Гори моё прошлое

      Быть кем-то, чтобы чувствовать себя живым. До определённого момента Гарри был просто избранным – тот самый мальчик, который выжил(!). Но после победы над тем, кого теперь можно называть – над Волдемортом, он стал национальным героем магической Британии. Невероятный груз ответственности упал на его плечи и разбил личность героя на тысячу осколков. Да, Гарри получил общественную власть и тонны благодарности, которые он, честно говоря, на хую вертел. Кому нужны эти спасибо, когда сам национальный герой больше похож на смертника в ожидании казни?       Этой казни на данный момент ждала и небезызвестная семья Малфоев. К сожалению для Гарри, выпросить для них более мягкое наказание было сложнее, чем казалось на первый взгляд. Хотя ещё месяцем ранее он был готов лично разобраться со старшим и младшим Малфоями.       Но стараниями судьбы и Нарциссы Малфой суд над тёмной семейкой прошёл не просто хорошо, а можно сказать – замечательно. Люциуса заключили под домашний арест в собственном доме без возможности выходить за пределы Малфой мэнора. А его сына вообще признали невиновным и рекомендовали добровольно-принудительно закончить повторный 7 курс обучения в Хогвартсе. С Нарциссы Малфой также сняли все обвинения, но теперь она не могла покинуть пределы магического Лондона без специального разрешения и ещё кучи каких-то там бумажек из Министерства Магии.       – Благодарю Вас, Мистер Поттер, за столь снисходительное отношение к нашей семье, – манера речи старшего Малфоя сильно изменилась за месяц расследований и судов. Казалось, что он говорит искренне, но надменная улыбка не могла спрятать его внутреннее недовольство сложившейся ситуацией – всё-таки теперь он будет слишком много времени проводить с собой и со своими мыслями. – Мы не забудем всё, что Вы сделали для нас за этот месяц. И я надеюсь, что в будущем мы сможем отплатить Вам тем же.       Малфой старший протянул Гарри руку, и когда национальный герой сделал ответный жест, для привлечения большего внимания Люциус решил приобнять Поттера. Публики на суде было не так много как ожидалось, но первая полоса в газете этому событию уже обеспечена.       За дни расследований интерес к семье Малфоев стих. Многим было уже всё-равно на их прямое или косвенное участие в магической войне. Несмотря на все проступки Люциуса, он и его семья оставались желанными гостями на вечерах чистокровных волшебников магической Британии. Только вот Драко энтузиазм отца вообще не разделял. Он не только перестал ходить на какие-то встречи, но и по ощущениям Гарри – перестал вообще разговаривать. За прошедший месяц голос Драко можно было услышать только на суде, хотя такое состояние младшего Малфоя было ожидаемо. Когда закончилась война и стало ясно, что сейчас будут устраивать показательные суды, Драко сразу же стал чуть-ли не главной мишенью.       В прессе его и его личную жизнь разобрали под микроскопом. Вскрылось, что Драко Малфой так и не встретил своего соулмейта – кто-то вообще писал, что у такого как он не может быть соулмейта. Писали, что он гей\ассексуал и что он станет тем, на ком закончится род Малфоев. Кто-то даже пытался подготовить покушение на юного Малфоя, но все эти статейки быстро исчезали под пристальным контролем национального героя.       Гарри знал, ЧТО из всего этого было правдой. Честно говоря, месяц назад он вообще ничего не хотел знать о Драко Малфое. Но судьба подготовила для героя другой сюжетик. Перед первым слушанием суда над Драко Гарри встретил того у чёрного входа в здание Министерства. Юный Малфой выглядел непривычно неухоженным, худым и каким-то нелепо сутулым. Драко стоял, облокотившись о стену, и курил какие-то маггловские(?) сигареты. В тот момент его было не отличить от обычного подростка совершенно обычной школы. Гарри не сильно хотелось с ним разговаривать, но последнее время он тоже пристрастился к курению.       – Привет! Выглядишь неважно, – ничего лучше в голову Гарри не пришло. Да и что он мог сказать тому, на чей счёт, оказывается, всегда ошибался?       – Доброго дня, Национальный герой Гарри Поттер, – Малфой смотрел совершенно пустым взглядом куда-то сквозь Гарри, но слова из его уст лились в привычной язвительной манере. «Хоть что-то не меняется!» – подумал Поттер. – Неожиданно увидеть Вас в столько непривлекательной обстановке совсем одного.       – Ой Малфой прекрати, – Гарри закатил глаза и прикурил сигарету. Он встал напротив Драко, так как там было темнее – а значит вероятность возникновения лишнего внимания к персоне курящего героя меньше. Меньше внимание – меньше проблем! Это новый девиз Гарри Поттера. – Рад, что с тобой всё хорошо.       – Пфф, при мне можешь не играть роль хорошего мальчика, – вот тогда и полезла наружу настоящая сущность Драко Малфоя, о которой Гарри совершенно не хотел знать. – Ой извините! Забыл об обращении на Вы к Национальному герою. Простите великодушно!       – Малфой! Я серьёзно – хватит. Оставь всё это. Наша вражда осталась в прошлом.       – Да что ты знаешь, чтобы так говорить? – Драко зло потушил сигарету ботинком. Он схватил валявшуюся на земле куртку и ушёл.       – Он никогда не изменится . . . – сказал Гарри в закрытую дверь чёрного входа. Когда сигарета была докурена, он решил последовать примеру Малфоя и просто оставить недокуренный бычок валяться прямо здесь. Всё же Министерство тоже принесло Поттеру немало страданий.       Рядом с ещё дымящимся бычком Гарри заметил какую-то странную маленькую книгу(?). Когда он поднял непривычно маленький предмет, книга, которая оказалась блокнотом для записей, резко приобрела привычный размер и затянула Национального героя в непонятный мир.

«Я просто хотел стать кем-то, чтобы меня признал отец. Но он меня никогда не признает!»

«А это вообще нормально, что у меня до сих пор нет соулмейта? Я думал, что им будет Астория, но после нашего с ней прикосновения ничего не произошло.»

«Я чувствую себя уничтоженным. Я словно живой труп, который вынужден жить, чтобы спасти свою семью.»

«Сегодня появилась метка. Это самый худший день. Меня будут считать очередным фанатиком.»

«Вчера убедился в правоте своих предположений. Этот идиот действительно не знает, кто его соулмейт. Повезло?»

«Жаль, что метку нельзя свести навсегда. Сегодня день Х, когда он может умереть или спасти всех нас. Надеюсь, что второе.»

«Надеюсь, что эти журналюги сдохнут пока будут писать эти грязные статейки обо мне. Я устал.»

«Сегодня первое слушание суда – больше не могу.»

      Чудесный блокнот выкинул Гарри из своего пространства также быстро, как и закинул в него. Он не знал сколько времени он провёл внутри этой записной книжки, хотя точнее сказать – внутри дневника, но теперь всё содержимое отразилось в его памяти огненной печатью. Гарри Поттер запомнил каждое слово и теперь хотел узнать их значение у владельца, но маленький блокнот испарился в воздухе.       «Чтож, после суда всё выясню,» – подумал Гарри. Но его планам не суждено было сбыться ещё целый месяц. Ни Люциуса, ни Нарциссу, ни Драко вообще не подпускали к Национальному герою до окончания судебного процесса. Министерство считало, что пообщавшись с семьёй Малфоев, Гарри Поттер сможет подменить им воспоминания и тогда суд не сможет быть объективным и беспристрастным.       И вот сейчас, обнимаясь с Люциусом Малфоем на глазах у немногочисленных присутствующих, у него был шанс выловить Драко и поговорить. Но к несчастью, Малфой младший куда-то смылся сразу же после оглашения приговора.       – Поздравляю с успешным завершением судебного процесса! – предположения Гарри были верными. Малфой снова стоял у чёрного входа в Министерство и снова курил, уткнувшись в одну точку. Только теперь он выглядел ещё более измотанным – живой труп, как уже говорилось. – Всё закончилось, Драко . . .       – Ты поиздеваться пришёл? Или что? – при звучании своего имени из уст Национального героя глаза Малфоя заискрились злостью. – Хочешь выудить у меня какие-то ещё факты для прессы? Можешь не утруждаться, там написали уже всё, что могли!       – Ты с чего вообще это взял?       – Хочешь сказать, что дневник мой ты не читал и не ты слил его содержание всей Британии? – Драко давно выкинул дымящуюся сигарету и уже просто держал Поттера за ворот мятой рубашки. Он был настроен решительно и пытался выискать в зелёных глазах героя нужную ему правду. – Ты думаешь, что я не знаю? Ты читал его, Поттер! Весь!       – Да это вообще случайно вышло! – Гарри отдернул руку Малфоя в сторону. Но не отошёл, а притянул того за шею, чтобы можно было рассмотреть метку за левым ухом. – На месте. Не успел скрыть?       – Да что ты себе позволяешь! – Малфой заметно занервничал и вдруг сразу же стал таким живым и беззащитным. – Я не собираюсь следовать этим тупым традициям и становиться твоим . . . твоим . . . твоим соулмейтом!       Весь вид искренне и так по-детски возмущенного Драко почему-то сильно рассмешил Гарри. Он заливисто хохотал и ловил всё новую и новую волну хихи с ошарашенного вида Малфоя.       – Метка у тебя появилась позже, потому что у меня день рождение после твоего, – неожиданно серьёзно сказал Поттер. Он достал из кармана пиджака сигареты, закурил и прислонился к противоположной от Драко стене. – Судьба та ещё шутница, согласен? Как Вселенная решила, что мы можем быть друг для друга идеальной парой, а потом поместила нас во всё это дерьмо . . . – Гарри с сожалением посмотрел на своего соулмейта. – А про дневник и его содержание я ничего не говорил никому. Ну кроме Гермионы. Всё-таки в такой ситуации мне нужен был совет друга . . . Я не был готов ко всему, что было там написано. И вообще – это вышло случайно!       – Ага, так я и поверил, – Малфой присел на корточки и прислонил голову к холодной кирпичной стене, чтобы хоть как-то себя успокоить. Всё его нутро содрогалось от одной мысли, что Гарри Поттер всё знает и верит(?) ему. – Слушай, я от тебя ничего не жду. Мне не нужно твоё признание из чувства долга, просто оставь меня в покое и давай зако. . .       – И давай закончим повторный 7 курс? И потом ты уедешь во Францию, а я буду здесь куковать в одиночестве? И грызть себя каждый день за то, что когда-то у здания Министерства упустил своего соулмейта? – Гарри с уставшим вздохом присел рядом с Драко, который всё это время слушал его с закрытыми глазами. – Скажи честно, ты идиот?       – Да что ты не . . ! – закончить фразу возмущения Драко не позволили. Его заткнули властным и напористым поцелуем. Метка сразу же отдала неприятным покалыванием в телах обоих – теперь её невозможно скрыть никакими средствами.       – Теперь тебе не удастся скрывать, что ты принадлежишь национальному герою, – Гарри ехидно улыбнулся, встал на ноги и, направляясь к выходу, ненадолго остановился, чтобы наконец-то посмотреть на реакцию Малфоя. – И запомни – я от тебя просто так не отстану!