Восемь или девятнадцать

Рассвет, солнце слепило глаза, голова раскалывалась от усталости, за спиной были несколько бессонных ночей проведённых в пути до замка графа и вот, цель была уже совсем близко. Перед глазами Доктора Рацио Веритаса постепенно мутная картина приобретала четкие фигуры: песчаная дорога вела прямиком к воротам в замок, а по бокам, на кольях вонзённых в траву и землю висели нанизанные человеческие скелеты в тряпье и украшениях. "Тут никому не рады, не так ли?" - думалось Рацио. Слухи ходящие о графе этого поместья - вампире Авантюрине, азартном игроке, имеющем у себя огромную библиотеку знаний и коллекцию артефактов, расползлись быстро. Как и слухи о том, что людей кровопийца ненавидит всей своей душой и тому доказательство красовалось прямо перед входом в его владения. Однако, отпугнуть ученого, исследователя, возжелавшего познать все, до чего только дотянется рука и помочь человечеству излечить невежество не могли даже иссохшие трупы. И пусть толика страха жужжала где-то внутри черепной коробки, крича из-за всех сил, что нужно уходить как можно скорее и ничто не стоит жизни, ноги уверено ступали по дороге вперед, пока гнетущая тень здания не поглотила тень Рацио с концами. На двери висела бронзовая голова птицы с кольцом в клюве, Рацио взялся за него. Он недолго собирался с мыслями, вздохнул, трижды ударив шаром на кольце по двери, слышалось как внутри эхом расходился глухой стук. ... Никакого ответа не следовало. Даже через несколько минут, абсолютная тишина, казалось, звери вокруг смолкли. — Я доктор Рацио Веритас. Пришел, чтобы просить дать людям шанс изучить Ваше наследие. - отозвался Рацио держа в голосе сталь, несмотря на свою усталость. В ответ ничего. Душераздирающее, раздражающее, такое, словно это долгое путешествие шло напрасно, но Рацио лишь прикрывает глаза и продолжает. — Я хотел бы сыграть в игру, если позволите. Тишина. Долгая. Рацио даже на шаг не отходит, тяжелая каменная дверь сама по себе медленно открывается, чтобы резвый поток холодного ветра затянул его внутрь и она захлопнулась мгновенно, погружая во тьму. Был ли это действительно ветер? Приглядываясь, мужчина понимает, что это было ничто иное, как рой летучих мышей, мелких, странного пшеничного окраса. Он слышит как животные хлопают крылышками, они закручиваются в вихрь становясь единым целым, но все что видит в темноте человеческое зрение, так это свечащиеся глаза с двойной радужкой, такие манящие и голодные одновременно. — Что предложите в качестве ставки, дорогой доктор Рацио? - тянет высокий мужской голос. По стенам пламенем зажигаются канделябры, освещая хол замка вплоть до раздвоенной лестницы, ведущей вглубь. А макушка невысокого молодого человека, пшеничная, встрепанная, прямо перед глазами, как и его лицо, хитрая улыбка, сверкающие глаза, острые уши, маячит. Несложно догадаться, кто встретил Рацио лично. Однако, он больше подмечает его щуплость, довольно низкий рост, как для мужчины, но глаза... Они выдают все. Авгин. Был Авгином, когда-то. Пока не продал свою человечность. — Смотря во что мы будем играть, но вы же сами понимаете, у людей есть немногое. — Ммм... Во что угодно, можем просто подкинуть кости если ты уверен в своей удаче. Как ты сказал, хочешь мое наследие и знания? Юноша сжал пустую ладонь в кулак, раскрыл ее, играюче подкинув кубик на двадцать и сжав между пальцами, предлагал Рацио взять. И тот без раздумий берёт, вертя изумрудного цвета кубик в руках. — Да. Люди должны отбросить свою веру в эонов и наконец начать развиваться. Медицина, математика... Я знаю что вы обладаете учениями в самых разных областях. — И также должен знать что я не люблю чем-то делиться. — Да, я в курсе. Так, просто подбросить кубик, этого будет достаточно? Авантюрин думает, недолго, специально делает это несколько демонстративно и шагает в глубь хола. Только тут Рацио понимает во что он ввязывается. — Если ты предложишь в качестве ставки себя, то пожалуй меня устроит. С некоторыми условиями. Да. Конечно, не может же быть все так просто. Человеческая свобода взамен всем материалам замка Авантюрина Цепеша. Рацио понимает - дёшево. Странно. — Какими? — Мм... Так тебе все карты и раскрой. Не хочешь, так иди отсюда. Авантюрин щелкает пальцами, тяжёлая дверь позади человека открывается, позволяя солнечному свету тонкой полосой проникнуть внутрь. А доктор молчит. Он понимает, что вампир просто играет, как ребенок. Сказать что получается у него плохо, Рацио не может. А Авантюрин только этого и ждёт. Он чувствует от Рацио запах усталости, отчаяния, вперемешку с гордыней и уверенностью. — Хорошо. Один вопрос, ваши условия касаются моей смерти или чьей-либо еще? Уголки губ вампира поднимаются в улыбке, невероятно довольной. — Нет. Нисколько. Рацио последний раз смотрит на гранёный игральный кубик в руке, подкидывает его в воздух, ловит, и держит в кулаке не раскрывая ладони. Воздух холодит его спину, от волнения рука подрагивает. — Если мое число будет больше вашего, выиграю - я. Если наоборот то вы. Устроит? — Да. Простая игра на удачу, повезет ли вам? Постарайтесь доктор. Бледная рука вампира ложится на кулак Рацио, острые ногти царапают кожу и наровят раскрыть сильную хватку человека, а Рацио лишь сжимает кулак еще. Авантюрин как противный кот, скребется, смотрит прямо в глаза, будто хочет выжечь что-то внутри. Все что остается, наконец раскрыть кулак и увидеть цифру. Восемь. Всего лишь восемь. — Ооо... Неплохо доктор, неплохо. Вампир выхватывает кость из руки мужчины, несколько раз подкидывает её туда-сюда, пока ловкие пальцы ловят, удерживая между указательным и средним цифрой вперед. Девятнадцать. О эоны. В два раза больше. И Рацио не знает, действительно ли Авантюрин столько выбил случайно или нарочно поймал кубик именно этой гранью. Как бы он не следил за быстрыми руками, он не мог утверждать, что Авгин жульничал, ведь ничего такого не заметил. — Вы победили. Дверь за Рацио громко и резко захлопывается, луч солнечного света, пробивающийся во тьму холодного замка исчезает в миг и все что чувствует Рацио, так это неподдельный страх перед нечеловеческим существом. Но граф не подходит, он вертит кость в руке, разглядывая, словно в первый раз. — Ты умеешь играть в карты?

***

Рацио никогда бы не подумал, что Авантюрин Цепеш, кровопийца, использующий трупы людей на кольях как отпугиватель, на деле проводит свои дни за играми в карты с нечистью, да ухаживанием за странными химерами. В свою библиотеку вампир пустил, несмотря на то, что Рацио проиграл. Несколько раз. Подряд. Одним из условий поставил ничего за пределы замка не выносить, да периодически просил сыграть с ним на что-нибудь, правда, все безделушки у Рацио быстро кончились. Авантюрин чертовски хорошо играл или ему так везло, Рацио не мог понять, пусть пару раз он смог выиграть. Возможно, ему просто поддавались. Шли дни и ночи. К тому моменту как Авантюрин вылезал из своего гроба, Рацио уже засыпал в куче прочитанных книг. Частенько вампир навещал его чтобы посмотреть как все продвигается, но заставал лишь уставшее тело, заваленное на стол в странной позе, всякий раз тащил человека в свой гроб. Просыпаться в объятиях вампира в узком гробу было тем еще опытом. Места для Рацио здесь было маловато, Авантюрин вечно укладывал его на бок и также ложился сам, лицом к лицу. Жест заботы от авгина Рацио мог понять, но боль медленно начинала бить по пояснице, а неловкость всего этого положения из раза в раз вгоняла его в краску. Он заглядывался. Рассматривал лицо Авантюрина черт возьми. Бледное, холодного белого оттенка, словно статуя, теплые пшеничные волосы контрастировали по тону, но образ все равно создавался спокойный, умиротворённый, будто спит и дышит, на деле, грудная клетка не двигалась, а сердце не билось. Рассматривать хотелось бесконечно, дотронуться, изучить. Словно холст из иной эпохи постоянно был рядом и без умолку разговаривал. Рацио успокаивал себя, свое бьющееся сердце, это только в научных целях. Да, только в них, когда в горле уже скопилась слюна, когда приходиться жадно глотать. Когда яркие глаза с двойной радужкой смотрят на тебя и улыбаются. Ехидно. — Доктор Рацио, разве вы обычно не уходите к этому времени? Рацио молчит. Его лицо серьёзное, как обычно. Он думает. Потому что смотрел на тебя? Потому что хотел дотронуться? Потому что ты чертовски прекрасен? Нет уж. Много чести для такой несносной личности, как Авантюрин. — Пытался понять почему вы все время тащите меня в этот ящик. — Прааавда? - тянет Авантюрин. Его колено оказывается между ног Рацио, надавливая на пах, руки бродят по телу, трогая то тут, то там, нагло. — Доктор, когда врете, у вас брови хмурые и такая складка между ними. Вампир тыкает пальцем в эту складку, трет подушечкой и лыбится еще сильнее. Ему весело. Рацио в ступоре, медленно моргает. Он на карточных партиях убедился в упёртости Авантюрина и сейчас совершенно не уверен что сможет выкарабкаться из гроба. Он попробует, попытается. — Я уже хотел уйти. - начинает доктор. Хочет опереться на руку, чтобы встать, но Авантюрин жмет его к стенке и льнет телом к крепкой мужской груди, предотвращая попытку. Он ведет носом по изгибу шеи, человеческий запах соблазняет, а нотки трав с которыми Веритас принимает ванны, точно райский сад. — Уже? Как грубо доктор, останься подольше... Авантюрин целует за ухом, ведет к плечу, осыпая легкими чмоками, пока руки ловко стягивают штаны Рацио на половину бедра. Вампиру нравится человеческое тепло исходящее от тела, Рацио словно огромный раскаленный камень, о который можно пригреться и Авантюрин не хочет терять такого шанса. Обычно доктор более тверд в отказах, но Авантюрин не дурак, чтобы не увидеть как человек с интересом его разглядывает исподтишка. Они оба прекрасно понимают о чем думают, пока пялятся друг на друга. Рацио больше ничего не говорит лишь подставляет шею чужим ласкам, набирая грудью воздуха, чтобы унять наступающее волнение. А Авантюрин целует настойчивее, оставляя на коже цвести розовые пятна. Расстёгивая ширинку чтобы уткнуться своим стояком между толстых бедер Рацио, скользнуть под яичками и позволить члену Рацио потереться о собственный плоский живот. Впервые Авантюрин благодарит свой рост, ему чертовски удобно в таком положении. — Доктор, сожмите ножки посильнее. - шепчет вампир в самое ухо. А Рацио выдыхает и подчиняется. Он покраснел от ушей до самых ключиц, словно вот-вот вскипит. Авантюрин довольный начинает толкаться, медленно, чтобы смазки натекло побольше, при этом, от истерзанной шеи не отрываясь ни на сантиметр, продолжая целовать без устали, словно сладкий десерт прямо перед ним. — Б... Быстрее. Давайте уже. - скулит Рацио. Его голос начинает ломаться, он не такой резкий как прежде, он мягче и тише. — Ммм, давайте что? Авантюрин готов поклясться, что слышит как Рацио закатывает глаза. — Двигайтесь. Двигайтесь быстрее. И Авантюрин исполняет его просьбу. Он ударяется бедрами о чужие бедра, фрикции быстрые, намного быстрее и сильнее, чем прежде. Член каждый раз скользит под яичками Рацио, тыкается в ягодицы стоит Авантюрину прижаться к мужчине полностью, а член Рацио зажат между их животами словно в тисках. Это давление, мокрые шлепки и голос авгина, мелодичный, донимающий. Рацио никогда бы не подумал что подобное будет доводить его до искр перед глазами. До того, что он изольтся на чужой живот густыми каплями, ища в вампире напротив него опору, пока по бедрам электрическим разрядом бежит спазм. Все это будто длиться чертову вечность. — Может еще разочек? О эоны. Хватит с него.