К Мечте

——————————————————————

Для дорогой и любимой жены в честь её дня рождения

      Пятки неимоверно кипят, а полы длинного плаща истошно бьются друг о друга, создавая хлопающий, слишком предательский звук, поэтому Сан вовремя догадывается стянуть элемент одежды во время бега и кинуть в кусты, а самому махнуть в другую сторону сада, пробегая мимо величественных статуй. Пусть стража отвлечётся на его плащ, а он выиграет полминуты.       Все мысли заняты лишь спасением себя и кипящим недовольством.       — Да пошли они к чёрту, — ядовито плюёт в сторону Сан, забегая за колонну как раз вовремя, когда мимо него пролетает пуля. Ещё немного, и он мог погибнуть. — И сам справлюсь, без вашей помощи.       Чхве осторожно выглядывает из-за стены и, никого не заметив, перебегает двор, врываясь в здание и слыша от стражи: «Он вошёл во Дворец!» Пират чертыхается, чудом не запинаясь о роскошные красные ковры, которые украшают каждый каменный коридор.       Сан вбегает в какое-то помещение, слыша по ту сторону двери, как охрана теряет его след, и парень наконец может упасть на пол, чтобы перевести дыхание. Пробыв в тишине пять минут, он открывает веки и понимает, что находится в гардеробе. Шикарные наряды пестрят отовсюду, от благих украшений у пирата загораются глаза. Чуткий слух Чхве только сейчас улавливает приглушённый разговор в глубине помещения среди этого лабиринта платяных шкафов. Парень неспешно встаёт и осторожно направляется к голосам, всякий раз останавливаясь, чтобы понять, из какой части огромного помещения доносится звук.       Он обходит два поворота и замирает в тени, наблюдая за двумя служанками, мило щебечущими.       — Его Господин сегодня печален — никто не интригует его на балу.       — А ты сама была бы рада всё время сидеть во дворце? — упрямо спрашивает вторая, более бойкая и с характером. Чхве невольно хмыкает.       — Да… Здесь красиво, тебя вкусно кормят, одевают в дорогие наряды… Разве это не сказка?       — А как же свобода? — беседа набирает обороты, и Сан понимает, что всё необходимое он услышал, поэтому так же тихо возвращается в гардероб. Итак, в его светлой голове рождается новый план.       Служанки горячо спорят и замолкают лишь тогда, когда из гардероба выходит очень привлекательный, богато одетый господин.       — Милые пани, подскажите, пожалуйста, где находится танцевальный зал? — Сан включает всю свою обаятельность, когда убирает непослушные локоны назад, а служанки с безмолвным восхищением наблюдают за ним. — Я совсем заплутал, не смог его найти…       Первой возвращает себя в чувства бойкая девица, и она, передав швабру другой девушке, подходит к господину и немного кланяется. Где-то на подкорке сознания Сану становится неловко из-за намеренной лжи о своём статусе, но такова его сложная ситуация. Один неверный шаг, и его мгновенно отправят на эшафот.       — Лорд, я могу провести Вас, если Вы не против.       — Я буду премного благодарен Вам.       Бойкая девица ухмыляется подруге, прежде чем вывести обаятельного мужчину из этого помещения. Маскировка позволяет не раскрывать личность хотя бы перед охраной, которая чуть ли не на каждом шагу. Странно, что только сейчас подняли тревогу о вторжении пирата во Дворец Короля, что даже слуги не знают об этой проблеме. Глядя на ничего не подозревающую служанку, Сан усмехается этим мыслям, и девушка недоумённо оборачивается.       — Что Вас позабавило, Лорд?       — Я случайно подслушал ваш с подругой разговор о Принце, — тут же на ходу сочиняет пират, чтобы выйти из воды сухим. — Ваша подруга действительно думает, что дорогие одеяния и вкусные блюда заменят вам свободу?       — Сейчас никто свободным не является, так пусть лучше она будет несвободной, но купаться в богатстве, — Чхве вновь ухмыляется, сразу же превращая ухмылку в чудную улыбку, чтобы девушка ни о чём не подумала. — Разве вы не задумываетесь о свободе в последнюю очередь, когда вскоре пожалуете Принца?       Сан тактично молчит, и за поворотом оказывается открытый вход в танцевальный зал, где стоит охрана. Девушка останавливается и поворачивается к гостю, чуть кланяясь.       — Вот мы и прибыли. Дальше я не могу вас сопровождать.       — Я премного Вам благодарен за Вашу помощь. Один бы я не справился.       — Теперь мне стоит вернуться к своим обязанностям.       — Прежде чем удалиться, пани, не могли бы Вы мне оказать ещё одну услугу? — девушка сконфуженно смотрит на него, и Сан понимает, как возможные непристойные мысли проносятся у той в голове. — Мне нужен Ваш актёрский талант, ничего более.       — Откуда Вы?.. — поражённо выдыхает девушка, но быстро отмахивается от вопроса, прикладывая ладонь ко лбу и качая головой. — Хорошо, что именно я должна сделать?       Капитан галантно подходит ко входу, излучая свою имеющуюся обворожительность, дружелюбно улыбаясь и до тех пор, пока перед его красивым лицом не сомкнутся лезвия топоров. Даже этот металлический звук не убавит его смелости. Хотя бы внешне.       — Сегодня такой замечательный день! У меня хорошее настроение встретиться с Принцем и обрадовать его своим визитом.       — Представьтесь, пожалуйста… — начинает мужчина, но его грубый голос потухает в высоком женском крике:       — Ах!       Охранники переводят взоры в коридор, где служанка обронила тазы с бельём.       — Что Вы здесь делаете?       Мужчины подходят к ней, и пока один помогает ей подняться, второй будто допрашивает и говорит, что слугам не место в этом крыле, где состоится торжество. Девушка быстро глянет на Сана, и Чхве благодарно ей кивнёт, прежде чем раствориться в толпе гостей. Пока музыка полностью не поглотит его слух, он улавливает фрагмент беседы охранника и служанки: «Куда он запропастился?» — «Господин решил покинуть Дворец». — «Как быстро он изменил своё мнение». — смеётся второй.       Зал оказывается слишком огромным, поэтому Капитану нетрудно уберечься от внимания стражи.       Гости глядят на него: девушки и женщины призывно шепчутся, а мужчины ревниво смотрят на них, завидуя молодому, полному сил господину. Да, Чхве Сан с рождения неотразим.       Принца найти не составило труда, когда он так печально и одиноко сидит на троне вокруг веселящейся толпы; он отказывается от танцев — и не сказать, что праздник посвящён ему.       — Почему грусть затмевает Вашу чудную улыбку? Я уверен, что она красивей этих искривлённых губ.       Сонхва поднимает серый взор на Сана, и капитан замечает, как в глазах напротив плещется скука и усталость от однообразия, зловредной рутины. И это изумительный для Чхве шанс действовать.       — Не изволите потанцевать со мной, Принц Пак?       Сонхва изысканно поднимает брови, но кротко кивает, позволяя мужчине обхватить его ладонь и вывести в зал. Сан сцепляет их пальцы, отводя в сторону, а свободную — укладывая на изящную талию. Пак же ладонь оставляет на чужом плече и чуть опускает голову — от неловкости, и Чхве начинает танец под изящную мелодию.       Люди охают, когда Принц выходит в центр зала впервые за сегодняшний вечер, и Сан ощущает себя победителем. Оркестр играет новую мелодию, и Капитан осторожно начинает танец. Гости немного сливаются, становясь золотисто-серым фоном, когда весь фокус любопытства Сонхва сосредоточен на незнакомце.       — Я Вас никогда не видел.       — Оно и неудивительно, ведь я только сегодня прибыл в Ваше Королевство. Никак не мог пропустить столь грандиозное событие.       Сонхва привлекательно прикусывает губу, отводя взгляд и немного хмурясь. Сан улавливает какую-то важную связь состояния принца с этим праздником.       — Да, оно грандиозное. И очень торжественное, — и догадки Чхве подтверждаются, ведь Пак проговаривает это безрадостно, весьма мрачно для того, для кого это событие устроено.       — Вы будто не счастливы из-за этого.       Сонхва наконец-то позволяет себе перевести взор на этого господина.       — И Вы будете правы, — музыка сменяется на более ритмичную, и Пак отходит от Сана, убирая ладони. — Давайте поговорим в другом месте, где не так шумно.       Чхве кивает и следует за принцем, пока люди продолжают веселиться, не замечая ухода Пака.       Они минуют множество коридоров и лестниц, пока, как окажется, не попадут в небольшое крыло, ведущее в покои Сонхва. Здесь располагаются спальня, личный гардероб и огромный балкон с видом на море. Пак предлагает именно на нём побеседовать.       — Замечательное место. Отсюда открывается чудный пейзаж.       — Вы даже не представляете, как много раз я его видел. За эти годы он стал мне ненавистен, и всё, что связано с моим титулом — тоже.       Сан кивает, внимательно выслушивая некую исповедь принца. А ведь капитану и ничего делать не приходится, раз Пак сам доверился ему так неожиданно и очень кстати. План в воплощении оказывается слишком простым.       — Каждый день я практикуюсь в фехтовании, в языках, в военных дисциплинах, но я никогда не был за пределами Дворца. Я не знаю, что по правде волнует народ; что ему нужно, а не то, что твердит мой отец. Управлять страной — значит заботиться о простых смертных, на плечах которых и стоит Королевство.       — Вы очень проницательны. — Прекратите меня хвалить — меня это унижает.       — Поразительно, — изумляясь чужому характеру, выдыхает Сан, и Пак это никак не комментирует, продолжая нить своего монолога.       — …Но мне просто хочется оказаться на месте простых людей, чтобы в любое время отправиться в порт, а затем уплыть в другие Королевства, и знакомиться-знакомиться с новыми понятиями.       Чхве улыбается уголком губ, ведь лучше ситуации и не придумаешь.

***

      — Как же он не понимает, какой это огромный риск, — раздражённо выдыхает Минги, сминая исписанные, уже с неактуальной информацией бумаги под вопль Уëна. — Да они не нужны, что ты так переживаешь!       — Мы не можем быть не согласны с капитаном, — спокойно выдаёт Чонхо, сев на ящик, где спрятаны некоторые боеприпасы.       — Но при этом мы не можем с ним постоянно соглашаться. Все люди ошибаются, и эта идея — провальная, — продолжает Минги, хмуро цепляясь за узор своего почерка. Пыл немного остывает под влиянием мелодии морских волн.       — Капитан решил самостоятельно действовать, поэтому нам остаётся только ждать, — мягко проговаривает Ëсан, аккуратно поворачивая штурвал. Погода сегодня чудная.       — Ладно, ты прав. Нам скоро до земли?       — Через полчаса будем в городе М.

***

      — А чем занимаетесь Вы? — интересуется Сонхва.       Сан обходит Принца, облокачивается на перила, улыбаясь закатному солнцу. Так он оказывается спиной к Паку. Внутри Чхве — безмятежность, когда он выдаёт простое:       — Я пират.       — Вы пират? — поражённо повторяет Сонхва, и Сан не слышит какого-то опасения — сплошное любопытство.       — Да, и Вы можете отправиться со мной в плаванье, куда угодно, — Сан оборачивается, не тревожась. — Мы будем разрезать море своими путями, много говорить с иноземцами, пробовать новую еду и получать знания. Я намереваюсь исполнить Ваше желание. Но готовы ли Вы оставить всё, последовав за мной?       Сонхва несколько раз моргает, и Чхве на секунду сомневается в своём плане, ведь Пак может с лёгкостью сдать его страже, а уже завтра утром Сан может лишиться головы, но принц, к его удивлению и облегчению, только добродушно смеётся, приближаясь к капитану.       — Хоть сейчас, мистер…       — Чхве Сан.       — Мистер Чхве, я готов за Вами последовать хоть на край света.       Сан не может сдержать улыбки, потому что он действительно счастлив.       Это было довольно легко.       — После торжества к Вам никто не заявится в покои?       — Только утром служанка сообщит, что через пару часов надо на занятия, и это будет не раньше восьми.       — Что ж, у нас есть двенадцать часов, чтобы добраться до порта и уплыть, — Сан становится донельзя серьёзным. — Я повторюсь: Вы истинно хотите идти со мной?       — Да, и тысячу раз «да»! — восклицает Пак, и Чхве забавляет такое детское рвение.       — Хорошо, сколько Вам необходимо на сборы?       — Около пятнадцати минут.       — Отлично, Ваше время пошло, Принц Пак.       Сонхва тушуется, когда направляется к выходу из балкона, прежде чем остановиться:       — Лучше зовите меня по имени. У нас с Вами одна пагубная цель, поэтому мы вольно-невольно, но сблизимся, — Сан кивает и провожает принца взглядом, который мгновенно успокаивается, а затем вновь глядит на марину, любуясь ей с такого замечательного обзора в последний раз. Вернуться в это Королевство после такого радикального шага он вряд ли сможет.       Сонхва вытаскивает из гардероба средних размеров сумку, кладёт в неё вещи попроще, дорогие украшения в качестве платы и свой дневник, где он на каждой странице грезил о путешествиях, и наконец-то он сдвинется с места.       Пак вынужденно выходит на балкон, где уже успело похолодать, поэтому он пытается спрятать от ветра открытое горло воротом рубашки. Сан замечает это и поспешно стягивает с себя пиджак, накидывая его на плечи Принца, и Пак робко улыбается, отчего сердце капитана щемит.       — Как чудно, что Ваши покои на третьем этаже. И мне придётся перед уходом испортить одну вещь.       — И какую же?       Сан интригующе улыбается, а затем беспрепятственно срывает дорогую портьеру, связывая из неё верёвку.       Пак переминается с ноги на ногу, неловко удерживая в руках сумку, когда он смотрит за пределы балкона вниз, где его учтиво уже ждёт Сан.       — Бросайте сумку, — Сонхва тяжело вздыхает и кидает вещи, что очень точно оказываются в руках капитана. И будь Чхве человеком алчным и безжалостным, просто бы сбежал с драгоценностями, но ведь он этого не сделал; остался, чтобы дождаться Принца и скрыться вместе. — А теперь аккуратно спускайтесь.       — Я-я… — Сонхва отводит взор, пристыженно опуская голову. — Боюсь.       — Я подстрахую Вас, только прошу — действуйте. Ради Вашей мечты.       Паку хватает сил, чтобы снова посмотреть на Чхве и мысленно согласиться с ним. Да, Сонхва не может упустить такой шанс и не исполнить своё трепетное желание. Именно поэтому Пак, собравшись морально, перебрасывает одну ногу и разворачивается, хватаясь за связанную из портьер его спальни верёвку. Осторожно отталкиваясь от стены, он медленно спускается, по итогу оказываясь в руках капитана, когда до земли остается не более полутора метра.       — Вы молодцы, Сонхва. Я горжусь Вами. Но у нас с Вами нет времени на любезности — каждая минута дорога, поэтому идёмте.       Сан ухватывает одной рукой сумку покрепче, а второй — ладонь Принца, сильно сжимая, чтобы никакая преграда не разлучила их.       Только сегодня Пак узнаёт, как плохо охраняется часть сада, раскинувшегося перед его крылом, потому что они без труда покидают территорию дворца, через лес быстро добираясь до ближайшей деревни. Сонхва очарованно смотрит на дома и горящие в них огни, которые позволяют разглядеть в помещениях бедные счастливые семьи, и Пак с грустью понимает, как сильно ему не хватает родительской искренней любви.       — Постойте в тени, я вернусь через минуту, — Сонхва кивает и выполняет просьбу капитана, вставая за стеной дома, чтобы с крыльца его не было видно.       Как Чхве сообщает, он возвращается через минуту, держа в руках что-то тёмное. Только потом, когда это нечто оказывается на нём, до Пака доходит, что это тёмный плащ.       — Чтобы никто не поразился Вашему чудному костюму.       — А что насчёт Вас? — подняв бровь, с игривостью спрашивает Сонхва, надеясь увидеть хоть какое-нибудь смятение на лице капитана, но тот даже не усомнится в своих действиях, когда он так беспардонно стянет жилет и костюмные брюки, оставаясь в одних накрахмаленной рубашке и панталонах, вызывая у Пака на лице невыносимый гранатовый жар. Чхве не обращает на это внимание, берёт ладонь Принца и ведёт за домами, где уличный и домашний свет не коснётся их сбегающих фигур.       Они скоро минуют плотно застроенные районы, и Сонхва открывается вид на ночной порт. Странно, что людей около него в это время относительно много, и Чхве только собирается озвучить этот вопрос, как он замечает деревянную вывеску над дверью в небольшое здание.       — Трактир? — Принц переводит взор на Капитана, который никак не подсказывает своим молчанием, а только подталкивает ко входу; Сонхва немного сопротивляется, тушуется, но при этом он доверяет Чхве, поэтому толкает дверь, заходя в здание.       Внутри довольно тесно: такое впечатление складывается из-за низкого деревянного потолка и близко расставленных круглых столиков — это было сделано для того, чтобы как можно большее количество людей могло задержаться здесь, а посетители, особенно уставшие работники-крестьяне и моряки, не прочь вечерком побаловать себя добротной кружкой пива. Мужчины что-то обсуждают, громко хохоча и стукаясь стаканами, залпом выпивая сладкую пену. Сонхва неоднозначно относится к этому, но особого негатива не ощущает — потому что это простые люди, его народ, который таким образомом отдыхает.       Сан к этому времени оказывается около бара, облокачиваясь на стойку. Бармен, протерев стакан, оборачивается и сдержанно улыбается. Чхве понимает, что видит этого работника впервые.       — Что желаете, мистер?       — Три рюмки заморской водки.       Парень хмыкает и выходит из-за стойки, сопровождая двух людей. Они заходят в зону складов и небольших комнат отдыха. Бармен открывает одну из дверей, и Сан замечает старого знакомого.       — Хей, какие люди. Не думал, что ты скоро заглянешь, — товарищ оценивает внешний вид друга, прыская со смеху. — Так ещё в таком непрезентабельном виде.       Сан криво ухмыляется, проходя в маленькую комнату, в которую осторожно вплывает Сонхва. Сонхо поражëнно приоткрывает рот.       — И не один… — Го, хмурясь, смотрит на проглядывающий из-под непримечательной накидки герб королевской семьи и охает. — Ты что, похитил Принца?       — Да тише ты, ещё не хватало, чтобы твоя забегаловка слухи распускала, — громким шёпотом прикрикивает Сан, стремительно оказываясь возле друга, чудом сдерживаясь, чтобы не ударить его.       Сонхо закатывает глаза, складывая ладони на груди.       — Они не в том состоянии, чтобы услышать наш разговор.       — В общем, мне нужна твоя помощь, — и Го выдыхает что-то по типу: «Я так и знал, что ты за просто так не явишься».       — Что конкретно?       — Одежды и провианта в дорогу.       Сонхо коротко глядит на Принца и переводит взор обратно на товарища.       — Тебе на какой срок.       — На две недели.       — Ох, ну и серьёзно же ты влип, друг, — Го опускает ладонь на лицо, тяжело вздыхая. — А Вы, многоуважаемый Принц, готовы к небольшому путешествию?       — Вообще, мистер Чхве не похищал меня, — Сонхва чувствует себя неловко, поэтому немного мямлит, из-за чего Сонхо приходится прислушиваться. — Меня зовут Сонхва. Пожалуйста, обращайтесь ко мне именно так.       Го ловит непонятный взгляд Чхве и только кивает.       — Хорошо, я всё подготовлю. Можете отдохнуть здесь. Сборы займут не больше получаса.       — Спасибо тебе. Я твой должник.       — У пиратов много долгов перед простыми, — игриво выдаëт Сонхо, похлопывая товарища по плечу. — Ладно, я пошёл.       Сан благодарно дарит улыбку, провожая друга взором. Сонхо ровно через полчаса сообщает, что все приготовления готовы, и Сан вновь бесконечно его благодарит. Сонхва только наблюдает за ними и тепло улыбается, ведь он познаёт эту новую сторону капитана. Джихун аккуратно стучит о косяк двери и входит в комнату, когда Го разрешает ему.       — Через десять минут начнётся шторм, поэтому Вы, господин Сан, не сможете отправиться прямо сейчас.       — Сан, у нас есть свободные комнаты, поэтому вы можете переночевать здесь, а я, если что, прикрою тебя, если что-то пойдёт не так.       — Одна, сэр, — поправляет Джихун, робко поникая.       — Что, прости? — переспрашивает Сонхо, и Им ещё больше тушуется.       — Из-за этого шторма большинство гостей решили остаться сегодня, поэтому у нас есть только одна свободная комната.       — Сонхва, если Вы не против… — на что Пак только кивает, мягко улыбаясь, и все присутствующие думают, что они беседуют с ангелом, а не обычным человеком.       — Да, я не против.       — Тогда я быстро постелю вам, — говорит Сонхо, уходя в одну из спален, а сам отправляет Джихуна работать, ведь его заждались ночные клиенты. Сан коротко смотрит на Принца и всё-таки решает продолжить эту тему.       — Эти комнаты отличаются от ваших покоев, они могут показаться Вам немного неудобными и они предназначены для одного гостя, так что… — и его перебивают:       — Я не позволю Вам спать на полу, Мистер Чхве. Если это необходимо, я готов разделить с Вами ложе.       Капитан проглатывает язык, и до Пака только через мгновение доходит, что звучит это ярко и непристойно. Сонхва намеревается исправиться, но Сан жестом даёт понять, что он всё в порядке.       — Хорошо, я премного Вам благодарен за Вашу отважность.       К сожалению, обстоятельства вынуждают их остановиться, чтобы переждать эту ночь. Сан получает сменную одежду и скоро переодевается, оставляя элементы нарядной висеть на спинке стула. Сонхва, скорее, из-за статуса, более изящно стягивает плащ и ткани, не стыдится своей наготы перед незнакомцем, накидывая спальную рубаху, пропахнувшую обычным мылом. Во дворце его бельё имело иной аромат, но этот, такой по-человечески простой, ему нравится больше.       Сонхо больше не приходит к ним, видимо, решая вопрос с иногда появляющимися буйными посетителями. До самого утра они будут предоставлены друг другу. Принц первым садится на постель, укрываясь и ожидая, когда Капитан всё же решится.       — Мистер Чхве, это только на одну ночь. Вам стоит отбросить все моральные принципы и просто лечь спать. Нам необходимы силы, чтобы продолжить путешествие.       Чуть вздрогнув, Сан поражается стойкости Сонхва; то, как он держится в новой для него ситуации, — достойно, и он верные слова проповедует, что им обоим правда лучше выспаться, потому что эта ночь штиль перед бурей.       А ещё забавляет то, как Пак не произносит слово «побег». Сан улыбается этим мыслям и наконец-то присаживается на другой стороне постели чуть ли не на самый край.       — Вы будете охлаждать мой пыл, чтобы я не сделал что-то опрометчивое и непоправимое, — с улыбкой тянет Чхве, заваливаясь на удобную для него постель — в его каюте кровать скрипучая и со старым матрасом. Сонхва лежит рядом, плечом к плечу, и смотрит в потолок на горящую лампаду, которую они намеренно не задувают.       — Буду рад служить, Мистер Чхве.       Сану только немного неловко, что Принц никак не может назвать его просто по имени, но не собирается затрагивать эту тему, по крайней мере этой ночью. Они желают друг другу спокойной ночи и, уставшие после продолжительного бега, скоро засыпают.

***

      Утро у судового врача начинается по-обыденному умиротворённо. Он оценивает количество медикаментов, спрашивает о самочувствии каждого из команды, и так наступает обед. Палящее солнце слепит в глаза, и Юнхо жмурится, ставя ладонь на манер козырька, когда поднимает голову к небу. И эту чудную, мирную картину разрезает чей-то крик из орлопдека.       Чон вздрагивает и в следующее мгновение мчит к лестнице, быстро спускаясь и бежа в направлении голоса, оказываясь у плотницкой.       Юнхо чуть ли не ломает дверь, когда влетает в комнату и замечает на руке клерка алую стекающую кровь. Хонджун порицательно цокает, не сразу обращая внимания на вбежавшего.       — О, Юнхо, ты как раз вовремя. Минги нужна помощь.       — Да вижу я, — без эмоций проговаривает врач, обхватывая локоть здоровой руки его пациента. — Идём уже.       Сон помалкивает, угрюмо смотря в пол, пока Юнхо не усадит его на кушетку.       — Бедный Минги-я, как же тебя так угораздило? — проговаривает Юнхо, выискивая в шкафах всё необходимое и скоро возвращаясь к раненому другу.       Сон тяжело вздыхает, когда Юнхо осторожно смывает кровь, а потом аккуратно обрабатывает рану.       — Хонджун попросил помочь, но я не думал, что пилой трудней орудовать, чем пером, поэтому вот, — Минги дёргает рукой, вновь вздыхая, — я твой новый пациент.       — Не переживай, лезвие неглубоко прошло, так что через неделю рана затянется, — Юнхо разматывает бинт, бережно накладывает его на кисть и очень чутко, разрезав на два конца, завязывает узел. — Готово. Рад, что это твоя нерабочая рука.       Минги моргает, недоумевающе поднимая брови, на что Чон быстро поясняет:       — Ты можешь продолжать писать свои глупые стишки.       — Раз ты об этом говоришь, значит они не настолько глупы, как ты выразился, — усмехается Клерк, а Чон сразу отнекивается.       — Теперь жалею, что тебе не отрубило руку.       — Какой ты жестокий, — притворно обижается Минги, вставая со стула и вынуждая врача поднять голову. — Если ты не против, давай вечером прочитаю тебе несколько новых строк.       Юнхо воодушевлённо кивает, и Сон дарит ему милую улыбку, прежде чем отправиться на палубу, но на одну секунду останавливаясь в дверях.       — Буду ждать тебя у мыса корабля в восемь.

***

      Спокойствие с моря не достигает порта, ведь с самого утра Сонхо пытается не проколоться, когда в его трактир вместо постояльцев жалует королевская стража.       — Доброе утро, господа. По какой причине вы решили обрадовать меня своим визитом.       — Отставить эти любезности, торговец. Лучше рассказывай, видел ли ты вот этого парня, — мужчина в металлическом облачении резко поднимает плакат на уровне глаз Го и грубо впихивает в самое лицо. Сонхо растерянно берёт лист и отодвигает его, чтобы увидеть знакомые черты. «Чëрт, слишком быстро эта весть разнеслась».       Джихун видит, как Сонхо пытается потянуть время беседой о том, что видит этого человека впервые, а так поразился, потому что парень на бумаге выглядит красивым и непохожим на преступника; «Возможно, вы ошибаетесь, господа» — как бы к слову добавляет Го, как можно больше заливает воду; и Им, пытаясь незаметно, ускользает в комнату.       — Мистер Чхве! — громким шёпотом сообщает Джихун, вбегая в гостевую. Сонхва и Сан только проснулись и успели переодеться, как их застаёт такой нервный Им. — Вас разыскивают по всему Городу. Считают Преступником, — бармен кладёт на столешницу мятый плакат, где изображен портрет Капитана и вознаграждение, которое получит человек, который приведёт его во Дворец, а также спасёт Принца. Капитана в любом случае казнят за все принесённые им убытки. — Мистер Го сейчас разбирается с Королевской охраной в основном зале, поэтому Вам лучше бежать через чёрный выход.       — По морю мы не сможем уйти? — спрашивает Сонхва, скорее собирая свои вещи в сумку, и Джихун отрицательно ведёт головой.       — Там стоит стража и контролирует все лодки, поэтому вас там легко поймают.       Сонхва и Джихун переводят взгляд на Сана, который задумчиво смотрит в одну точку впереди себя, держа у подбородка кулак. Как же им поступить.       — Есть какая-нибудь часть Королевства, куда не донеслась эта новость?       — Отец говорит, что на севере сложно наладить связь, — лепечет Пак, и Сан ухватывается за эту информацию.       — Отлично. Так и поступим, — Капитан поворачивается к Джихуну. — Вы же можете одолжить телегу? В долгу не останусь.       — Перед тем, как открыть сегодня паб, Мистер Го сказал, чтобы я Вам всячески помог, чтобы спастись, поэтому да, одолжить можем. Следуйте за мной.       Все срочно покидают комнату, тихо топая по деревянному полу и улавливая неловкость в голосе Сонхо и твёрдость стражей, когда они упоминают, что собираются в любом случае всё здесь обыскать. Поэтому Джихун резче отворяет чёрный выход, придерживая дверь, чтобы Капитан и Принц бесшумно выбежали. Им ведёт их во двор, где у бара стоит торговая телега, запряженная прекрасной лошадью.       — Скорей же, запрыгивайте.       Сан следует указаниям и затем протягивает ладонь Принцу, помогая тому ловко залезть. Им в это время кормит животное и молится, чтобы оно выдержало столь долгий и сумасшедший путь, и стоит ему отойти, как Капитан ловко ухватывает поводья и бьёт ими по лошади, устремляясь в противоположную сторону от порта. Джихун поспешно возвращается в бар, чтобы тоже потянуть время разговором. «Лишь бы с ними всё было отлично». — думает Сан, ускоряясь на прямых путях. Сонхва накидывает на голову капюшон плаща и придерживает его, чтобы порыв ветра от езды не раскрыл его личность.       Они проезжают мимо торговых точек и палаток, поражая народ скоростью, но благо никто их не узнаёт. Когда рынок, да и большая часть города, остаётся позади, они проезжают мимо одноэтажных домов и огородов вблизи моря. И всё мирно, хорошо до поры до времени.       — Чёрт, — ругается Сан, заставляя лошадь притормозить. И Сонхва выглядывает из-за повозки, чтобы понять причину такого состояния Капитана.       — Что там?.. — взор Пака от ужаса округляется, когда он видит порядком десяти охранников, расспрашивающих жителей и показывающих им листовки. — Срочно, поворачивайте налево.       — Но там же море…       — Делайте так, как я велю, — строго сообщает Пак, и Сан вынужденно ведёт животное за дома. Когда повозка останавливается, Сонхва без помощи спрыгивает с неё, не забыв про сумку. — Быстрее уходите.       Сан идёт за Сонхва и заходит в кустарник, затаивая дыхание. Это так странно, что стража оказывается на периферии Города так скоро.       — Они не будут досконально прочищать этот район, намереваясь скорее вернуться в центр, поэтому нам нужно просто переждать.       Капитан поражается, как Сонхва способен сохранять спокойствие в такой пугающей ситуации, в которой он оказывается, нет сомнений, впервые. Принц прислушивается к разговорам и шуму, пока Сан пытается унять дрожь.       — Кажется, они ушли, — с облегчением выдыхает Сонхва, касаясь плеча Капитана. — С Вами всё хорошо, Мистер Чхве?       Сан не доверяет своему голосу в этот раз, ему никогда не было так страшно за себя и другого человека, который ему никем не приходится, поэтому кротко кивает, и Принц одаривает его тёплой улыбкой.       — Вы кто? — звучит настороженно откуда-то сверху.       Капитан и Принц оба замирают и поднимают головы, замечая в окнах оторопевшую женщину, которая, кажется, узнаёт их лица.       — Боже, это же Принц, — восклицает она, крича через всё здание вглубь. — Стража, стража! Они!..       — Пани, погодите, — Сонхва выходит из-за укрытия, отряхивая плащ от листьев. — Если Вы не доложите о нас, я Вам заплачу.       Видно невооружённым глазом, что простушка сомневается, будучи в смятении, но когда Сонхва показывает ей рубиновое ожерелье, то качает головой.       — Мне не нужны ваши деньги, только ответьте на один вопрос, — Пак кивает, разрешая озвучить задуманное. — Вы будете счастливы, если уйдёте?       Принц неосознанно переводит взор на Сана, видит его растерянность на лице, и этого достаточно, чтобы подтвердить слова женщины.       — Да, непременно.       — Тогда счастливого пути, Ваше Величество.       Сан никак не может прийти в себя, даже тогда, когда Сонхва берёт его ладонь и ведёт обратно к телеге. Они быстро запрыгивают и начинают свой путь вновь, выезжая из-за угла дома этой простушки. На пути действительно никого нет.       Они вот-вот видят врата, означающие выход из Города, но со всех сторон доносятся угрожающие крики.       «Кошмар, они ещё не ушли», — раздражённо думает Сонхва, приказывая Сану остановиться.       — Но!.. — сомневается Капитан, поэтому Принц самостоятельно останавливает повозку, поднимаясь и стягивая капюшон. Всё равно их уже нашли.       — Стоять! — строго кричит Пак, и охранники замирают, ещё толком не окружив повозку.       — Я, Принц Пак Сонхва, приказываю вам не следовать за нами и не преследовать нас.       — Но Ваш отец… И этот негодяй похитил Вас!       — Это не так, — Сонхва намеревается ещё что-нибудь сказать в своё оправдание, но чувствует касание на пояснице, мол, не нужно им всё рассказывать, чтобы их потом нашли. — Поступим иначе.       Перед лицами десятерых открывается сумка с королевскими сокровищами, и заметно прекрасно, как людьми этими управляют золотые деньги. Продажные, бедные люди.       — Я Вам отдаю эту сумку, а вы сообщаете Королю, что я погиб вместе с ним, — твёрдо говорит Пак, указывая на Капитана. — Причина — потопление лодки на северо-западе. Если же условия не будут соблюдены, я отыщу возможность разобраться с Королевскими предателями, — на этой фразе мужчины замирают, ощущая всю серьёзность данной ситуации. — Ну так что?       А ответом ему было остервенелое рвение к сумке; стража напала на неё, как голодные собаки на обглоданную кость. Сан наблюдает за этой ужасной картиной — нет, конечно, он тоже любит деньги, но не до такого фанатичного состояния, — и Сонхва мягко касается его рукава, мол, можем отправляться.       Капитан, придя в себя, бьёт по лошади, и они неспешно едут, покидая черту Города.

***

      Юнхо, как ему наказали, подходит к мысу ближе к восьми; Минги его уже заждался, до этого вместе с Чонхо перенеся несколько ящиков и одеял, чтобы было где расположиться во время чтения. На палубе, кроме них, никого нет — все ребята отдыхают в своих комнатах, только крайним зашёл Ëсан, как только он смог остановить корабль и причалить к пиратскому порту.       Чон укутывается в плед, так как весенние ночи в этом году стали холодней. Он видит Сона, улыбается ему слабо и садится на один из ящиков, подтянув к себе ноги, чтобы и теплей стало, и удобней сидеть. Минги это улавливает и очаровательно хмурится.       — Может, нам лучше почитать в каюте? — Юнхо отрицательно ведёт головой, успокаивая заботливую лихорадочность клерка своей мирной улыбкой.       — Нет-нет, всё отлично, — врач немного молчит, отводя взгляд, а потом еле слышимый шёпот разносится по ветру: — От твоих стихов мне станет теплей.       У клерка уголки губ дёргаются вверх, и весь его вид кричит о неловкости, а Юнхо чувствует вместо прохлады разливающееся самодовольство, правда, он не ожидает увидеть в руках Минги небольшую гитару, и когда тот немного играет, Чон поражëнно выдыхает:       — Ты ещё и музыкант?       — У меня много талантов, — гордо шепчет клерк, пальцами порождая чудную мелодию. До Юнхо доходит — это не стихи, это полноценная песня. «Так ещё и о любви», — розовея, понимает Чон, продолжая слушать глубокий чудный голос клерка. И Минги очень мягко заканчивает песню, ещё несколько секунд играя проигрыш, в котором последние ноты звучат, как весенняя капель.       — Это… потрясающе, — воодушевлённо проговаривает Юнхо, и Сон ощущает, что прямо сейчас его переполняют светлые чувства к этому порой раздражающему, но очень мягкому человеку.       Минги убирает гитару, приподнимается, и дальше Юнхо не соображает, как Сон его мягко целует. Ветер скользит между лицами, и горячие уста неимоверно согревают врача. Чон отвечает медленно, позволяет Минги натянуть плед на их плечи, а затем запустить руку в волосы, чтобы прижать сильнее. Это не Юнхо от природы вредный, он просто умело утаивает свои чувства. Когда Минги отстраняется, он видит в глазах напротив отражающиеся звёзды и блеск воды, и Чон нежно смеётся, опуская лоб на сильное плечо клерка.       — Что смешного?       — Ты только что признался мне в любви песней, — врач поднимает взор, чтобы оценить смятение на лице Сона и, полный распирающих чувств, усмехнуться. — Ты такой романтик, Минги.       Покрасневшее лицо клерка видится Чону самой красивой картиной.

***

      Дом Сонхва далеко позади, и вместе с Саном принц приветствует новый город, провинцию, растущую, в отличие от Центра, вдоль моря. Прибывают они к самому вечеру, поэтому незнакомый городок встречает их уже с зажжёнными фонарями. Здания все одноэтажные, но с высокой крышей, которая позволяет соорудить там спальни или устроить большой склад, а фасады будто бы украшены рыбацкими сетями — Пак не поразится, если каждый день будет питаться рыбой.       — Ловко ты им поставил условия.       Сонхва отвлекается от разглядывания домишек и обращает внимание на Сана, который несколько часов так ответственно ведёт повозку. Наверняка он устал.       — Иначе бы они нас не отпустили. Я должен был это сделать.       — Теперь, по твоим словам, мы мертвы, но есть люди, которые помнят нашу внешность, и нам нужно с этим что-нибудь сделать.       — Я подумал, что Вы будете больше переживать за ночлег в неизвестном городе, — смеётся Сонхва, прикрыв рот изгибом запястья и слыша ответное фырканье.       — Это как раз-таки не проблема, Сонхва, — повозка замедляет свой ход, и лошадь под ударом Капитана с тихим ржанием останавливается. — Нам нужно сюда.       Принц поражается, как этим вечером Чхве способен что-либо разглядеть, особенно таблички с невзрачными буквами. Сан по обыкновению помогает Паку спуститься, а затем провести в здание.       Внутри очень темно, только свечи, расставленные по углам, освещают путь. Создаëтся пугающая атмосфера.       — Странное место… — тянет Сонхва, пытаясь хоть что-нибудь увидеть в помещении.       — Вы от рождения были тëмноволосым? — внезапно спрашивает Сан.       Сонхва замирает, немного задумываясь, но потом утвердительно кивая.       — Вы не прочь изменить образ?       Через некоторое время Сонхва короче подстригают и окрашивают в блонд. Когда процедура завершается, Сан изумлённо выдыхает, ведь Пак выглядит донельзя прекрасным с этим цветом.       — Ты точно принц, — Сонхва прикусывает губу на комплимент, стеснительно отводя взор и не обращая внимания на внезапную неформальность, а парикмахер только добродушно смеётся.       — Вы верно подметили, — мужчина убирает все инструменты, довольно хлопая в ладоши. — Ну что ж, принимайте работу.       Сонхва оставляет в качестве платы свою золотую серьгу, продав которую, можно выкупить всю землю этого провинциального городка.       Парикмахер поражается такому дару, но принимает плату.       — Как вас зовут?       Принц останавливается и оборачивается, мило улыбаясь мужчине. Сан понимает, что они не обсудили этого, когда разрабатывали этот план.       — Чхве Сонхва.       И Сан не знает, как на это реагировать.       Только парни намереваются уйти, как мужчина их окликает.       — Погодите! Вы, наверное, ищете ночлег. Вы можете остаться у меня и моей жены на одну ночь.       — Но как же плата…       — Серьги предостаточно. Следуйте.       Поборов смятение, парни отправляются за мужчиной. Он тушит все свечи, кроме одной, которую несёт в руках, пока ведёт их через узкие коридоры прямиком к лестнице. В мансарде располагается небольшое жилое пространство, включающее две комнаты и кухню. Когда парикмахер снимает обувь и надевает тапки, из зала выходит женщина, удивляясь ночным гостям.       — Милая, эти люди только на одну ночь. Накорми их, пожалуйста. Все вопросы завтра утром. Хозяйка кивает, переводит взор на гостей и улыбчиво приглашает их в кухню. Обстановка очень скоро становится мирной, нет повисшего напряжения, и ближе ко сну парни ощущают себя, как дома, как в кругу семьи — той самой идеальной, которой нет ни у одного, ни у другого.       Чуть ли не к часу ночи молодые люди уходят в подготовленную для них спальню. Принц тихо смеётся, пока переодевается, а Сан понять его не может.       — Хорошо, нам вновь придётся разделить ложе.       Чхве тоже меняет одежду, отвернувшись от Принца, мысленно хмыкая. У Пака есть чувство юмора.       — К этому несложно привыкнуть.       — Ну и замечательно. Думаю, мы будем с Вами часто в таких ситуациях.       — Сонхва… — Капитан оставляет одежду на стуле и разворачивается к другому, присаживаясь на край постели. Пак любопытно склоняет голову. — Зови меня по имени, прошу. Мы знакомы совсем ничего, но мы много чего преодолели вместе, и этого должно быть достаточно, чтобы сблизиться.       Принц ложится рядом, укрываясь, и улыбается приветливо, показывая ровный ряд белоснежных зубов.       — Хорошо, Сан, ты прав.       — Доброй ночи тебе.

***

      Рано утром команда Сана отчаливает из пиратского порта, и Уëн крадëт газету, намереваясь прочесть её за завтраком, но глаза останавливаются на витиеватом чëрном шрифте на жëлтой бумаге.       — Капитан Чхве… — плаксиво начинает Уëн, чуть ли не устраивая водопад горя, и Минги вырывает из его рук газету, читая заголовок на титульном листе.       «Принц Пак и Преступник, чья личность неизвестна, погибли из-за…»       — Это бред, — проговаривает Сон, пытаясь критически подойти к новой информации под фоновый плач уж слишком эмоционального Уëна. — Капитан не мог так жалко погибнуть — он ведь умеет плавать.       — А как же шторм, — как бы в тему добавляет Ëсан, поддерживая дискуссию. Минги на его слова машет ладонью.       — Наш капитан может сглупить, но не до такой степени, чтобы отправиться в плаванье в шторм.       Все на палубе, может, и неохотно, но соглашаются, потому что размышления Клерка логичны.       — Мы не должны задаваться вопросом, как погиб Капитан, а должны понять, где он сейчас находится.       Сон читает всю статью, слушая, как в бреде Уëна подмечается северо-запад.       — Ëсан, проложи путь на это направление. Мы идём туда. — Так точно, Минги-щи, — Кан учтиво кивает и бежит в свою каюту, чтобы вытащить карту с компасом и проложить маршрут. Юнхо хихикает, насмешливо закатывая глаза, когда Сон, повернувшись, смотрит на него скептически и недоумëнно.       — Настоящий капитан — вот, что я думаю.       — Только лично при Капитане не говори, а то из-за твоего языка мы лишимся первоклассного врача.       Чон находит в себе силы не смутиться комплименту и усмехнуться, прежде чем уйти в свою комнату. На палубе ему делать пока нечего. К этому времени Ëсан возвращается, уверенный в своëм интуитивном компасе, когда выплывает на Пиратское течение. Проходит после завтрака двадцать минут, как Канонир что-то замечает на горизонте.       — По курсу корабль, — кричит Чонхо, и Ëсан это подтверждает, готовый в нужный момент правильно развернуться, чтобы пальнуть по возможному врагу, и Минги бросает всё, выискивая бинокль, и направляет его на цель. Парус обычный, лодка будто торговая, опасений на первый взгляд не вызывает. Затем Сон рассматривает людей на ней и, облегчëнно выдохнув, убирает бинокль.       — Ребята, это друзья Сонхо, — кричит Минги, и команда успокаивается, как только слышит знакомое имя, некогда произнесённое их Капитаном. Когда торговая равняется с ними, Сон продолжает, обращаясь к чужой команде: — Что вы делаете на Пиратском течении?       — Сонхо сказал помочь вам с поиском Капитана, потому что он тоже не верит, что Сан мог так глупо умереть, — отвечает Сынбо, хохоча, и у торговцев появляются невольные улыбки. Этот Чон умеет поднимать настроение парням, с ним ни одно путешествие не проходит скучно.       — Такими темпами наш Капитан никогда не избавится от долгов, — театрально вздыхает Чонхо, тем самых смеша обе команды.       — Чего же мы ждём? В добрый путь, господа!

***

      Ещё с утра парикмахер и его жена кормят гостей завтраком, а затем отпускают. Мужчина всё объясняет женщине, показывая дорогую серьгу, и вчерашняя обида и смятение хозяйки сменяются счастьем. Они теперь богаты, они могут отремонтировать этот дом или уехать!       Парни привычно запрыгивают в повозку и отправляются дальше, покорять деревни и города, путешествовать.       Просторы зелёные, появляющееся цветение радует глаз. Они едут целый день, пока не доберутся до заброшенного небольшого порта. Поразительно, что им никто не пользуется, хотя лодки в хорошем состоянии.       — Я вижу остров, давай переберëмся на него, — предлагает Сонхва, и Сан соглашается. Сколько им можно ехать на этой телеге, лошадь безумно устала от долгой дороги.       Они неспеша переносят вещи на лодку, помогая лошади взобраться на неё. Телегу, к сожалению, приходится оставить в этом порте — уж слишком она тяжела.       Когда они оказываются на нужной земле, солнце скрывается за горизонт. В темноте трудновато, но возможно отыскать хворост, чтобы развести огонь и создать какой-никакой источник света.       Они вкусно едят, ухаживают за животным, а потом просто сидят и долго разговаривают, пока Капитан не встанет с сухой земли, повернувшись к Принцу.       — Давайте повторим наш танец, Принц Пак, — смешливо кланяясь, Сан протягивает ладонь и ждёт, когда растерянный обращением Сонхва шелохнётся и через миг примет приглашение. Капитан, галантно улыбаясь, сразу же устраивает другую ладонь на шикарной талии партнёра, тем пуще смущая Принца.       Морская вода вдохновляет их двигаться более расслабленно; как штиль танцевать, изредка поражая друг друга игривыми элементами, интригующими обоих.       Языки пламени облизывают своим светом лица людей, создавая безумно уютную атмосферу мира. Сонхва готов всю жизнь так забываться и танцевать вместе с Саном.       — Мне до сих пор любопытно, какова была истинная причина твоего визита в тот день, — почти беззвучно интересуется Принц, и он видит, как счастливая улыбка сползает с лица Капитана. Да, кажется, он затронул несколько не ту тему.       Сан отстраняется от Сонхва и садит их обоих обратно на землю, чтобы начать рассказ.       — Сонхва, это будет неприятная правда для тебя, — Сан поворачивается к Принцу, не сводит с него взор и тяжко вздыхает. — Изначально я должен был похитить тебя, а потом требовать от Короля выкуп, — Чхве ощущает, как его лицо то рдеет, то белеет, и он закрывает его ладонями. — Но за эти дни я понял, как ты мне дорог, поэтому я не смог бы поступить с тобой таким образом. Прости меня за эти скупые мысли.       Капитан тяжело вздыхает и невольно вздрагивает, когда Сонхва аккуратно трогает его локоть, вынуждая взглянуть из-за пальцевого укрытия.       — Но ты изменился, не бросил меня на произвол судьбы, и я очень благодарен тебе за это, — Принц наклоняется, заглядывая в растерянное лицо Сана. — А самое главное, что ты сдержал своё обещание и исполнил мою мечту.       Во взгляде Капитана розовые звёзды под призмой любви, ведь он смотрит на Пака очень благодарно.       — Сонхва, ты самый светлый человек, которого я когда-либо встречал…       Тишину разрывают волны, возникающие, когда кто-то режет воду носом корабля, и парни поражëнно замечают силуэт корабля, непохожего на королевский, значит, это не погоня.       — Капита-ан!       — Ребята?.. — Сан растерянно смотрит на команду во тьме, замечая чужие радостные улыбки, когда корабль причаливает к берегу. — Как вы…       — По Зову сердца, Капитан! Где Вы — туда и мы! — задорно выпаливает кок Уëн, подмигивая. Парни поддерживают его слова тёплыми кивками, а Чхве сдерживается, чтобы не пустить мужскую слезу.       — Это твоя команда? — Сан переводит взор на Сонхва, кивает, а потом протягивает ладонь, помогая подняться с земли. Команда трепетно ждёт.       — Парни, у нас пополнение. Любить и жаловать Пак Сонхва. Наш квартирмейстер.       Команда ликующе кидает головные уборы в небо, и, когда она затихает, Сан подходит к Сонхва ближе, вкладывает его ладони в свои и поднимает на уровне груди.       — И моя вечная любовь, — сентиментально выдыхает Чхве, и Пак по-глупому улыбается, когда Сан тянется к нему, но их прерывает посторонний кашель. Это оказывается Чонхо.       — Я, конечно, всё понимаю, любовь, все дела, но давайте отпразднуем это на борту корабля.       — О, и через два часа мы будем на берегу, в провинциальном городке Х, где можно будет торжественно отобедать по такому важному поводу.       Парни галдяще соглашаются с мнением двух, и Сану с Сонхва приходится мирно смириться — их это вовсе не злит — Капитан помогает Принцу подняться на борт.       Морской воздух развевает их волосы, и в свете луны и мелких звёзд Сонхва кажется сказочным Принцем, только потом Сан усмехается своим мыслям, потому что недалеко ушёл от правды.       Юнхо подбегает к Капитану, покашливаясь, чтобы обратить на себя внимание обоих.       — Что не так, Юнхо?       — По пути сюда мы встретили торговую лодку Сонхо, и он сказал, что Вы ему должны за одежду, провиант и помощь нам…       — Вот же морская собака, даже на расстоянии мозги выносит, — гневно выплëвывает Чхве, прикрывая веки, а Сонхва это ругательство забавляет, и он невольно хихикает.       Решительность человека — интересная штука, позволяющая ему горы свернуть. Даже если цель выражена неясно, правильный настрой подтолкнëт к истинному пути.

The End

——————————————————————