Ночь, после 800 лет скитаний

Сложно было представить, что их путь друг к другу, занявший 800 лет, наконец завершился. За эти годы Се Лянь и помыслить не мог, что судьба, которая никогда не была благосклонна к принцу, в конце этого тернистого путешествия длиною в жизнь так щедро его вознаградит. Все испытания остались позади, а тело любимого Сань Лана было как никогда близко. Они, как обычно, спали, обнявшись, не оставляя между своими телами ни малейшего свободного пространства. Точнее, спал только Сань Лан. Такое происходило впервые — Се Лянь никогда не просыпался ночью или, по крайней мере, раньше Хуа Чена. Но этой ночью его сон прервался по причинам, непонятным даже ему самому. Се Лянь принялся разглядывать супруга, на лице которого танцевали отблески пламени от свечи, стоявшей на тумбе у их постели. Его Сань Лан даже во сне источал власть и дерзость. Красивое лицо градоначальника сейчас было спокойным и умиротворённым. Забывшись, Се Лянь благоговейно всматривался в черты своего мужа. Разумеется, градоначальник тут же почувствовал, что наследный принц не спит, и медленно сфокусировал взгляд на любимом. — Гэгэ, что-то случилось? — лицо, ещё мгновение назад излучавшее безмятежность, исказилось тревогой. — Нет! — поспешно заверил его Се Лянь, застигнутый врасплох резким пробуждением супруга. — Сань Лан, всё в порядке, я всего-навсего проснулся раньше времени. — Точно всё хорошо? — уточнил Хуа Чен. Принц ещё раз убедил его, что всё славно. Лёгким движением Хуа Чен, казалось, совершил невозможное — прижал принца ещё ближе. Губы Се Ляня изогнулись в нежной улыбке, а веки удовлетворённо сомкнулись, когда он ласково уткнулся носом в шею своего Сань Лана. — Гэгэ разглядывал меня во сне? — словно гром среди ясного неба раздался тихий голос мужа. — Я польщён. Глаза Се Ляня резко распахнулись, а тело застыло. В следующее мгновение принц густо покраснел. Конечно, нет ничего зазорного в том, чтобы любоваться своим возлюбленным во сне, но как донести эти простые слова до сердца, которое вот-вот выпрыгнет из груди, — Се Лянь понятия не имел! Почувствовав, какой эффект его слова произвели на принца, Хуа Чен тихо рассмеялся. Услышав этот приглушённый смех, тело Се Ляня само собой расслабилось, и он чуть-чуть отодвинулся от супруга, чтобы посмотреть ему в глаза. — Сань Лан! — протянул Се Лянь. В ответ Хуа Чен снова притянул его ближе и мягко начал покрывать любимое лицо поцелуями. Принц, не сдерживая счастливой улыбки, принимал эту ласку. Это была не первая и, уж тем более, далеко не последняя их совместная ночь, наполненная самой искренней и несдержанной любовью, которую имел честь видеть этот мир. Се Лянь закрыл глаза, наслаждаясь теплом любимого. Его сердце билось размеренно, словно повторяя ритм дыхания Хуа Чена. В этом уютном полумраке, под мягким светом свечи, казалось, что весь мир сузился до этого момента, до этих объятий, до тихих, едва слышных вдохов. — Гэгэ, — позвал Хуа Чен, не отрываясь от его губ. — Мм? — отозвался Се Лянь, не открывая глаз. — Ты счастлив? Принц улыбнулся, крепче обнял супруга и, не раздумывая, ответил: — Да. В его голосе не было ни тени сомнения. Он прошёл через столько испытаний, чтобы дойти до этой ночи, чтобы просто быть рядом с Хуа Ченом. Теперь он знал точно — никакие трудности не смогут разлучить их снова. Хуа Чен мягко провёл пальцами по его щеке, словно запоминая черты лица любимого. — Тогда я спокоен, — тихо сказал он и прижал Се Ляня к себе. Ночь окутала их мягким покрывалом, а пламя свечи продолжало танцевать, отбрасывая на стены тени двух неразлучных душ.