1
6 марта 2025 г., 05:33
Будет преуменьшением сказать, что Аарон был в ярости, когда они появились в Пальметто. Эндрю был с ним согласен, потому что это недостаточно далеко от Рико. Это должна была быть остановка на пути к чему-то еще, но Кевин, впервые в жизни, проявил твердость.
Эндрю не сказал бы, что он рад видеть своего двойника, но он сказал себе (очень тихо и глубоко внутри), что благодарен за то, что его брат жив и находится в безопасности. Он получал сообщения в течение последних нескольких месяцев, но никогда не отвечал на них. Эндрю оставлял их без ответа и забрасывал на задворки сознания.
Они сидели в убогой гостиной тренера Ваймака. Кевин говорил слишком громко для этой маленькой комнаты, но никто не пытался его заткнуть. Эндрю впервые видел, чтобы он говорил о чем-то, кроме Экси, но, как всегда, Кевин нашел способ связать это с Экси.
А почему здесь был Аарон? На этот вопрос Эндрю тоже хотел получить ответы. Он подозревал, что тренер Ваймак отправил ему сообщение, когда они не видели, потому что Аарон появился здесь менее чем через 30 минут.
Эндрю отвлекся от них и посмотрел на Нила. Потребовалось пятнадцать минут, чтобы вытащить его из машины и доставить в квартиру Ваймака, и теперь, когда он был там, он просто смотрел в окно. Как всегда, он свернулся калачиком, пытаясь спрятаться на виду у всех. Эндрю никогда не заключал с ним сделок, но какая-то часть его души защищала омегу. После всего, что ему пришлось пережить, как же иначе. Эндрю знал, что не стоило возвращаться в «гнездо» так быстро после течки Нила, но он все равно это сделал.
В его голове все еще звучало эхо.
— Возьми их в свою команду. — Эта фраза Кевина вернула внимание Эндрю к стоящим перед ним мужчинам. — Эндрю и Нил все еще могут играть.
— И почему ты думаешь, что я когда-нибудь снова буду играть? — Спросил Эндрю. Он хотел сказать «мы», то есть он и Нил, но не знал, как Нил относится к этому вопросу. Между ними было еще слишком много недосказанного, и Эндрю не хотел перегибать палку. Он не Рико и никогда не позволит себе даже приблизиться к этому.
Кевин повернулся к нему, и в его глазах появилось выражение, похожее на то, которое было у него в тот момент, когда он завербовал Эндрю в «Вороны». В нем была искра, и это раздражало еще больше, если бы он не уступил. Кевин продолжал говорить с Ваймаком об Эндрю и Ниле, как будто их не было рядом, и Эндрю перестал слушать.
Эндрю то и дело поглядывал на Нила, который не отрывал взгляда от окна. Большинство подумало бы, что он отстранился от происходящего, но Эндрю видел, насколько он напряжен, и как его взгляд на доли секунды скользит к выходам из комнаты. Всем должно быть понятно, что лучше не лезть, но Аарон, как всегда, как конченый мудак, ляпнул: «Что, блядь, с ним происходит?»
Теперь все смотрели на Нила, и Эндрю ненавидел это. Внутри него теплилось желание защитить Нила от них, держать их подальше от его страдающего Омеги. Нил заметил внимание и медленно повернулся к ним.
Он смотрел на них холодным взглядом, мимолетно скользнув по Эндрю и зацепившись за Аарона. Два мира, которым вообще не стоило пересекаться. Нил поднялся и направился через комнату, чтобы встать между ними. Его взгляд внимательно изучал Аарона, прежде чем повернуться к Эндрю.
Он вопросительно наклонил голову, и Эндрю в ответ пожал плечами. Они поговорят позже. Нил кивнул и сел у ног Эндрю. Сломанный, до основания, Омега.
— Ты же не… не ты это? — Заикнулся Аарон, вскакивая на ноги.
Эндрю вопросительно вскинул бровь. Ему не понравилось это обвинение. Как он смеет считать, что это произошло по вине Эндрю? Ваймак уловил это и открыл рот, чтобы спросить, когда Кевин заговорил: — Это сделал Рико. Я не знаю, что именно произошло, но он причинил Нилу вред, и тот уже не такой, как прежде.
После этого все успокоилось. Ваймак сказал, что поговорит с командой и свяжется с ними. Он ушел, чтобы позвонить. Кевина охватил приступ паники — почти нормальное явление, ведь с тех пор как все произошло, он испытывал его по меньшей мере дважды в день.
Аарон медленно подошел к ним, открыто сверля Нила взглядом. Это было странно, после того как он обвинил Эндрю в том, что тот причинил ему вред. Должно быть, это какое-то омежье сочувствие. Нил напрягся и сильнее вжался в ноги Эндрю. Одна рука Эндрю легла на шею Нила, чтобы попытаться его успокоить. Аарону было все равно, и когда он снова подался вперед, Нил издал предупреждающий рык.
Эндрю щелкнул его по уху. Нил прервал рычание и повернулся к нему с обиженным видом. Эндрю уставился на него в ответ. Нил фыркнул и потерся лицом о ноги Эндрю.
— Что за хрень?
Эндрю закатил глаза, глядя на Аарона. Ну конечно, до него не дошло. — Отвали. Ты его не видишь.
— Он прямо здесь, Эндрю. Что, черт возьми, ты нашел? — Нил воспринял это как вызов. Он поднялся на ноги и посмотрел в лицо Аарону. Эндрю попытался предупредить его.
— А как насчет того, чтобы ты сам отвалил? Подумай об этом. — Аарон стиснул челюсть, и Эндрю увидел, что все может обернуться плохо.
— Да пошел ты. Ты явно никчемный близнец, раз попал в такую команду. Кулак взлетел вверх и ударил Нила прямо в челюсть. Его голова откинулась назад, но он ухватился за Аарона, чтобы не упасть. На мгновение вернулся Натаниэль, но тут же исчез.
Нил ударил его в ответ, и между ними завязалась настоящая драка. Эндрю мог остановить ее, если бы захотел, но ему казалось, что, если они останутся, это будет происходить часто, пока один не окажется на вершине. Даже омеги могли бы придерживаться той иерархии доминирования, которая была у альф.
Эндрю не особо интересовался Лисами, чтобы проводить серьезное исследование, хотя его брат вступил в их ряды, но он знал, что там двое Альфы и две Омеги. Одна Омега должна была выпуститься в этом году. Он узнал это только для того, чтобы знать, будет ли Аарон в безопасности, и, казалось, все достаточно безопасно. В конце концов, он был здесь в безопасности, пока Нил не добрался до него.
Они врезались в стену, и это привлекло внимание Ваймака. Он вернулся и потребовал рассказать, что, черт возьми, происходит. Ваймак был бетой, так что одним лишь голосом ему было не обойтись.
Это наскучило Эндрю, и запаха крови ему хватило, чтобы подняться. Нил повалил Аарона на пол, его руки с излишним усилием сжимали горло. Обхватив рукой шею Нила, он потянул его назад. — Хватит, — сказал он, используя свой альфа-голос.
Аарон быстро сдался. Он прекрасно знал, что лучше не злить Эндрю, когда тот использует этот голос, но Нил был в ярости. Он сопротивлялся Эндрю, но Аарон все еще был его братом.
Он прижал Нила к груди, решив сменить тактику, и прошептал ему на ухо: «Ты хорошо справился, а теперь прекрати, Омега. Оставь его в покое». Дыхание Нила было тяжелым, но он больше не сопротивлялся. Ярость ушла из него.
Аарон поднялся с помощью Кевина. Эндрю усадил Нила обратно на диван и сел, притянув его к себе между ног. Нил расслабился и спросил, можно ли ему откинуться назад. Эндрю согласился, и вскоре Нил расслабился настолько, что задремал.
— Что, мать твою, с тобой такое? Сердито прошипел Аарон.
Эндрю пожал плечами и посмотрел на спящего Омегу. Он уже ничего не мог поделать, что-то случилось в последние несколько недель, и Эндрю не мог вернуться к прежнему. Он будет сражаться и убивать за Нила, особенно пока тот сломлен. Нил поправится, сказал себе Эндрю, он должен был это сделать.
Аарон вышел, не сказав больше ни слова. Кевин посмотрел ему вслед, и его взгляд задержался на нем слишком долго. Это нужно будет уладить, но не сейчас.
Они были чертовски проблемной компанией, и это был лишь намек на тот кошмар, который их ждет, если Ваймак подпишет контракт.
***
Нил никогда не станет идеальным Омегой, он знал это, и каждый, кто смотрел на него больше двух секунд, знал это, поэтому он не мог понять, почему Эндрю это так волнует. С тех пор как они покинули гнездо, он не отходил от Нила ни на шаг. Эндрю был волен получать и делать все, что захочет, и все же он оставался рядом с Нилом. Возможно, ему нужно было напомнить, что они больше не в гнезде, и правила больше не действуют. Однако ситуация становилась все хуже. Обычно после течки тело Нила сводило судорогой в течение нескольких дней, пока организм перерабатывал яйцеклетку и все такое, но сейчас происходило что-то странное. Прошло несколько недель, прежде чем появились признаки, но после нескольких утренних приступов тошноты и усилившихся болей он понял, что что-то не так. Первым делом он решил ускользнуть от Эндрю достаточно надолго, чтобы сходить к врачу. Он знал, что в команде есть медсестра, и не думал, что она будет возражать, если он обратится к ней на несколько месяцев раньше (они ведь подписали трансфер и начнут играть на следующий год). Единственная проблема заключалась в том, что Эндрю постоянно следил за ним. К тому же, он очень чутко спал. Итак, с другого конца комнаты Нил достал свой телефон и написал Кевину сообщение. Когда Кевин посмотрел на сообщение, он повернулся к Нилу с выражением растерянности на лице. Нил отправил вторую часть сообщения, чтобы на несколько минут отвлечь Эндрю. Они немного посовещались, прежде чем Кевин согласился и попросил, чтобы Эндрю поговорил с ним в другой комнате. Времени и пространства у Нила будет немного, но этого должно было хватить, чтобы выскользнуть. Последние несколько дней они жили в квартире Ваймака. Трансфер состоится еще не скоро, и Эндрю планировал отвезти Нила в Колумбию, чтобы жить в доме его кузена; Кевин же собирался остаться и присоединиться к команде в качестве помощника тренера. У Нила было достаточно времени, чтобы изучить каждый дюйм этого места. Входная дверь скрипела, если на нее не надавить. Как только Эндрю оказался в другой комнате, Нил надел толстовку Эндрю, пересек комнату и взял ключи от машины Эндрю. Разбираться с тем, насколько взбесится Эндрю, он будет потом. Он медленно открыл дверь и вышел. Он сбежал по лестнице и вышел на парковку. Он открыл машину и выехал с парковки менее чем за пять минут. Эндрю простит его позже, и это не было похоже на бегство. Он решал проблему — нет, он выяснял, есть ли у них проблема. Он подъехал к адресу, который ему дала Эбби, медсестра лисов. Это был ее дом. Он без колебаний вышел из машины и постучал в ее дверь. Она с улыбкой открыла дверь. Она открыла дверь с улыбкой. Нил не знал, почему они не могут сделать это в клинике, но в конечном итоге это не имело значения. Она провела осмотр, прежде чем спросить, почему он хочет ее видеть. Ей показалось, что все в порядке. Слова на мгновение застряли у него в горле, но он сглотнул и произнес. — Мне нужен тест на беременность. Она отшатнулась. — Мне нужно сходить в лабораторию, чтобы сделать анализ крови, но если ты оставишь меня на секунду, — сказала она, прежде чем оставить его одного. Нил вздохнул, ему следовало просто написать ей, почему ему нужно обследоваться, и тогда они могли бы покончить с этим. Она вернулась с тестом на беременность. Он осторожно взял его и пошел в ванную. Он вернул его ей, не решаясь взглянуть на результаты. Омега были наиболее плодовиты после течки. Течка была для них шансом привлечь пару, чтобы они могли размножаться. — Мне жаль, Нил. Ты беременен. — Всхлип застрял у него в горле, и он уткнулся лицом в толстовку. Эндрю. Как же он жалел, что не взял с собой Эндрю. Почему, черт возьми, он думал, что сможет скрыть это, притвориться, будто ничего не было? — Это Эндрю отец? — Он зарычал на нее. Как она смеет думать, что Эндрю так с ним поступил? Эндрю только и делал, что защищал его, а Нил почему-то позволял этому расти внутри него. — Мне нужно идти. — Нил вскочил на ноги и был уже на полпути к двери, когда на его руку легла рука Эбби. Он вздрогнул, и она отступила, подняв руки. — Я хочу помочь, чем смогу. Просто дай мне знать, и мы все уладим. Нил был в машине. Он был на парковке. Он был перед квартирой Ваймака. Он словно плыл сквозь время, возвращаясь к Эндрю. Как только он открыл дверь, его тут же встретил обеспокоенный Альфа. Взгляд Эндрю остановился на нем, когда он положил ключи на стол. Беспокойство сменилось гневом, и Нил не смог этого вынести. Он всегда будет проблемным Омегой. Он упал на колени и зарыдал. Теперь Эндрю точно не останется, да и зачем? Его использовали, а теперь он еще и носит чужого ребенка. Как он мог оказаться в еще большей жопе? На его шею легла рука, и на миг все стихло. Он посмотрел мутными глазами на Эндрю. Секунду они смотрели друг на друга, прежде чем Эндрю принял решение за них. — Скажи Ваймаку, что мы ушли, — сказал Эндрю Кевину, собирая их сумки. — Куда, черт возьми, ты собрался? Спросил Кевин, не зная их плана. Нил остался на полу и ждал возвращения Эндрю. Они были в машине. Они ехали по шоссе. Они были перед домом. Эндрю вышел из машины и подошел к Нилу. Он открыл дверь и стал ждать реакции Нила. Нил взглянул в его сторону, прежде чем понял, что нужно выходить. Нил чувствовал, что внутри него все рушится. Ему нужно было рассказать Эндрю и решить, что делать дальше. Он не мог представить, что у него будет ребенок, и что тогда? Ему придется отказаться от Экси и заботиться о ребенке? Как он вообще будет это делать? Его воспитание не дало ему никаких полезных навыков, и он был уверен, что учиться уже поздно. А что, если его ребенок станет таким же, как его родители? В конце концов, он был их ребенком, и их генетика передавалась по наследству, и кто знает, кто из альф даже оплодотворил его. Что, если это был Рико? Эндрю притянул голову Нила к себе так, что тот уперся лбом в его плечо. Это было спокойно и успокаивающе. Он повернул лицо к его шее и вдохнул. Через некоторое время Нил отстранился. — Теперь ты спокоен? — Нил кивнул и последовал за Эндрю в дом. Они оказались в комнате Эндрю. Ничего особенного в ней не было, но Эндрю втолкнул Нила в ванную. После душа они спустились по лестнице, где Эндрю заказал им еду. Они молча ели, когда Нил набрался смелости. — Эндрю, я должен тебе кое-что сказать. — Пристально глядя на Эндрю, Нил проговорил: — Я беременный. Эндрю приостановился на середине укуса. Он положил вилку и взял телефон. Он оставил Нила одного за столом, и Нил не выдержал. Он зарыдал в одиночестве.***
Эндрю было все равно, который час в Германии. Он позвонил Ники, потому что кто-то должен был знать, как с этим справиться. Как, черт возьми, он сможет помочь Нилу, услышав такое. Один из этих чертовых ублюдков… — Алло? — Ники, — слова застряли у него в горле. Эндрю был неравнодушен к своему кузену, который приютил их, хотя ему это было не нужно. Конечно, Эндрю не сразу поверил ему, когда он сказал, что не причинит им вреда, но в конце концов они пришли к взаимопониманию. В тот момент один только его голос успокоил его бешено колотящееся сердце. — Эндрю? На другом конце телефона послышался шорох. — Это ты? Эндрю кивнул, хотя Ники не мог видеть. — У меня проблема. Ты можешь как-нибудь достать мне два билета, чтобы увидеться с тобой? — В Германию? Эндрю ничего не ответил, но повернулся, чтобы послушать Нила. Из другой комнаты доносился тихий плач, от которого у него заныло в груди. Они оба были в таком дерьме, но Ники знал, что делать. — Эндрю? — Да? — Вы с Аароном… — Нет, я и… — У Эндрю не было слов, чтобы описать, кем был для него Нил. Была какая-то привязанность, но она не была романтической. — Друг. — Я сделаю все, что в моих силах. Дай мне сегодня время, и я свяжусь с тобой. — Спасибо. — Эндрю повесил трубку и вернулся к Нилу. Он опустил голову, тело подрагивало при каждом вздохе. Зрелище было не из приятных. Эндрю решил, что это, должно быть, из-за гормонов, переполняющих его тело. В конце концов, его «Омега» была сильной, даже если он был сам не свой последние несколько недель, это не значило много. Эндрю сел на свое место, а Нил поднял голову. Его глаза были налиты кровью, но удивлены, и самым жалким голосом он сказал: — Ты вернулся? Эндрю собирался убить его. Вместо ответа он откусил кусочек еды и знаком показал Нилу, чтобы тот сделал то же самое. Напряжение все еще чувствовалось, но становилось лучше. Менее чем через два дня они уже летели на самолете. Ники и Эрик встретили их у выдачи багажа. Ники занимался тем, что задавал слишком много вопросов за слишком короткое время. Эндрю отказался обсуждать Нила по телефону, и теперь, когда они оказались лицом к лицу, он никак не мог избежать этого. Он расскажет Ники об этом позже, но Нил выглядел неважно. Он был тихим, бледным и выглядел немного больным. Утренняя тошнота настигала его, по крайней мере Эндрю это заметил. В первый раз он как-то упустил этот момент. Первым делом нужно было помочь Нилу, все остальное было на втором месте. Рассказать Ники о ребенке было непросто. Конечно, он сделал неправильный вывод о том, что ребенок его, но одно злобное рычание, и Ники был уже на верном пути. Нил и Эндрю провели несколько коротких бесед о том, что делать с ребенком, но так и не пришли к единому мнению. Эндрю понимал, что не может винить эту вещь (ребенка), но она действительно создавала проблемы и принадлежала насильнику. Нил, казалось, не до конца осознавал все возможные варианты, поэтому Эндрю взял на себя ответственность рассказать ему обо всем, а заодно попросил Ники проговорить все еще раз. Дело не в том, что он не хотел этого сложного разговора, просто он не знал, сможет ли выдержать выражение лица Нила. Нилу не потребовалось много времени, чтобы понять, что он не хочет ребенка. Ники, услышав, что Нил хочет сделать аборт, попытался предложить другие варианты. Эндрю чуть не прирезал его — в конце концов, это был выбор Нила. Если он хотел избавиться от этой вещи и чтобы она умерла, так тому и быть.***
Нил хотел избавиться от плода, растущего внутри него. Он клялся, что чувствует, как он шевелится, хотя это было невозможно, но еще больше он хотел, чтобы все исчезло. Он хотел стать бетой, чтобы никто и никогда не смог использовать его снова. Лишь в глубине сознания слабым отголоском всплывали воспоминания о течке с Эндрю, но вместе с ними возвращались образы Рико и… Нет, он отбросил эти воспоминания и сосредоточился на том, чтобы сообщить Эндрю, Ники и Эрику о своем решении. Он хотел избавиться от ребенка, а вместе с ним, если он добьется своего, и от своей репродуктивной системы. Конечно, Нил пытался изучить этот вопрос, но все сайты говорили, что делать этого не следует, но ему нужно было что-то предпринять. Он чувствовал себя так, будто внутри него заложена бомба. — Нил, — голос Ники дрогнул, и на глазах выступили слезы. Нил не знал, как много Ники знает о его ситуации, но это было слишком много. Он слишком сильно переживал, и ему было трудно сдерживать свои эмоции. — Я уверен, что есть и другие варианты… — Я не могу… — подвел его голос, когда он повернулся к Эндрю. Эндрю смотрел на него так, словно пытался прочесть его душу, и это было слишком, все было слишком. Если бы Эндрю мог заглянуть внутрь, он бы увидел, насколько он испорчен. Пока этот плод рос внутри него, он не мог позволить Эндрю быть запятнанным этим. — Нет, послушай, Нил. Почему бы тебе не поговорить об этом с врачом? Они лучше знают. И он так и сделал. Потребовалась неделя, полная различных тестов, как физических, так и психических, чтобы Нил получил разрешение на аборт. Прошло еще четыре дня, прежде чем Нил нашел клинику, где ему сделали аборт. Он ждал в комнате ожидания, полной беременных омег и бет. Большинство из них были одни или с другими детьми, Эндрю был единственным альфой, и это всех напрягало. Кремовые стены и предметы искусства заставляли Нила напрягаться, пока их не позвали обратно. Они хотели не пускать Эндрю, но Нил воспротивился. Единственным выходом для него было присутствие Эндрю рядом. После взятия анализов и проверки основных данных, им пришлось ждать врача. Еще несколько проверок, и Нил оказался в халате, ожидая, когда все закончится. Всё было очень неудобно и неприятно. Врач мило улыбалась, объясняя каждый этап. И это было больно. Нил знал боль, но эта была непохожа ни на что, что он когда-либо испытывал. Он сжал руку Эндрю, пытаясь облегчить боль. Через несколько минут всё закончилось, и Нил не смог сдержать слез. Он переоделся в свою одежду и стал ждать, когда вернется врач, чтобы они могли задать вопросы. Но вместо нее пришла другая, более понимающая. — И какие у меня есть варианты? В какой-то момент Нил подумал, что они согласятся и прямо сейчас увезут его в операционную. Он был готов перенести эту операцию в сознании, без анестезии, лишь бы это наконец закончилось. — Я не уверена, что понимаю. Вы не можете просто удалить все это. Это вызовет проблемы с вашим здоровьем. Нил знал, что рисковать здоровьем не стоит, но это казалось чем-то более важным, чем экси, а это о многом говорило. Они с Эндрю ушли, не получив желаемых ответов. День спустя Эндрю познакомил его с группой поддержки для омег, и дела начали налаживаться. В свой первый день Нил держался в стороне, слушая лишь краем уха. Он не хотел там находиться, но Эндрю сказал, что это поможет. Его тело сводило судорогой и болью после аборта, он был дерганным, и на краткий миг Нил подумал, что это может помочь. Они пошли по кругу, представляясь друг другу. В группу входили только омеги, и Нилу было неприятно, что Эндрю не может быть с ним, но позже он узнал, почему. Это была не только группа поддержки, но и место, где омеги, оказавшиеся в опасных ситуациях с альфами или бетами, могли найти помощь и выход. Поскольку Нил ничего не сказал, после того как группа разошлась по маленьким группам, к нему подошла руководитель группы и спросила, может ли она поговорить с ним в коридоре. Она протянула ему две разные брошюры, в которых говорилось о помощи, но Нил понимал, что он в дерьме. — Не думаю, что вы сможете мне помочь, — сказал он, пытаясь вернуть брошюры. Она грустно улыбнулась и покачала головой. — Мы все чувствуем на тебе запах Альфы, ты волнуешься и страдаешь. Мы просто хотим помочь. И тут его осенило. На протяжении всего собрания на него бросали грустные взгляды, и он не понимал, почему. Большинство его ран не было видно, и его удивляло, что незнакомые люди могли это заметить. Сколько всего выдавал его запах? Но они также думали, что Эндрю сделал это с ним. Нил почти зарычал на нее. — Он этого не делал. На эти четыре слова он потратил почти всю свою энергию. — Это сделал кое-кто другой. Он меня защитил. Она кивнула, в её глазах было явное сочувствие. Она действительно заботилась о них, это было очевидно, но он не мог понять, почему. Их там должно было быть не меньше четырнадцати, и они встречались каждый день недели, четыре раза в день, и у них были открыты часы для малых групп. Сколько еще омег прошло через ее двери и жило хуже, чем он? — И когда будешь готов, не стесняйся рассказать нам. Мы поддерживаем омег и сделаем все, что в наших силах, чтобы помочь. Ты только позволь нам, — сказала она, похлопала его по плечу и вернулась внутрь. Нил не пошел, а побежал. Хотя Нил никогда не ассоциировал бег со свободой, в тот момент ему что-то было нужно. Он вышел через заднюю дверь на улицу. Был поздний вечер, солнце отражалось от окон, когда он проходил мимо. Он знал, что это глупо и что позже он может пожалеть об этом, но Нил не мог оставаться в здании ни секунды. Он не мог убежать от своих проблем, от воспоминаний, которые каждый день занимали место в его голове, но хоть на секунду, хоть на мгновение он мог обрести покой. Когда стемнело, Нил решил проверить свой телефон. Пропущенные звонки были не только от Эндрю, но и от Ники и Эрика. Они искали его. Нил впервые позволил себе вздохнуть и попытался понять, где он находится. И тут его осенило: он находится в незнакомой стране. Он достаточно хорошо говорил по-немецки — с помощью других воронов он обучился некоторым европейским языкам, — но от этого ситуация не становилась менее пугающей. У него не было возможности вернуться, а телефон разрядился. Он нажал на контакт Эндрю и стал ждать, ответит ли тот. Телефон зазвонил дважды, и Эндрю требовательно спросил, где он находится. Боли и судороги наконец-то дали о себе знать, и Нил не знал, сможет ли он это выдержать. — Эндрю, — прохрипел он в трубку, чувствуя слабость. — Где ты? Каждое слово давалось ему с трудом. Нил огляделся по сторонам и назвал несколько различных знаков, которые он видел. Телефон разрядился, и на этом все закончилось. Нил сел на тротуар и заплакал. Он поклялся, что больше никогда этого не допустит. Кто-то коснулся его плеча, и он поднял глаза, чтобы увидеть женщин из группы. Он вздрогнул от неожиданности. Где Эндрю? — Извините, я не хотела вас напугать. Мы искали вас. — Кто? Она хмыкнула, присаживаясь рядом с ним. — Несколько омег из нашей группы. Надо сказать, ваш Альфа очень убедителен, когда хочет. — Кто-нибудь ранен? Спросил Нил, подтягивая ноги к груди и обхватывая их руками. Ему действительно стоило потратить минуту на размышления. Чего можно добиться бегством? Она рассмеялась. — Нет, нам удалось удержать его подальше от конференц-зала. Он испугался, когда ты не пришел. Он пожал плечами и посмотрел на проезжающие мимо машины. — Я не знаю, что с вами случилось, но могу сказать, что все было плохо. Просто дайте нам знать, как мы можем помочь. — Я не знаю, как. Я не знаю, о чем просить. – Перед ними остановилась машина, мигнув фарами. Эндрю обошел машину со стороны водителя. Он опустился перед Нилом, осматривая его. Нил не двигался, позволяя Эндрю делать то, что ему нужно. Эндрю постучал его по носу, чтобы привлечь его внимание. — Никогда больше так не делай. Нил ощутил гнев, но сквозь него пробивались беспокойство и забота. Они еще долго будут это обсуждать. — Он прежде всего человек, Эндрю. Не забывай об этом, — сказала она, и Эндрю бросил на нее взгляд. — Ты мне не позвонил, — упрекнул он, поднимаясь и ожидая Нила. Нил колебался, но не по той причине, о которой все подумали. Он бы поехал с Эндрю хоть сейчас, нет, дело было в другом. Ему нужно было больше времени, чтобы понять, о чем правильно просить, но сейчас он мог ей сказать. — Я приду, — сказал он ей, позволив Эндрю помочь ему подняться и сесть в машину. Она смотрела им вслед с грустью в глазах, пока они уезжали. Позже Нил узнал, что ее зовут Моника.***
В первую неделю Нил ходил дважды. На второй неделе — четыре раза. На третьей неделе он впервые начал взаимодействовать. Как обычно, Эндрю подвёз его, и после обещания не уходить без него, Нилу разрешили выйти из машины. Он прошел через стойку регистрации, где лишь мельком взглянули на его ID, чтобы подтвердить имя и вторичный пол, и направился в четвертую комнату. Встреча должна была начаться через десять минут, так что Нил пришёл рано. Обычно он ждал до последней минуты, чтобы присоединиться, но сегодня у него было хорошее предчувствие. Его встретили несколько Омег, которые всегда старались, чтобы он чувствовал себя желанным гостем, особенно после его первого дня (ему быстро стало ясно, что все знают, что произошло). Он взял стул, сел и начал глубоко дышать. Постепенно все начали рассаживаться, и Моника принесла ему бумажный стаканчик с чаем. Он поблагодарил её, когда она села рядом с ним. Моника всегда оставляла свободное место рядом с собой, и чаще всего Нил хотел сесть рядом с ней. Она была такой спокойной, никогда не давила на него, но всегда тепло улыбалась. Собрание началось, и они, как обычно, назвали свои имена, прежде чем перейти к делу. Собрания проходили по-разному, в зависимости от того, нужно ли было кому-то выговориться, и это, как ни странно, вызывало у Нила эйфорию. Когда он был в гнезде, на него смотрели свысока за то, что он омега, особенно после презентации. С самого начала ему приходилось бороться за каждый дюйм, отведенный ему, а как только у него началась течка, все отвернулись от него. Он был слишком медленным, слишком эмоциональным, слишком слабым. Каждая мелочь, которую он делал не по правилам, объяснялась тем, что он омега, а если он делал что-то правильно, то это не имело значения, потому что он был омегой. Он никогда не мог быть правильным. Когда он встретил Эндрю, он наконец-то почувствовал себя не тем, кто отстает. У Эндрю был талант, но не было амбиций, в то время как у Нила их хватало на двоих, но это не имело значения, когда дело касалось Рико и Мастера. Нил все еще был Омегой, но уже не был слабым, но какая-то часть его сознания напоминала ему о том, что произошло той ночью. Как Рико смог взять его, а он не смог сопротивляться. Словно жалкий Омега, нуждающийся в защите Альфы. Во время собраний они собирались и жаловались на все, что их беспокоило. Начиная с того, что альфы всегда разговаривают с ними свысока, и заканчивая тем, что им небезопасно ходить одним по ночам. Первые несколько встреч Нил отказывался верить в то, что он может с ними общаться. В душе он был Веснински, мясник из Балтимора был его отцом, и от одной этой мысли у него начинался приступ паники, из-за которого Эндрю забирал его пораньше. Нил, по большей части, смог забыть о своем отце и воронах. Он знал, что однажды им придется вернуться, и мог только представить, что отец приготовил для него. Разумеется, его придется наказать, и он защитит Эндрю. Прошлой ночью Нилу приснился кошмар о том, что Рико застал его врасплох и снова изнасиловал. Ему нужно было, чтобы кто-то понял его. Поэтому сегодня, когда Моника спросила, хочет ли кто-нибудь что-нибудь сказать, он прочистил горло и поднял руку. Большинство из них были застигнуты этим врасплох, и не зря: Нил едва хотел назвать свое имя, а теперь готов был поделиться очень личной частью себя. Ему предоставили слово, и он без колебаний начал говорить. — Несколько месяцев назад меня изнасиловали, и я знаю, что большинство Альф никогда бы мне не поверили, но я чувствовал это и… — его голос оборвался. Моника положила руку ему на плечо. — Мы здесь ради тебя. Надеюсь, я могу сказать от имени всей группы, что мы с тобой. Он кивнул и глубоко вздохнул. — Это ещё не всё. Это случилось сразу после течки… и я… я забеременел. В комнате воцарилась мертвая тишина: все ждали, что Нил скажет дальше. — Я сделал аборт три недели назад, и поэтому я здесь. Это был момент истины. Из того небольшого количества омег, с которыми он общался, Нил знал, что прерывание беременности — не самый популярный выбор. Он прошел множество тестов, множество психических, чтобы убедиться в своей уверенности и разумности. Все свелось к тому, что Эндрю поставил свою подпись, заявив, что ребенок от него. Все это было унизительно и лишило его всякой самостоятельности. Если бы рядом не было Эндрю, ему пришлось бы самому вырезать плод, и он не знал, выжил бы после этого. В комнате на минуту воцарилась тишина, прежде чем Клаус, мужчина, сидевший напротив Нила, заговорил: — Я сделал аборт четыре года назад. Я знаю, как это хреново. Тебе назначили подавляющие препараты? Ему предлагали, но Нил отказался. Он не знал, что они делают, а когда изучил симптомы, то не изменил своего решения. — Я не хотел их принимать. Он заёрзал на стуле, чувствуя на себе взгляды всех присутствующих. — Они помогают регулировать работу организма. Я знаю, что это больно, и… Если хочешь, мы можем поговорить еще, когда разделимся на маленькие группы? Нил хотел отказаться, но это был первый Омега, которого он встретил, кто делал аборт. Даже если он не воспользуется советом, он сможет его выслушать. Еще несколько человек высказались и сказали ему, какой он смелый. Один даже предложил собрать команду юристов и попытаться предъявить обвинение насильнику. Нил знал, что трогать Рико нельзя, да это и не важно, ведь они в Германии. Они разошлись по группам, и Клаус подошел к Нилу. Они проговорили до конца сессии. Прошло еще две недели, но Нил начал принимать подавляющие препараты, и ситуация начала улучшаться.***
Эндрю знал, что рано или поздно Нил захочет вернуться на корт. На удивление, потребовалось немало времени, чтобы Нил заговорил об этом. Шла пятая неделя встреч группы поддержки Нила, и Эндрю ждал снаружи, как обычно. Он всегда приезжал на двадцать минут раньше на случай разных обстоятельств. Через пять минут после окончания встречи Нил вышел с несколькими омегами рядом. Эндрю знал, что лучше не выходить из машины. Некоторые омеги не любили, когда он находился рядом с ними, поэтому он остался в стороне и ждал Нила. Он буквально подбежал к машине, открыл дверь и проскользнул внутрь с глупой улыбкой на лице. С тех пор как Нил начал принимать подавляющие препараты, он стал более уравновешенным и менее эмоциональным. Эндрю также подозревал, что два часа наедине с группой поддерживающих Омег тоже помогли. — Эндрю, — сказал Нил, повернувшись к нему всем телом. — Мы можем как-нибудь найти корт для игры в Экси? Эндрю поднял бровь. — Возможно, я смогу это устроить. Он переключил машину на задний ход, чтобы выехать с места парковки. — С чего вдруг? Нил пристегнулся и счастливо вздохнул. — Мы говорили о хобби и о том, что это хорошая вещь. Не могу поверить, что я так долго об этом забывал. Мы скоро отстанем, а Кевин будет в бешенстве. И это было только начало. Нил начал смотреть игры из Штатов, стараясь держаться подальше от всего, что связано с Эдгаром Алланом, и обычно втягивал в просмотр Эндрю, чтобы они могли смотреть вместе. Нил делал комментарии, объяснял Эндрю, что происходит, как будто Эндрю не знал. Было приятно видеть Нила нормальным. Кевин звонил раз в неделю, чтобы проведать их. Первые несколько недель это было странно, потому что Кевин отказывался с ним разговаривать и хотел сам проверить, как дела у Нила. Эндрю разрешал это, пока находился в комнате. Теперь, когда Кевин звонил, он разговаривал с Эндрю так же долго или даже дольше. В середине игры им позвонили, и Нил выхватил у Эндрю телефон и ответил. Они проговорили три часа об Экси. Эндрю оставил их одних и подыскал им место для тренировок. В местном спортзале был корт, открытый для посещения два раза в неделю. Им пришлось бы арендовать снаряжение, но на данный момент это было бы неплохо. Эндрю вернулся, и Нил протянул ему телефон. Эндрю вздохнул и взял трубку. Кевин рассказал несколько очень важных анекдотов, прежде чем перейти к истинной причине, по которой он хотел поговорить. Эндрю и Кевин неплохо ладили, хотя у Кевина было ограниченное количество тем, на которые он был готов говорить, но это было слишком личным, и Кевин не хотел давать Нилу напрасных надежд. Он хотел заново научиться играть левой рукой. Эндрю сомневался, что Кевин действительно сможет это сделать, но, послушав, как они с Нилом часами рассказывают о спорте, он был уверен, что Кевин что-нибудь придумает. Если Кевину нужно было его одобрение, чтобы двигаться дальше, Эндрю был готов его дать. Нет ничего невозможного, но Эндрю не хотел на это надеяться. Он не хотел разочаровываться, когда Кевин в конце концов потерпит неудачу. Они закончили разговор, и Эндрю рассказал Нилу о полукорте. Нил пропустил свою обычную встречу, чтобы они могли проверить, как работает площадка. Корт был пуст, и можно было подумать, что Нил выиграл в лотерею, судя по его реакции. Он упал на колени и выглядел так, словно собирался заплакать. Эндрю закатил глаза. — Ты идешь, наркоман? Нил резко повернул голову к Эндрю с грустным выражением лица. — Давай возьмем напрокат снаряжение и потренируемся. Или ты хочешь просто сидеть здесь? Нил вернулся в этот вид спорта так, словно никогда не прекращал. Он давил и давил, и не хотел отступать, когда Эндрю объявил об окончании их тренировки. Несмотря на то что им не хватало нападающего, они справились. Несколько подростков зашли в зал, но быстро сдались, поняв, что они им не ровня. С той ужасной ночи Нил не улыбался так широко.
