Кроссовер: Альтернатива

      Сон Джин Ву намеревался только до поры до времени запечатать силы своей дочери, но что-то пошло не так. Это стало ясно, когда та судорожно вцепилась в голову, на глазах выступили слёзы, а из носа у неё пошла струйка крови. Всё вокруг заполонил фиолетовый туман, неизвестная фигура… В комнате появилась неизвестная фигура облачённая в белое пальто и русскую шапку-ушанку. Джин Ву нахмурился, готовый уже было дать отпор, но… Не потребовалось. — Ай! Больно! — раздалось детским голосом рядом с Сухо, из которой немного ранее вырвалась оранжевая волна рыжего пламени с вкраплениями зелёного и жёлтого, сидел, потирая будущую шишку мелкий пиздюк. Мальчишка довольно схожий с той самой фигурой, что развеялась без следа. Шапка-ушанка на том присутствовала та же самая, которая была и на той самой фигуре. — Ну, маааа. — прозвучало вполне обиженно от мальчонки на русском. — Не, кха, мамкай мне! — было довольно возмущённое ему ответом на всё том же русском. Кровь из носа Сухо идти не переставала и как-то голову отпускать она тоже не спешила. — Бедная моя голова… Пааа, признавайся, ты по мне ментальной оплеухой или чем-то из всё того же разряда жахнул! — прозвучало как-то даже обвинительно. Будь у Джинву чуть больше совести её укол был бы более ощутим. —… — Теневой монарх ни хрена не понимал. Вот честно, вообще не понимал, что твориться вокруг да около с того самого момента, как он понял, что его план запечатать чужую силу и воспоминания до того, как Сухо вырастет где-то пошёл не так. Очень не так, свернув не в ту колею. Маленькая принцесста его семьи тем временем уже оперативно запрягла Беру проверить состояние потерявшей сознание Ча Хэ Ин. Светопредставление это было знатным. Как бы ему потом ещё с обеспокоенными соседями не пришлось разбераться. Хорошо хоть, что они живут в частном секторе, а не какой-нибудь квартирке. Сухо тем временем свободной рукой поглаживала по голове жалобно хнычащего ребёнка, в котором, — Он вам отвечает! — умер великий актёр. Второй она пыталась унять обильное носовое кровотечение. Выглядела при этом девочка, не очень, учитывая заляпанную домашнюю футболку, которую она использовала в качестве пижамы.        Тот канючил, изображая из себя всего такого слабого и ранимого агнца. Сразу так и не поверишь, что ещё совсем недавно этот мальчишка пытался казаться агрессивным, бросая на Джин Ву непризненные вгляды. Так-то они и сейчас это делал, но уже как-то из подтишка. Будто бы боялся, что его дочурка заметит и обидется на него за это. Что сказать? Умный малы. — Хааа. Спасибо. — устало вздохнула Сухо, прикрывая кровоточащий нос заботливо протянутым Игрисом взамен уже испачканной в крови футболки полотенце. В тот был завернут лёд из морозилки. Она пыталась спокойно дышать, ожидая когда внезапный казус пододёт к концу.       В голове у неё бродили мысли из серии: «Хочу напиться!» Жаль. Взраст не позволял. Он как-то не способствовал ни одной из возможностей воспользоваться трёмя древнейшими вариантами снятия стресса, известными человечеству в давних пор. Ни одному из. Ситуация складывается не ахти. Незачем папашу доводить до мысли о возможности сдать её в дурку или необходимости походов к психологу. Единственное, что сейчас было доступно Сухо это возможность подраться, но ощущения, давайте будем честными, её сопровождали не самые лучшие. Так что игра с тенями или самими Джин Ву откладывалась на неопределённый срок. — Ты в порядке? — как-то даже виновато вопросил виновник её состояния. — Справлюсь. — уже привычно отмахнулась Доппо. Что ей сделается-то? Максимум голова болеть будет, но… Её головная боль это не то, что лечиться парой таблеток аспирина запитых водичкой. Она поднялась. Пошатывало, да и в ушах что-то противно шумело. Напоминало старую добрую незабвенную контузию, к которой тело ребёнка лет пяти не готово было от слова совсем. Ну, да это вам не в хорошо тренированном теле двадцати с хвостиком лет скакать аки горный козлик, когда на кону не только целостность тушки, но и возможные заложники с невинными прохожими. А тут буквально на ровном месте, начиная первый шаг, едва не повалилась. — Ты точно в порядке? — уточнил подхвативший её папа. Впрочем, Достоевский — её туман не шибко от этого индивидуума отставал. Так что и получилось у них это выдать как-то синхронно. — Ага. Вот ща чайку со сладостями бахнем и совсем всё замечательно будет. — недовольно промямлила Сухо, стремясь добраться до заныканого на кухоньке запаса заветных сладостей, которые, давайте будем честны, Ча Хэ Ин прячет совершенно точно неубедительно и без особой выдумки. Разве что на какого-нибудь ребёнка из обычной семьи, без всей этой чертовщины с супер силами это и работало. Они, простите уж, семья совершенно точно необычная. Будь у Доппо желание она бы до всех сладких нычек в доме, даже без способствования теней любимого папочки, добралась в два счёта и обнесла. В этом вопросем любимой мамочке только и оставалось, что уповать на порядочность не по годам развитой дочки. Дазай, в свои подростковые годы, не в обиду Ча Хэ Ин, некоторые из своих вещей, из тех, которые необязательно видеть кому не надо, прятал в разы лучше. Виной тому его гипер интуиция или проживание бок о бок с не самым последним в планке киллеров мафиози-репетитором для которого «личное пространство» это что-то… Ну, мифический зверь что ли? Свой излишнее любопытный нос везде, где можно и нельзя, сей товарищ любил впихнуть. Оставалось разве что гадать, как тот с таким кошачьим любопытством умудрился дожить до своих лет, а не помер до того, как получил то же приглашение на сбор типа сильнейших. Может, в своё время Аркобалено и были сильнейшими, но время не щадит никого. Оно идёт вперёд. Ежедневно на свет появляется куча неограненных талантов, способных затмить собой какого-нибудь гения прошлого. Те методы работы, которые были актуальные ещё каких-то десять лет назад… Сегодня это может считаться не то чтобы откровенным старьём, но довольно не актуальным, если выразиться как можно помягче. — Ку… — ворвался было в их дом другой такой шизанутый. Почти такой же, как недавно заявившийся к ним гость. Что-либо сделать Дазай не успел. Он споткнулся, запнувшись на первом же слоге. — Ты!!! — Возопил было бывший наследник мафиозной семьи, бывший мафиози, исполнитель, детектив и кучка других титулов до кучи, тыкая на недружелюбно посматривавшего до сего момента на Джин Ву Достоевского. Который, кстати говоря, так и не удосужился представиться. Хрен там знает, как этого парня в этой жизни зовут. Может, Гена, как того зелёного крокодила из старого советского муьлтика? — Привет. — лениво махнула лапкой Сухо. Как-то флегматично она затала очередную печеньку под симфонию чужой, практически традиционной для их семьи ругани. Два заклятых родственника никого уже не слушали, едва ли обратив внимание на чужое приветсвие, начав своё очередное противостояние из серии: «Ты баран! Нет, ты! Нет, ты и так далее…» Её мысли снова свернули на три древнейших способа по снятию стресса. Всё ещё недоступных. К сожалению. Дичь прекращатся и не думала. К сожалению. Последнее, в отличие от первого, было привычно и как таковых проблем не вызывало. Кроме разве что не лишком приятных воспросов для бывшей доппо со стороны любимого родителя. — Хаааа. — снова судорожно вздохнула Сухо. Она наблюдала чужую, вполне привычную, перепалку. Вопреки обыкновению та скатываться к уже банальному — ножом по печени, из всех возможных вариантов не спешила. Наоборот. Это был чужой высокоморальный дискут, который много кому готов был сломать мозг, что, тем не менее, кончатся вовсе не спешил. Она снова вздохнула, снимая, в общем-то, бесполезные в данный момент очки, которые напялила на себя ещё до того, как полезла утешать этого притворщика Достоевского, массируя переносицу с видом обречённого человека. Из тех людей, что в аду получили свой приговор. Звучал он почти, как вариться во всем этом безобразии до конца дней своих. Как уже ясно прошлой жизнью этот абсурд явно не ограничивался. — Мальчики, — постучала она ноготком по столешнице. Бывшая Доппо посталась как можно ласковее улыбнулась, что естественно было обреченно на провал. Всмысле попытка ласкового улыбнуться, а не что-то эдакое. Когда нужно шило в жопе, которое отвечает у мальчишек за многие функции, в том числе и функцию самосохренения, работае исправно и дорошо. Даже слишком. Добром и всепрощением взгляд Сухо, да без очков, и в обычные будни похвастаться не всегда мог, а уж сейчас… — Мы вам не мешаем? Конечно, вышло не так впечатляюще, как когда она была взрослой, но на безрыбье… И так сойдёт. — Да! Никак нет, мэм! — прямо-таки синхронно ответила эта парочка, начав походить на пару примерных, но сильно накосивших школьников, которые своим хорошим поведением, надеются смягчить последующее наказание. Удивительно, как Джин Ву ещё никак не прокомментировал всё происходящее. — Тогда перечислите мне таблицу Минделеева с заду наперёд, пожалуйста. — никакая это была не просьба, а так… Что-то с помощью чего можно было занять этих придурошных на некоторое время. По идее, должно хватить на время их разговора с Монархом теней, если она не ошибается. — И так… Что это было? — не откладывая вопрос в долгий ящик, поинтересовалась бывшый детектив у любимого папочки, что тут за хрень вообще твориться, но, кхм, в куда как более вежливой форме. Тогда, когда желанием задать точно такой же вопрос должен был гореть и сам Джин Ву. Но вместо этого… Тот возьми и поведай любимой кровиночке всё как на духу. — Окееей! — устало потёрла она виски. При этом Сухо поглядывала на свою чашку с конкретным таким намереньем превратить булькающий там чаёк в что-то покрепче. На алкогольное отравление, которое одним этим своим финтом она могла себе заработать, было уже как-то плевать. В смысле, если что откачают, а на нет и суда нет. Поборов столь неизменный позыв приложиться к чему покрепче, она задумалась. Регулярно перебарываемый, к вашему сведенью. Ибо, — О, чудо! — Каким-то неведомым образом Доппо под свой почти стольник умудрилась не спиться и не превратиться в долбанного алкаша, что то и дело прикладывается к бутыли. Знали бы вы насколько был велик соблазн для неё пойти по этому пути?! Она устало вздохнула, потянулась за очень вкусной шоколадной печенькой. Ей сейчас очень нужен был гормон счастья, позитива и всего из себя мимишного, чтобы могло поднять настроение в два счёта. Жалобно мяукнула Мия, которая эмоциональное состояние Сухо всё-таки чуяла. То что оно было далеко от благодушного был способен сказать даже далёкий от эмпатии субъект. То что она была не в духе это мягко сказано. Сложно было не смотреть на собственного горячо любимого отца, по поводу которого ты точно знаешь, что он твой, а не, допустим, всего лишь смутное воспоминание одной из двух личностей, совокупностью которых Куникида, по факту, и являлась в своё время, и подавлять тяжкие вздохи. Включать «розовые очки» в чужом отношении, когда речь идёт о типе, что вполне осознанно решил запечатать силу своего ребёнка и лишить его части памяти, она на отрез отказывалась. Ну, не получится у Доппо, которая в своё время была вынужденна, с подачи одного старого хрена, возиться с травмированным и едва ли не искалеченным на данной почве подростком, не смотреть на Джин Ву, как на чокнутого, который творит то, что вот вообще нафиг никому не сдалось. Сухо вполне хватало знакомых ещё по прошлой жизни придурков, что иной раз были хуже десятка детишек, которым дали сахара и они теперь носятся весёлым ураганчиком по всей округе, норовя что-то да сломать. — Давай… — она тяжко вздохнула, пытаясь дышать размерно и не прибегать к крайним мерам в виде всё того же рукоприкладства. Джин Ву с его-то бронестойкостью любые её подзатыльники или иные экстремальные воспитательные меры физического типа, в большинстве своём, будут всё равно что слону дробина. Давайте обойдёмся без излишних искушений. Нет, правда. Не будите в ней её внутреннего садиста. — Давай, я расскажу, как вся эта ситуация выглядит чисто с моей стороны, а так же как бы на моём месте, в большинстве случаев, отреагировали другие дети. — попыталась она было построить конструктивный диалог. Притом, слабо себе представляя, чтобы такого могло взять и переубедить инномирового боженьку от запечатывания её сил вместе с воспоминаниями. То есть вариант… Не сказать, чтобы прям ульта, но довольно весомый комментарий в виде прошлой жизни и находящийся вот буквально под боком наглядный образец того, как делать не стоит, если не хочешь, чтобы ребёнок у тебя не убился или не потёк кукушкой, должен был сработать. Дазай, кстати, до сих пор жив не потому что его удача в задницу поцеловала, хотя и не без этого, но потому что он сам по себе гад живучий. Тот самый случай, когда неубиваемость практически приравнивается к тараканам, а то и превосходит тех. И это притом, что на выживание Савады Тсунаёши, после того самого плана с фальшивым наследником приходилось рассчитывать не сильно. Как есть расходный материал, который куда-то ещё приткнуть… Сами понимаете хочется, но колется. —… — Джин Ву кивнул, полный намерения по крайней мере выслушать. Что говорило довольно много само за себя. Доппо вот, к примеру, родители не сильно спрашивали хочет ли она замуж, когда договаривались с соответствующим кандидатом для брака. Так что пускай у неё и наличествовало понимание того, что что-то в плане Теневого Монарха пошло не так только после чего он решил таки сесть и серьёзно со своей дочуркой поговорить, но очков симпатии это ему явно прибавляло. Чувак не стал пороть горячку вот так сходу и пытаться повторить своё великое колдовство. —… — Она снова вздохнула, стремясь успокоится. Разговор обещал быть отнюдь не лёгким. Едва ли они у них выйдет запинать её любимого папочку, если что тут пойди не так. Даже втроём, при использовании способностей на полную катушку. Не факт ещё, что тут использование порчи, что Сухо хотела бы избежать до последнего, поможет. Так что да… Понеслась. По поводу того, чтобы раскрыть часть карт по поводу их инномирового происхождения стоило смотреть и отталкиваться по ходу разговора. Может, Джин Ву убедят аргументы из серии того, что любое вмешательство в разум это всё равно что убийство человека, убийство его прошлой личности. Аргумент так себе, но на некоторых, излишне сердобольных, как уже было доказано на практике, вполне рабочий.