Мир без тебя — бесконечный недуг

Ты вновь в моих снах — тёмной вспышкой за гранью, Запахом серы, обугленной лжи. Чуя, ты — эхо, оставшееся в изгнании, Что в венах дрожит, но не рвёт миражи. Это пламя в ночи, что не просит пощады, Гнев, что сквозь кожу разрывает на шрам. Я ловил твои ноты в рассветах распятых, Но остался лишь привкус залы на губах. Как тебе без меня? Каково — без отчаянья? Без тех битв, что срывали нас в темень без дна? Ты терял себя в каждом моём испытании, Но, быть может, и я потерялся тогда. Я шагал за тобой по обугленным трещинам, Растворяя себя в переломанных снах. Если бог нас связал алой нитью трепещущей, Значит, пепел надежды рассыпался в прах. Ты смеялся — так низко, так тихо, так сдавленно, Проклинал этот мир, разрывая печать. Я хотел бы забыть, но память расплавлена, Без тебя этот мир не умеет дышать. Ты, конечно, уйдёшь — ты всегда был упрямым, Растворишься в закате, сжигая мосты. А я, как и прежде, останусь в обугленном пламени, Среди тех, кто забыл, но не смог отпустить. Ты исчезнешь во тьме, затерявшись в рассвете, Растворишься, как шёпот в глухих этажах. Но Йокогама запомнит наш выдох последним, Как шаги по обугленным, мёртвым мостам. Ты забудешь мой голос — сорвёшь, как усталость, Разобьёшь его в пламени, сжав кулаки. Но, Чуя, скажи — если всё это прошлое, Почему до сих пор в нём горят маяки? Я искал тебя в улицах, тёмных и смятых, Где кричат перекрёстки, где прячется боль. Но лишь ветер касался замёрзших запястий, Оставляя мне эхо ушедших шагов. Ты ушёл, но скажи — отчего этот город, В каждом блике витрины скрывает твой взгляд? Двойной Чёрный не стал просто чем-то далёким, Он застыл между строк, где огонь не угас. Ты ведь здесь, я же знаю — ты прячешься в пепле, Растворённый в огнях позабытых времён. И когда ночь сомкнётся, сплетая нам роли, Я шагну за тобой, где кончается сон.