Последний звонок

Телефон зазвонил ровно в 19:46. Она подскочила, едва не опрокинув чашку с кофе и схватила его дрожащими руками. На экране высвечивался знакомый номер. То, чего она ждала все эти долгие и мучительные недели. — Чан! — ее голос был таким же звонким, как всегда, наполненным искренней радостью. — Господи, я так скучала! Как ты? Где ты? Когда возвращаешься? — Привет, малыш, — голос на том конце был низким, теплым, каким-то уставшим, но все равно любимым. — Ты не представляешь, как я рада! У меня сегодня стоооолько всего произошло... — она тараторила, спеша рассказать все, что накопилось, боясь упустить хотя бы одну мелочи. — С утра я ходила на рынок, там наконец появились твои любимые мандарины! Купила целую корзину, представляешь? Почти все скупила! А потом зашла в кафе, ну в то самое, помнишь, у нашего дома? Взяла капучинку, но он оказался не таким вкусным без тебя... Чан молчал слушая, впитывая каждую нотку ее голоса. — А еще... — она улыбнулась, перебирая край скатерти. — Я нашла твою старую рубашку. Она пахнет тобой, я даже спала в ней... — Детка... — голос его стал тише. — Да? — У нас мало времени. Она нахмурилась, а тревога тонкими иголками начала вписаться в грудь. — Что случилось Чанни? Пауза. — Все хорошо, просто... расскажи мне еще что-нибудь. — Чан... Тишина. — Что происходит? Когда ты вернешься? Вдох. Выдох. — Я не вернусь, малыш... Мир рухнул. — Что... что это значит? Она встала на ноги, чувствуя, как кровь отхлынула от лица. — Малыш, я попал в засаду. Нам не выбраться. — Нет, нет, нет... — она закачала головой, стискивая телефон так сильно, что побелели пальцы. — Нет, не говори так! Кто-то приедет... Помогут... Пожалуйста, скажи, что вы не одни! Чан! — Нас окружили. У нас было четыре минуты, чтобы сдаться в плен. Я хотел услышать тебя в последние минуты. — Нет! Чан, Чан, Чан, умоляю, не говори так, не прощайся! Где-то вдалеке раздались глухие звуки. Громкие, пугающие. — Я люблю тебя малышка. — Чан! Грохот. Выстрелы. Взрыв. Шум в динамике, а потом... тишина. Сердце заколотилось в груди так, будто пыталось вырваться. Она лихорадочно нажала кнопку вызов. — Пожалуйста… пожалуйста… "Абонент временно недоступен. Попробуйте перезвонить позднее." Снова. "Абонент временно недоступен." Снова. "Набранный вами номер не существует." — НЕТ! Телефон выпал из рук, ударился о пол. Она зажала уши ладонями, не веря, отказываясь верить. Все это просто страшный сон. Он перезвонит. Он должен перезвонить. Да... Но звонка никогда не будет. Она закричала от боли, от отчаяния и бессилия. Мир без него вдруг стал пустым, серым и холодным. Теперь ей осталось лишь слушать эхо его последнего "Я люблю тебя", звучащее в ее голове. Этот проклятый голос автоответчика, снова и снова разрушающий ее мир: "Набранный вами номер не существует." Чан мертв. Это слово, едва зародившись в ее сознании, словно осколок стекла, вспороло грудь, выпустило всю жизнь и всю надежду. Дрожащими пальцами она вбила номер снова. "Набранный вами номер не существует." Громкий всхлип сотряс тело. Она набрала его еще раз, глупо надеясь на другой исход. "Набранный вами номер не существует." Нет. Нет. Это не может быть правдой. Она вскочила с пола, задыхаясь, хватаясь за голову, как будто могла физически удержать рассудок, стремительно ускользающий от нее. Грудь сдавило так сильно, что казалось, она вот-вот захлебнется собственной болью. Руки дрожали, тело не слушалось, а воздуха катастрофически не хватало. — Чан... — хрипло выдохнула она, цепляясь пальцами за волосы, царапая кожу. — Пожалуйста... Она упала на колени. Телефон в ее руке все еще был на связи с пустотой. "Набранный вами номер не существует." Слезы лились градом, превращаясь в безмолвный поток, заливая губы, подбородок, капая на дрожащие руки. Боже... Она не сказала ему. В этом чудовищном водовороте паники, в страхе, в осознании, что его забирают у нее, что все рушится... Она так и не сказала: "Я люблю тебя." Эти три слова, которые сейчас разрывали ее сердце, разрывали и душу. Почему? Почему я просто не произнесла их? Почему тратила эти драгоценные, проклятые четыре минуты на бессмысленные вопросы? Почему я не успела? Почему позволила страху лишить его последнего, самого важного признания? Теперь он умер, так и не услышав этого. Она застонала, ее тело сотрясалось в конвульсиях боли. — Чан... — всхлипнула она, царапая ногтями кожу на руках, впиваясь в собственное тело, как будто пыталась выцарапать из себя это невыносимое чувство вины. Если бы можно было вернуться назад... Если бы можно было кричать ему это снова и снова, пока он еще слышал... "Я люблю тебя!" Но было поздно... Всего четыре минуты, разделившие ее жизнь на "до" и "после". Четыре минуты, которые стали ее наказанием на всю жизнь. И теперь, что бы она ни делала, что бы ни говорила, сколько бы ни кричала в пустоту, сколько бы ни набирала его номер... "Набранный вами номер не существует." Больше никогда...