Бес.

Феликс обычный парень из деревни. Имеет двор, хозяйство и младшую сестру. Полный набор. Для того, чтобы прокормить кучу живых душ в своём уделе, Ликс бродит по лесу и собирает полезные растения. Иногда, для профилактики и развития, Ли брал с собою свою младшенькую сестру и показывал ей кучу разных растений, объясняя полезность и назначение каждого. Такие небольшие занятия помогали развитию девочки, и Ликс надеялся, что его красавица-сестра всё запоминала, дабы в случае чего, смочь выжить без старшего брата. В деревне было кучу желающих жениться на его сестрёнке, но Ли воспитывал её самостоятельной женщиной, не нуждающейся в бородатом мужике с казачьей косой, поэтому и он и его сестричка, отказывались от браков. Да и рано ей было жизнь свою обрывать, отдаваясь в рабство славянским мужикам. Хозяйства много и у них, и дел также много. В общем нечего ей было делать в браке. – Оливия! – Ликс брёл по густому лесу с сестрой, собирая полезные травы, и не сразу заметил, что девочка исчезла. – Эй, Лив! Где ты поганка мелкая делась? В ответ тишина, только птицы чирикают свои песни, а в траве кузнечики на скрипках играют. – Вот блин горелый, где мне эту ягозу теперь искать? – Феликс крутится вокруг своей оси и думает о том, куда же пойти, чтобы найти сестру. Хотелось оказаться дома до вечера в целости и сохранности, а неожиданная пропажа сестры не особо располагала на такой расклад. – Блять! Сука! Пошли все нахуй! Пиздец! Ли говорил слова-обереги, надеясь, что сбережёт себя от бесов, прячущихся в тенях деревьев, и молился, чтобы сестра тоже материлась, дабы избежать нападков нечистой силы. – Оливия, бляха, где ты, нахуй, делась? – Ликс кричал, прохаживаясь между кустами, собирая клещей и прочую дрянь. Начинало темнеть, а Феликс всё бродил, разыскивая сестру. Он уже сам успел заблудиться, но делать было нечего. Неизвестно, как найти Оливию и неизвестно что с ней. Страх рылся под рёбрами, а глаза подозрительно блестели. А ведь Ли ещё и темноты боялся! Сумерки ступали по пятам, утягивая в себя все солнечные лучи, и Ликс быстрее перебирал ногами, боясь, что кто-то выскочит и нападаёт на него из тьмы. Вдруг, совсем неожиданно, со стороны кустов послышался шорох. Звёзды уже начинали баюкать небо своим сиянием, а это значило, что и нечисть вышла из своих укрытий, желая полакомиться людишками. – Бляха! – Ли всхлипывает. Ему офигеть как страшно, но сестру-то искать надо. На небольшое пространство между деревьев, где Феликс думал найти свой конец в столкновении с каким-нибудь бесом, выходит красивый юноша. Длинные, чёрные волосы струятся водопадом по широким плечам, глаза его горят лучше любого костра, а пухлые губы искривились в улыбке. Не славянская внешность у этого человека. А по-скольку Феликс не бывал нигде, кроме своей деревни, людей таких он не встречал ранее. – Добрый молодец! – Ли закричал от радости и счастья, понимая, что ему могут помочь. Он кинулся на прекрасного юношу и схватил того за нежные руки. – Помогите мне, пожалуйста! Уж я в долгу не останусь. Отплачу, чем смогу. – И чем же нужно помочь? – незнакомец улыбается и в ночном свете клыки его поблёскивают. Ликс не обращает на это внимание. Сейчас ему нужно найти сестру. – Я потерял в лесу сестру! И сам потерялся. Помогите пожалуйста найти её и увести домой. Она совсем маленькая, жить и жить ещё, – Феликса немного потряхивало от эмоций. Всё-таки натерпелся этот бедолага всякого за пару часов. – Так и быть, помогу я тебе, а взамен, ты заплатишь мне, но не монетами, а кое-чем другим, – черноволосый ухмыляется и переплетает свои пальцы с пальцами Ли. – Пойдём, я отведу тебя к твоей сестре. Ликс радостно подпрыгнул и пошёл за прекрасным созданием. Брели они долго, плутали между деревьев, но рядом друг с другом было спокойнее пробираться сквозь лесные преграды. Наконец, ступают они с территории нечисти, и перед ними начинает маячить дом. – Подожди, почему ты привёл меня домой? – Ли останавливается, но его продолжают тянуть к избе. – Ты попросил отвести тебя к сестре, вот я и веду, – черноволосый улыбнулся и продолжил идти. – Ах! Вот она пиявка покусанная! Ну я ей устрою взбучку! – Ликс побежал вперёд, желая побыстрее увидеть сестру. – Оливия! Ягоза ты захухристая! Я тебе устрою! Из двери избы вышла девочка в ночной сорочке. Она уставилась на своего брата, как на дурака, и помахала приветливо ручкой черноволому красавцу за спиной. – Чего орёшь, аки осёл на ярмарке, – Олив смеётся с Ликса и скрещивает руки на груди. – В лесу значит заплутал, лободырок, а ругаешься на меня, как скапыжник. Кто виноват, что ты в лесу заблудился? Я всё что нужно собрала и домой ушла. Вон, спасибо, доброму молодцу, что спас тебя, иначе съела б тебя какая-нибудь чертовщина. – Ладно, всё, понял я. Проходи, гость добрый, не стой тут. Сейчас травок нам разных заварю и поедим блинов с вареньем. Ты же не всё съела? – Ли строго смотрит на сестру, а та хохочет и уматывается прочь. – Давай, проходи. Отужинаешь, отоспишься, а с утра скажешь чем тебе заплотить надобно. И как тебя хоть звать-то? – Я Хёнджин. А ты Феликс, да? – черноволосый улыбнулся и прошёл за Ли в дом. – Откуда знаешь? – Ликс покосился на спасителя своего и призадумался. – Оливия сказала. Я её встретил, когда по лесу гулял, она сказала, что её глупый братец потерялся и попросила найти его. – Ох уж эта нога куриная! – Феликс вспыхнул и принялся искать еду по всяким опарницам, крынкам, горшкам. Варенье успешно нашлось, также, как и блины, что были припрятаны поглубже в печь. Края горшка обожгли пальцы теплотой, и Ли улыбнулся. Сестра всё-таки ждала его и заботливо подогрела блины, чтобы тот с голоду-то не помер. – Ты голодная? – Феликс кричит, чтобы девушка, находящаяся отдельно от мужчин в другой комнате, услышала. – Я уже поела. Да хранят тебя Боги в ночи. – И тебе добрых снов, – Ликс принялся выкладывать блины в миску. После поставил варенье и принялся кипятить воду с целебными травками. – Сейчас отварчику примем, отужинаем и спать ляжем. Тебе где постелить? На печи? Или на лавке? – На нарах, – Хёнджин постучал пальцами по столу, и Феликс на секунду засмотрелся на нежную и красивую кожу. У красавца руки были понежнее любой девки, да и по-красоте он превосходил всех в деревне. Странно, что Ли раньше его нигде не встречал. – Негоже спать на месте хозяина дома. – Да ладно тебе, – Ли фыркает и добавляет в кипячёную воду трав. По избе начинает разноситься приятный аромат. – Держи, – Фел протягивает чарку с отваром и черпает себе немного. Парни садятся ужинать, а после пьют отвар. Между ними льётся лёгкая беседа, сладкая, как кисель, и кислая, как незрелое яблоко. – Ну, добре, – Ли сыто улыбается, поглаживает живот, набитый вкусностями, и убирает всю грязную посуду в ведро с водой. После чего стелет Хёнджину на скамье и сам укладывается на печь. – Потуши свечи, будь добр. Красавец слушается, задувает по одной свече, медленно и красиво. Феликс любуется им и чем больше смотрит, тем больше чего-то нечеловеческого замечает. – Добрых снов, Хёнджин, – шепчет Ли, когда все свечи оказываются потушены, а черноволосый устраивается ко сну. – Доброй ночи, Ликси. *** – Подъём! Встали все быстро! Я вас всех накормлю отстойниками! Быстро встали! – Феликс кричал, стоя посреди избы. С утра пораньше он выглядел уже заёбанным и запыханным. – Чего орёшь ни свет, ни заря? – Оливия выглянула из своей комнаты и посмотрела на брата, как на полоумного. – Кур кормить надо! Коз подоить, кроликов покормить, сено покосить. А вы спите! – ли явно проснулся не с той ноги и зло размахивал сейчас руками, пытаясь донести важную информацию, а именно то, что всем будет пиздец, если они сейчас же не пойдут ему помогать. – И ты! Вставай, помогать будешь! – Ли пнул по скамье, а Хёнджин дёрнулся и подскочил, охуевая от чужой наглости. – Даю пять минут на сборы и жду во дворе, колоброды! И в эту же секунду Ликса, как ветром сдувает. Вот стоял он посреди избы, а вот его уже нет и со двора слышны крики. Пиздец какой-то, а не утро. – Доброе утро, – говорит Лив, заметив охуевшее выражение на лице Хёнджина. – Собирайся, если живым остаться хочешь. Мой брат с утра страшен в гневе. Девочка скрывается за дверью, где переодевается и готовится к выходу для помощи брату. – Пиздец, к кому я попал? – Хван тихо стонет и поднимается с лавки. Где это вообще видано, чтобы он, бес знавший весь лес и державший в страхе всю нечисть, стал прислужником человечишки? Но несмотря на все мысли, действия противоречили им. Хён послушно приготовился и вышел во двор, в котором Ли уже что-то делал. – Что нужно сделать? – Покорми кур и собери яйца, – Феликс рявкает это так резко, что бес вздрагивает, пугаясь. Перед ним точно сидел человек? Послушно кивнув, Хёнджин пошёл собирать яйца, косясь в сторону Ли с подозрением. Куры оказываются покормлены, а все яйца собраны. Дальше помогает Оливия. Она забирает всё, что оказывается собрано и уносит куда-то. – Что дальше? – Хван робко подходит к парню, что возился с сеном. – Нарви полыни кроликам и покорми их, – Ликс продолжал отвечать агрессивно и работал он быстро, пытаясь успеть всё сделать до того времени, как солнце начнёт полыхать на небосклоне и печь голову с спиной. – Оливия! Где ты делась уже? Хёнджин быстро убежал, не желая попасть под горячую руку, и принялся собирать полынь. Из тени леса выглядывала нечисть всякая и усмехалась, глядя на беса, что человечишке подчиняться стал. Но Хван быстро усмирил их пыл, зыркнув красными глазами и показав рога. Не стоит им забывать, на чьей территории они находились. Ток леший, по-доброму усмехался и понимающе кивал. – Что это ты, Хёнджинни-и, на людей переключился? Никакая бесовщина тебя не взяла? – Джисон выскользнул из леса, ступая прямо к Хвану. Под его стопами разрастались прекрасные цветы и ягоды, а птички радостно садились на плечи и пели песенки. – Заткнись, Джисон, - Хён морщится, смотря на лешего. – Сам-то не лучше. – Так ты всё-таки признаёшь, что этот юноша тебе понравился? – Хан кривит губы в улыбке и подходит ближе к лучшему другу. – Ты нечисть-то не пугай, а то сбежит от тебя и некому будет лес защищать. – Дул бы на свою территорию, – Хёнджин закатывает глаза и продолжает рвать полынь, собирая ту в мешок. – Моя территория везде, где есть трава, деревья, природа, – Джисон машет рукой задумчиво, а Хван усмехается. – Неужто ты снова разозлил Минхо? Он совсем не похож на человека. – Твой блондинчик тоже не особо ведёт себя, как обычный люд. Точнее ты себя ведёшь не как бес, рядом с ним. Я не осуждаю тебя, Хённи, я понимаю. Но если ты планируешь быть с ним, то должен рассказать о том, кем являешься. – Я даже не думал об этом! Жить рядом с человеком? Бесу? – Хван продолжил агрессивно рвать траву. – Может быть головой ты и не думал, но сердце твоё уже всё решило. Удачи, Хёнджинни, я пойду, – Хан поднял голову, прислушиваясь к шёпоту деревьев. – Кажется, что Минхо потерял меня и ищет. Радостная и ласковая улыбка загорается в глазах лешего, и он растворяется, оставаясь на земле горкой полыни. Даже так помогает своему лучшему другу. – Спасибо, – шепчет Хван, зная, что его услышат. *** День прошёл в спешке. Хёнджин помогал Феликсу и Оливии, выполняя все их поручения беспрекословно. Он засматривался на веснушчатое лицо человека и таял где-то в душе, понимая, что этот паренёк полностью захватил его бесовитую сущность. – Отлично поработали сегодня! – Ликс радостно сел на крыльцо избы и посмотрел на небо, начинающее окрашиваться в разные закатные цвета. Оливия уже ушла принимать баньку, а парни остались ждать, когда тоже смогут попариться и помыться. – Ты в норме? – В полной, – Хёнджин присел рядом и провёл ладонью по своим длинным шелковистым волосам. Он не успел даже устать, выполняя все человеческие обязанности, а вот по Ликсу было видно, что он хочет упасть на печь и уснуть. – Славно. Так что ты там за оплату хотел? – Ли помнил, что должен красавцу, но понимал, что чем раньше он отплатит, тем раньше тот уйдёт. А ему не хотелось, чтобы Хён уходил. И не из-за того, что тот помогал во всём, а из-за того, что рядом с ним на груди теплело. – Будешь моим? – Хван смотрит пристально в человеческие глаза и говорит серьёзно. Шутки прочь, за целый день он смог подумать обо всём и осознать, что отпустить этого парня с чудесными точками на лице не сможет. – Что это значит? – Ли хмурится и напрягается. – Я не человек, Феликс, и требую твою душу, как оплату, – Хёнджин сверкает своими красными глазами, убирая человеческий чёрный. – Блять! – слово-оберег явно не работает, а бес сидит рядом и смотрит в ожидании. – Ну ладно. Ликс грустно вздыхает и смотрит на баню в которой скрылась сестра. – Значит, я больше не увижусь с Оливией? – парень не хочет принимать такого факта, но раз уж пообещал расплатиться, то должен следовать своим же словам. – Нет, увидишься. Просто… Позволь мне быть рядом с тобой, как человек с человеком, – Хван осторожно касается своей нежной ладонью грубой ладони Ли. Тот переплетает их пальцы машинально, даже не замечая этого, и смотрит шокированно. – Позволь быть рядом с тобой до самой твоей смерти, а после, позволь забрать тебя с собой. – Я не хочу в Преисподнюю, – со страхом шепчет Феликс, а бес придвигается ближе. Так, что чувствуется его дыхание на коже. –Я не живу в Аду, глупенький. Мой дом - лес. – То есть, ты просто хочешь быть со мной, даже больше никаких условий не поставишь? – Ли не верит в такую лёгкую расплату. Почему в лёгкую? Потому что он сам хотел, чтобы Хён остался рядом. – Остальное по твоему желанию. Так что? Согласен стать моим? – Хван шепчет, склоняясь к розовым губам, а глаза Феликса светятся в темноте, отвечая на вопрос. – Согласен, – сделка заключена, а дыхание смешивается в поцелуях. Ли не умеет целоваться, но отвечает пылко, а не робко. Он уверенно кусает губу и лижет укус, сразу же углубляя поцелуй. Это не Феликс смущается, это Хёнджин несмело отвечает. Его нежные ладони устраиваются на крепкой талии человека, сжимая и поглаживая, а тот выдыхает страстно ему в рот. – Охуеть, – Оливия выходит из бани и наблюдает сцену поцелуя своего брата и беса. – Баня свободна, – девочка говорит это, а парни шугаются, отодвигаясь друг от друга. – Еда готова, я спать. Можете делать, что хотите, только меня не будите. Сестра скрывается в избе и сразу идёт в свою комнату, чтобы реально лечь спать. Феликс пылает своими щеками, но не чувствует ничего неправильного. – Ладно, пошли в баньку, – Ли первым несётся туда, раздевается и ложится на скамью. Его загоревшее крепкое тело потеет, красиво блестя в свете луны, бьющего из маленького окошка. Хван заходит следом, раздевается и опускается возле Феликса. Разглядывает прекрасное тело и ведёт пальцами по голой коже бёдер. Ли от прикосновения плавится и выдыхает неровно. *** Оливия лежала в своей комнате на постели и мечтала прибить своего брата и его беса, слыша стоны, даже через закрытое окно. – Нашли друг друга, блять, – Лив тяжело вздыхает и прячет голову под подушку, мечтая, чтобы эти двое наконец закончили сношаться, оповещая при этом всю округу. И жили они, короче говоря, долго и счастливо. И познакомились со всей нечистью и не нечистью в лесу, свадьбу сыграли, да мёд, пиво пили, но в рот ничего не попало, ибо нехуй усы отращивать. Вот и сказке конец, а кто слушал, молодец.