аккуратный диван на балконе, не отводя взгляд от парня: -Hey,- на английском проще, как выяснили оба ещё в ЛА,- are you okay? -I don’t know. -Excuse me блять,- Дима крепкой рукой сжимает плечо парня рядом. -I think, I fall in love, but…- Сережа наконец поднимает глаза. -But? -Я знаю, что за это меня застыдят. And maybe even you too. -Ты мой самый ближайший, я с тобой до самого конца,- быстро тараторит кай, рукой ползет по спине, приобнимая по-дружески.  Майс делает крупный глоток, обжигает горло вином и шумно выдыхает, собираясь. Голова кружится от опьянения, но Дмитриев в сознании, формулирует быстро в голове мысли: -Ты тоже мой самый близкий,- прикрывает глаза и опускает голову Сережа,- и мне кажется, я хочу, чтобы ты стал ещё более ближе ко мне.  Ицков в голове всё прокручивает , понимает, что сам не против этого, но боится что-то отвечать. Ещё знает, что молчать тоже нельзя, иначе майс вообще с ума сойдет. По нему уже около месяца видно, что он на грани выхода в окно.  Вместо любых слов, кай просто прижимает парня к себе, крепко, почти переломав все кости, обнимая обеими руками. Дима чувствует теплое дыхание в плечо и отстраняется. Они смотрят друг другу в глаза, не отводя взгляда. Сереже жутко стыдно, глаза начинают наполняться слезами, отчего становится ещё стыднее. Он перебирает в голове варианты, что это может значить. У Ицкова сильно колотится сердце. Кай ведет рукой по волосам, затягивая парня в нежный, настороженный поцелуй. Никто не пытается сделать его пошлым, взять какую-то власть—нет. Сейчас это просто попытка передать свои чувства, мысли и эмоции, что накопились. После поцелуя опять парни сливаются в крепкие объятия. -Я тоже,- не отстраняясь тихим басом говорит Дима.  -Спасибо,- шепчет майс, улыбаясь.