Прятки

В последний день лета вся компания снова собралась дома у Сынмина. — Нам обязательно нужно оторваться по полной сегодня, — озвучивал свои мысли Хан, меряя шагами гостиную. — Это, выходит, настолки отменяются, — грустно протянул Сынмин. — И Гарри Поттер тоже, — подхватил его настроение Хенджин. — Оставьте это для долгих зимних вечеров, — Хан продолжал усиленно думать, — может, в теннис? — И это, по-твоему, полный отрыв? — хмыкнул Хенджин, — и вообще, там сегодня ветрено на улице. — Да, на улице сегодня ветрено. Хорошо, не жарко, — Чан, что все это время стоял у окна и смотрел на улицу, повернулся к ребятам, — а как насчет пряток? — Точно, вы ведь хотели реванш, — присоединился к разговору Чонин. В тот день, когда он впервые познакомился с ребятами, и они решили сыграть в прятки, что-то пошло не так. Сынмин достаточно быстро нашел Хенджина, а затем и Хана. Но вот с оставшимися двумя возникла проблема. Он обошел весь дом и улицу несколько раз, но так и не нашел ребят. И даже после того, как он во всеуслышание заявил, что сдается, вышли те не сразу. Эти поиски так вымотали Сынмина, что он предложил закончить. — Чур, в следующий раз во́дой будет Чонин. Или Чан-хен. Я спрячусь так, что вы полдня меня искать будете, — пообещал он тогда. Идея сыграть в прятки устроила всех. Как Сынмин и хотел, первым вел Чонин. Вот только Сынмин недооценил брата. Каково же было его разочарование, когда спустя пару минут после начала поисков Чонин нашел Сынмина самым первым. — Ты бы еще под столом на кухне спрятался, — веселился Чонин. — В следующем твоем раунде ты меня точно не найдешь, — пытался изобразить спокойствие Сынмин, вылезая из беседки. В следующем раунде во́дой был крайне недовольный (но не подающий вида) Сынмин. Пока он, стоя в прихожей, вслух отсчитывал секунды, Чонин осматривал задний двор, выбирая, куда же спрятаться. Ноги сами понесли его к малиновым кустам. «Сынмин, вроде, не видел, откуда мы вышли в тот раз, а значит, место это все еще годится, — рассуждал Чонин, — а даже если и видел, то он не подумает, что я снова спрячусь там». Когда он подошел к зарослям и занял внутри привычное место, он уже полностью убедил себя, что место выбрал правильное. Парень предвкушал, как Сынмин снова сдастся. Крайне довольный собой, Чонин приготовился к долгому ожиданию, занимая себя поеданием спелой малины. Вдруг Чонин услышал, как кто-то еще приближается, вороша кусты. Возникло чувство дежавю. Он увидел Чана, медленно пробирающегося сквозь ветки. Тот смотрел прямо на Чонина, будто не замечая колючки, что царапали голые плечи. Почти вплотную приблизившись к нему, Крис наконец остановился. Глаза он так и не отвел. Чонин замер. Он попал в ловушку этого взгляда. Воздух вокруг будто стал еще жарче. Наверное, это потому, что ветер сюда не проникал. А может быть, дело в чем-то другом. Атмосфера была какой-то напряженной, но это было приятное напряжение. Чонин испытывал панику от такой близости старшего, но в то же время хотел, чтобы он был еще ближе. Чонин вспомнил тот случай, когда он сидел с Чаном на одном кресле. Все его тело тогда превратилось в комок нервов. Сейчас он стремительно возвращался к этому состоянию. Чонин громко сглотнул. Он знал, что Чан чувствует его напряжение. — Надо же, снова мы выбрали одно место, — прошептал Чан. Кажется, Чонин начал понимать, какую игру затеял Чан. И он не собирался уступать ему. Несмотря на волнение, радостное возбуждение придавало ему смелости (или это была глупость). — Ты просто пошел за мной, потому что не смог ничего придумать сам, — ухмыльнулся Чонин, наклоняясь еще ближе, чтобы старший услышал его шепот. — Может быть и так, — громко рассмеялся Чан. — Да тише ты, — руки Чонина потянулись к лицу Чана, но тот перехватил их. — Что, боишься, что Сынмин услышит нас? — он опустил их руки, но не расцепил. Чан говорил в полный голос, очевидно, провоцируя Чонина. Он смотрел на младшего, выжидая его следующий шаг. Сердце Чонина колотилось как бешеное. Он знал, что делать. Но как же это было волнительно. — Боюсь, потому что не растерял благоразумия, в отличие от некоторых. — И что же говорит тебе твое благоразумие? — Что я должен заткнуть тебя. Чонин стал медленно приближаться к Чану, все больше сокращая расстояние между их лицами. Он неотрывно смотрел в глаза старшего, боясь увидеть в них неодобрение. Когда до губ Чана осталось всего несколько сантиметров, он замер в нерешительности. От волнения он сжал пальцы в кулак. Чан, который все еще держал младшего за запястья, заметил это. Он аккуратно спустил свои ладони, разжимая хватку младшего и переплетая с его дрожащими пальцами свои. Ян опустил взгляд на их руки. Подушечками больших пальцев Чан поглаживал ладони Чонина, пытаясь его успокоить. Когда Чонин снова посмотрел в глаза Криса, он заметил, что нахальный взгляд того потеплел. Старший улыбнулся. Чонин хотел вести в этой игре, но проиграл. Теперь вел Чан. И Чонин позволил ему взять ситуацию в свои руки. — Все хорошо, Нинни. Чан освободил одну ладонь и провел ею по голове младшего, поглаживая, словно котенка. Затем мягко притянул его к себе, удерживая за затылок и прошептал, почти касаясь уха: «Можно я тебя поцелую?» — Да, — так же шепотом ответил Чонин. Чан отодвинулся, чтобы еще раз заглянуть в сияющие глаза младшего, а затем накрыл его губы своими. Это было такое легкое и быстрое прикосновение, будто ветер ласкал его губы. Чан давал Чонину привыкнуть к ощущениям. Он снова отодвинулся, чтобы убедиться, что все хорошо. Чонин смотрел на Чана с каким-то новым блеском в глазах. Он опустил взгляд на губы старшего и облизнулся. От этого небольшого движения что-то в животе Чана перевернулось. Теперь уже осмелевший Чонин первым приблизился к старшему. Он освободил свои руки, обхватил ими лицо Криса и впился ему в губы. Чан, не ожидавший такого напора, инстинктивно положил руки на талию Чонина, чтобы удержать того. Робость Чонина испарялась на глазах. Этот сладкий поцелуй с малиновым привкусом становился все менее невинным. Чонин терзал губы старшего. Чтобы немного усмирить его, Чан слегка прикусил его губу. Это только раззадорило младшего. Ему хотелось быть еще ближе. Он обнял Чана за шею, притягиваясь к нему еще плотнее. Чан уперся коленями в землю, крепкими руками он усадил младшего себе на бедра. Чонин не знал, куда себя девать от удовольствия. Руки блуждали по лицу Чана, по голове, оттягивая волосы. Затем опускались и очерчивали круги на мышцах рук старшего. Наконец он мог прикоснуться к этим рукам, на которые пускал слюнки с самого первого дня их знакомства. Губы Чонина опустились к шее старшего и принялись выцеловывать ее. Каждое прикосновение грозило свести Чана с ума. Он зажмурил глаза от удовольствия. Когда он почувствовал у себя на животе прикосновение длинных пальцев Чонина, что уже успели пробраться под ткань одежды, он не смог удержать короткий приглушенный стон. Чонин отстранился. В его распахнутых глазах читалось удивление вперемешку с восхищением. Он шумно сглотнул. Прежде чем он успел снова накрыть губы Чана поцелуем, старший опустил свою голову ему на плечо. Оба тяжело и часто дышали. — Я думаю, на сегодня хватит, Нинни. Произошедшее словно только сейчас начало доходить до младшего. Его лицо стремительно приобретало красный оттенок, а взгляд стыдливо опустился вниз. — Все хорошо? — Чан потрепал Чонина по голове. — Угу. — Иди сюда, — Чан положил руки на спину младшего и обнял его с такой нежностью, будто это не он пару минут назад впивался пальцами в эту же спину, прижимая Чонина к себе. Чонин как-то слишком резко стих. Чан почувствовал, что подростка что-то тревожит. — Тебя беспокоит то, что произошло? — Чан успокаивающе поглаживал парня по плечу. — Нет, то есть да, я не знаю, — Чонин еще сильнее опустил голову. — Ты хочешь поговорить об этом? — Да, но не сейчас, наверное… — Понимаю, тебе нужно время, нужно все это переварить. — Угу. Чан, что все это время не переставал гладить Чонина, чувствовал под своими ладонями, что тот все еще напряжен. Парень начинал догадываться о том, что могло стать причиной беспокойства младшего. Наверняка, дело не только в смущении и попытке осознать произошедшее. Возможно, Чонин сомневался. Сомневался в Чане. — Чонин-а. — Мм, — тихо откликнулся тот. — Перед тем, как отпустить тебя думать думы, я должен кое-что тебе сказать. Чонин поднял голову, и Чану наконец удалось уцепить его взгляд. Глаза у старшего улыбались, и Чонин почти что почувствовал облегчение от того, что Чан, кажется, не собирался претворять в жизнь его худшие опасения. Почти что… — Ты мне нравишься, Чонин. Очень нравишься. Брови Чонина поползли вверх, глаза распахнулись шире. — Правда? В этом голосе и в этих глазах напротив было столько надежды, что Чан ощутил небывалый трепет в сердце. — Ну, конечно, правда, — он притянул Чонина ближе к себе и обхватил руками его наконец-то расслабившееся тело. Чонин обнял в ответ, сжимая сильно-сильно, передавая всю свою радость в этих объятиях. Где-то на фоне был слышен голос Сынмина, возвещающий о том, что он сдается, а также ехидные смешки Хенджина и Хана. Внезапно Чонин поднялся на ноги. Широкая улыбка растянулась на все его лицо, сам он засиял ярче солнца. — Ты мне тоже нравишься, хен, — и тут же тронулся с места, убегая-уползая из малинника, словно большой довольный ребенок. Только его звонкий заливистый смех и слышно.

***

— Да где они опять спрятались? — Сынмин устало плюхнулся на лавку беседки, присоединяясь к друзьям, что уже несколько минут сидели тут, щелкая орешки, и наблюдали за его безуспешными поисками. Первым потерявшихся заметил Хан: «О, идут красавцы». Чонин выглядел подозрительно довольным, румянец еще не сошел с его щек. Чан плелся позади, отряхивая колени. — А чего губы красные? — радостно протянул Хенджин, предвкушая интересный рассказ. Чонин тут же задрал голову, внимательно рассматривая черемуху, внезапно ставшую такой интересной. Чан сделал вид, что не услышал вопрос. — Интересная игра получилась, да, мальчики? — хмыкнул Хан. — Еще бы, Чонин же у нас любит прятки. Так ведь, братик? — Сынмин подхватил настроение Хана и Хенджина, и эта троица теперь откровенно веселилась, рассматривая новоиспеченную парочку. — Да, люблю, — с вызовом ответил Чонин, но румянец на щеках приобрел более насыщенный оттенок, а взгляд все так же был прикован к бедной черемухе. — Мне тоже понравилась игра, — подал голос Чан, — надо бы нам чаще играть в прятки. И все, конечно, были с ним согласны. А один любитель пряток был согласен чуточку больше.