Вечерняя метель

      Проводя эту зиму на территории России, Канада и СССР ютились в небольшом деревенском доме, который придавал особую атмосферу в предновогодние вечера. До данного события оставалось полторы недели, а младший уже вовсю занимался приготовлениями. Конечно, самым главным были украшения. Канадец, как обычно, остался у своего возлюбленного на весь отпуск, поэтому старался помочь ему со всем, к чему у русского тянулись руки. Зато они быстрее справлялись с поставленными целями. Дом выглядел еще более волшебно со всеми новогодними украшениями.       Этот Новый Год не должен был отличаться особо чем-то от предыдущих справлений этого праздника. Все должно было быть спокойно, как и в предыдущие разы.Встреча с семьей, даже с некоторыми партнерами этих членов семьи, что было забавно осознавать, когда некоторые из них так же встречались со странами. Это делало праздник чуть более неловкий в начале и более веселый под конец, когда уже каждый успел выпить по-бокальчику.       В один из спокойных вечеров, когда всем, чем они занимались, так это просмотром какого-то телешоу, находясь в объятьях друг друга под теплым пледом, скрываясь от метели, что буйствовала на улице, раздался звонок на телефоне младшего. Последние годы, это было редкостью, когда кто-то ему звонил. Дети обычно писали ему, друзья тоже… Звонки были только если слишком долго писать. Поэтому с тяжелым вздохом беря в руки телефон и обнаруживая номер старшей дочери, СССР пришлось отвлечься и встать с дивана, говоря, — Я поговорю с Россией и вернусь.       Уходя на кухню и опираясь на стол, он старался не слишком скрываться от Канады, чтобы тот не подумал, что он пытается что-то от него утаить, но и так же ему хотелось предоставить их разговору небольшой конфиденциальности. Как только он взял трубку и начал свой разговор с дочерью, канадец не мог не начать невольно подслушивать то, что говорил СССР. Хоть и он говорил на русском, за все эти десятки лет проведенных вместе, старший не мог не выучить русский язык на бытовом уровне. Он его очень редко его использовал в речи, но со временем научился понимать то, что говорят люди и письменный текст. Это было очень полезно, когда половину своего года проводил с любимым на территории России.       Половина разговора заглушалась звуками из передачи, шедшей по телевизору, некоторые слова ему удалось выцепить, такие как «срочно», «помощь», «не знаю что делать», «не могу справиться один». Как следовало из небольших отрывков всего разговора, скорее всего СССР бы потребовалось покинуть их дом на какое-то время. Когда разговор был окончен и Союз вышел с кухни, вернувшись обратно в гостиную, Канада сделал вид, что продолжал смотреть телешоу, а после повернув голову, он сказал, — У тебя на лице написано, что что-то случилось. — Нужно поехать к России и помочь с квартирой… Это должно занять где-то пару часов… — И быстро глянув на часы, который медленно начинали показывать ночное время, Союз быстро добавил, — Не стоит ждать меня. Ложись спать, как обычно. Не нужно портить из-за меня свой режим. Хорошо? — Хорошо… Но все же я подожду тебя немного, а после лягу спать. Думаю, что мы сможем договориться на этой середине, — И одарив его улыбкой, СССР так же слабо улыбнулся ему, а после ушел собираться. Заглядывая в окно и видя, что метель ничуть не собиралась успокаиваться, все предвещало тому, что не очень хорошая идея ехать ночью по деревенским дорогам в город. Но Союз не мог отказать в помощи своей дочери, особенно когда она сама позвонила ему и попросила об этом. Она делает это так редко, что у него не было выбора отказаться. Да и ему не хотелось. Это был так же шанс увидеть ее. С занятыми детьми как раз таки можно было увидеться только на особые праздники, в число которых как раз входил Новый Год.       Попрощавшись с любимым и выходя на улицу, тут же уткнувшись лицом в шарф, мужчина пытался быстро добраться до своей машины, постепенно замерзая, сугробы пытались ему помешать в этом. Только вот утром он и Канада разгребли пару дорожек и уже к вечеру здесь был снова непроходимые кучи снега.       Добравшись до старого пикапа, теперь ему нужно было как-то выехать с участка. На дороге вроде еще было не слишком много снега, чтобы машина не смогла проехать, поэтому он решил начать свои попытки, сняв с себя шарф и шапку. Медленно и упорно выезжая, в итоге попадая на главную дорогу, он лишь поехал вперед. Даже если он не видел слишком много впереди себя, он помнил путь наизусть и здесь не было каких-то крутых поворотов. Он успокаивал себя как мог, потому что это было опасное время. Если бы что-то произошло, с обеих сторон подмоги ждать пришлось бы не скоро.       Выезжая из деревни, отъезжая от освещенного участка меж высоких елей, включая фары, теперь он старался следовать только по дороге, вглядываясь через многочисленные хлопья снегопада. Пока он проезжал небольшая отрезок дороги, даже еще не приближаясь к МКАДу, на секунду ему закралась мысль о том, что ему лучше стоило бы остановиться и вернуться обратно. Все же стоило отказать России и как минимум дождаться следующего дня. Он выбрал слишком неспокойное время, чтобы ехать по дороге ночью.       И именно в тот момент, когда его посетила эта мысль, его предчувствие работало на все сто десять процентов, потому что как только он отвлекся на то, чтобы наконец включить радио, ведь вой ветра стал нагнетать, на дорогу резко выбежала какая-то дичь. Не всматриваясь в это животное, от неожиданности и желания избежать столкновения, СССР резко свернул влево, соскальзывая с дороги прямо в чащу леса, выезжая на скорости, как и ожидалось, машина тут же нашла преграду, которым стало дерево, и врезаясь в него, мужчина сразу поднял руки к своему лицу, слыша треск лобового стекла и дерева, после этого на него тут же что-то обрушилось, ударяя с такой силой, чтобы вырубить.       Очнувшись через какое-то время, его сразу пронзила острая боль в районе живота. Всматриваясь в темноту, которую освещал только лунный свет сквозь падающий снег, СССР увидел разбитое стекло… И дерево. Оно выглядело достаточно покосившимся, сгнившим, от чего оно так легко и рассыпалось. Но самое главное, он видел кусок от дерева, который и разбил стекло, опускался прямо вниз.       Не желая опускать глаза вниз, теперь он понял почему чувствует эту ужасную боль. Хватаясь за то, что впивалось в его живот, медленно опуская ладонь, наконец он нащупал место, где оно прокололо его, тут же зажав его рукой и зашипев, он ощутил влагу на ладони. Тяжело дыша, стараясь проморгаться, от удара голова все еще изрядно болела, но как минимум он был в сознании. Машина уже давно не отапливалась, следовательно, она постепенно начала замерзать и замерзать начинал он. Не имея возможности просто выйти из машины и добраться в деревню по очевидным причинам, Союз посмотрел в бок, чтобы обнаружить телефон в том месте, где он его оставил.       Теперь его задачей было достать этот чертов телефон, даже если он раздерет все внутри себя, он должен был дотянуться или так к утру уже будет некого спасать. А умирать ему не очень хотелось. Начиная тянуться вправо и пытаясь достать рукой телефон, при этом другой продолжая давить на рану, дерево начинало сильнее приносить боль от давления.       Перетерпев эту боль и вздыхая с облегчением, когда он уселся свободно обратно в кресло, рр этом сжимая в руке телефон, он быстро нашел номер Каналы и набрал его, так как его возлюбленный был самой быстрой помощью. Недолго дожидаясь ответа, как только СССР заговорил, он тут же ощутил как больно это было: — Канада… Срочно, нужна помощь… — Говоря это почти с шипением, он старался терпеть и не издавать слишком много звуков, но Канада как-будто улавливал каждый микро звук. — Что случилось?! — Сказал он и из трубки было уже слышно шуршание, дающее понять о том, что он собирался, — Я попрошу соседа подвезти… Тебе нужно что-то? — Авария… И… Я ранен. Возьми пилу, — Продолжая смотреть на это дерево, что протаранило его лобовое стекло и на дерево, сильнее сжимая рану, ощущая стекающую кровь, он хотел, чтобы старший поторопился. — Понял! Ты главное не пытайся выбраться самостоятельно, очень прошу… — Даже если бы я и хотел, то не смог… Лучше поспеши. Мне становится холодно, — Снова тяжело вздыхая, это было больно, как будто раздвигая его рану, вызывая боль. — Я спешу-спешу! СССР… Главное не бросай трубку, говори со мной, пожалуйста, — Уже более взволнованно говоря, после этого на заднем плане послышался голос его соседа. Союз был рад, что Канада был с ним в это время. Было бы глупо застрять здесь, не имея возможности оповестить кого-либо. — Я не собираюсь бросать трубку… Я бы тоже хотел отвлечься, пока жду вас… — Еще крепче сжимая рану, смотря на расколотое дерево, медленно выдыхая, из его рта уже начали появляться следы пара.       Оглядываясь по сторонам и немного двигаясь, русский старался не опускать взгляда вниз, ведь прекрасно знал свое отвращение к крови и страх перед ней. Не хватало, чтобы он тут еще словил панику. Ему нужно было держаться. Постараться не двигаться слишком сильно, продолжать нажимать на рану и просто ожидать прибытия мужчин.       Продолжая говорить с любимым по телефону, постепенно ощущая то, как у него начинали мерзнуть ноги и руки, СССР наконец услышал звук подъезжаешой машины. Немного дергаясь от нетерпения и зашипев от боли, Канада мигом подбежал к разбитой машине, сразу открывая переднюю дверь, смотря на него с ужасом. — Вот почему ты просил пилу… — А после к нему подошел сосед русского, держащий в руках нужный инструмент, чтобы помочь освободить младшего. Пока он этим занимался, канадец сказал, — Я позвонил России и предупредил ее, она пообещала, что скорая должна добраться до нас в миг. Я склонен ей верить.       Никто не сомневался, что она не оставит своего отца истекать кровью, ведь, в какой-то мере это так же частично была ее вина, вынудив Союза ехать к ней в ночную метель.       Когда палка была отпилена, он смог наконец расслабиться, пока они ожидали скорую. Канада недовольно смотрел на него, но ничего особо не говорил. Но этот взгляд, мужчина знал, что его ждет взбучка сразу после того, как в больнице справятся с его раной. И каналец был прав, пожурив его. Ему нужно было это, вставить немного его мозги.       Когда скорая прибыла, уже фельдшеры помогли выбраться СССР из машины, в канадец тут же пошёл за ними, перед этим поблагодарив соседа за помощь. С машиной они позже разберутся. Может, наконец, это было время поменять машину, раз уж старая была больше непригодна к использованию.       Когда они выехали из глуши и направлялись в больницу, старший мужчина смог немного расслабиться. Объяснив медикам, что он его друг и дочь раненого будет ждать их в больнице, они успокоились и пустили его в машину. Хоть и было немного неловко, называть их друг друга «друзьями», но ничего другого в этой обстановке сказать было нельзя.       Уже в больнице пересекаясь с Россией и оставляя их наедине, Канала сел в вестибюле, чтобы дождаться, когда его партнёру окажут помощь. Слава Богу, все обошлось. СССР быстро среагировал и позвал на помощь, и они успели на подмогу. Теперь можно было не переживать, а только злиться.       Он обязательно выскажет этому упрямому барану все, как только русский перестанет истекать кровью. Это мужчина точно заслужил, чтобы его отчитали. А после можно будет и позаботиться о нем, и Союз не сможет отвертеться.