Эндрю, да

      — Эн-ндрю, — голос Нила дрожит.       Просьба вертится на языке, но он знает, как Эндрю ненавидит, когда его просят, и слова застревают в горле.       — Нет, — резко отвечает Эндрю.       — Мне это нужно, — сбивчиво говорит Нил. Из-за того, что он сидит на коленях, чужие бёдра, обтянутые чёрной тканью джинсов, находятся опасно близко. — Я хочу.       — Нет.       — Эндрю, да, — слова "пожалуйста" и "прошу" вертятся на языке в безумной надежде уговорить. Нил дрожит. Предвкушение заставляет слюну собираться во рту, а образы, возникающие в голове, дурманят, опьяняют, мучают.       Эндрю сомневается: его челюсть крепко сжата, глаза холодные, а руки не в волосах Нила. Нилу хочется застонать от отчаяния. Столько времени потребовалось, чтобы убедить Эндрю сделать это, и вот они оба здесь, в спальне Эндрю, в Колумбии. А он не решается.       Нил больше себя не контролирует. Срывается, испугавшись, что Эндрю сейчас развернётся и уйдет:       — Я хочу, так сделай это, ну же, сделай, сделай, мне нужно...       И Нил не договаривает.       Тяжёлая долгожданная пощечина обрушивается на его щёку, и голова откидывается в сторону. От удара Нил почти падает, и вовремя выставляет руку, уперевшись ладонью в пол. Глаза распахиваются, Нил на миг выпадает из реальности, оглушённый звоном в ушах. Тихий удивлённый вздох срывается с губ вместе с тем, как тело пронзает острая, неконтролируемая вспышка наслаждения.       — Этого ты хотел?       Нил быстро кивает, всё ещё находясь где-то за гранью. Раз, два, три, пока Эндрю не склоняется над ним и не берёт холодными пальцами за подбородок, заставляя посмотреть на себя. От внимательного взгляда карих глаз член болезненно напрягается, и Нил прикрывает глаза, выдыхая.       Нил, на самом деле, ошеломлён.       Его догадка подтвердилась, и он действительно получает удовольствие от грубого обращения Эндрю. От контролируемой боли, причинённой Эндрю. Нил не помнил, когда именно заметил это, но только недавно решился удостовериться. И сейчас, сейчас...       — Ещё, — шепчет Нил, не пытаясь скинуть стальную хватку пальцев с лица.       Эндрю молчит и долго смотрит. Нил чувствует след его ладони на горящей от удара щеке и облизывает пересохшие губы. Когда, наконец, Эндрю убеждается, что Нил не солгал о том, чего хочет, что Нил дрожит от желания и шумно дышит, – то выпрямляется, убирая руку.       Нил тихо выдыхает.       Эндрю всё ещё не шевелится, застыв, а чужие бёдра всё ещё близко, и сердце Нила считает нужным больше не сковывать себя такими бесполезными вещами, как рёберная клетка. Игнорируя бешеный стук, Нил мягко прижимается горящей щекой к чужому паху и трется о грубую джинсу. Чувствительную кожу неприятно режет. Рука Эндрю ложится на затылок Нила и больно тянет за волосы обратно.       Нил поднимает взгляд наверх.       — Это пиздец, — выдыхает Эндрю.       Нил неуверенно пожимает плечами. Он понимает, что это чертовски странно, но ничего не может сделать. Разбираться в своей искалеченной сексуальности сейчас не время. И тут осознание стремительно ударяет в голову.       — Я, — Нил в ужасе дёргается и уже хочет начать оправдываться, сказать, что ему жаль, что он заставляет Эндрю причинять боль, но Эндрю тут же затыкает ему рот второй рукой, грубо и больно сжимая.       С губ почти сорвался стон, и Нил на миг замер, удивлённый этим.       — Тебе нравится, — хрипло произносит Эндрю, и это не вопрос.       Нил чувствует себя настолько возбуждённым, что очертания мира размываются перед глазами, и еле заметно кивает, соглашаясь.       Эндрю наблюдает за ним. Сначала смотрит на свою руку на его аккуратном лице, после на вторую в рыжих волосах. Секунды кажутся Нилу вечностью. Что-то в лице Эндрю меняется, заставляя сердце Нила пропустить удар, и он низко произносит:       — Ладно. Пусть будет так, раз тебе правда это нужно.        И Нил так ему благодарен. Облегчение накрывает с головой, настолько сильное, что Нил забывает, как дышать. От этой благодарности кончики пальцев покалывает, – ему хочется мягко дотронуться до Эндрю, выразить это чувство. Но Эндрю наклоняется, ослабляет хватку, кладёт большой палец Нилу на нижнюю губу, поглаживая, и Нил теряется. Через секунду Эндрю оттягивает её вниз. Нил, не успев подумать, приоткрывает рот, и два пальца Эндрю тут же грубо вторгаются внутрь, глубоко, доставая почти до горла. Рефлекторное желание отпрянуть от резкого движения было подавлено рукой Эндрю в волосах.        Нил замирает, осознавая, а затем приглушённо стонет.       Эндрю от удивления вытаскивает пальцы.       Нил, возможно, и чувствует, как к щекам приливает кровь от смущения, но куда уже смущаться после того, что произошло минутой ранее? От предвкушения повторения той вспышки наслаждения дрожат ноги.       — Так и будешь смотреть? — беззлобно спрашивает Нил, борясь с возбуждением и смущением.        Он увидел, как уголок губ Эндрю дёрнулся в подобии ухмылки. Мягкое тепло снова коснулось щеки, и Нил почти успел податься под это касание, как снова на него обрушилась пощёчина. На этот раз слабее, чем была до этого, но всё же пощёчина.       И мир взорвался. В ушах поднялся звон, на мгновение зрение побелело, а наслаждение коротким электрическим током пробежало по телу. Нил несдержанно ахнул, вынужденный опять упереться рукой в пол. На глаза навернулись слёзы от резкой боли. Член, уже полностью вставший, был теперь неприятно сжат в тесноте брюк.       — Нормально? — донёсся до Нила вопрос Эндрю.       — Мгм, — выдавил из себя Нил, выпрямляясь. На большее он был не способен – шок, боль и удовольствие смешались в голове, затмевая всё сознание. Он никогда не ощущал себя настолько до предела возбуждённым. Нил прикрыл глаза, чувствуя, как дрожат веки, а по щекам скатывается пара слёз.       Эндрю мягко стирает их большим пальцем.       — Ты помнишь, что обещал сказать мне остановиться, если станет слишком?       Нил кивает. От такого нежного жеста Эндрю голова идёт кругом.       — Нил.       — Эндрю, всё нормально. Мне нравится, — Нил не узнает собственный охрипший голос. — Я скажу, если нужно будет прекратить.       А у Эндрю внутри бешено колотится сердце, грозясь пробить рёбра. Кажется, будто этот громкий стук наполняет всю комнату. Эндрю больше ничего не замечает, ничего не видит – если бы под угрозой смерти сказали оторвать взгляд от этого лица, он бы этого не сделал. От покорности Нила, от вида его слёз, искусанных губ, красной от пощёчины щеки у Эндрю начинает медленно сносить крышу. Он думает, что это очень похоже на безумие. Они оба сошли с ума. Будто кто-то щёлкнул в голове выключатель.       Сейчас Нил выглядит таким нуждающимся.       — Эндрю, — зовёт Нил. Эндрю кажется, будто он слышит в его голосе нечто, похожее на всхлип.       — Скажи мне, — быстро шепчет Эндрю, не в силах больше взять себя в руки, — скажи мне, на что ты согласен.       Нил улыбается.       — Делай всё, что захочешь, пока я не скажу "хватит".       И Эндрю срывается. Последние остатки контроля покидают его: он хватает Нила за волосы, оттягивая, и прижимается к его губам в грубом, жёстком поцелуе. Нил сразу же сдаётся, прикрывает глаза, покорно впускает язык Эндрю и снова стонет. Этот звук теряется между ними: тихий и вибрирующий. Эндрю целует Нила долго: проводит языком по нёбу, зубам, сталкивается с его языком. Иногда останавливается и прикусывает нижнюю губу Нила, возможно, слишком сильно, Эндрю не замечает. Он отдалённо думает, что ему нравятся стоны Нила, раз сердце от них замирает.       Нил тянется к ремню на джинсах Эндрю, но пальцы замирают в нескольких миллиметрах от пряжки. Нил разрывает поцелуй и выжидающе смотрит на Эндрю.       — Можно, — хрипло отвечает Эндрю, глядя на припухшие губы Нила с еле заметным следом крови от укуса.       Пальцы немного дрожат. Пряжка не поддаётся. Эндрю не помогает, а наоборот, только мешает: его влажный поцелуй и горячее дыхание у уха создают контраст температур и посылают по телу мурашки. Нил тихо ругается, сильно дёргая за ремень. Эндрю улыбается Нилу куда-то в кожу, прикусывает основание лица.       — Сними его, — приказывает Нил, хмурясь и снова пытаясь подцепить ремень.       Эндрю выпрямляется. Нил завороженно наблюдает за бледными пальцами Эндрю, легко расстёгивающими пряжку. Её металлический лязг в тишине комнаты эхом разносится у Нила в голове, и это срабатывает, как спусковой крючок. Нил нетерпеливо, неаккуратно расстёгивает пуговицу, после молнию на джинсах и тут же прижимается губами к члену Эндрю сквозь ткань боксеров. Как хотел этого последние несколько минут. Во рту собирается слюна, и Нил шумно сглатывает, пытаясь не представлять его вкус во рту.       Сверху доносится выдох.       Эндрю отодвигает лицо Нила, беря пальцами за подбородок, и снова внимательно смотрит в глаза. Нил уже мало что понимает – собственная эрекция мешает думать, заставляет желать к себе прикоснуться, а удовольствие от обжигающей щёку боли и близость Эндрю опьяняют, терзают в обещании большего.       Эндрю медленно кивает, разрешая продолжить, и Нил опускает взгляд. Осторожно, почти трепетно проводит костяшками по низу живота Эндрю, останавливаясь у резинки белья. Эндрю вздрагивает.       Нил не дразнит – и не стал бы, только не сейчас – подцепляет пальцами боксеры и, помогая второй рукой, стягивает их вместе с джинсами вниз до колен.       Он терпит провал: уже чувствует солёный вкус на языке только от вида члена Эндрю. Слабо дует на головку, не в силах перестать смотреть на прозрачную каплю предэякулята. Так хочется провести языком, но Нил пока этого не делает. Не может сделать. Рука Эндрю ложится в волосы Нила и просто остаётся там, не надавливая, но Нила это не устраивает. Он останавливается.       — Делай, как хочешь, мы ведь договорились, — недовольно говорит Нил, и Эндрю тут же запрокидывает ему голову назад, а второй сжимает пальцы на горле.       От неожиданности этого действия и грубости Нила ведёт. Горло пережимают, мешая дышать, и Нил пресекает на корню рефлекторный порыв вырваться из хватки. Эндрю смотрит на его лицо, на свои пальцы, сжимающие мягкую кожу горла, и наслаждается видом. Это лицо, блять. О, это лицо...       Эндрю не понимает, что делает. Он приходит в себя только тогда, когда до него доносится короткий глубокий стон Нила. Нил снова смотрит в пол, держится за щёку, пара слёз, вызванных обжигающей болью, скатывается вниз, падая на толстовку. Нил дрожит и разводит колени шире.       — Блять, — низко говорит Нил, шумно дыша.       Эндрю растерянно поворачивает его лицо к себе, но не находит на нём ничего, кроме сведённых от удовольствия вперемешку с болью бровей и закушенных губ. Он думает, что нельзя настолько терять контроль, даже если Нилу нравится.       Эндрю открывает губы Нила, потянув за нижнюю, и давит на затылок, притягивая ближе и принуждая взять член в рот. Идеальные губы смыкаются буквой о, половина длины исчезает во рту Нила, и Нил снова дрожит, чувствуя долгожданную тяжесть на языке.       Слёзы на щеках всё ещё блестят влажной дорожкой.       Эндрю мягко подталкивает Нила рукой. Нил медленно опускается по длине члена Эндрю ниже, привыкая, пока не доходит до основания, и останавливается, сбивчиво дыша.       Эндрю чуть отстраняет Нила, не отрывая взгляд от его лица, и сам толкается внутрь. В его рту так влажно и жарко, что думать о чём-то другом больше не представляется возможным. Если только об изгибе покрасневших губ или о глазах с дрожащими ресницами. Руки Нила оказываются на бёдрах Эндрю, бездумно поглаживающие большими пальцами кожу у выпирающих косточек. Эндрю ведёт от ощущений, таких острых, ярких и сладких, и он бесконтрольно толкается сильно и глубоко в рот Нила.       Нил тут же отстраняется с влажным хлюпом и смаргивает слёзы. Рука Эндрю моментально исчезает с его волос.       — Извини, — тут же говорит Эндрю, испугавшись, что этот толчок – уже перебор.       Нил вместо ответа качает головой и через пару секунд снова берёт член Эндрю в рот, быстро, на этот раз сразу на всю длину. Снова плен горячего, приятного и влажного. У Эндрю вырывается тихий несдержанный вздох, и Нил сильно сжимает пальцы на бёдрах, призывая Эндрю продолжить.       Что ж, хорошо.       И Эндрю возращает руку в его волосы, фиксируя голову, и трахает его рот в быстром, рваном темпе. Дыхание сбивается. Нил помогает языком и приглушённо стонет, вибрация в его горле посылает по телу Эндрю бесконтрольную волну наслаждения. Нил с покрасневшей щекой, следами слёз, блестящими от слюны и смазки губами на члене Эндрю выглядит таким...       Возбуждающим.        И эта картина отпечатывается в голове Эндрю настолько сильно, что кажется, он всё равно будет помнить о ней, даже если потеряет память.       Эндрю вытаскивает член изо рта Нила и, сгорая от желания дополнить этот образ, размазывает головкой члена смазку и слюну по его припухшим губам. Нил покорно подставляется и ёрзает бёдрами в надежде ослабить давление одежды на свой собственный член. Эндрю ведёт членом по его щеке, ощущая приятную мягкость кожи, и оставляет на ней прозрачный след смазки. А потом снова. И снова. Нил шумно дышит и выглядит полностью разрушенным.       — Эн-ндрю, я, — ломающимся возбуждённым голосом произносит он, и Эндрю возвращает член обратно в его рот, довольный получившейся картиной: влажными следами на покрасневшей щеке и блестящими губами.       Эндрю уже не останавливается, вбивается в его рот грубыми, отрывистыми толчками, входя почти до основания, а веки Нила подрагивают, пальцы на бёдрах сжимаются сильнее, грозясь оставить синяки. Эндрю уверен, что его собственная хватка на волосах Нила слишком сильная и болезненная, но ничего не делает, чтобы её ослабить.       Нила прошибает волнами удовольствия, заставляющими руки дрожать, а ноги разводиться в поисках большей опоры. Низ живота горящий и тянующий, член Нила пульсирует, твёрдый, как никогда раньше. От доверия Эндрю, его контроля и грубости наслаждение болью становится сильным, опасным и накрывающим. Нил чувствует себя таким использованным. И ему это нравится. Борясь с рвотным рефлексом и смаргивая слёзы, он глотает слюну и смазку, не контролируя ни одну часть своего тела. Эндрю толкается особенно сильно. Перед глазами белеет.       И тут.       — Ах, бля-ять, — стонет глубоко Нил, вздрогнув всем телом. Оргазм, яркий и ослепительный, приходит неожиданно. Нил выпускает член Эндрю изо рта и почти падает на пол, вовремя уперевшись рукой. Всё его тело теперь бьёт дрожь.       — Нил? — спрашивает Эндрю, выглядя настороженным. — Что...       Нил тяжело дышит, медленно начиная собирать себя по кускам и возвращаться в реальность. В брюках горячо, влажно и липко.       — Я кончил, — отрывисто произносит Нил, уставившись в пол.       Взгляд Эндрю в поисках подтверждения падает на его пах. Мокрое пятно проступает на ткани брюк, не оставляя сомнений.       Лицо Эндрю непроницаемо, но когда Нил наконец смотрит на него, то по крошечным изменениям понимает – Эндрю удивлён.       — Это, — старательно выговаривает Нил, не зная, что делать. Он всё ещё отходит от лучшего оргазма за всю свою жизнь, и разум затуманен, мысли бессвязные, — было неожиданно. Я не знал, что так будет.       — Такое тянет на все двести процентов, наркоман, — Нилу на миг кажется, будто он слышит в голосе Эндрю интерес. Взгляд того скользит по Нилу с таким выражением, будто Эндрю видит его впервые в жизни. Это приводит Нила в замешательство.       Но если Эндрю так говорит, значит, всё в порядке. Нил успокаивается, выпрямляясь, и, понимая, что Эндрю ещё не закончил, возвращается к нему. Чтобы отвлечь от произошедшего и не продолжать разговор сейчас, Нил обхватывает пальцами основание члена Эндрю и проводит языком по всей длине, заглядывая в карие глаза. Эндрю не сдерживает дрожащего вздоха, и Нил, удовлетворённый, начинает водить рукой вверх-вниз по длине, прокручивая кисть. Помнит, что Эндрю так больше нравится. Через пару секунд обхватывает губами его член, убирая руку и не двигаясь. Соленый вкус на языке приятен. Эндрю кладёт руку Нилу на волосы, пряди путаются в его пальцах, и сначала легко, на пробу толкается, но после сразу берёт быстрый темп.       По дрожащим бёдрам и рваному, сбитому ритму толчков Нил понимает, что Эндрю не хватит надолго.       Нил растворяется в приятных ощущениях: ему нравятся тяжесть руки на затылке, вкус во рту, тихие вздохи и дрожь Эндрю от удовольствия. Хоть Нил уже и кончил, но все эти ощущения всё равно остаются возбуждающими.       — Тебе на лицо: да или нет? — хрипло спрашивает Эндрю.       — Да, — отстраняется Нил и сразу же возвращается. Он не задумывался ни секунды.       Пара толчков, Эндрю выходит изо рта, и Нил закрывает глаза, чувствуя, как тёплая сперма попадает на лицо. Нил не шевелится и ждёт, даже когда пара капель начинают стекать вниз по щеке и подбородку.       Через пару секунд Эндрю легко ловит их и стряхивает с пальцев вниз.       Нил улыбается. Открывает глаза и натыкается прямо на тёплый карий взгляд наклонившегося к нему Эндрю. Эндрю мягко убирает рукой капли, попавшие рядом с глазом.       — Мы ведь повторим это? — бездумно спрашивает Нил.       — Да, — Эндрю слегка улыбается в ответ, — повторим.