deduction

Дом, работа, дом – излюбленная рутина для тех, кто устал от игр в достигаторство и хочет только простого человеческого спокойно жить, чтобы все от него отъебались. Кто сказал, что быть офисным планктоном – это скучно? Брехня, Феликс уже полтора года торчит по восемь часов в сутки пять дней в неделю в офисе компании по производству картонных коробок и ни капельки не жалеет о том, что променял на это карьеру модели. Рутина - это стабильность, а стабильность - это спокойствие. Что может быть лучше? Жизнь Феликса была прекрасна с его скромной точки зрения. Вот только… даже в такой прекрасной жизни было свое «но». Многоэтажка, в которой парень снимал свою несчастную однушку, была с такими тонкими стенами, что на «Апчхи!» всегда была вероятность получить доброжелательное «Будь здоров!» от соседей. Ну, это фигня, думал Ликс. Соседи, с которыми он успел перезнакомиться за эти полтора года – чудесные интеллигентные люди, которые так же, как он, на работе бывают чаще, чем дома, и единственный шум, который мог доноситься из их квартир – шум не выключенного перед сном телевизора. Но вот однажды спокойной жизни Феликса пришел конец. Вернее, не пришел, а приехал на двух больших грузовых машинах. С балкона своей квартиры Ликс флегматично наблюдал за тем, как грузчики, под неусыпным контролем какого-то высокого брюнета, матерясь и проклиная сломанный лифт, тащат на восьмой этаж мебель. А это ведь его этаж, этаж Феликса. Только не говорите, что в 143 квартире кто-то теперь будет греметь посудой, разговаривать и громко слушать паршивую музыку. Пожалуйста, нет, только не это. Смежная с 143 квартирой стена как раз та, у которой стояла уютная односпальная кровать Ли. И слушать перед сном вместо АСМР чей-то кашель или чего еще хуже парень был морально не готов. Его и так который месяц мучила бессонница, битва с которой уже давно перешла в категорию легендарного, ведь парень перепробовал все законные способы ее лечения: купил маску для сна, пил успокаивающий ромашковый чай, потом пил снотворное, сжег несколько упаковок аромопалочек и десяток различных размеров и форм аромасвечей, пробовал медитировать, делать дыхательные упражнения, стоять на голове, молиться… Но ничего из этого так и не привело к желанному крепкому и глубокому восьмичасовому сну. А теперь еще и это. К слову, «это» оказалось молодым парнем лет двадцати пяти очень привлекательной наружности. Особенно Феликсу понравились его губы и глаза. А еще две аккуратные родинки на лице выглядели очень мило. И тонкие пальцы, украшенные золотыми кольцами, такие изящные... Знакомство получилось скомканным и по представлениям Феликса с ходу заруинило любую возможность на дальнейшее нормальное общение. Вечером того дня, когда новый соседушка обустраивался в своем жилище, Ликс в растянутых домашних трениках и старой футболке с пятном от нутеллы у ворота выскочил в подъезд, чтобы быстренько выбросить мусор. Его стильный образ удачно довершали глиняная маска на лице и мягкий голубой ободок-ушки на голове. В таком парадном виде только бывших встречать. Но Ликс встретил Хенджина. - Привет, - поздоровался тот, дружелюбно улыбаясь и протягивая ладонь для рукопожатия. Феликс не ожидал именно сейчас оказаться напротив этого азиатского принца, сложенного как греческий бог, поэтому первые секунд пять просто пялился на него ошалевшим взглядом. Потом поочередно глянул на свои руки: правую, держащую мусорный пакет и левую с пустой упаковкой от протеинового брауни, предательски выпавшей из этого пакета прямо на лестничной клетке. - А, эм, э-э-э-э, - Ли Феликс безуспешно пытался установить соединение между мозгом и ртом. - Меня Хван Хенджин зовут, - его новый сосед еще раз улыбнулся, смущенно убирая руку. – А тебя? - А меня нет, - отозвался Ликс, продолжая безбожно тупить, тараканы в его голове носились как сумасшедшие, словив приступ социальной паники. – То есть, я имел в виду, что… Я… Меня… Феликс. Ли Феликс. Феликс Ли Енбок. Зачем он с третьей попытки выдал свое полное имя? Хороший вопрос. Наверное, чтобы точно доказать новому соседу, что его зовут не Хенджин, а то вдруг он с первого раза не понял. - Приятно познакомиться, Феликс Ли Енбок. Заходи как-нибудь на кофе. - Я не пью кофе. - Тогда на чай. С брауни, - Хенджин растянул свои незаконно красивые пухлые губы в довольной ухмылке. Самообладания хватило только на то, чтобы кивнуть в ответ, затем Ли резко развернулся на пятках и молниеносно ретировался обратно в свою квартиру, напрочь забыв и про мусор, и про вежливость. Прижимаясь спиной к входной двери, блондин боролся с приступом жгучего стыда, тихонько матюгая под нос весь несправедливый мир, непозволительно сексуального нового соседа и как всегда очень невезучего себя. Но это было только начало. Самое интересное случилось примерно через неделю. Тогда Феликс стал матюгаться уже во весь голос – на проклятую строительную компанию, которая сэкономила на звукоизоляции в квартирах. Вечер начинался как обычно: Ликс проветрил комнату, намазался всевозможными увлажняющими кремами, надел любимую шелковую пижамку с красными сердечками (подарок Хана, лучшего друга), включил ночник и подобрал медитативную музыку для засыпания. Укладываясь в кровать, парень настраивался на крепкий и долгий сон, который честно заслужил в свой выходной. С лестничной площадки доносились какие-то шорохи и голоса, Ликс махнул на это рукой. Десять часов вечера, все его соседи уже тоже укладываются спать. Видимо, кто-то заказал доставку из магазина. Но тут шаги и голоса переместились за стену. Черт, не доставка. Блондин содрал с головы маску для сна и начал прислушиваться. Два парня, один из них Хенджин. Смеются. О чем болтают не разобрать. Ну и ладно, болтают и пусть болтают. Феликс натянул маску обратно, сомкнул глаза и начал расслабляться, вслушиваясь в приятную мелодию шумящего из портативной колонки моря. Звук набегающих волн убаюкивал, вытесняя из головы посторонние мысли, крики чаек уносили сознание куда-то далеко, на теплые острова к кристально чистым водам Тихого океана, который… - А-а-а-ах! …который завораживал и услаждал взгляд необъятными просторами… - О-о-о-ох! …необъятными просторами девственной дикой природы, неподвластной… - Хенджи-и-и-и-ин! Блять. - Да твою ж мать, - зашипел Ликс, сдирая маску. Охи-вздохи за стенкой начинали переходить в стоны, такие громкие и несдержанные, что никакая медитативная музыка не могла их заглушить. Ну вот какого хрена Хван решил кого-то выебать именно сегодня именно сейчас именно в соседней квартире именно в доме с такой шикарной звукоизоляций, вернее, ее отсутствием? Непроизвольно вслушиваясь в чужие протяжные стоны, Феликс во всех красках представлял, что там сейчас происходило в квартире под номером 143. Картина вырисовывалась очень живописная. Настолько живописная, что аж завидно. Особенно с учетом того, что последний секс самого Феликса был добрых полтора года назад. Или больше? Потом ходить на свидания стало некогда, а еще позже – просто не хотелось. А вот трахаться хотелось. Особенно после личного знакомства с красивым, высоким, сексуальным… - О мой бог, Хенджи-и-и-ин!! Да, сравнение с богом уместно как никогда. Ли перевернулся на бок и закрыл уши подушкой. Вроде, помогло. Теперь надо как-то отвлечься, подумать о чем-то хорошем. Вернемся к Тихому океану. Какая там была природа? - О-о-о-о, Хенджин! Больно! - А ты не вертись. Нет, ну они издеваются. Может, в стену постучать? Феликс сжал свою миниатюрную ладошку в кулак, скрипнул зубами, несколько раз глубоко вдохнул-выдохнул и разжал ее обратно. В конце концов, каждый имеет право на личную жизнь. Тем более вечером в субботу. Только вот личная жизнь Хван Хенджина оказалась очень бурной, настолько, что стоны за стенкой Феликс теперь слышал почти каждый вечер. В какой-то момент у блондина уже начало складываться мнение, что его новый сосед - квалифицированный проститут, ни больше, ни меньше. К нему по вечерам приходили разные парни, на протяжении часа их ублажали, а потом они уходили. Никто еще не оставался с ночевкой. Феликс это знал наверняка, потому что так ни разу и не смог заснуть под аккомпанемент из «Ах, Хенджин!» и «О, сильнее, Хенджин!». Злой как сука, Феликс закрывал глаза только после того, как шум чужих шагов на лестничной площадке после очередного секс-марафона затихал. Еще большую абсурдность ситуация приобретала, когда по утрам они с Хенджином пересекались у входных дверей. Не выспавшийся Ли звенел ключами, проклиная все на свете, а особенно одного ебыря-террориста, а этот самый ебырь-террорист всегда светился радостной улыбкой и звонко приветствовал его своим: - Доброе утро, Феликс! Хорошего тебе дня! В такие моменты Ли с усилием проглатывал вертящееся на языке «Пошел ты в жопу. Хотя, судя по всему, ты и так там частенько бываешь» и тоже старался доброжелательно улыбаться в ответ. Собственный недоеб нервно курил в сторонке. С каждой неделей абстрагироваться от ситуации становилось все сложнее. Чего греха таить, Феликс откровенно завидовал всем тем парням, которые приходили к его красавчику-соседу. И, судя по тем звукам, что они издавали, многое терял в связи с тем, что так ни разу к нему и не зашел ни на кофе, ни на чай. Окончательно Хенджин пал в глазах Феликса в тот день, когда, вернувшись с работы позже обычного, блондин наткнулся на двух незнакомых парней, переминающихся с ноги на ногу у 143 квартиры. - О, привет! Ты, наверное, Феликс? – радостно поздоровался один из них. – Я Чан, а это Минхо, мы друзья твоего соседа. Кстати, не знаешь, где он? Феликс не знал и знать не хотел. - Понятия не имею, - пожал плечами блондин. - Эта зараза не берет трубку, - пожаловался тот парень, которого представили как Минхо. - Это же Хенджин, вполне в его стиле. Скоро явится. Чанбин говорил, что он сейчас так сильно увлечен своим делом, что даже за дополнительное время с него деньги не взял. Прилетит к нам на крыльях вдохновения через минуту, вот увидишь. Пока Феликс после последней фразы поднимал с пола свою челюсть, легок на помине нарисовался Хенджин. Запыхавшийся, он облокотился о перила лестницы и отсалютовал всей честной компании. - Чертов лифт, когда его уже починят, - жаловался он. - Что-то ты совсем в плохой форме, - хохотнул Минхо. – Не соответствуешь ты своей профессии. - Ой, иди на хрен, - фыркнул Хван, а потом, заметив застывшего с дверным ключом в руке Феликса, поменял голос с язвительного на добродушный. – Привет, сосед. - Привет, - буркнул Ликс, отмирая. Гребанные ключи тряслись в руке. - Может, Феликс присоединится к нам? – неожиданно предложил Чан, обращаясь к Минхо. - Думаешь, Хенджину сегодня нас двоих не хватит? - Втроем веселее! Заодно познакомимся. Даже с учетом недотраха Феликс точно не был готов к сексу вчетвером, на который его так беззастенчиво подбивали какие-то незнакомые парни. Охуевать дальше просто некуда. - Не смущай моего соседа, - остановил друга Хенджин. Пока Ликс заторможено ковырялся в замочной скважине, Хван успел отпереть дверь своей квартиры и пропустить в нее Чана и Минхо, на прощание бросив: - Если что, предложение с чаем все еще актуально. С тебя брауни, с меня чай. Правда чай есть только в пакетиках, но я его очень вкусно заварю! В очередной раз Феликс просто проигнорировал последние слова нового соседа и торопливо скрылся в своей квартире. Чай, блять. В пакетиках, нахуй. В голове Ли, у которого был какой-никакой опыт в сексе, сейчас не мелькало ни одной приличной мысли. Никаких чайных пакетиков! Не бывать этому! Единственным утешением в этот вечер было то, что сегодня к нему наконец-то наведался лучший друг. Хан притащил с собой пиццу и бутылку какого-то полусладкого красного, которую он первым делом откупорил, переступив порог. О соседе секс-гиганте Джисон был наслышан как никто другой и вот пришел оценить масштабы катастрофы лично, а заодно провести сеанс психотерапии для Ликса, у которого уже глаз дергался от всех идиотских выходок Хенджина-нимфомана. - То есть, он тебе нравится? – мурлыкал Хан, поудобнее устраиваясь под боком друга. Парни переоделись в пижамы, нанесли глиняные маски на лица и сидели на полу, прислонившись к кровати. Бутылка вина, которую распивали прямо с горла, перекочевывала из одних рук в другие так часто, что скоро должна была закончиться. - Да. - Так проблема в этом? - Нет. - А в чем? - Не знаю. Разговор получался очень информативным. Хан отхлебнул еще, передал бутылку Ликсу и задумчиво прикусил подушечку большого пальца, мысленно делая какие-то важные выводы. - А почему ты не хочешь просто с ним переспать? - Чего?! – от неожиданности Феликс поперхнулся алкоголем, на белой пижаме появились красные разводы. – Ебаный рот! - Об этом я тебе и говорю! Тебя хорошенько выебут, и ты довольный будешь спать как младенец. - Ты реально думаешь, что проблема в этом? - А что, разве нет? - Нет. Наверное, нет. Возможно, отчасти. - Та-а-а-ак, от стадии отрицания мы перешли к стадии торга, есть прогресс. - Ну нет, я так не могу! – запротестовал Феликс, подскочивший от возмущения на ноги. – Я не могу трахаться без чувств. А как же все эти «люблю, сандали куплю»? А как же правило трех свиданий? - Правило трех свиданий? - Ну, секс только на третьем свидании. - Мда, с такой целомудренностью тебе только в монастырь, - грустно констатировал Хан. – Неужели ты хочешь сказать, что, слушая порно-шоу за стенкой, ты никогда не представлял в этот момент своего красавчика-соседа? И вообще не фантазировал о… Феликс метнулся к другу и заткнул его красным полусладким. Хан что-то ругнулся в ответ, но к бутылке приложился. В это же время в соседней квартире начался очередной вечерний секс-марафон. Судя по голосу – это скулил Чан. Приглушенно так, очень сдержанно. Хан и Феликс синхронно замолчали и обратились в слух. Через какое-то время из соседней квартиры раздался такой высокий громкий стон, что Хан присвистнул в изумлении и шепотом произнес: - Ему либо очень хорошо, либо очень плохо. Это Хенджин? - Нет. Это не Хенджин. - Уверен? - Уверен. Он никогда никаких звуков не издает. - Плохо, - цокнул языком Джисон, поднимаясь с пола и направляясь на кухню. – С твоим-то кинком на звуки и разговоры во время секса… - Иди в жопу! - Я предпочитаю быть снизу. На протяжении ближайшего часа друзья слушали импровизированный концерт, во время которого Феликс метался по комнате, злобно, но тихо, изливая бесконечный поток проклятий в адрес соседа, а Хан молча наблюдал за ним, выжидая, когда тот сдуется и будет готов к диалогу. Когда пришло время смывать маски, стоны Чана стихли. Но Феликс помнил, что там был еще Минхо. - Либо этот Минхо тоже молчун, либо он их там трахает в порядке очереди, - задумчиво протянул Джисон, возвращаясь к кровати. - Хенджин, блять! – донеслось из 143 квартиры. - Значит, по очереди, - кивнул Хан. Минхо не был молчуном. Он оказался даже более шумным, чем Чан. Время приближалось к полуночи, Феликс приближался к истерике, а бутылка вина заканчивалась. Перебрав все вводные, Джисон тяжело вздохнул, подхватил друга под белы рученьки и потащил за собой. - Куда это ты? – упирался Ликс. - Туда, - неопределенно махнул рукой шатен, распахивая входную дверь. И вот они, два идиота в пижамных костюмах, стоят у 143 квартиры. Ликс холодел от страха, пока Хан с невозмутимейшим видом настойчиво жал на звонок. Дверь открыл Хенджин. При виде запыхавшегося соседа в обтягивающей черной майке, волосы которого были небрежно собраны в невысокий пучок, Феликс поплыл окончательно. - Кто там? – это Минхо. Он подошел со спины Хенджина, растрепанный и немного помятый. В одних джинсах. Без верха. Вот вообще. Глаза Хана тут же оценивающе заскользили по обнаженному торсу. Судя по выражению лица, открывающийся вид пришелся ему по вкусу, но он заставил себя оторвать взгляд от накачанной груди Минхо и, натянув милейшую улыбку, обратился к Хенджину: - Ты очень нравишься Феликсу, когда ты уже пригласишь его на свидание? Ну все, это фиаско. Феликс с замиранием сердца уставился на соседа, ожидая какой угодно реакции, желательно посыла нахер, после которого можно было бы вернуться к себе домой и прореветь весь оставшийся вечер. Но Хенджин молчал, он застыл, как статуя, только рот приоткрылся в изумлении. - Он уже несколько раз его приглашал. Твой друг его избегает, - Минхо вышел вперед, закрывая собой Хвана, в одно мгновение разучившегося говорить. - Следующая суббота, девять вечера. И пусть захватит красное полусладкое "Bleu" Merlot. - По рукам, - ухмыльнулся Минхо, протягивая Джисону свою ладонь. После дипломатического рукопожатия они одновременно повернулись к своим доверителям, и произнесли: - Не благодари. Хенджин и Феликс не благодарили, они еще не вспомнили как говорить. - Я Хан Джисон. - Ли Минхо. - Не хочешь одежду надеть? - А что, тебя что-то смущает, кис? - Твой живот как тетрадь в клеточку, если будешь передо мной им светить - я за себя не ручаюсь. - Звучит как подкат. Прошу, - Минхо взял Хана под локоть, и они вальяжно проследовали вглубь 143 квартиры под охеревшие взгляды Хенджина и Феликса, которым потребовалось еще несколько секунд, чтобы объясниться друг с другом на каком-то языке жестов, после чего, стыдливо потупя головы, они тоже направились внутрь. Квартира Хенджина была больше, чем у Феликса. Из прихожей парни попали в гостиную, где у одной стены стоял длинный диван, а у другой, смежной с квартирой Ликса, кушетка. Осматривая помещение, блондин проводил в уме сложный анализ. - Так ты… массажист? – наконец брякнул Ликс, проявивший чудеса дедукции. - Да. А что? - Он ненароком решил, что у тебя тут личный дроч-салон или типа того, - пояснил Хан, который в это время устраивался на диване, распихивая Чана и все-таки удосужившегося натянуть толстовку Минхо. Хенджин крякнул и глупо заулыбался, уставившись на Феликса, уши которого стремительно краснели. Ему хотелось провалиться сквозь землю или обрести суперспособность проходить через стены, лишь бы поскорее исчезнуть отсюда. Смотреть в глаза Хенджина было стыдно, так что Ли уставился себе под ноги. - Нихрена себе, - расхохотался Минхо. – Квалифицированный ебырь-террорист, а строишь из себя невинную ромашку, а, Хенджин-и? Феликс, не стесняйся, присаживайся. Диван новый и чистый, правда-правда. Никого на нем еще не трахали, мы бы знали. Если бы можно было убить человека взглядом, Хенджин бы сейчас испепелил Минхо ко всем чертям. Ситуация и так была патовой, а этот еще издевается. - Подожди, - Ликс развернулся к Хану, без разрешения начавшему угощаться каким-то снеками, стянутыми с журнального столика. – Так ты все понял и не сказал мне? - Угу. Извини, не смог отказать себе в удовольствии лицезреть твое выражение лица в момент, когда ты узнаешь, что твой сосед не самой древней социально неодобряемой профессии, а просто… массажист. Хотя, признаюсь честно, вероятность первого я до самого конца не исключал полностью. Только стоило Феликсу аккуратно присесть на краешек дивана сбоку от молчаливого Чана, пытающегося слиться с обивкой, его друг-предатель, видимо, решивший переквалифицироваться в сводню окончательно, тут же нарочито громко запричитал: - Ай-ай-ай! Енбок, тебе срочно нужно переодеться, это пятно от вина портит твой образ. - Какой образ? - не понял Ликс, хлопая глазами. - Образ соблазнителя одиноких массажистов, конечно же. Очередной гвоздь в крышку гроба их с Феликсом дружбы был вколочен. Джисона от неминуемой гибели посредством удушения подушкой отделяла только ни в чем не повинная человеческая стена в виде Чана, глаза которого нервно бегали по полу. - Хенджин, у тебя найдется какая-нибудь футболка для Ликси? – продолжал Хан. Хван кивнул. Феликс скрипнул зубами так, что чуть не стер с них всю эмаль. - Правда, Феликс, пойдем, я дам тебе свою футболку. - Не стоит, мне проще сходить домой переодеться, тем более тут совсем недалеко. - Не-не-не! – Хан активно замахал руками и чуть не въехал бутылкой вина, которое не преминул прихватить с собой, по лицу завороженно пялящегося на него Минхо. - Даже не думай сбегать! Знаю я тебя. Уйдешь и поминай как звали. И все мои усилия по налаживанию твоей личной жизни коту под хвост. Иди давай! Если вы задержитесь в спальне дольше, чем необходимо для переодевания, мы не расстроимся и сделаем вид, что ничего не заметили. - Я замечу, - возразил Минхо, хитро ухмыляясь, он все еще не обращал внимание ни на кого, кроме Хана, и эту реплику обратил к нему же. - Так уж и быть, отвлеку тебя в этот момент на себя. Минхо кивнул на вино, мол, поделишься? Но Хан выразительно фыркнул и показал ему средний палец. Друг Хенджина выглядел довольным, как кот, наевшийся втихаря сметаны с хозяйского стола, его прищуренные шоколадные глаза так и блестели под челкой, выдавая неподдельный интерес и озорство. - Идите уже. И они пошли. Вернее, Хенджин пошел, а Феликс смущенно пошаркал за ним. Невольно взгляд зацепился за широкую крепкую спину брюнета с перекатывающимися на плечах мышцами, а потом опустился ниже, к пояснице… Когда зашли в спальню и Хенджин остановился возле шкафа-купе с зеркальными дверцами, Ликс чуть не вписался в него всем телом, но вовремя успел затормозить. Хенджин что-то ловко перебирал на полках, потом выудил оттуда аккуратно сложенную белую футболку и протянул соседу: - Вот, держи. Она мне маловата, так что тебе будет как раз. Если что я ее почти не носил, и она стираная. - Верю. Напротив шкафа располагалась кровать. Феликс направился к ней и уже начал расстегивать пуговицы на пижамной рубашке, но вовремя заметил, что один красивый и совершенно бесстыжий брюнет наблюдает за его раздеванием. - Стриптиз за отдельную плату, - вяло отшутился Ликс, у которого за этот долгий и богатый на эмоциональные потрясения день не осталось никаких ебаных сил на что-либо реагировать. Хенджин буркнул под нос тихое извинение и отвернулся лицом к шкафу. Когда белая шелковая рубашка с россыпью прелестнейших красных сердечек соскользнула с фарфоровых плеч и была уложена на кровать, Феликс не удержался и съехидничал, встречаясь глазами с пытливым взглядом в зеркале: - Господин Хван, не подсматривайте. Хенджин прыснул, его щеки тронул едва заметный розовый румянец, но с любопытством изучать обнаженный торс Феликса он не перестал. Даже наоборот – он как будто намеренно поднял голову выше, задирая подбородок, и хищнически растянул губы в улыбке, потом не удержался и прикусил нижнюю. Феликс был не в том расположении духа, чтобы зажиматься как баба на сеновале, поэтому вызов с готовностью принял и развернулся к зеркалу так, чтобы отчетливее были видны рельефные кубики пресса, мол, не один ты тут подтянутым телом можешь похвастаться. - Занимаешься спортом? – спросил Хенджин. - Да, люблю бегать. - От поклонников? - Нет, по утрам в парке. Хенджин прикрыл глаза, представляя блондина, мокрого и растрепанного после тренировки, и кивнул. Футболку Феликс все-таки надел, и в гостиную к ребятам они все-таки вернулись до истечения приличного для переодевания интервала времени. Вечер, который Ли уже собирался записать в список самых отвратительных в своей двадцатичетырехлетней жизни, неожиданно прошел комфортно и вполне весело. Хан умудрился разговорить Чана и часа два, распивая чай за неимением чего-то более крепкого, парни провели в непринужденной болтовне об увлечениях и работе. Глядя на Феликса, громкость которого начинала зашкаливать, когда его звонкий смех разносился по комнате, Хенджин про себя охуевал, как в одном человеке могут уживаться монашка-фанатичка, краснеющая при виде кушетки для массажа, и полностью социализированный экстраверт, любящий шутить и громко хлопать в ладоши от смеха. Это подкупало и завораживало. Особенно Хвану понравились милые морщинки, которые появлялись у Феликса в уголках глаз и на носу, когда тот морщился во время смеха. А еще без глиняной маски можно было разглядеть россыпь веснушек на щеках – десятки маленьких поцелуев солнца. Расходясь по домам, парни долго прощались, перекидываясь шутками на лестничной площадке. - Он ненавидит спорт, серьезно, - смеялся Чан, указывая на надувшегося Хенджина. – Физическая активность не для его тонкой душевной организации. А массажисты должны пропагандировать здоровый образ жизни, разве не так? - Да, зато он картины красивые рисует, - начал что-то говорить Минхо, но Хван спешно заткнул его рот своей ладонью. - Все-все-все, вам пора, - протараторил разоблаченный горе-массажист. - Пока-пока! – Хан помахал рукой вслед удаляющимся по лестнице Минхо и Чану, а сам поспешил скрыться в квартире Ликса, оставляя друга наедине с его почти сбывшейся горячей сексуальной фантазией. - До завтра? – улыбнулся Хенджин. - До субботы, - вернул ему улыбку Феликс и направился домой. Суббота наступила быстрее, чем Феликс ожидал. Неделя пронеслась незаметно, с соседом они так же пересекались перед работой и так же перекидывались исключительно стандартными «Доброе утро» и «Тебе тоже». Зато стоны за стеной стали звучать гораздо реже. Наверное, в небесной канцелярии приняли наконец жалобу Ли на шум по ночам, и клиентов у Хенджина магическим образом сильно поубавилось. Подготовка к свиданию шла полным ходом. В квартире Ликса царил хаос, а сам он носился как утка из одной комнаты в другую. Часа два до этого провел в душе, следуя народной примете: чем скрупулезнее подготовишься к сексу, тем меньше вероятность, что он случится. Поэтому на всякий случай Феликс, который совсем-совсем не планировал спать с Хенджином на первом свидании, побрился во всех местах, о которых только знал и до которых смог дотянуться (а о которых не знал - узнал и тоже дотянулся). Что обидно, в квартире Хвана было подозрительно тихо, там явно никто не бегал по дому, судорожно выискивая ту самую одежду, ту самую обувь и тот самый парфюм. Неужели он совсем не готовится к их встрече? Так уверен в себе? - Выпендрежник, - фыркнул себе под нос Феликс, стоя перед зеркалом, адресуя эту фразу не то соседу-красавчику, не то великолепному блондину в отражении. Да, Ликс постарался на славу. Пока подбирал наряд и аксессуары даже воспоминания о модельном прошлом нахлынули. Столкнувшись в пятницу вечером у подъезда, они с Хенджином наконец-то договорились о самом важном - месте встречи. Был выбран ресторанчик с открытой террасой на крыше высотки. Как выяснилось, никто из них высоты не боялся, а вот слабость к вычурным заведениям с необычной концепцией питали оба. Феликс сделал укладку, зачесав волосы назад, надел любимую белую шелковую блузу с длинными рукавами, белые брюки в тон и, подобрав золотые серьги с золотыми кольцами, принялся за макияж. Планировалось что-то легкое, но по итогу влажно блестящие вишневым тинтом губы и смоки с маленькими прозрачными бисеринками в уголках глаз по мнению Феликса сделали из него дорогую шалаву, эскортницу высшего класса. - Блядня блядней, - обреченно выдохнул он, разглядывая себя. - Но сексуально. Вообще не скажешь, что я не ебаться туда с ним еду. Мда. Смотрелся образ эффектно, одновременно удовлетворяя феликсово самолюбие и вызывая легкую тревогу. Благо, что-то переделывать времени уже не было, поэтому, подхватив пальто, Ли двинулся к выходу. Никто не говорил, что Хенджин должен за ним зайти. И вообще у них равноправие. Так что... - Нет. Ликс сдулся и плюхнулся на пуфик в прихожей. 21:02. И где носит Хенджина? Заснул он там что ли? Или помер? 21:10. Лучше, если помер, ибо еще пара минут задержки и Ликс сам его убьет. В 21:11 раздался долгожданный звонок в дверь. - Прости, я забегался и совсем забыл о времени, - сбивчиво извинялся Хенджин, тяжело дыша, как после марафона. Он явно нервничал, непрерывно дергая черный кашемировый шарф, спутавшийся комком на шее. Хван вообще весь был в черном, прямо тотал блэк: пальто, шарф, брюки, хлопковая рубашка, расстегнутая на несколько верхних пуговиц. При виде такого Хенджина все недовольство Феликса разом улеглось, как перестает кипеть вода в выключившемся чайнике. Блондин мягко улыбнулся одним уголком губ и принялся методично поправлять злополучную удавку на шее соседа, превращая ее в изысканный аксессуар. Теплые пальчики слегка касались оголенных шеи и груди, пропуская по телу Хенджина маленькие разряды тока. Ликс был так сосредоточен и вдумчив, что его спокойствие постепенно начало передаваться и Хенджину. - У тебя тут, гмх... Ты пуговицы неправильно застегнул, - почти прошептал Ликс, не поднимая глаз. - А? Где? - Я помогу. Пока Феликс расправлялся с рубашкой, Хенджин таял от нежности и смущения. - Эм, Хенджин... Это что, краска? - М? - Вот здесь, у тебя за ухом. Голубая краска. Теперь понятно, почему ты опоздал. Смурфика косплееил? - хихикнул парень, стирая небольшой мазок акрила с кожи. - А, это. Ну... Я потом как-нибудь расскажу тебе. - Ладно. Пошли? - Пошли. Как поразительно они менялись рядом друг с другом. Как-то так получалось, что, когда душа Хенджина находилась в состоянии покоя, душа Феликса беспорядочно металась, и наоборот. Эту особенность подметили оба, но озвучивать не стали, и так понятно: они идеально уравновешивают друг друга. Парочка спустилась к подъезду и села в такси на заднее сидение. Разговаривать не хотелось, но молчание не ложилось тяжестью на плечи, а лишь заботливо их укрывало, даря покой. По стеклам машины скользили цветные огоньки ночных улиц, шумел человеческий муравейник, начинающий новый виток жизни с наступлением темноты. Ликс прикрыл глаза, погружаясь в свои мысли и тут его руки коснулись теплые, слегка влажные от волнения, пальцы Хенджина. Они смотрели в противоположные стороны, сидели по разным концам салона, но, переплетя пальцы, тихо улыбались.  Машина остановилась у переливающейся холодными огнями высотки. Парочка покинула такси и направилась в ресторан так же - не раскрепляя рук. Отпустить друг друга пришлось, когда пришло время присаживаться за столик и делать заказ. После ухода официанта Феликс, окончательно успокоившийся и почти постигший дзен, оперся локтями на стол, подаваясь вперед, и решил первым нарушить молчание: - Ну рассказывай, как ты докатился до жизни такой? – улыбался он, завязывая непринужденную беседу. - Не понимаю, о чем ты, - рассмеялся Хенджин. - Массаж. Ты занимаешься массажем. Почему именно массаж? - А, это. Ну, это я только полгода массажист. - М-м-м-м… А кем ты был до того, как стал массажистом? Художником? Хенджин прыснул в кулак и залился краской. Да, с дедукцией у Феликса были проблемы, но, видимо, не настолько. - Я так очевиден, Феликс? - Тебя еще Чан спалил. К тому же я рассмотрел у тебя в спальне в углу сложенный мольберт. - Что ты еще успел рассмотреть у меня в спальне? – в этих словах не было раздражения или обиды, больше походило на (не)умелый флирт. Феликс застенчиво закусил губу и опустил взгляд на свои руки. Ответ вертелся на языке: «Еще я успел рассмотреть зеркало напротив кровати. Очень интересно, каково это прямо напротив него тра…». Принесли напитки. - Почему бросил рисование? Или не бросил? - Это не приносило деньги. А вот проблемы – бесконечно. Я долго искал инвесторов, но никого из них мое творчество не заинтересовало. - Дай угадаю, - Ликс покрутив в руке свой стакан с апельсиновым соком. – Инвесторов не интересовало твое творчество, зато очень интересовало твое тело. - Ого, ты сегодня в ударе, Ватсон, - беззлобно усмехнулся брюнет, который уже успел пригубить свой фраппучино. – Как догадался? - По твоей внешности. Комплимент вышел сомнительный. Феликс улыбнулся своей самой обезоруживающей улыбкой и внимательно посмотрел собеседнику в глаза, ожидая его реакции. - Значит, ты тоже бывал в подобных ситуациях, - вздохнул Хван. - Кто еще из нас Ватсон. - Колись. - Модельный бизнес. Настала очередь Хенджина охуевать вслух с протяжным «Ого». Точек соприкосновения оказалось больше, чем Феликс предполагал. Они продолжили разговор о модельном бизнесе, перешли на тему харассмента, потом съехали с нее на тему творчества и неожиданно их занесло в воспоминания о беззаботном детстве. Одно цеплялось за другое, плечи расслаблялись, напитки заканчивались, а блюда, к которым не успели притронуться за пролетевший невидимо час, остывали. Романтика витала в воздухе, щекотала ребра, нежность большим мягким одеялом окутывала двух парней, стеснительно жмущихся друг к другу. Хенджин спрятал холодную ладошку Феликса в своей руке не прерывая диалога, так ненавязчиво и просто, что блондин от этого жеста чуть не расплылся лужицей на месте. - Ты должен снова попробовать рисовать, - Ликс немного подрагивал на ветру, кутался в пальто. – Это наполняет тебя, это призвание. - Хотел бы я сказать тебе то же самое про моделинг, но… Феликс округлили глаза и внимательно уставился в красивое лицо напротив. - Но нужно тогда что-то придумать, чтобы тебя обезопасить, а это не так просто в подобной сфере. И все же я считаю, что прятать такую красоту – кощунство, - на этой фразе Хенджин пальцами свободной руки пробежался по скуле блондина, не переставая пристально рассматривать пухлые губы блядского вишневого оттенка. - Надо подумать, - согласился Ликс, склоняя голову навстречу, как кот поглаживаясь щекой о теплую ладошку. – Не то что бы мне не нравилась моя нынешняя жизнь, спокойная и размеренная, но слукавлю, если скажу, что иногда не скучаю по вспышкам фотокамер. Они постояли так еще несколько долгих минут, притираясь друг к другу аккуратно и почти невинно. Ликс уже заметно дрожал от холода, даже согревающиеся на спине под чужим пальто руки тряслись. Тогда Хенджин стянул с себя кашемировый шарф, накинул на шею блондина и одним плавным движением притянул того к себе, завлекая в глубокий влажный поцелуй. Домой в такси снова ехали молча. Феликс лежал на теплой груди Хенджина спиной и, прикрыв глаза, улыбался, пока внутренний кот мирно мурлыкал от ласки и почему-то успевшего стать родным запаха древесного парфюма. - Лифт починили, - с удивлением объявил Хван, указывая на валяющуюся под ногами оградительную ленту. Вместо ответа Феликс нажал на кнопку и, неожиданно смело ухватив соседа за руки, рванул его за собой в распахнувшуюся кабинку. Целовались жадно и рвано, руки блуждали под многочисленными слоями одежды, в ушах звенело от ощущения эйфории. До восьмого этажа доехали быстро, но вышли из лифта нескоро. Сколько они так сминали друг друга, вдавливаясь в зеркало, забив на камеру видеонаблюдения над головами? По скромным прикидкам Ликса – минут десять-пятнадцать точно. Хенджин не заходил слишком далеко, Феликс ощущал себя в безопасности, но болезненный стояк неприятно терся о тесную одежду. Они оторвались друг от друга только когда легкие уже щипало от нехватки воздуха, а картинка лифта кружилась смазанным вихрем перед подернутыми пеленой желания осоловевшими глазами. - До завтра? – улыбнулся Хенджин, стоя у двери 143 квартиры, рук парни так и не расцепили, сейчас держались одними мизинчиками. - Даже на чай не пригласишь? – пошутил Ликс, улыбаясь так пьяно и счастливо, что у Хенджина от этой улыбки земля чуть из-под ног не ушла. - Только после третьего свидания. Гребанное состояние влюбленности. Работалось с той субботы из рук вон плохо, сосредоточиться на отчетах Феликсу мешали флэшбеки с мелькающими пухлыми губами, сощуренными черными глазами, тонкими пальцами, сжимающими… Стоп! Квартальный отчет. Коллеги, глядя на порхающего по офису Ли, только хихикали за спиной, радуясь чужой неуемной радости. Феликс всегда считал, что влюбленные выглядят как сумасшедшие, особенно подростки: горячечный румянец на щеках, глуповатая улыбка сумасшедшего, ни на секунду не сходящая с просветлевшего лица, и полная пустота мыслей, отражающаяся в широко распахнутых искрящихся глазах. А теперь он стал одним из таких счастливых полоумных и как будто бы помолодел (и поглупел) лет на восемь. Хану он все уши уже прожужжал про ресторан, и про лифт, и про своих бабочек в животе, голове и неусидчивой жопе. Очень хотелось ворваться в квартиру Хенджина раньше второго свидания, назначенного на конец недели, и наконец разделить с ним свое придурковатое, но такое искреннее и чистое счастье. Хан добродушно смеялся, но особо не комментировал, чтобы не спугнуть, такого Ликса он наблюдал впервые. Енбок буквально дни считал до следующей встречи с возлюбленным, строил в голове тысячу вариантов развития их отношений, в большинстве которых в конце их ждала пышная свадьба на Бали и пресловутое «долго и счастливо». Было даже немножко стыдно перед самим собой, ведь Ликс понимал, что это просто такой период, просто гормоны в голову бьют, отключая логику на первых этапах зарождающихся отношений. Но с Хенджином почему-то не хотелось себя приземлять, отрезвлять и одергивать, Хенджин дарил такое чувство безопасности и комфорта, что Ликс не отказывал себе в наивных розовых мечтаниях перед сном каждую ночь. Эйфория продлилась не долго. Вернулся с работы пораньше, день был паршивый, на улице лил мерзкий дождь, надавали по шее за проебанные дедлайны и сделанные от души, но через жопу, отчеты. Домой Феликс завалился злой, уставший и помятый. Бросил сумку на пол, скинул верхнюю одежду и направился в спальню. По пути начал набирать Хана, чтобы поныть другу про всю вселенскую несправедливость бренного бытия, но, когда опустился на кровать, большой палец так и завис над значком трубки на экране телефона. За стеной кто-то издавал совершенно определенные звуки. Феликс тряхнул головой в надежде развеять галлюцинацию, но реальность безжалостно припечатывала своей очевидностью. Хенджин с кем-то занимался сексом. Голосов несколько, но самый громкий – хрипловатый голос Хенджина. Стонам аккомпанировала вибрация от секс-игрушки, которую Феликс в такой ситуации ни с чем другим бы не спутал. Злоба и обида затопили раскаленной магмой. Вдох-выдох. Спокойствие. Вместо номера Хана Феликс набрал соседа и ушел в ванную комнату. Гудки-гудки-гудки… - М-м-м, Феликс? - Привет. Ты сейчас дома? - Нгх… - за заднем фоне слышались чужие голоса, которые резко оборвались в один момент, прежде чем Хенджин глубоко вдохнул и ответил сдавленное: Дома. Что-то случилось? - Нет, ничего. Голоса оборвались, но вибратор продолжал работать. - Феликс, - Хенджин дышал рвано. - Я сейчас немного занят. Перезвоню как освобожусь, ладно? - Ладно. Нихуя не ладно. В дверь 143 квартиры блондин колотил руками и ногами так, словно на ее месте был его обидчик. Вот ведь идиот, поверил в сказки про возвышенные чувства. Третье свидание? Ха! Зачем ждать третьего свидания, если с такой внешностью найти себе кого-то на вечер и выебать как нехуй делать? Обидно, больно, грустно, просто бесит! Щелкнул замок и в дверном проеме показался раскрасневшийся Хван с растрепанным осиным гнездом на голове. Его глаза горели, грудь быстро вздымалась под тонкой домашней футболкой, той самой, которую постирал и вернул ему Феликс на днях. - Привет? – Хенджин выглядел злым и растерянным, так бывает, когда тебя прерывают на самом интересном месте. Феликс бесцеремонно оттолкнул брюнета в сторону и ураганом метнулся внутрь квартиры. - Енбок, стой! – донеслось вслед. Ликс шарил обезумевшими глазами по комнате в поисках шлюх, заглянул в пустую спальню, потом вернулся в гостиную и сдернул с дивана бежевый плед. - Это?.. Ноутбук, небольшой вибратор анатомической формы, бутылек смазки, салфетки… - Да, это то, о чем ты подумал, - прошипел Хван, подходя к ошарашенному блондину со спины. - Ты?.. - Я мастурбировал, Феликс. Дрочил, занимался самоудовлетворением, называй, блять, как хочешь. Это ты хотел узнать? Они так и замерли посреди комнаты: Феликс с пледом в руках, тупо пялящийся на диван, и тяжело дышащий Хенджин, уперевший руки в бока. - Ожидал застать здесь меня за групповухой? – безжалостно припечатал он. Пазл сложился. Феликс опять понапридумывал себе хуйни, а Хенджин опять был в ахуе, что его без пяти минут парень может быть о нем такого мнения. - Ты в курсе, что по милости твоей мнительности я остался без долгожданного оргазма и теперь очень зол? - горячо выдохнул Хван прямо в блондинистый затылок. Это прозвучало так вкрадчиво и проникновенно, что Феликс невольно вздрогнул. Пожар ревности от такой близости разгоряченного брюнета начал перерастать в пожар желания. - Я могу это исправить, - прошептал Ликс, качнувшись назад, чтобы соприкоснуться с телом Хенджина и так замереть, ощущая ягодицами чужое возбуждение. К черту третье свидание, к черту все! - И как же ты собираешься это исправлять? - хрипло рассмеялся Хван. Он уткнулся своими губами в ухо Феликса и заскользил ладонью по его груди, подбираясь к шее. Тонкие пальцы несильно, но настойчиво сомкнулись. Хенджин притянул парня к себе еще ближе, чтобы между телами не осталось ни одного лишнего миллиметра, чтобы чувствовать грудью его спину, ведь где-то там гулко отбивало неровный ритм трепещущее сердце. - Как ты хочешь, чтобы я это исправил? - вроде вопрос, но прозвучало как просьба. - Ох, солнышко, - тяжелый вздох. - Ты сегодня явно не вывезешь все то, чтобы могло загладить твою вину. У тебя ведь давно не было секса, да, Феликс? А я бы хотел сейчас взять тебя прямо на этом гребаном полу, со всей силы вколачиваясь в твое идеальное фарфоровое тело... - Нгх... ты меня недооцениваешь. - Я не хочу сделать тебе больно. - Хенджин резко разорвал телесный контакт, сделав шаг назад. - Поэтому сегодня ты возьмешь меня. Как видишь, я хорошо подготовился, хоть и не планировал секса ни с кем. - Ни с кем? - С тобой. Ликс рванулся к нему, сцапал за руку и, подхватив с дивана смазку, потащил парня в спальню, прямо к тому чертову зеркальному шкафу, в который впечатал спину Хенджина со всей несдержанной страстью. Они целовались как безумные, а не как парни, познакомившиеся месяц назад и едва знавшие друг друга. Хенджин почти задыхался, но Феликс, ни на секунду не отрывающийся от его мягких губ, не позволял сделать глоток воздуха, заполняя его легкие собой – своим желанием. Их руки беспорядочно блуждали по телами друг друга, Хенджин попытался расстегнуть офисную белую рубашку Ли - фокус не удался, пальцы не слушались. Дезориентированный в пространстве и времени, он жалобно заскулил в поцелуй. Феликс издал приглушенный рык, убрал его руки от своей груди и сам рванул одежду так, что пуговицы брызнули в стороны. Они раздевались и раздевали друг друга наощупь, ткани жалобно трещали, когда разгоряченные любовники с остервенением избавлялись от них - ненужных, мешающих. Упали на кровать. Футболки, штаны, нижнее белье, все к черту полетело на пол. Феликс навис над Хенджином, завлекая в очередной глубокий поцелуй, их возбуждения соприкоснулись, и парни синхронно тихо застонали в голос. Хенджин вырвался из объятий, расположился посередине кровати в коленно-локтевой и призывно прогнулся в пояснице, загнанно поглядывая на Ликса через плечо темными от желания омутами глаз, на дне которых сверкали угольки желания. Сумасшествие. Феликс в моменте забыл, как дышать. Он зачарованно рассматривал разбитого и такого податливого Хенджина, готового принять его, жаждущего принять его, и сам плавился, путаясь ногами в прохладных белых простынях. - Презерватив? – коротко уточнил он, собирая остатки самообладания. Хенджин достал из-под подушки серебристый квадратик и протянул ему. - Какого художника ты хранишь презервативы под подушкой, если у тебя давно не было отношений, мы позже еще выясним, - прошипел Ликс. Он встал на колени позади любовника и, растягивая удовольствие, принялся водить руками по точеным бедрам, узкой талии, крепкой спине... Специально ли он мучил Хенджина? Да, специально. Стыдно ли ему было за это? Нет, не капли. Сам заслужил. Хван нетерпеливо заерзал, призывно покачивая ягодицами. Он просил, он горел, он изнемогал от потребности почувствовать Феликса внутри. Феликс усмехнулся, дернул головой, откидывая назад волосы, и зубами разорвал серебристый квадратик с защитой. Когда твердая головка в презервативе уперлась в расслабленное колечко мышц, Хенджин неосознанно подался назад в попытке самостоятельно насадиться глубже, но Ликс удержал его за бедра, потом опустился на него, соприкасаясь грудью со спиной, и оставил на бледном предплечье легкий укус в знак предупреждения. - Если ты не доведешь меня до оргазма через минуту, Ли Феликс, клянусь, я... Договорить Хенджину не удалось - член Феликса одним толчком погрузился в него полностью, достал до простаты и выбил из горла первый высокий стон. Феликс бы хотел съязвить что-то в ответ, но ощущение горячей узости от проникновения спустя много месяцев воздержания сносило крышу. Они оба были чувствительны до предела, до сгибающихся пальцев на ногах, до закатывающихся от каждого следующего рваного толчка глаз. Темп был не особо размеренным, но таким, чтобы растянуть подступающее к низу живота удовольствие как можно дольше. Они больше не целовались, не трогали друг друга, даже не смотрели друг на друга. В пустых головах витало только одно желание – поскорее дойти до разрядки. Потом у них будет еще много шансов потрахаться нежно и грубо, тихо и громко, быстро и медленно, сохраняя зрительный контакт, царапая кожу партнера ногтями, облизывая шею, оставляя багрово-синие засосы на груди, а сейчас… - Фели-и-икс... Блондин ускорялся. - Я... мгх... я почти... Ох! Подожди, я же сейчас... - Кончай, - произнес Ликс, обхватывая член Хенджина рукой. Он подхватил его под головкой и плавно с нажимом массировал уздечку, доводя удовольствие до грани безумия. Сам Ли держался исключительно из чистого упрямства и желания сделать возлюбленному так хорошо, чтобы изнутри почувствовать пульсацию его удовольствия. Хенджин всхлипнул и задрожал от накатившего оргазма. Тут же раздался громкий, громче всех предыдущих, хриплый вскрик. Голова брюнета взлетела вверх, он вдавился затылком в ключицу Ли и кончал прямо на его пальцы, все еще накрывающие головку. Феликс кончил следом, прямо в презерватив, не выходя из Хенджина. Парни рухнули на кровать и укутались в горячие объятия. Потные тела липли друг к другу, груди быстро вздымались, а горячие тяжелые дыхания сливались в развязном мокром поцелуе. - Да уж, в турнире скорострелов мы бы точно заняли первое место, - рассмеялся Хенджин. - Мы только начали, - усмехнулся Ликс. – У меня слишком давно не было секса, а ты был перевозбужден. Сейчас ты заваришь мне свой гребанный чай, мы отдохнем, вернемся в постель, и я не выпущу тебя отсюда, пока не затрахаю до беспамятства. - А может, лучше я тебя? Это ведь у тебя в башке постоянно роится миллион тупых мыслей, которые бы неплохо было выебать оттуда нахуй. - Посмотрим. Но сперва – чай. На утро болело все от кончиков ушек до кончиков пальцев ног. Секс-марафон удался, в квартире 143 не осталось ни одной горизонтальной или вертикальной поверхности, где бы не брали друг друга два обезумевших от любви парня, меняя позы и позиции, скорость и виды стимуляции. Заснули прямо на диване – последнем пункте в списке мест, где у них был этой ночью секс (хорошо, что Хенджин не успел убрать с него вибратор, когда Феликс ворвался в квартиру уличать его в измене, эта секс-игрушка тоже им пригодилась). Разбудил парней звонок в дверь. Сил вставать, одеваться и куда-то идти не было, так что Хван укутал свое обнаженное тело в плед (Феликсу это не понравилось, но когда его укрыли накидкой с того же дивана, он притих) и пошел открывать дверь. Это был Чонин. У них на утро был назначен сеанс массажа. - Какого, - обомлел тот, рассматривая Хенджина, потом заглянул вглубь квартиры, заметил пятки Феликса, торчащие из-под накидки на диване, и закатил глаза. – И ты туда же! - И я? – сонный, но более-менее соображающий Хенджин, деликатно отошел в сторону, закрывая собой вид на гостиную. - Минхо меня вчера продинамил, хотя мы договаривались поужинать вместе. Уехал на свидание с каким-то красавчиком и как в воду канул. Хенджин нервно хихикнул, до него сразу дошло с каким красавчиком его друг вчера встречался. - Да ну вас нафиг, - махнул рукой Чонин. – Перенеси запись на завтра или послезавтра. И только попробуй снова меня бортануть. - Спасибо. Дверь захлопнулась. Естественно Феликс проснулся и естественно слышал весь диалог. Когда через полчаса собирался на работу, бегая по квартире, не удержался и написал Джисону сообщение.

leeFelix

добрый член! =)

Ханни~ толстый день ;) Через неделю Хенджин подарил Феликсу картину – портрет беловолосого ангела в голубых тонах. Через две они официально начали встречаться.