Родное

В его комнате пахло вкусными масляными духами, книгами, струнами от гитары. Очень темно. И холодно. Всегда открытая форточка, но задернутые шторы, небольшой светильник на столе, дефолтные обои на мониторе компьютера, но надежно спрятанная в ящик клавиатура. От них, от младших. Он учился 24/7, в ящиках его стола всегда стопки книг, тетрадки по 96 листов и сигареты. Сигареты, лежащие в самом нижнем ящике в коробке из под подаренных друзьями часов. Сигареты, о которых Хёнджин молчит по сих пор, никому не рассказал. Даже Сэму. Своему брату-близнецу, на плече которого он дремал, когда мама, бурча себе под нос, парковалась у их нового дома. Хёнджин знал, что отчим хороший, знал, что мама его любит и что все будет в порядке, но ступить за чужой порог последним, когда Сэм прошел внутрь без капли колебаний-было тяжело. Рожденные в один день и вынашиваемые под одним сердцем-они никогда не были близки. Никогда. Вернее, может и были, но точно не как другие близнецы, которых знали. Хёнджин не слышал его мысли, они не взмахивали одновременно рукой, рассказывая что-то увлекательное. Нет. Сэм был сам по себе столько, сколько Джин его помнит. Чёрные волосы, аккуратная стрижка, как и у всех остальных корейских школьников, рюкзак с кучей брелоков из игр и сериалов, которыми он не хотел делиться. Хёнджину приходилось собирать его увлечения по частям, фотографируя его вещи и позже изучая необъятное множество фандомов, куда ему не было ходу. Думал, что сможет поддержать разговор Сэма с родителями, друзьями, их классом. Что сможет быть к нему чуточку ближе не пользуясь тем, что у них одно лицо. А потом Сэм делится всем с Минхо- их сводным старшим братом, с которым они и их мама теперь делили крышу, приемы пищи, кислород. Сэм рассказывает ему о своих увлечениях, показывает рисунки, о чем Джин узнал, нет-нет, ни в коем случае не подглядывая за ними из-за приоткрытой двери. Минхо ласково ему улыбается и Хёнджин может поклясться-это первый раз, когда он видит в нём что-то более живое, чем стабильные окрашивания волос в рыжий и учёба. Учёба, от которой он отвлекается, когда дело касается Сэма и учёба, которой он прикрывается, когда краем уха слышит имя второго близнеца. Хёнджин чувствовал себя не то чтобы лишним, но явно недопонятым. Родители пропадали на работе сутками, но были счастливы в браке друг с другом, Джин никогда не видел маму такой улыбчивой, Сэм существовал отдельно от него и это была аксиома, с которой он не мог смириться уже семнадцать лет. Минхо…Минхо не игнорировал его, как злые сводные из сериалов, но и не горел желанием подпускать ближе. Хотя Хёнджин приходил к нему. Очень часто. ⁃ Можно? Джин просится, чувствуя себя скорее настырным котёнком, скребущимся в дверь, чем человеком, а затем слышит, как Минхо подходит к двери, но не открывает сразу. Хёнджин понимает-голоса у них с братом тоже почти неотличимы. Он вздыхает, хмуря брови. ⁃ Это Хёнджин. У меня…Ну…Сегодня в школе давали всякие вкусности, я подумал, то есть…Один я все точно не съем. А Сэм такое не любит. И он сегодня у друзей с ночевой. А я..И ты… Он хочет дать себе по лбу обеими руками, но терпит, когда дверь открывается и неясно, от чего его трясет сильнее : от вида грозного Минхо на пороге или от привычно открытого нараспашку окна в его комнате. Сэм бы не замерз ни от того, ни от другого. ⁃ Джин-а, слушай..Съесть с тобой закуски из школы? Давай. Подожди меня полчаса, я закончу с вебинаром.. Джин, опустив голову, сделал неуверенный шаг вперёд, почти уткнувшись в тело старшего и протискиваясь мимо него, чтобы попасть внутрь. ⁃ Джин, я должен позаниматься, я… Хёнджин проходит в комнату, цепляя взглядом диванчик и отодвигает с него небольшую стопку одежды из стирки. Видимо, его мама принесла её в комнату Минхо, чтобы он разложил в комоде. Он садится на самый краешек и жалеет, что не взял телефон, чтобы утопить часть испытываемой тревоги. Они же теперь братья, почему он не может просто посидеть в его комнате, пока он занимается? Джин хлопает глазами, смотря на старшего, что прожигал его неестественно внимательным взглядом, а затем все же решил объясниться, пусть и заметил выключенный блок питания компьютера и отсутствие на столе тетрадей. Минхо не смотрел вебинары. Это снова было оправдание. ⁃ Я посижу здесь…Подожду тебя. Потом попьем чай, может, поговорим о чем-нибудь…Ты смотрел, ну, игру в кальмара? Да? Та сцена в седьмой серии така.. ⁃ Да, мы с Сэмом смотрели в прошлом месяце. Но нам не понравилось. Первый сезон был намного лучше. Хёнджин чувствовал, что замёрз. И открытое окно было здесь не причём. Младший сглатывает, сдерживая слёзы, словно ребёнок из старой игры ”Among the sleep“, а затем сжимает голову в плечи, будто это поможет спрятаться от этих рыжих волос, запаха духов, помещающихся в крохотный отсек на рюкзаке Минхо (да, и его Джин успел обшарить, ища хоть что-то общее), а ещё от мыслей, что семнадцать лет назад что-то пошло не так и должен был родиться только один ребёнок. Хван Джимин, в четырнадцать перешедший в межъязыковую школу и ставший называть себя Сэм. Хёнджин даже рад, что все так, ведь теперь у мамы с отчимом, а в последствие и у Минхо не было никаких причин называть их обоих “Джинни“. Это было то единственное, что Хёнджин бы не пережил. Он дожидается Минхо на кухне, несколько раз за это время разогревая еду короткими импульсами в микроволновке и несколько раз переключает шоу на планшете, не зная, что стоит предложить родственнику, связь с которым мнимая лишь у него. Сам Хёнджин давно не смотрел ничего кроме того, что любил Сэм. Эта гонка с братом и за брата стала перманентным оружием, ружьем, которое Джин направил, кажется, в собственную глотку. Минхо заходит на кухню, держа руки в карманах домашних серых спортивных штанов и осматривает накрытый стол. Он не хмыкает, как злодеи в манге, не отбрасывает колкостей. Просто не садится за стол и смотрит на Хёнджина, как ему кажется, немного жалобно. ⁃ Я не закончил с домашкой, а дедлайн сдачи уже сегодня..Джин? Оставь мне немного, а остальное съешь сам, хорошо? Я потом доем и.. ⁃ С Сэмом, да? Хёнджин огрызается, не узнавая себя в этом жесте и смотрит на сводного так, словно разорвет его на части. Или позволит разорвать себя, умудрившись спросить что-то настолько глупое и бестактное к тому, кто не обязан с ним дружить. Не обязан его любить. Не обязан быть ему братом. ⁃ Нет, один. Лицо Минхо спокойное и сдержанное, но меняется на секундное раздумье прежде, чем он запускает пальцы в волосы младшего, что были длиннее, чем у второго близнеца и перебирает их, массируя кожу и пытаясь сказать взглядом что-то, что Джин не мог разобрать ещё долгие месяцы. ⁃ У меня два брата, а не один, Джин. Сэм плывет по течению, он в своем мире, замечал? А ты..Ты внимательный. Громкий. ⁃ Настырный? ⁃ Нет, просто ценишь семью. Я поступлю и свожу тебя поесть курочку, хочешь? Сэм вегетарианец, поэтому это будет логичнее сходить вдвоем. Хёнджин смотрел на него, не веря ушам и забывал моргать, от чего глаза заслезились сами собой. Но он не плакал. Ни в коем случае не плакал. Просто свое имя по сравнению с именем брата он слышал раза два-три на дню. И выходки из дома у него были только в школу и обратно, ну, максимум к бабушке с дедушкой в другой город вместе с Сэмом. Но ни о друзьях, ни о походах в уличные рестораны за курочкой не было и речи. Хёнджин кивнул, тут же отвернувшись, чтобы скрыть непривычное чувство смущения, а затем посмотрел в окно. Дождь лил уже несколько часов, но парень все равно решил про себя, что виной и его настроение, и Минхо, и дурацкая идея с корейской жаренной курочкой. И Сэм, не взявший с собой зонтик. Хёнджин будет думать об этом до тех пор, пока он не вернётся. Минхо ушёл к себе, а когда вернулся, Джин так же сидел на диване на кухне, прижав ноги к груди и поедая очередную пачку чипсов, доставшуюся со школьного праздника. Минхо отвел взгляд, забирая ту часть угощений, что по словам Джина, никак не сможет быть переварена им одним. Младший снова глуповато улыбнулся со своей шутки. ⁃ Так…Я забираю всё это? ⁃ Да. Минхо, кивнув, ушел к себе в комнату, объяснившись ещё раз тем, что хочет поесть в одиночестве, а затем, почему-то, Джин столкнулся с ним у входа в ванную комнату. Минхо держал в руках несколько пустых тарелок, виновато отводя взгляд в сторону, а Джину ничего не оставалось, как вздохнуть, мотая головой. ⁃ Ты бы сказал, что совсем не хочешь. Я бы отдал родителям…Или..Хён, почему? ⁃ Джинни… Младший помотал головой снова, выставляя руку, чтобы забрать тарелки обратно, будто это вернёт ему хоть частичку гордости. Минхо не просто не стал есть его угощение, так ещё и смыл их в унитаз, избавляясь от акта его заботы так…Так, как все всегда избавляются от Хёнджина, когда есть Сэм. А потому Джин морщится, унося тарелку в посудомоечную машину и не возвращается в коридор, ведь слышит, как открывается дверь и как возвращается Сэм. Промокший до нитки и принимающий от Минхо полотенце. Принимающий его заботу. Так сразу, без глупых обещаний. Хёнджин ворочается ночью в кровати, то и дело высовываясь, чтобы посмотреть на сидящего в телефоне на соседней кровати Сэма. ⁃ Эй.. ⁃ Что? ⁃ Что бы ты сделал, если ты пытался понравиться кому-то, а этот кто-то делает что-то, от чего тебе больно? Ты бы злился на него? ⁃ Я не хочу никому нравиться, Джин. ⁃ Но…Джимин-а… Сэм поправляет его, называясь новым именем и закатывает глаза, вытягивая шею, чтобы посмотреть на это беспомощное бесформенное нечто, прячущееся под одеялом. ⁃ Хочешь ко мне? ⁃ Ты собирался смотреть сериал. Ну, я слышал, как ты говорил с другом, вы хотели созвониться через специальное предложение и посмотреть вместе…. ⁃ Завтра посмотрю. Ты идёшь? Хёнджин неуклюже встал с постели, наощупь в темноте пробираясь к кровати близнеца и ложась рядом. У Сэма была запасная подушка для него, пусть он и убирал её каждый раз, когда Джина было слишком много или он глупо шутил. ⁃ Надо заказать новый ковер в эту комнату. Джимин меняет тему так, словно не было у них минуту назад бессмысленного разговора об обидах, словно Джин не жался к нему сейчас так, словно хочет оказаться под его кожей. Или оказаться им. Если можно. Хоть на секундочку. ⁃ Мне не нравится эта комната. ⁃ Почему? Потому что теперь живём вместе? ⁃ Нет.. ⁃ А что тогда, Джин? ⁃ Потому что здесь…Всё чужое. И всё то последнее, что было моим..Тоже стало чужим. А жить с тобой мне нравится. Я легче засыпаю, когда ты щелкаешь по клавиатуре ночью. Сэм не обнял его в ответ и даже не улыбнулся. Он поморщился, словно подумал о чём-то мерзком, но Джин был слишком далек от него, чтобы хотя бы предположить. ⁃ Сэм-и? ⁃ Мне тоже здесь не нравится, Хёнджин. Совсем не нравится. Джин не уточнял. Знал, что бесполезно. Знал, что этот парень не расскажет ему, что у него на уме, даже если будет при смерти или выиграет в лотерею. У них не принято делиться тем, что гложет. Даже если Хёнджину очень хотелось. Прошло два года. Минхо учился каждый день без продыха, ссылаясь на то, что нельзя пропускать серии домашних заданий, онлайн-вебинаров и регулярные походы к репетиторам. Хёнджин чаще бывал в его комнате, обращая внимание на целых трое весов, стоящих в ряд у стены и на бесконечное количество прилепленных на стену стикеров с формулами, словами из английского словаря и несколькими аффирмациями, явно в шутку написанных Сэмом. Хёнджин тайком отклеивал их каждый раз, как видел. Минхо трудился, подрабатывая на складе в круглосуточном магазинчике, но Джину пришлось сказать маме перестать оставлять для старшего бенто, ведь он каждый раз забывал его взять. ⁃ Ты стараешься, а ему это не нужно, мам. Зачем позволять издеваться над собой? Хёнджину после этих слов хотелось зарыть себя в землю острой лопатой, ведь это единственные разы, когда вечно улыбчивая мама, вознесшаяся на небеса счастья от обретения любви, хмурилась в обиженной физиономии. И снова, снова собирала бенто для пасынка. Казалось, после второго брака она не видела ничего, кроме обретенного ею счастья. Ничего не замечала. Перестала, когда в доме остались только близнецы. Перестала, когда Минхо поступил. Съехал. Хёнджин же думал лишь о том, что хён, успевший тысячу раз поменять цвет волос за это время и остановившийся на чёрном…Так и не нашел и дня, чтобы сводить его поесть курочку. Напроситься с Сэмом в вегетарианские заведения тоже не вышло. Джин ворвался в их комнату, надеясь позвать его, даже если придётся уламывать больше часа и в итоге заплатить за обоих, но встал в ступор, замечая близнеца с чемоданом на полу. ⁃ Джимин? ⁃ Эй, Джимин-а? Он подходит ближе и почему-то вместо того, чтобы дотронуться, отталкивает его от чемодана чуть дальше, вставая между ним и собранными им вещами. Вещи Джина как лежали на местах, так там и остались, а значит…В лотерею Сэм точно не выиграл. Точно не собирался брать его с собой. Он был бледным, с потрескавшимися губами и с подрагивающими плечами. Хёнджин чувствовал бешеную пульсацию в его запястьях, держа их одинаковой с ним рукой. ⁃ Я с тобой. Звучало куда правильнее, чем “ты куда”, но Джимин помотал головой, кусая губы и с трудом, но выворачивая запястье из цепких рук Джина. ⁃ Отчим…То есть дядя…Он нашел для меня языковые курсы японского с проживанием. Выиграл мне местечко…Так что….В университет ты поступаешь один. Джин озвучено выдохнул через нос, мотая головой и сжимая ногтями с черным лаком белоснежные плечи. ⁃ Неа. Нет. Ни за что. Будь он зверем-он бы зарычал, будь он чудовищем-ударил бы брата впервые в жизни так сильно, чтобы вытащить из него собственную обиду. Плевать, что Джин завидовал. Плевать, что тоже изучал японский и мечтал обучаться не только с ютубом и парой тетрадок, украденных у Минхо из ящика. Единственное, что бесило его так сильно, что хотелось задушить близнеца здесь и сейчас-он думал, что они все будут делать вместе. И нет, не вместе ехать в одну и ту же школу, не носить одну форму, путаясь, где чья. Он думал, что они достаточно братья, чтобы обсуждать свое будущее и пережить расставание вместе. Смиряться с трудностями-вместе. Скучать друг по другу-вместе. ⁃ Если бы я не зашёл сейчас…Ты бы уехал? ⁃ Отвечай, Джимин. ⁃ Отвечай. Хёнджин срывается на крик впервые в жизни, пугаясь собственного голоса и вздрагивает, когда в комнату вбегает мама, впервые ставшая свидетелем их ссоры. Обычно Сэм просто уходил прочь и она успокаивала второго сына одна, но сейчас…Рыдающий Джин держал его, одной рукой вцепившись в чёрную резинку на руке, а второй в предплечье, врезаясь в кожу ногтями так, словно вот-вот обратится в зверя. Не обратился. Мама помогла прийти в себя, растаскивая их-девятнадцатилетних палок по разным углам и убедившись, что Сэм не плачет (он никогда не плакал), погладила его по голове, отпуская с собранным чемоданом в гостиную и оставаясь с Хёнджином. ⁃ Хван Хёнджин…Я понимаю, что для тебя это так же важно, но место было всего одно и это решал Усок, прости, милый…Но не завидовать же так, чтобы нападать на родного брата. Джин мотал головой, кусая щеки изнутри так часто и сильно, что несколько раз плюнул на пол кровью, рыдая. Он знал, что пугал маму, обещал, что нервные привычки в прошлом, остались где-то там, в кабинете невролога, где мама выдохнула с облегчением и получила справку о здоровье ребёнка, а Хёнджин-новую игрушку. Но легче не становилось. ⁃ Плевать, насколько он успешнее, красивее, любимее меня! Плевать! Мне важно насколько он далеко от меня, ясно? Если бы я сейчас…Не…Если бы я…Мама… Женщина пытается обнять его, то и дело роняя “боже” и ”как же так”, а он выкручивается, как балерина из шкатулки, стоит потянуть за пружинку и тянет корпус куда-то в гостиную, пусть и знает, что Сэма там уже нет. Слышал, как хлопнула дверь в тот же миг, как скрипнули его зубы. Остаётся единственным ребёнком, плачущим у мамы в руках. Единственным ребёнком в доме. Сэм блокирует его в соцсетях в тот же вечер, вызывая новую волну истерики, больше похожую на ломку наркозависимого, а не на тоску по брату у молодого парня. И Джин думал, нет, клянется себе, что если это и есть та самая связь между ними, о которой говорили все, начиная с детского сада, то это худшее, что он мог пожелать-не важна, свечку на какой день рождения он задувал. Он считает, что нет ничего более жестокого, что могло бы случиться с ним, пусть и под разговоры мамы о том, что Сэм просто испугался, что он скоро приедет на каникулы и объяснится, а Джину стоит отпустить ситуацию и готовиться к поступлению в университет. Джин считает, что это самая жестокая вещь до тех пор, пока Сэм не блокирует и маму, за трое суток до этого перестав отвечать на её звонки, а затем Джин сталкивается с первым в жизни сообщением от Минхо. Спустя четыре месяца после того, как Сэм уехал. ⁃ ”Не знаешь, что с Сэмом?“ ⁃ ”И тебе привет.” ⁃ ”Джин.” ⁃ ”Он слинял в школу японского и заблокировал меня и маму.” ⁃ ”И меня.” Хёнджин сглатывает, сверля в экране дырку около минуты, но стоило полезть отвечать, как Минхо, подчинив себе их ”впервые“ список-звонит. ⁃ Вы поссорились? Голос в трубке хрипловат, словно Минхо только проснулся или же наоборот-давно не спал. Хёнджин хмыкает, думая, что Сэм бы никогда не спросил об этом. Но он не Сэм. ⁃ Нет. Ну, не то чтобы…Твой папа откопал ему одному место в той крутой школе японского. С проживанием..С кучей дополнительных секций..С бассейном…А ещё туда приезжают айдолы иногда. Минхо вместо упрека в зависти тихо хмыкает. ⁃ Странно. Отец звонил мне полгода назад и мы говорили о том, что он хочет отдать это место тебе. Его друг числится в администрации этого места. Сэм просто смотрел аниме временами, но японский изучал ты…Не понимаю, почему он передумал. Хёнджин отключает звук на считанную секунду, роняя тихое ругательство и снова возвращается к разговору. Он никогда не был первым, но сейчас думал, насколько это бессмысленно, когда Хёнджин-всего лишь он. Предложи отчим ему поехать в эту дурацкую школу в одиночку…Он бы сделал все, чтобы отказаться. Стоят ли его мысли о том, что Сэму было бы больно того, как больно ему сейчас? Брат пропал, разорвав со всеми связи, а он старается не распустить себя, как комок пряжи. Сэм взял свою жизнь в руки, причинив боль ему и маме, а возможно и Минхо. Хёнджин не может взять свою жизнь в руки, прогуливает пары, получая выговоры в самом начале первого семестра, ведь обретший себя в чем-то, что не он Сэм взял все в свои руки. Джин сжимает зубы, а затем отвечает тихо, не помня, сколько он уже молчит, но и не стыдясь этого впервые в жизни. Будто его горе наконец имеет смысл. ⁃ Слушай, я не хочу говорить об этом. Ни по телефону, ни… ⁃ Поедим курочку? Знаю, я задержался, но…Я правда не мог, Джин-а. Я нашел классное место, да и моя диета позволяет пропустить денек и угостить тебя. Там все и обсудим. Хочешь? Младший задушил бы себя проводом, если бы не несчастная эволюция техники и громкая связь на его одиннадцатом айфоне. Он рассматривает аватарку Минхо, не помня эту фотографию и вспоминает, как на его глазах исчезла аватарка Сэма, когда он блокировал его. ⁃ Я свободен в пятницу… ⁃ Брось, мама сказала, что ты не ходишь на пары все эти дни. ⁃ Теперь хожу. Минхо хмыкнул, бросая трубку и отправляя короткое смс. ⁃ До пятницы, Джин-а. Хёнджин не отвечает, откладывая телефон и забираясь под одеяло в кровати Сэма, куда переместился сразу после его “исчезновения“, благодаря высшие силы за то, что он не забрал с собой ещё и простыни и на них остался его запах. Засыпать одному всё ещё было невыносимо больно и Джин думал снова и снова обо всём, что произошло. Отчим, поменявший мнение незадолго до открытия курса, бледное перепуганное лицо Сэма, когда Джин держал его в их комнате, Минхо, впервые заговоривший об и так очевидной всем диете… Сэм бы не отреагировал. Хёнджин не Сэм. Хёнджин разберется со всем произошедшим и соберет семью дома в полном составе. Сделает всё, что не сделал бы Сэм.