Я не уйду

Очередная паническая атака… Руки Земли дрожали. Он оглянулся, и взгляд зацепился за нож. Мысли спутались, сердце бешено колотилось в груди. Не думая, он схватил холодное лезвие и резко прижал его к коже. Боль была острой, но короткой — горячие капли крови стекали по рукам, пачкая уже не совсем чистую одежду. Горькие слёзы скатывались по щекам, пропитывая подушку, когда-то подаренную Марсом. (Я урод… Моральный урод, самый настоящий… Какая же я мразь… Почему? Почему я такой?.. Я… Я…) В голове шумело. В ушах звучал приглушённый смех... Венера и Марс где-то рядом играли в карты, весело переговариваясь. Это было невыносимо. Они смеялись, жили своей жизнью, а он… а он гнил в собственной ненависти. Внезапно в дверь постучали. — Земля? Я хотел кое-что попросить…-донёсся приглушённый голос. Земля замер, не сразу осознавая, кто это. Дверь приоткрылась, и в комнату шагнул Уран. — У-Уран?..-хрипло выдавил он, ошарашенно глядя на ледяного гиганта. Несколько долгих секунд они просто смотрели друг на друга. Уран оглядел хаос в комнате, взглядом наткнулся на залитую кровью подушку и руки Земли, изрезанные свежими порезами. В его холодных глазах мелькнула тень тревоги. — Что заставило тебя это сделать?-спокойно, но твёрдо спросил он. Земля напрягся, пытаясь что-то сказать, но внезапно в глазах потемнело. Дни без сна и еды дали о себе знать. Голова закружилась, тело пошатнулось, и он потерял контроль. — Земля?!-Уран успел подхватить его, быстро проверяя пульс. — Есть… но он слишком слабый…- прошептал он, чувствуя, как внутри поднимается паника. (Спокойно… Паника тут не поможет… Нужно кого-то позвать… Юпитер? Нет, он ушёл в магазин… Сатурн? Нет, он не поможет… Чёрт… Каменистые! Может, они ещё дома?!) — Кто-нибудь, принесите бинты!-громко крикнул Уран, надеясь, что кто-то его услышит. Из соседней комнаты раздался знакомый голос: — Окей! В комнату вбежал Марс, держа в руках бинты и пузырёк с перекисью. — Не знаю, зачем, но думаю, это пригодится…- начал он, но, увидев картину перед собой, замер. — Давай уже!-резко бросил Уран, вырывая бинты из его рук и начиная перевязывать окровавленные запястья Земли. Марс сглотнул, наблюдая за происходящим. — Земля…-тихо выдохнул он, чувствуя, как по спине пробежал неприятный холод. Арес сжал кулаки, чувствуя, как внутри поднимается неприятное чувство. Гнев? Боль? Вина? Он не был уверен. Всё смешалось в ком огромного раздражения. — Черт…- тихо выругался он, отворачиваясь. Секунду он ещё смотрел на бледное лицо Земли, на его дрожащие веки, на обессиленные руки с грубыми повязками. Где-то внутри что-то сдавило. Но Марс не мог оставаться здесь дольше. — Я… выйду- бросил он и, развернувшись, быстро вышел из комнаты, захлопнув за собой дверь. Целус молча проследил за ним взглядом. Четвертый ушёл. Просто так. Слишком быстро. Слишком легко. Как будто ему и не было больно. Как будто он и не любил Землю. Ледяной гигант тяжело выдохнул, посмотрел на Землю. Тот был бледным, губы сухие, дыхание неглубокое. Он уже не истекал кровью, но выглядел измождённым, разбитым. — Дурак…-тихо пробормотал Уран, аккуратно поправляя повязку. Тело Земли было тёплым. Слишком тёплым. (Лихорадка?.. Ещё и это.) Проведя тыльной стороной ладони по его лбу, Уран поморщился. Лихорадка. Возможно, от слабости, от усталости, а может, просто организм так отреагировал на стресс. Он поднялся, собираясь принести что-то холодное, но почувствовал, как Гайя дернулся. — Не уходи…-едва слышно донеслось снизу. Уран застыл. — Ты очнулся?- осторожно спросил он, снова опускаясь рядом. Земля приоткрыл мутные глаза, его взгляд был пустым. Но даже в этом пустом взгляде было что-то сломанное. — Они… ушли, да?..- прошептал он, не отрываясь от потолка. Уран молчал. Он не хотел лгать. — Да- коротко ответил он. Земля прикрыл глаза, губы дрогнули. — Конечно… Слова прозвучали почти равнодушно, но Уран видел, как крепко он сжал пальцы в кулаки. Ледяной гигант стиснул зубы. Он не любил говорить о чувствах. Никогда. Но видеть его таким… — Они идиоты- выдохнул он. Земля не ответил. — Но я —нет. На этот раз его взгляд поднялся, затуманенные глаза встретились с холодными, решительными глазами Урана. — Я не уйду.